Личный сорт наркотика

Новый год сорвался у всех членов семьи и друзей. Под утро они всё той же компанией сидели в коридоре больницы, в огромном напряжение дожидаясь хоть кого-то. Можно было даже поспорить, что они все успели отрезветь, несмотря на выпитое количество алкоголя. Чиху сидел в углу и тихо плакал в плечо мужа, то и дело шепча какие то молитвы. Мистер Пак покачивался из стороны в сторону и гладил омегу по голове, крепко обнимая его. Его вид показывал полную серьёзность и отрешенность от общества, находясь в своём маленьком мире, который был наполнен горем и слезами мужа. Тэхен, Чонгук и Бонсу сидели немного дальше. Омега был весь красный от недавней истерики, рядом напряжённый Чонгук, а на телефоне Хосок, который созвонился с друзьями по видео связи. Бонсу боже был в своих мыслях, то и дело прокручивая в голове одно и то же событие. За шумом их разговоров послышался громкий шум прямо над ними, где располагалась спальня Пака. Первый отреагировал Бонсу, а следом побежали остальные. Открыв комнату, он сразу бросился к Паку, встряхивая его бессознательное тело, как тряпичную куклу. Беглый взгляд по комнате тут же зацепился за пакетики на кровати, а память подкинула неприятные картинки. Такое он видел каждый день в клубе, где всё показывалось без стеснений. И его тут же затрясло от страшных догадок. Ким принялся кричать, звать Пака по имени под непонимающие и встревоженные взгляды друзей. Он положил дрожащую руку на пульс, который был редким и слабым, что ели можно было нащупать. Поднял веки, замечая, что зрачок до ужаса расширен. Альфа замотал головой, неверующе уставившись на Пака. У него передозировка. Сколько раз он видел такое в клубе, но даже не хотел думать о том, что такая страшная вещь, которая может забрать чью-то жизнь в считанные секунды, случится с его другом. - Скорую!! Вызывайте скорее скорую, он перебрал с наркотиками! – крикнул альфа, подхватывая Пака на руки. Омеги вздрогнули, Чонгук тут же нахмурился и достал из кармана телефон, уходя в коридор. Тэхена пробрала дрожь и он уставился на кровать омеги, начиная скулить в панике, а сзади Чиху потерял сознание. Вот тогда начался полный хаос. Он продолжался до сих пор. Пака сразу увезли в реанимацию, а за руль машины смог сесть только Чонгук, чтобы последовать за скорой. Лишь в больнице Чон смог пустить в себя чувства, прижать Тэхена к своей груди и разделить с ним переживания такими же горькими слезами. Через непонятное для всех количество времени к ним вышел врач, оглядывая компанию тяжёлым взглядом. Поймав его, Чиху закрыл рот рукой, не решаясь задать главный вопрос, впрочем, как и остальные. Все боялись получить на него самый ужасный ответ. - Нам удалось его откачать. – начал мужчина, а все облегчённо выдохнули. - Слава богу… - вырвалось у Тэхена с новым потоком слез от немой и безликой радости. Врач прокашлялся и сложил руки перед собой в замок. - Но он впал в кому. Концентрация препарата слишком велика, а омега слишком слаб. Чиху сжал двумя руками руку мужа и закусил губу. - Он.. Придёт в себя? Он же будет жить? Мужчина посмотрел на омегу и кивнул. - Прогнозы ставим на лучшее, но.. Неизвестно, что будет. Мы подкормим его организм, дадим всё для выздоровления. Но когда он придёт в себя, мы должны будем отправить его в другую больницу. Думаю, вы сами понимаете в какую. Чиху отвернулся и снова заплакал, тихо скуля в шею мужа. Тэхен опустил голову, в телефоне слышались всхлипы, Чонгук и Бонсу молча смотрели друг на друга. Врач выдохнул и взглянул на