Три облика Себастьяна Михаэлиса

Себастьян Михаэлис. Тёмный дворецкий последнего отпрыска семьи Фантомхайв. Ни единой складочки на тщательно отглаженном фраке и чёрных брюках с лампасами; ни одной пылинки на блестящих туфлях. Белоснежные перчатки, элегантные часы в жилетном кармане, узел галстука находится в точности там, где нужно, на равном расстоянии от уголков накрахмаленного воротничка рубашки. Расторопный, всегда и всюду успевает, дай ему хоть сто поручений в минуту — всё выполнит в срок и даже не запыхается. Разве что в низком чувственном голосе нет-нет, да промелькнут раздражённые нотки, а красноватые глаза недобро прищурятся. Высокий, элегантный, неутомимый, и поместье содержит в образцовом порядке, не смотря на троицу безалаберных слуг, от которых в обычные дни толку мало, одни проблемы. Он прекрасно способен обойтись и без их помощи. Запросто может в одиночку организовать светский приём, благотворительный вечер или торжественный бал. Отдраит залы до блеска, приготовит превосходные блюда, сам разнесёт приглашения. Всё сделает идеально, по высшему разряду и никогда не посрамит своего хозяина. Одним словом — первоклассный дворецкий. Горничная Мейлин иногда заглядывается на Себастьяна, да что там говорить — сохнет по нему. Ещё бы, такой завидный красавец. Жаль, чувства её неразделённые. Вот только то, что она видит — на самом деле не более реально, чем сон или мираж в пустыне. Да, несмотря на потрясающую материальность, на достоверность и убедительность в каждой детали — этот облик Себастьяна вовсе не является настоящим. Он — химера, фантом, пыль в глаза. Просто маскарадный костюм. Материальная оболочка, в которую демон облачается, покидая свои астральные миры и входя в общение с миром физическим, миром человеческим. Этих оболочек у него было столько, сколько раз он воплощался на Земле, и все они не более чем окраска хамелеона, которая легко меняется в зависимости от внешней среды. Вы знаете, что демоны тоже едины в трёх лицах? Да-да, как ни кощунственно это звучит. У себя в Аду они копируют Небесные порядки, переворачивая их с ног на голову. Там у них всё как в зеркале, где поменялось право и лево. В том-то и состоит сущность искушения… Первая личина Себастьяна, как преданного дворецкого семьи Фантомхайв, известна всем и каждому, кто хоть раз бывал в поместье или знаком с Сиэлем — то есть, знакома она большей части аристократического Лондона. Но если (не приведи какая-нибудь Высшая или Низшая Сила), кому-то доведётся узреть Михаэлиса в его демонической форме — не факт, что человеческое сердце вынесет это. Ибо тогда привлекательная оболочка стечёт с демона, точно акварель с листа, смытая водой. У себя дома, в Аду, он выглядит совершенно иначе. Там вы его не узнаете. Там его облик способен внушать безотчётный ужас. Демон — громадного роста и чёрен, как смола или антрацит. Он точно соткан из мрака, озарённого снизу багряными отблесками. Из этого мрака недобро сверкают удлинённые и узкие змеиные глаза цвета крови, цвета киновари, цвета самого́ сердца пламени. Его голову венчают рога, крутые и изогнутые, как у архара. У него длинный хвост с ядовитым шипом на конце. В нужный момент за его плечами разворачиваются огромные чёрные крылья, похожие на крылья гигантского ворона. В сложенном виде они сходны с тогой или плащом, в который закутан демон. У него мощные руки с сильными пальцами, которые заканчиваются острыми длинными когтями. А вот копыт у него нет. Всё это предрассудки, что у демона непременно должны быть копыта. Ноги Себастьяна обуты в высокие, до середины бёдер, ботфорты. Форма их вызывает страх и восхищение одновременно — так изящно облегают они ноги. У ботфортов острый носок и невероятно длинный каблук, который всё больше утончается книзу, как бы сходя на нет. Конец каблука острый, как шило. Кинжально-острые кончики рогов, острые клыки, острые когти; жало на кончике хвоста, острия каблуков… Себастьян сам по себе — смертельное оружие, даже если не будет применять свою демоническую магию. У него страсть к колющим и режущим предметам; став дворецким, он избрал своим оружием столовые приборы — ножи и вилки. В его руках они невероятно опасны, потому что остры до крайности, а в скорости и меткости мало кто может посоперничать с древним демоном. Не счесть сколько врагов дома Фантомхайв уснули вечным сном после безуспешных попыток проникнуть в поместье и прикончить его хозяина. Уснули, упокоенные ножами и вилками недремлющего дворецкого. Да, и ещё у Себастьяна есть корона, но о ней будет рассказано как-нибудь в другой раз. Словом, его демоническая форма — зрелище не для слабонервных. Вот только и эта форма не является истинной. Скорее — она просто промежуточная. Демоны используют её в Аду для личного общения и иногда являются в ней к людям, если хотят испугать их до полусмерти. Просто им так удобней. Истинная же форма Себастьяна — это сама Тьма, живая, струящаяся, текучая, как вода и бесплотная, как чёрное облако. Мгла, способная заключить в себя всё живое, удушить или наполнить могильным холодом сердце, прикоснувшись к нему. Там, внутри, в этой мгле, точно кровавые пузыри на поверхности бескрайнего океана, время от времени вспучиваются кроваво-красные глаза, делая окружающий мрак ещё более жутким. Тьма может вытягиваться чёрными щупальцами или растекаться, занимая любой объём. Истинная форма демона непобедима. Это — чёрное Ничто, сама бездна Космоса. Она умеет обжечь ледяным дыханием или напротив — превратить в горстку пепла одним касанием; наполнить душу беспредельным ужасом, или же… не причинить никакого вреда человеческому существу. Демон свободно распоряжается этой формой, как захочет. Может пугать, карать ею или миловать — всё на собственное усмотрение. Эта форма способна за мгновение высосать из человека все его жизненные силы. И она же способна заключить его в себя, закутать точно в кокон, и тогда человек останется цел и невредим, даже если по соседству взорвётся Сверхновая звезда. Согласитесь, возможности более чем впечатляющие. И все они будут на службе у человека, если только он заключит контракт с демоном. Хотя, конечно, такие демоны, как Себастьян, сами выбирают, с кем из людей им иметь дело, а чей Зов равнодушно проигнорировать из Ада, как бы люди ни старались их вызвать. …Так что у Себастьяна Михаэлиса есть аж три формы проявления и ни одна из них не является единственной и неизменной. Вот такая он «матрёшка» — под каждой видимой маской скрывается маска невидимая. Что же представляет из себя демон? Решайте сами. Он может быть одинаково убедителен в любой из своих оболочек, ибо каждая из них — тоже часть его сущности…