Мare vibrationes

Хром повернул голову в бок. - Я сделал что-то не так? Сенку часто моргая, и скручивая щупальца между собой, немного заторможенно ответил. - Нет. Нет, все, кхм нормально просто... Не думал, что ты запомнишь, это … - Ну, когда довольно симпатичный тритон в благодарность за спасение делает это, то сложно не запомнить данный жест, чтобы он не значил. Это же что-то значит? - шатен улыбнулся во весь зубастый рот. Осьминог вскинул бровь и скривил губы в улыбке, приятно знать, что другой тритон считает его довольно привлекательным, как и он его. Сенку неспешно повертел головой рассматривая бескрайнюю водную гладь, продолжая ощущать фантомное прикосновение, было приятно и хотелось получить его вновь. Пора перестать пытаться свалить все на сезон. - Так почему именно здесь? – тритон одновременно двинул рукой и щупальцем вперед, - И да, серьезное предложение вступить в пару. Блондин бросил ехидный прищур на Хрома пока тот в спешном порядке обрабатывал информацию, стараясь не умереть от смешанного чувства смущения и дикой радости. - Оу, кхм, оу … Обалдеть, - шатен судорожно дернул хвостом, руками пытаясь сдержать почти раскрывшиеся плавники от восторга, - А мы дарим камень, ну, если серьезно. - Как мило, целый камень, - Сенку фыркнул, чего-то такого он ожидал услышать, но и реакция хвоста тритона его слегка позабавила, - Зачем ты их сдерживаешь, разве держать их все время сложенными неудобно? Хром сильно тряхнул головой, и глубоко вздохнув, тут же выдохнул, как-то таинственно улыбаясь. Он расставил руки позади себя упираясь ладонями в камень, и несильно качнул хвостом. - Хочу тебе кое-что показать, раз ты никогда до этого, ну кроме прошлого раза не поднимался на поверхность, - шатен смотрел куда-то вперед, - Но придется немного подождать, и да, неудобно, но если я не хочу, все время драться с другими тритонами, то стоит потерпеть небольшое неудобство. Сенку понятливо кивнул, и также посмотрел вперед. Ничего кроме линии горизонта, синей морской глади, переливающейся от бликов солнца, и шипящей пены, и с десятка белых пушистых облаков не было. Но осьминог был довольно терпеливым, да и просто сидеть в тишине рядом с тритоном было приятно. Эту тишь изредка разбивал шелест особо сильных волн или резкий порыв ветра. Они просидели так какое-то время пока легкий разговор не завязался сам собой, не забывая время от времени смачивать жабры в воде, приносимой волнами. Так Сенку узнал, что у Хрома уже был опыт в сезоне и довольно неудачный. Осьминог не смог сдержать давящего чувства злобной ревности, так что щупальца стали ядовито красными, скручиваясь в тугие узлы между собой. Тритон виновато прикусил губу, прекрасно понимая какие чувства сейчас мог испытывать парень, но лучше он скажет это ему сам, чем тот узнает от других. Сам же шатен слушал истории об отце и друзьях блондина, и что осьминоги невероятно заботливые и преданные, будь то пара или дружба, они никогда не бросят болеющего собрата, и тем более не изгонят, как это делают тупые хвостатые. К слову, Сенку не считал Хрома тупым, так для уточнения. И к большой неожиданности обоих у них была общая страсть. Как говорили все вокруг искать себе неприятности на хвост-щупальце. Как считали сами парни, исследовать затонувшие корабли и обломки, пещеры, или затонувшие постройки людей, лезть везде и всюду куда приличные тритоны и не заплывают. Чего только стоит их место знакомства, или сегодняшнего свидания. Однако не во все места они могли попасть, по-отдельности. За их неспешными разговорами Солнце клонилось ближе к горизонту окрашивая все вокруг в яркие желтые, оранжевые, и едва розовые сочные цвета, переходящие друг в друга. Блики на воде выглядели маняще тепло, будто маленькие жидкие и подвижные солнышки. Чем ниже