время. - Прошу вас, давайте не думать о плохом. Я советую вам поехать домой и отдохнуть. Сегодня вы точно не сможете к нему попасть. - Когда можно будет прийти? – глухо спросил Бонсу, поднимая взгляд на старшего. - Я позвоню вам, когда такая возможность появится. – послышался ответ, а после врач снова ушёл за двери злополучного другого коридора. *** Следующие дни проходили, как на иголках. Папа Пака не отходил от телефона, а рядом с ним ютился Тэхен. Они поддерживали друг друга, вместе плакали и говорили. Киму вдобавок пришлось рассказать всё, что они скрыли от Чиху. Тогда была небольшая ссора, в которой увязал и отец Пака, но она быстро сошла на нет, когда Чонгук прикрикнул на всех и пригрозил увести Тэ домой. В такой суматохе прошла неделя. Врач не звонил, звонили только ему с просьбой прихода в больницу, но в ответ снова получали отказ. - Почему? С ним что-то случилось? – скулил Чиху, вытирая всё время выступающие слезы при таком разговоре. - Нет, что вы.. – выдохнул старший. – всё хорошо. Я просто не хочу, чтобы вы.. Видели его таким. Он выглядит не очень хорошо и мы всеми силами пытаемся помочь ему. Омега скулит и кивает, начиная глубоко дышать. - Я позвоню вам сам, господин Пак. Пожалуйста, отдыхайте. Альфа отключил звонок, оставляя Чиху наедине с Тэхеном. Ким рядом тяжело выдохнул и отвёл взгляд, понимая, что ответ врача всё тот же. - С завтрашнего дня начинается учёба.. – прошептал он. – что мне сказать директору? Мы не знаем, сколько Чимина не будет с нами… - Я не знаю.. Скажи, как есть.. Что он в больнице.. Я надеюсь, он поймёт.. Тэхен кивнул и подвинулся к старшему, целуя его в лоб. - Всё будет хорошо.. Он справится.. *** С понедельника компании друзей стало только тяжелее. На них лёг не только груз грусти и отдалённой ответственности за Пака, но и куча новых работ, материала и вопросов про омегу, на которые они иногда не знали ответа. Теперь парни сплотились ещё больше и даже на парах стали сидеть все вместе, а не в разнобой, как было раньше, всегда оставляя где-то по середине место для ещё одной персоны. За такую традицию они стали ловить на себе косые взгляды. Кто-то считал их сумасшедшими, кто-то сочувствовал. По университету снова поползли слухи – теперь все были уверены, что Юнги с Чимином расстались на плохой ноте; кто-то говорил про измену, потому что видели учителя с другим парнем; остальные распускали слухи, что Пак не только плохо себя чувствует, но возможно совершил самоубийство. Этот слух бесил Тэхена в особенности, потому что из-за него было больше вопросов и больше взглядов от Мина, который казалось всё время хотел о чём то спорить, но не решался, снова делая шаг назад. Тогда Тэхен сам решил подойти к нему. Зачем? Да чтобы увидеть реакцию. Чтобы его тоже хоть немного помучила совесть за всё содеянное, чтобы тоже, как и они, перестал находить себе место. Юнги оглядывает омегу и переводит взгляд на Бонсу, который закрыл дверь кабинета и упёрся в неё, устремляя тяжёлый взгляд на них. Он на него фыркнул и снова взглянул на Кима. - Пожалуйста, скажи мне, что это всё неправда.. Что это жалкие слухи. Я не верю, что Чимин мог дойти до.. – старший сжал губы. – этого. Тэхен усмехается и облокачивается об парту. - Не знаю, что он этим хотел сделать. Никто не знает. Но он в коме, Юнги. С нового года.. Просто ушёл погулять, вернулся и.. Всё. – пожимает плечами омега. Юнги качнул головой и сел на стул, ошарашенной этой новостью. - Как.. В коме? Из-за чего? Но Ким проигнорировал вопрос, не желая на это отвечать. - А