От ненависти до любви пять остановок лифта

— Нет, Серёг, я помню свою молодость, отчасти я их понимаю. Но, сука, не до 6 же утра гонять своих инстасамок с моргенштернами! Утро Арсения началось как обычно. А точнее ночь. Совсем недавно в квартиру напротив въехал молодой парень. Попов увидел его первый раз с арендодателем, тогда двухметровое создание выглядело безобидно и очень мило. Но после недели пассивного сожительства, Арсений понял, что в его жизни случился полный пиздец. Этот мелкий имел огромное количество друзей, а те в свою очередь других друзей и так далее по кругу. Гулянки в квартире Шастуна собирались чуть ли не каждый день. Всё бы ничего, шумоизоляция в квартирах хорошая, но только не с соседней квартирой, где была смежная стена со спальней бедного жителя и с гостинной юного тусовщика. — Арс, пара недель прошло. Может новоселье «отмечают». — Матвиенко обозначил последнее слово, потому что постоянные вписки не в ходят в понятие отмечать какое-то событие. — А если не заткнётся в ближайшее время, сходи поговори по-мужски! Ну или ментов вызови… — Разбираться я ещё ходить с ним буду. Ага, щас. Ждите сегодня подарочек. — Мужчина прикрикнул на стену, от которой и доносились все зловещие звуки праздной жизни. Стоит говорить, что этим вечером всё повторилось? Арсений дождался положенных 22:00 и с чистой совестью (ну ладно, не такой уж чистой) позвонил в полицию с заявлением о нарушении своих гражданских прав.

***

— Поз, ты себе это представляешь?! Этот старый пердун ментов на меня натравил. Типо бла, бла после 10 шуметь нельзя. Бла, бла я старый, мне надо спать. — Хах, хорошо, что меня вчера не было. — А мне вот нифига не смешно! Подошёл бы как мужик, сказал мол: «Мне мешает, я всё слышу, можно потише или пореже». Нет же! Всё в крысу сделал. Агрх. — Да ладно, прости его. Всё таки почти три недели тебя терпел. — Ну, ну. Ладно, я домой. Завтра увидимся! Антон был обычным студентом 3 курса журналистики в институте. Окончив колледж в своём городе, он свалил в Питер для получения вышки и самостоятельной жизни. Сепарировался от родителей так сказать. 3 курс много от себя не требует, по этому молодая «звезда» интервью и статей, наконец-то найдя нормальную работу и заручившись небольшой, но всё-таки поддержкой родителей, съехала из общаги в хорошую квартиру. 22 молодость кипит в венах и требует отчаянных поступков. Особенно творческая компания, которая состоит из сокурсников, студентов артистов и режиссеров, просто не может себе позволить уныло чахнуть дома за конспектами и методичками. Вот и Шастун вдоволь находившись по чужим впискам, решил культурно оторваться на почти своей хате. Все его планы, конечно же, порушил миловидный и чуть староватый сосед по лестничной клетке.

