Любовь X Равнодушее

Проснулась от того, что ее трясли за плечи. Она открыла слипшиеся от сна глаза и увидела девушку та будила ее. Проснувшись она оглядела кабинет, пока девушка что-то тараторила, Эльвира пыталась прийти в себя— она сладко потянулась, зевнула, а после принялась складывать вещи в сумочку. Девушка закрыла за ней дверь и Эльвира пошла по пустому коридору, не думая не о чем. Юлиан, пришёл раньше чем обычно. Он успел позавтракать и собрался пораньше. Идя по зимнему парку, ему невольно вспомнилась прогулка с Эльвирой. Он как всегда был уверен в том, что как только он зайдёт в здание, пройдёт по привычному коридору и зайдёт в кабинет, то на него обрушится волна вопросов от Эльвиры и даже не смотря на то, что только вчера ОН ее обидел., заткнуть ее сможет только звонок. Но в классе ее не было. Юлиан удивился и подумал, что она заболела или вроде того. И забылась как-то. И вот уже ближе к звонку она пришла и с мрачным видом прошла на своё место. Юлиан удивился — она не поздоровалась. Но пожав плечами забыл про то, она на него редко обижалась, а если такое и происходило то только на маленький срок. Поэтому он не переживал. Во время занятия ему стало жутко интересно — что с Эльвирой. Но он отогнал подобные мысли и принялся конспектировать тему. Но мысль снова вернулась и принялась скрести коготками по рёбрам, требуя повернутся. Юлиан выдохнул. Казалось, что на него таращится весь класс, желая увидеть как он повернётся. Холодный пот скатился по лбу, зрачки сузились и он нервно стал прислушиваться к разговорам, смешкам. И каждый принимал на свой счёт — вздрагивал от услышанного звука. Голова начала кружиться, в ушах зазвенело ему хотелось выбежать из кабинета. Он стал рассматривать впереди сидящих — в надежде успокоится. Но их силуэты стали: плыть, искажаться, увеличиваться размерах и приобретать нечеловеческий вид. Руки задрожали. Ему стало очень страшно, как в тот день… Когда все это началось… Это было жаркое лето, Юлиан вышел на улицу поиграть с ребятами. Солнце припекало, птички перелетали с дерева на дерево и радовали слух прекрасными песнями. Юлиану в это день повезло, он должен был ехать сам, к бабушке, а до тех пор играл на улице. В предвкушении поездки на автобусе, он радостно бегал с ребятами. Так прошло отведённое время. Мама собрала его вещи и выставила на порог. Перед поездкой она ему рассказывала, что нельзя делать, а Юлиан болтал под столом ногами и совсем не слушал. Он уже не раз ездил в деревню. Мама не ездила с ним из-за работы — у неё не было времени. А мальчик был разумный, она хоть и переживала, но считала, что так будет лучше. *** И вот радостный мальчик уже стоял на остановке. Мать стояла с вещами а он подбегал к дороге и выглядывал — нет ли автобуса. Женщина не однократно кричала на сына, но бестолку даже фирменный подзатыльник не помог. И вот долгожданный красный автобус, покопался из-за поворота. Он подъехал и гордо возвышался над остановкой, а после открыл двери и впустил: недовольных взрослых, полу-обезумевших бабок, юных школьников и школьниц, и остальных ребятишек. Мама вручила ему сумку и толкнула в глубь толпы. И тут началось то, чего Юлиан ждал целый месяц. Его задачей было пробиться через толпу одичавшего племени, ловко отдать золотые жетоны священной статуе и занять трон приготовленный для избранных. С дикими глазами он снял предохранитель с запасом энергии на неделю. Быстрее молнии забежал в автобус, как обезьянка стал хвататься за поручни с такой прытью — какой бы позавидовали бабки в очереди у овощного. Расталкивая всех, он нырнул в глубь и вынырнул уже когда был у водителя, ловко забрал билет, и снова стал прокладывать маршрут к креслам. Под дикий вопль бабушек и иных обитателей автобусов. Он успел занять место у окна и прислонился к нему лицом. Мама увидела его и погрозила пальцем. Он помогал ей и через несколько минут автобус тронулся. Люди, что стояли начали возмущаться и тыкать пальцем в Юлиана. Бормоча что-то типа: «Какой бессовестный мальчик», « мог бы и уступить», «фу». Это смутило Юлиана и он стыдливо опустив глаза уступил женщине место. Что так проклинала его. В целом и стоять ему было весело, зажав между ног сумку, он пытался держать равновесие и иногда отпускал ручки, но тут же ловил боясь упасть. На него косились и женщины и мужчины. Перешёптывались бабки. Тыкали пальцами. Ему стало обидно, и почему-то страшно. Он не понимал. Потолок автобуса, казалось, хотел раздавить его, а люди в автобусе начали плыть и превращаться в ужасных существ. Ему стало страшно, они шептали что-то не понятное, на своём языке. Ему хотелось выбежать из автобуса по его щекам стали струится слезы…