как ты провел этот праздник? Наверное с тем омегой.. Или ты уже бросил его? Впрочем, мне всё равно. Но я уверен, что в эту ночь Чимин снова думал о тебе. Мысленно был с тобой, потому что он ни на что не реагировал! Всё из-за тебя. Он столько мучается и продолжает ради тебя! Такого дурака, который только и думает кому присунуть дальше, кто окажется таким же наивным! Тэхен глубоко вздыхает и сглатывает, давая себе передышку, а альфе время на обдумывание. - Ты доволен, Юнги? – спросил омега, опуская на старшего взгляд полный слёз. – ты этого хотел от него? Мин сглатывает и отводит взгляд в сторону, сжимая пальцами край пиджака. - Нет, Тэ.. Я любил его. Правда.. – тихо сказал альфа и усмехнулся. Не так давно он стал понимать, что это была не игра чувств, а всё по настоящему. Он долго искал этот переломный момент в себе и своей системе, искал то, когда разрешил кому-то проникнуть во внутрь его сердца, а не лежать на поверхности со знаком «временная симпатия». - Твои слова пусты. Никто бы не причинил боль тому, кого любит. Ким вытер щёки и отвернулся от старшего, подходя к Бонсу, которого до этого заставил молчать, и вместе с ним покинул кабинет. Тогда Юнги дал слабину и вместе с лёгким дуновением ветра от закрытия двери по его щеке потекла слеза, а следом за ней вторая, которая несла за собой рой остальных. *** Тэхен лежал на плече Чонгука в тот момент, когда на его телефон поступил звонок. Вибрация нарушала и прерывала монотонный и ленивый голос Юнги, который как обычно рассказывал что-то о реакциях в химии. Ким их лениво выписывал в тетрадь, всё так же летая в своих мыслях. Вибрация прошла, но через несколько секунд вернулась обратно. - Ответь, Тэхен~и.. – прошептал Чонгук, проводя рукой по талии омеги. – вдруг, что важное.. - Мне страшно.. – ответил младший, кладя руку на перевернутый телефон. - Я рядом.. Можешь быть спокоен.. – чуть улыбнулся Чон, целуя парня в макушку. Тэхен выдохнул и перевернул телефон, смотря на экран, на котором показался номер Чиху. В голову тут же пришли 3 варианта, по которым он может звонить. Два по поводу Чимина и один, который нёс в себе смысл того, что папе омеге стало плохо и с его телефона с ним пытается связаться отец Пака. Тэхен мигом выпрямился и наклонился к парте, отвечая на звонок. - Да господин, Пак?... Что случилось?.. – прошептал он. Чиху громко всхлипывает и пару раз глубоко вздыхает, чтобы хоть немного прийти в чувства. Тэхен уже было поверил в худшее и сильнее сжал телефон, чтобы не выронить его, но.. - Ч-чимин.. Он очнулся! Тэхен, он правда пришёл в себя! – воскликнул старший и по его голосу было слышно, как он улыбается сквозь слезы. Ким взвизгнул и подскочил с места, кидая телефон на тетради. Все взгляды сразу направились на него, учитель нахмурился и уставился на Кима, но через несколько секунд его лицо стало спокойным, а вид выражал полное облегчение. - Он очнулся! – хнычет Тэхен, крепко обнимая вставшего с места Чона. – он не умер!.. Чонгук выдохнул и тихо засмеялся, прижимая парня к себе. - Давай собираться, медвежонок.. Поедем к нему. В стороне тихо заплакал второй омега, поэтому Бонсу принялся его успокаивать, чувствуя себя крайне не удобно под чужими взглядами. - Учитель.. – проскулил Хосок, поднимая голову и вытирая щёки. – можно нам.. Уйти? Вся компания сразу напряглась, вспомнив, что точно не смогут сами просто так сбежать или им сильно влетит от директора. Юнги чуть улыбнулся и кивнул, кивая на дверь. - Только тихо и быстро. Все тут же кивнули и, свалив в рюкзак все