***

«Ну хороший же дядька с виду. Чё ему неймётся?» — всё задавал себе вопрос Антон, по дороге домой. Войдя в подъезд Шаст услышал двери открывающегося лифта. Парень сорвался с места, как прирожденный бегун на короткие дистанции. Зеленоглазый буквально запрыгивает в железную коробочку смерти, потому что та, на последнем своем издыхании, чуть покачивается и скрипит из-за его действий. — Здравствуйте, извините. — Взгляд Антона сначала падает на красные конверсы, потом на слишком широкие штаны, а затем на лицо того самого обладателя модных кед. И тут лицо «незнакомца» вводит парня в ступор. — Ну здравствуйте. — Арсений ухмыляется от идиотского выражения лица Шастуна. — Я на другом поеду. — С ноткой подростковой «независимости» говорит младший, и уже хотя развернуться в направление дверей, слышит грохот громоздких створок. — Не поеду… Ехать им до 8 этажа, полторы минуты и «до свидания»! Но воля случая она же такая, потому на 4 этаже старенький лифт издаёт жалобный скрежет и с лёгкой пружинкой останавливается на месте. — Да твою ж мать… — не сдерживает свои яркие эмоции парень. — Я попрошу не выражаться. — делает вполне конкретное замечание старший. — Я погляжу ты прям истинный петербуржец. Не шуми, не ругайся. А что если я скажу: гречка, бордюр, ВОДОЛАЗКА. — Шастун внутри прям доволен собой и своими шутейками. — Я не «истинный петербуржец», как Вы выразились. Просто прошу уважать незнакомую Вам женщину. — Попов посмотрел на циферблат своих часов, там было что-то вроде пол восьмого. Он очень хотел попасть домой, а не быть запертым с этим неугомонным мальчишкой в лифте. — Что? — Антон искренне не понял про какую женщину говорит голубоглазый. — Ничего. — Арсений горестно вздохнул и помассировал глаза двумя пальцами до «звездочек». Нажал на кнопку вызова лифтера — Здравствуйте. Мы застряли в лифте. — из динамика послышалось какое-то неясное бурчание и белый шум. — Здрасьте, а пораньше вы застрять не могли? — наконец послышался голос какого-то недовольного жизнью алкаша. — Что значит «пораньше»? Вы че там офанорели совсем? — мужчина наклонился к динамику положив свою руку на стенку злосчастного лифта. — Ты так если говорить со мной будешь, то там до утра просидишь! Выезжаю, отбой. — послышались короткие гудки, которые вскоре затихли. — А я правильно понимаю, что у тебя только два способа общения: гонор или менты? — младший ухмыльнулся ещё одному своему удачному подъёбу. — Мелкий, ты помолчи лучше. — Попов поднял свою голову от динамика и играя желваками уставился на Антона. — Воу, воу, полегче! Ты че такой напряженный. Будь проще. — Шаст поёжился и отвел взгляд от настырного арсениного. — Прости. День тяжелый… — наступила долгая мучительная пауза. — Тебя хоть как зовут то? — Антон. — Арсений. На этом их диалог завершился. Через 20 минут к ним подъехал мужчина неприятной наружности и выпустил заложников «железной коробочки смерти». Лифт после этого не работал ещё с неделю.

***

В субботу ситуация с нарушением покоя Попова повторилась. Так как это был выходной мужчина дал повеселиться молодёжи до часу ночи, но на большее его не хватило. Собрав последние силы в кулак, Арсений натянул домашнюю футболку и клетчатые пижамные штаны и вышел из своей квартиры. На лестничной площадке было тихо, его уставшую голову даже посетила мысль спать здесь, но он вовремя очнулся и постучал в дверь надоедливого соседа. — Слушайте, народ, тут и так уже полно людей, давайте в следующий раз. — ещё не открыв до конца дверь, кричит Антон сквозь музыку. — А, это ты. Чё надо? — Чё надо? Ты время-то видел? Я спать хочу, давайте закругляйтесь, иначе опять в полицию позвоню. — мужчина поёжился от громкости, которая долбила по перепонкам даже в коридоре. — Ну чеел, выходные же, мы хотим тусить. Я итак на неделе больше не привожу никого. — парень наигранно расхныкался, алкогольное опьянение читалось в его глазах. — Спасибо конечно за это, но я тоже не в 10 пришел. Так что попро… — Арсению не дали договорить. — Пошёл нахуй! — Антон весело улыбнулся и закрыл дверь перед носом старшего. — Чего?! — сказать, что Попов ахуел — ничего не сказать. Он начал настойчиво долбиться в дверь и звонить в звонок, но ему, естественно, больше не открыли.

