Выше.

Найтмер сжимает собственные плечи, бьёт кулаком в зеркало, разбивает его на осколки и скалится, позорно стараясь сдержать слезы. Слезы-слезы-слезы, без конца и не понять почему так долго. Почему это продолжается и посей день, Найтмер старался достучаться до брата. Старался. Искренне, пытался добиться его внимания, обратить его сознание на себя. Но брат не видел, он не слышал. Это не было так, как в детстве, нет, Дрим стал совершенно другим. И Найтмер ненавидел себя, что даже так, но любил его. Даже при таком раскладе, душа все равно предательски тянулась к брату. Найтмер правда ненавидел себя. На нем была команда. На нем был Киллер, с его нестабильной одержимостью и бесчувственностью, на нем был переедающий Хоррор, не понимающий когда остановится. На нем был Даст, с его шизофренией, и склонностью к самоубийству. На нем был Кросс, который чувствовал себя неловко в присутствии любых эмоций, сам являясь подобием холодной статуи. Он должен был поставить их на ноги, когда сам под тяжестью собственных грехов все сильнее сгибался. Он глушил чувства, упрямо тянул выбранную лямку, не боясь надорваться. Он выбрал это, он это сделает, он это хочет. Он выше. Он выше любви и положительных привязанностей к прошлому. И он хочет поглотить столько негатива, чтобы забить ими всю пустоту что внутри. Сердце надрывается захлебывающимся воем, обливается болью и умываться в чужих убивающих разум словах. Найтмер злиться, Найтмер негодует. Найтмер раздирает руки в кровь, стараясь задавить свою болезненную привязанность, свою чёртову, светлую, как ничто в этом мире, любовь. Кто бы мог подумать, Король Кошмаров способен любить. Мультиверс поднял бы его насмех. Он поднимает своих подопечных, ломает чтобы выправить, лечить души заботой и едва заметными упреками. Остановить Хоррора, растормошить излишне погруженного в себя Кросса, выбить из рук Киллера нож, напоить Даста таблетками. Абсолютно все, лишь бы не помнить. Забить до смерти сохранившееся тепло в груди, и будь он проклят, если его сердце не дрожит при виде брата! Он хочет кричать, он хочет сломать и вырвать из груди душу, выкидывая ее на обочину. Он хочет не чувствовать, забыть, но любовь прочно засела и только ещё болезненнее распространяет свои корни. Это противно, это больно, это настолько обесцененно, что Найтмер теряется в собственном негативе к себе. Он должен быть выше, он обязан! Он лидер, за ним идут монстры. Он должен убить свои чувства и идти вперёд, несмотря ни на что. Найтмер прикрывает глаза, закрывая руками уши и скалится, сползая на пол, после очередной битвы. Он один и пока один, можно позволить себе сломаться. Сердце раздирается на части, руки в кровь и на языке металлический привкус. Найтмер выше. Но почему-то от этого не становится легче. Найтмер затихает, подавляя рыдания.