вещи, побежали вон из кабинета, а после их ухода по нему пошёл шёпот, новые сплетни, которые Мин не спешил прерывать. Ему самому нужно отойти от радостной новости, которою получил не на прямую, а через эмоции компании и обрывками фраз. *** Компания подбегает к дверям палаты, где беседует врач с, отчего-то хмурым и возмущённым, отцом Пака. Все запыханные, взволнованные, пытаются пролезть к палате все вместе, сразу привлекая этим внимание старших. Доктор прерывает разговор и останавливается перед дверью, преграждая путь во внутрь. - Я разрешил войти туда только папе омеги, но вам, молодые люди, к сожалению вход воспрещён. – незамедлительно сообщает он. Парни сразу меняются в лице: омеги держатся за руки и чуть ли не скулят, заламывая брови от негодования, а альфы сзади переглядываются в недоумение, что же опять могло произойти. - Но.. Почему нельзя?! Мы тоже его близкие! Ему будет важно увидеть нас, я уверен в этом! – подаёт голос Тэхен. - Господин, разве есть причина не пускать нас? Или нужно будет прийти в другое время? – спросил следом Бонсу. - Извините, но таковы правила, они действуют в целях безопасности больного. – сжимает врач губы. – послезавтра вашего друга переведут в другую больницу. Там вы сможете его увидеть, если главврач даст добро. Тэхен слабо и по омежьи рычит, падает в руки Хосока и утыкается носом в чужую мокрую щёку. Казалось бы, цель находится буквально за стеной, но одновременно так далека от всех них. Кима снова накрывает нелепое чувство безысходности, а одновременно с ней пополняется ещё одной щепоткой ненависти к одной персоне, которую при любых обстоятельствах будет считать виноватым. Единственное, что им остаётся делать, так это ожидать папу Пака, чем они занялись. Чонгук омег усадил на скамейку, Бонсу отправил в магазин за водой и салфетками, а сам остался рядом с младшими. Через 15 минут Чиху выходит из палаты. На вид он кажется напряжённым, но как только отходит от двери на пару шагов, его руки расслабляются, начинают дрожать, а по щеке скатываются слезы, которые он так сильно удерживал всё это время. Тэхен с Хосоком тут же облепляют с двух сторон старшего и сажают его, укладывая ладони на спине. - Как он, дядя Чиху?.. С ним всё хорошо? – спрашивает Ким, беря ладонь мужчины в свою. - Мой сын ещё никогда не выглядел так плохо.. – шмыгает он носом, вытирая щёки рукавом свободной руки. – Чимин~и не всё помнит, что случилось.. Но мне сказали, что после комы это нормально.. Хосок кивает и жалеет Пака по спине, обнимая его. - Он всё вспомнит, когда ему будет получше… Но это наверное так страшно.. Не знать, что с тобой.. – грустно мычит он, опуская взгляд. - Чимин, он.. Извинялся перед вами.. Он знает, что натворил много плохого.. – прошептал старший и закинул голову назад, хлопая ресницами. – простите, я не могу.. Чиху всхлипывает и подрывается с места, судя по направлению, убегая в туалет, а за ним подорвался отец Пака. Тэхен кусает губу и цепляется пальцами за колени, с силой сжимая их. - Дурак.. – шепчет Ким. – Ну что за дурак! – воскликнул он уже дрожащим голосом. Чонгук скривил губы и подошёл к омеге, крепко обнимая его за плечи и прижимая макушку к своему телу. Бонсу сжал губы и сел рядом с Хосоком, который тихо плакал в сжатые в кулаки руки, держа их около лица, крепко обнял и положил подбородок на мягкие волосы, устремляя взгляд на дверь палаты. Возможность увидеться и поговорить с Паком представилась им лишь через несколько дней, когда он был полностью оформлен и устроен в другую больницу. Только