***

Так бы всё и продолжалось если бы в какой-то прекрасный момент жизни парни не застряли в лифте ещё раз. В час ночи. Как? Не спрашивайте. — Здрасьте — протянул пьяный в хлам Шастун. — О, Господи. — недовольный Арс вошёл в кабинку, надеясь пережить эту минуту без приключений. — Не, меня так только в постели называют. А мы с Вами не в постели. — с полузакрытыми глазами, облокотившись на дальнюю стенку ели выговорил Антон. — Меня за растление малолетних посадят. — покосился в сторону зеленоглазки Попов. — За каких ещё малолетних? Сколько мне лет ты думаешь? — младший резко открыл глаза и пошатнулся всем весом вперёд. Лифт встал. — Нет… нет, нет, нет. — в приступе «паники» мужчина начал яростно наживать на кнопку восьмого этажа. — Что нет то? Сколько мне лет по вашему, а? — Шастун в порыве добиться справедливости даже не заметил, что они остановились. — Да хоть все сто, Антон. Мне без разницы. — Арсений нажал на кнопку вызова лифтера, молясь чтоб он не спал или не занимался своими посторонними делами. — Здравствуйте. Мы в лифте застряли. Опять. — «Без разницы» ему, ишь какой… — Антон сел на пол и обнял себя руками, скорчив обидчивую мордочку. — Опять вы что ли? А вам че так приспичило в час ночи в лифте кататься? — недовольство превышало все возможные пределы. — Так получилось. Приезжайте скорее, пожалуйста. — синеглазому не терпелось очутиться у себя дома, в родной кроватке. На обиженного парня никто, а точнее Попов, не обращал внимания. Старший что-то листал и печатал в телефоне. В это время из-под чёрного большого капюшона высунулась заинтересованная голова студента. Его импровизированный театр не работал, так что теперь можно было вести скрытное наблюдение. Антон оглядел профиль Арсения, он был статным, аристократическим и таким… простым? Голова высунулась из-под капюшона чуть больше. Теперь Шастун рассматривал подтянутый торс, которое отлично проглядывался сквозь облегающую белую футболку, стройные и модельные ноги. Да если в целом посмотреть на Попова, то и не скажешь, что он старше Антона. За то можно сказать, что он очень красивый. Ну прям очень. Заметив пристальное наблюдение за собой, мужчина повернулся в сторону нарушителя личного пространства и подняв бровь вопросил: — Чего надо? — парень не сразу откликнулся, потому что залип на необъяснимо красивые глаза голубого цвета. «Нет, не голубого» — думает про себя Шастун. — Ау? — У тебя глаза красивые. — не отводя взгляда произносит младший. — Так, понятно. — Арсений переключился снова на свой телефон, списав поведение Антона на пьяный бред.

***

Утром Шастун проснулся с головной болью и чётким изображением профиля его соседа в голове. Парень обычно мало что помнил после таких попоек, но сейчас в его голове восстанавливалась картинка прошлой ночи, а точнее ситуации в лифте. Антон сначала ничего не понимал, но потом покадрового в его воображении всплывали картины ровных скул, густых бровей, синих\голубых (он так и не определился) глаз, подтянутого торса. Осознав о чем он думает, его глаза расширились в миг. — Так, Антон, а давай мы не будем западать на нашего соседа и спокойно проживем эту жизнь. На протяжении половины дня он пытался окончательно протрезветь и не думать о мужчине, что живёт за стенкой. Телефон зазвонил, оповещая обладателя о том, что он ещё кому-то нужен. — Антох, ты живой там? — Да, Димас, вроде живой. — А чё так неуверенно? — Да тут знаешь, такое дело… В двух словах и не объяснить. — Я тут на самом деле не подалёку. Можно в туалет забегу? Заодно всё и расскажешь. — Хах, ловко ты. Ладно, поднимайся. Друга ждать долго не пришлось, похоже он был под подъездом когда звонил. Собравшись с мыслями зеленоглазый выложил всё как на духу. — Ну и вспомнил я это всё, когда утром проснулся. — Ну ты и влип, Шаст, конечно. — А чё влип-то? Ну да, симпатичный. Чё дальше-то? — А, ну то есть ты хочешь сказать, что весь этот рассказ не похож на то, как ты обычно описываешь людей, которые тебе нравятся? — Нет… — А если хорошо подумать? — Ну может немного. Но это же ничего не меняет. — Да ладно? И ты прям не будешь мне выносить мозг, когда случайно ещё раз его увидишь? — Не буду. Наверно… — Антох, ты вот мне объясни, когда перестанешь вляпываться во всякое дерьмо? — Да ниче я не вляпывался. Просто мужик такой статный, красивый, порядочный… — Понял я, понял. — Чё делать-то теперь? — Брать огромный болт в руки и сосать! — Его в смысле? — Было бы славно, но ты явно его раздражаешь. Так что даже если что-то и могло получиться, то точно не сейчас. — Понял. — Ладно, погнал я. -Ага, давай.

