Жестокость войны

      

1943 апрель

      Клавдия проснулась раньше обычного от шума на улице. С просони, выбежав на улицу в одной сорочке, она увидела своего соседа, которому недавно исполнилось семнадцать лет.       Парень держал в руках повестку, его уже отросшие тёмные волосы падали на лицо. Рядом стояла худая женщина закутанная в шаль и одетая в рваный и старый рабочий комбинезон, оставшимся со временем, когда она ещё работала, и громко рыдала.       Эта женщина была его тёткой в достаточно преклонном возрасте. Она воспитывала его с рождения. Оба родителя мальчика погибли. Мать при родах, а отец не смог пережить потерю - повесился. У женщины не было своих детей, она осталась старой девой, но парня воспитывала, как родного ребёнка. Тётку звали Надежда Ивановна, а её племянника Юрий.       Надежда Ивановна сильно болела в последнее время и ей нужен был регулярный уход. И хозяйством, и уходом за женщиной занимался Юрий.       "Без него женщине просто не выжить" - промелькнула в голове мысль у Клавы, пока девушка бежала к ним. - Здравствуйте. - промолвила девушка с небольшой одышкой. Юра тебя забирают? - спросила она у парня, уже зная ответ.       Здесь нужно упомянуть, что молодые люди провели своего детство вместе. Гуляли, бегали и придумывали различные игры. Их любимая была "Выжившие". Ребята представляли, что остались одни после конца света и "пытались выжить" в одиночку. Они даже построили свою укрытие, состоящие из полусгнивших досок, оставшихся от старого дома, и листьев. Когда родители Клавы нашли их, то дали нормальных досок, непригодных для строительства. - Да. - ответил парень весьма немногословно.       Тут в разговор влезла Надежда Ивановна, всхлипнув, сказала: - Юра, мой бедный мальчик, я одна тут не справлюсь! - женщина снова залилась слезами. - А если он не вернётся? - продолжала причитать женщина.       Клавдие до глубины души стало жалко Надежду Ивановну, она взглянула на Юру своими большими серыми глазами. Парень знал, что тётка его права. Если он и вернётся, то Надежда Ивановна сама не справиться, она ходит то еле как.       Не успев всё обдумать, девушка, дрожа от холодного апрельского ветра, предложила: - А если договориться и мне отправиться на фронт, а тебе, Юра, остаться ухаживать за моей матушкой и маленьким братом Витей (ему скоро должно было исполниться 4), а также продолжать помогать Надежде Ивановне?       Клаве пришлось взять роль мужчины в семье два года назад. Её отец добровольцем ушёл на фронт, где попал в плен и, не сдав своих товарищей, был зверски убит. У матери девушки было слабое сердце и поэтому она не могла выполнять тяжёлую работу. - Ни за что, Клавдия! - вскрикнул Юра, взяв девушку за бледные руки, на которых были грубые мозоли, и многозначно на неё взглянул. От такого взгляда кареглазого парня Клаве стало не по себе. - Ты не можешь уйти сражаться с фашистами, ты девушка и тебя не за что не возьмут. - Юра, я должна. Я всегда равнялась на своего отца и сейчас могу продолжить то, ради чего он погиб. Пожалуйста, давай попробуем? - взмолилась девушка, которую уже долго мучили мысли о помощи стране. - К тому же от тебя тут будет больше толку. Ты сильный и сможешь помогать моим близким и своей тётушке. - Юр, останься! - очень жалобно попросила Надежда Ивановна. Ей было плевать на Клавдию, она ей никогда не нравилась, хотя молодая соседка всегда была С ней доброжелательна. С самого раннего детства девушка любила "мальчишичьи увлечение", как выражалась женщина. А своего драгоценного племянника потерять не могла.       Юра молчал. Долго молчал. Он думал, а Клава смотрела на него таким жалобным взглядом, что в конце концов Юра произнёс: - Я соглашусь на это только, если мы расскажем о плане твоей матушке.       Надежда Ивановна, поняв, что здесь ей не место, продолжая громко всхлипывать, ушла в дом. - Нет, нет, нет. Ей нельзя рассказывать. У неё слабое сердце, она это не переживёт. - взбунтовалась Клавдия. - Ты понимаешь, что это опасно? - очень серьёзно спросил Юра. - Конечно, но пойми, просто жить в наше время опасно. - Иди домой, я зайду в полдень и мы всё обговорим. Ты, бедняга, совсем продолгла. - обе спокойно и крайне уставшим голосом сказал юноша, проведя рукой по волосам.       Клавдия со всех ног побежала домой. Она и вправду очень замёрзла, а ещё скоро должна была встать её мать и брат.