вот, входить компанией им не разрешено было, поэтому решили на том, что в этот раз Тэхен с Чонгуком сходят вдвоём. - Я немного волнуюсь.. – мычит Ким, сильно сжимая руку альфы. Они уже оставили все свои вещи у входа, а сейчас следовали за врачом, который провожал их к нужной палате. - Всё хорошо, Тэхен~и.. – шепчет Чон и целует парня в макушку. – я посмотрю как он и оставлю вас одних.. Не буду его смущать.. Тэхен поднимает взгляд на старшего и молча кивает. - Мы пришли. – раздался голос врача. – можете заходить. – добавил он, кладя руку на ручку двери. Парни переглянулись и зашли внутрь, оглядывая убранство. Желтоватые, пустые стены, одна кровать и одна тумба, пару стульев, один из которых был занят сумкой с вещами, которую передали Паку. Сам виновник лежал спиной ко входу, обнимая свои плечи руками. Он даже не удостоил пришедших взглядом. Пара снова переглянулась, и Чонгук, погладив омегу по спине, удалился из палаты. Тэхен выдыхает и подходит к Паку, аккуратно проводя рукой по его волосам, чувствуя как глаза начинают предательски слезиться. - Чимин~а.. – тихо зовёт он. Младший чуть вздрагивает и открывает глаза, поворачивая голову назад. А увидев рядом Кима, он тихо заскулил, быстро переговариваясь и крепко обнимая друга, утыкаясь носом в его живот. - Тэ.. Прости меня.. Пожалуйста, прости.. Я не должен был.. Я не слушал тебя… - бормочет он, всхлипывая между своими фразами. Ким глубоко вздыхает и прижимает Пака к себе, самому думая, как бы не разрыдаться. - Я не злюсь, Чимин.. – говорит он и опускается ниже, целуя друга в лоб. – я лишь переживал за тебя.. Как я могу злиться? Пак держит взгляд опущенным и пожимает плечами, вытирая впалые щёки руками. - От меня только проблемы… - шмыгает он носом и резко поднимает голову. – а папа? Он в порядке? С ним всё хорошо? Тэхен кивает и берет лицо младшего в свои руки, с грустью осматривая его. Как же ему снова хотелось увидеть милые щёчки омеги, которые он мог без спроса трепать или целовать. - Я был рядом с ним это время.. С твоим папой всё хорошо.. Он нервничал, но никаких проблем не было. Чимин выдыхает и кивает, снова опуская взгляд. - Как ты, Чимин? Тебе становится лучше? - Мне плохо, Тэ.. Как было, так и есть.. Мне не стало легче.. – отрицательно мотает он головой. Старший поджимает губы и берет Пака за руки. - От наркотиков никому не лучше, Чимин.. Они тебе не помощь. - Я знаю!.. И больше не буду.. Но.. Ты не понимаешь, Тэхен.. – вздыхает Пак, поднимая взгляд на Кима. – мне было легче.. Я видел его.. Я чувствовал его! Единственное, что мне нужно было.. - Не будь ребёнком, Чимин~а. – фыркнул Ким. – что он такого сделал? Ничего. Мин только поигрался с тобой. Перестань думать уже о нём, как о ком-то хорошем. - Он не играл! Я же чувствовал.. Нельзя подстроить свои чувства! А его взгляды? Тэ, он любил меня.. Правда любил.. - И то, что сейчас с тобой происходит, ты называешь любовью?! Это грёбаная привязанность, которая убивает тебя. Когда любят, так не делают. – сказал Ким, смотря на Пака, который в свою очередь пялился на пол, молча глотая острый ком в горле, роняя капли слёз на свои руки. – Малыш, опомнись, пока не стало хуже… Он уже не придёт.. Чимин отрицательно мотает головой и тяжело выдыхает. - Айщ, Чимин~а.. Первая любовь самая дурная.. Самая наивная.. Она никогда не длится вечно.. - Он мой истинный, Тэ.. – тихо сказал младший, кажется, используя свой последний аргумент на защиту своих чувств. Ким выдыхает и прижимает омегу к себе, целуя его в макушку. - Просто подумай..