***

Вечеринки у Шастуна прекратились. Прям совсем, не до 10, не по выходным. Антон страстно воспылал идеей восстановить отношения со своим соседом. Надеяться на какие-либо чувства он, конечно, не мог, но просто, хотя бы, не бесить и попытаться понравится он мог. Так получилось, что они сталкивались пару раз на выходе из подъезда. Антон приветственно кивал и тихо произносил слова приветствия, на что Арсений не обращал почти никакого внимания. Зато с его лица исчезло выражение неприязни, ведь кутежа больше за стенкой не было, и можно спать спокойно. Сидя на кухне, Антон наблюдал за ночной жизнью во дворе. Делать ничего не хотелось, по этому свежий воздух из полностью открытого окна и чашка тёплого гречишного чая, что так отдаёт карамелью, вдохновляли парня на жизнь. В два часа ночи во дворе особо ничего не происходит, но тут к подъезду подъезжает машина такси. «Интересно, кто гуляет так поздно? У нас в основном одни бабушки с котами живут.» — из мыслей Антона вытаскивает крик знакомого голоса: — Сдачу себе оставь. Чаевые! Прищурясь, слава Богу со зрением пока всё хорошо, парень разглядел в пьяном незнакомце вполне себе «знакомца». Очень пьяный Арсений шатаясь дошел до скамейки возле подъезда, сел на неё. И наш спасатель чужих жоп, понял, что это его шанс и мигом одевшись спустился за своим соседом. — Арсений! — Шастун выбежал из подъезда распахивая старую дверь настежь. — Опа, соседушка неугомонный. — мужчина уже распластался по скамейки в вальяжной позе, раскинув руки и поставив их на спинку деревянной скамьи. — А чё больше вечеринки не устраиваем? Совесть заела? — Да если бы она… — Антон подошёл ближе к старшему. — Слушайте, пойдемте домой, сегодня холодно на улице. — А чё ты выполз-то? Мог бы сидеть себе спокойно. — Попов откинул голову, сделав глубокий вдох и наблюдая за еле видными звёздами. — Не мог я сидеть спокойно. — тихо пробормотал парень. — Пойдемте. — Ладно, ладно. Пошли — Арсений встал с лавки, поправив свою куртку, и сделал первые неровные шаги в сторону двери подъезда. Антон следил за тем чтобы сосед никуда не вляпался и в целости и сохранности дошёл до совей двери. Облокотив шатающегося мужчину о стену, Шастун нажал на кнопку вызова лифта. С ним как-то много всяких воспоминаний, сейчас хотелось одновременно и застрять там снова и спокойно дойти до квартиры. Когда двери распахнулись, приглашая в свои не очень-то безопасные объятья, Арсений буквально ввалился в кабину, просто перекатываясь в его сторону, из-за чего лифт опять пошатнулся и заскрипел. — Арс, давай аккуратнее! — парень ужаснулся тому как Попов чуть ли не упал и тому как заскрипел лифт. — Арс? А мы когда перешили на сокращения? — мужчина облокотился спиной на стенку лифта и заулыбался. — Прости, просто вырвалось. — Шастун замялся, ведь в своих мыслях он давно уже его называет «Арсом». — Ты так и не ответил. Почему притих-то? — разлепив свой пьяный взгляд и посмотрев на парня, спросил Арсений. — Ну… — Антон думал, что на это можно ответить кроме «вы мне понравились и я хочу с вами подружиться». Пока он пытался придумать хоть что-то вразумительное, лифт в очередной раз жалобно заскрипел и остановился. — Да блять! Только не снова. — Хах, наша остановочка. — пьяный Попов — это, конечно, нечто, ему вообще на всё пофиг. — О, Господи! — парень посмотрел на потолок, надеясь найти там помощь. — Как ты там сказал? Меня так называют только в постели, а мы не в постели. — мужчина заржал в голос. — Здасьте. Мы застряли тут. — в это время Шастун уже дозвонился до диспетчера. — Опять вы? Вы че там с этим лифтом делаете? Трахаетесь, педрилы? — голос как всегда выражал недовольство. — Да это вы лифт нормально почините, чтоб вообще не застревал. Заебали. — разъярённый Антон выглядел мило по мнению пьяного Арсения. — А ты дерзкий смотрю, не как твой дружок. Ждите. — ответил мужчина с той стороны линии. — Спасибо, блять. — бросил в догонку парень, но его уже явно не слушали. Попов валялся (сидел) на полу лифта и наблюдал за, как ему кажется, забавным двухметровым чудом. Закончив свой эпичный диалог с лифтёром, Антон присоединился к мужчине и сел напротив него. Ноги у Шастуна, надо сказать, были и правда длинными, по этому он подобрал их как можно сильнее и обнял свои колени. В мыслях Попова эта картина выглядела ещё более забавно. Такой домашний и растрёпанный парень, в каком-то большом, растянутом сером свитере сидит на полу лифта, подобрав под себя свои длинные до невозможности ноги. — А ты забавный. — хмыкает своим наблюдениям синеглазый. — Что ты сказал? — Антон ушел в свои мысли, если честно, наблюдая за красивым Арсением, и когда услышал сказанное немного подофигел. — Да так. — мужчина ушёл с свои мысли, закрыв галаз и отпустив голову, соприкасаясь со стеной, нашла дрёма.

***

— Ебать, мужик. Ты чё? — Матвиенко сидел напротив друга и жевал излюбленные чипсы. — Да я то чё? Этот ребёнок толи ждал меня, толи чё. Выбежал, забрал меня, довёл до квартиры, убедился, что всё хорошо и ушёл. Ну как это назвать? — Попов сидел на барном стуле, схватившись за голову. — З — забота! — Сергей расхохотался под злобный взгляд голубых глаз. — Ну а что ты хочешь услышать ещё? — Да что угодно, кроме того что ко мне подкатывает малолетка! — окончательно сдавшись, Арсений положил свою голову на холодную мраморную поверхность. — Ну а что, он вроде в твоём вкусе — бородач вовремя увернулся от пачки салфеток летящих прямо ему в лицо. — Прям так оно и будет: «Привет, Антон! Я отношений не завожу, так что давай по соседски трахаться?» Так? — мужчина положил голову на щеку в сторону хихикающего друга. — А что, хороший план! Штирлиц никогда ещё так не был близок к провалу. — супер позитивное настроение Матвиенко не сходило. — Завали! — салфеток под рукой на это раз не оказалось.

***

Беда пришла от куда не звали. В одну замечательную субботу, из знакомой квартиры напротив, раздался уже забытый звук вечеринок. Арсений сначала подумал, что ему показалось, их не было уже месяц. Счастливый месяц тишины! Но нет, за соседней стенкой опять гуляла молодёжь. И видимо отрывалась за все несостоявшиеся тусовки. — Чёрт бы тебя побрал, Антон! — на часах 23:12 и мужчина уже лежал в кровати, готовясь ко сну. По началу Попов пытался смириться со своей участью, но через час бездумного втыкания в потолок, он соскочил с кровати. Найдя подходящую одежду Арс буквально вылетает в общий коридор и неистово колотиться в дверь соседа. — Антон, выходи сука такая! — и его услышали. Не слова, конечно же, а стук. — Мы никого больше не ждём. — дверь отворяется и на пороге появляется тот самый нелепый мальчишка, только разодетый во что-то «брутальное». — А, это Вы Арсений. Чё хотите? — Чё хочу? Тьфу, дежавю какое-то. Антон, час ночи, ты смеешься что ли? — Попов разъярённо смотрит то на парня, то на то что позади него. — Ну час ночи и час ночи. Что хочу, то в своей квартире и делаю. — кучерявый ведёт плечами и не показывает никаких эмоций. — Да ты шутишь что ли? — от такой пофигистичности Арсения раздувает внутри от желания врезать парню. — Я не смеюсь, и не шучу. Ещё что-нибудь? — Антон всё ещё держится за ручку двери, не позволяя видеть всей картины. — Ну-ка пошли выйдем. Покурим. — мужчина больше не может контролировать свою агрессию, смотря на похуизм парня. — Я не курю, и Вы тоже. — сделал замечание Шастун. — Я сказал пошли покурим на улице. Быстро! — Арс прикрикнул на парня, от чего последний съёжился, но всё равно вышел. Антон зашел в квартиру чтобы стрельнуть сиги у кого-нибудь, а Попов за курткой к себе. Они молча ждали этого злосчастного лифта и в нём тоже не проронили не слова. Младший нервно теребил края куртки, а Арсений крутил в пальцах зажигалку, как раздался уже знакомый скрип, пружинка и лифт опять стоит. — Убейте меня. — Шастун застонал и скатился вниз по задней стенке лифта. — Точно хочешь чтоб я это сделал? — старший повернулся лицом к развалившемуся по полу парню. — Нет. Это какая-то позорная смерть. — Антон поднял взгляд на мужчину. — То-то. — Попов хмыкнул собственным мыслям и продолжил, — Объяснишь, что за показательный бунт? — Это не показательный бунт. — таким же голосом «безразличия» ответил Шастун, не смотря на Арса. — А что это тогда? — мужчина присел на карточки, чтобы поравняться с «ребёнком». — Это просто вечеринка, какого хуя Вас вообще волнует моя личная жизнь? Жили же как-то до этого. Лучше б опять ментов вызвали! — парень отвернулся в стену, дабы не встречаться взглядом с соседом. — Бля… Мне вот эти твои подростковые бзики не нужны. Хочешь быть взрослым? Ну так веди себя по взрослому! — Попов встал. — Ой, кто бы говорил! Пиздец из себя такой важный дядька, а свои проблемы сам решить не может. — Антон встал чтобы поравняться с соседом. — Зачем же Бог послал мне такое наказание, а? Тебе что от меня надо? Чего ты хочешь? — Арсений перевёл свой измученный взгляд на рядом стоявшего парня. — Что хочу? Хочу чтоб Вы поняли уже наконец! — Шастун смотрел в бесконечную синь в глазах мужчины и понимал как он далеко. — Понял что? — Попов изогнул брови, не понимая что хочет от него парень. — Нравитесь Вы мне. Вот что. — Антон пускает свой разъярённый кулак в створки лифта, те в свою очередь чудесным образом отворяются и парень выходит на ружу. До квартиры он поднимался пешком.

***

Лето подходит к концу. Последние тёплые деньки согревают больше душу чем тело. А вот на душе Арсения всё как-то плачевно. После внезапного признания он не видел парня с месяц наверно. Его толи вообще в городе не было, толи он так мастерски не попадался на глаза Попову. Мужчине хотелось поговорить с парнем, обсудить всё, но последний пропал как-то очень внезапно. Арсений даже стучался пару раз, но отвечала ему лишь тишина. Заходя в подъезд Попов услышал как открываются двери лифта, потому зашагал к дверям быстрее. Буквально протискиваясь сквозь закрывающиеся двери мужчина успевает. — Антон? — сердце Арсения падает вниз, когда он видит парня с отросшими, но такими же вьющимися волосами. — Ты где, мать твою, пропадал? — Я не пропадал. Мы просто не виделись. — опуская свою голову вниз, говорит Шастун. — Ты хочешь сказать, что не избегал меня специально? Что не был дома, когда я стучался? — Попов наступал на парня, — Антон, что это было в прошлый раз? — А что было? — кудрявый всё ёще смотрел себе под ноги, больше вжимаясь в стену. — Что было?! — Арсений ударил стенку лифта, из-за чего тот покосился и в очередной раз встал, — Блять. Антош, пойми, я не злюсь на тебя за твои слова. Мне не нравится то, что ты просто сбежал. — А чё ты хотел? — Шастун наконец поднял свой взгляд на мужчину. — Чего я хотел? — Попов ухмыльнулся и приблизился к мальчишке, который и так вжался всем телом в стенку лифта. Он приподнял подбородок Антона и спросил, — Можно? Младший переводя взгляд то на выразительные глаза, то на пухлые губы, неуверенно угукнул. Арсений притянул к себе парня за воротник широкого свитера. Мужчина пару раз потёрся носом о нос Антона, успокаивая и втираясь в доверие к нему. Попов чмокнул парня, на что младший потянулся вперёд и приоткрыл губы, чем Арсений воспользовался и запустил свой язык в рот Антона. Старший переместил свою руку на талию Шастуна, наслаждаясь его формами, сжимая и поглаживая бока. А вторая рука блуждала по спине. Опытность Попова давала полный спектор чувств и наслаждений Антону, он стонал и извивался в объятьях мужчины. Руки парня в это время зарывались в шикарную шевелюру Арсения, оттягивая и поглаживая корни волос, на что старший утробно рычал. Шастун переместил руку мужчины со своей спины на ягодицу, задирая ногу и прижимаясь ещё ближе к Попову. Это раззадорило мужчину и он одновременно сжимая упругую ягодицу, улыбается в поцелуй и кусает нижнюю губу Антона. Изо рта младшего разносится сладостный стон. — Ах ты ж маленький шалунишка. — П-прошу, ещё! — Ты хочешь чтобы я продолжил тебя целовать? — Да, да! Пожалуйста! Арсения долго упрашивать не надо, он и сам рад вернуться к манящим губам. Впиваясь с новой страстью в податливые губы, Попов сжимает ещё сильнее Антона и прижимает к своему телу как можно ближе. Чтобы больше не упустить.