опускался яркий диск, тем больше розовый цвет заполонял небосвод ближе к воде становясь нежно фиолетовым. Облака, казалось, исчезли вовсе, не мешая своим присутствием. Морская гладь постепенно становилась непроглядно черной, как самая глубокая бездна на дне. Сенку, неожиданно замерший на полуслове с широко распахнутыми глазами, наблюдал затем, что ему доводилось лишь слышать по обрывочным рассказам. Сдавленные зрачки сжались еще сильнее, давая место ярко-красной радужке. Губы растянулись в необычайно счастливой и кроткой улыбке, несвойственной тритону. Щупальца задорно шевелились каждое по отдельности и синхронно вместе. Хром удовлетворенно хмыкнул, наверное, он выглядел примерно также увидев свой первый закат, а то еще хуже. Солнечный свет не проникал на глубину, где жил тритон, а там, где блондин и подавно, все освещение шло от водорослей или святящихся морских обитателей поменьше. Тем временем морской горизонт полностью поглотил жаркое светило, несколько минут еще было светло пока ночь полностью не вступила в свои права раскрывая свою тайну и красоту. По всему небу мерно светились и мигали звезды разных форм и размеров. Их белый мерный цвет успокаивал и завлекал не отрывать взгляда ни на секунду. Они были повсюду, каждый клочок неба был усеян ими. Будто случайно рассыпанные белые ракушки на черном песке. Сенку наблюдал за этим великолепием полностью отключившись, теряя счет времени, потому он вздрогнул, почувствовав прикосновение чужих пальцев бережно переплетающихся с его. Блондин повернул голову к шатену, одновременно понимая, что тритон все это время смотрел только на него. Как-либо ехидно прокомментировать это, от жуткой волны смущения, осьминог не успел. Хром, держа его за руку, другой притянул за талию как можно ближе, и каверзно улыбаясь, сделал странное движение хвостом, отчего они полетели в воду. К чести, Сенку тот смог сдержать недостойны писк, так и рвавшийся наружу, все что он успел, так это оплести щупальцами подтянутое тело шатена, как их полностью поглотила ночная морская бездна. Очень сильно захотелось огреть тритона по голове, возможно он погорячился с мыслями, что шатен не такой уж и тупой. Они резко вынырнули из-под воды, и Хром сразу же рассмеялся, видя ошарашенно раздраженный взгляд осьминога. Отчего Сенку практически сразу стал смеяться сам, ну а что он хотел? От этого тритона можно ожидать чего угодно. - Не забыл? Я же звал тебя поплавать, - Хром задорно повернул голову в бок, продолжая хихикать с широким оскалом, выпуская парня из рук, - Как тебе вода? Сенку много чего хотелось сказать тритону в ответ, но тут он действительно задумался над вопросом. И правда, шатен это ему и предложил еще тогда, а вода… Сенку прогнулся в спине назад затылком касаясь водной кромки. Он нырнул головой под воду, делая полный круг всем телом. Вода до странного была необыкновенной, приятно теплой на поверхности местами обжигающе горячей. Трепетно обволакивающей, легкой и в то же время вязкой, она билась легкими волнами о кожу, на глубине такого не бывало никогда. Осьминог вынырнул в сантиметре от лица тритона, успевая как следует рассмотреть тело другого парня под водой. - И правда, необыкновенно, - Сенку ухмыльнулся шатену с легкой ноткой похоти в ней. Хром отзеркалил этот оскал, и легким взмахом хвоста отплыл в сторону, слегка окатив осьминога водой. Сенку на это фыркнул, сдвигая мокрые пряди с лица, но принял условия игры, брызгаясь струйками воды из скрученных щупалец. Тритон ловко уворачивался, либо нырял под воду, чтобы всплыть в другом месте. Но даже так осьминог пару раз попал по парню. Шумный плеск и хохот раздавался над поверхностью воды, в которой отражалось звездное полотно. Выглядело все так словно они плавают в самом ночном небе. Сенку тяжело дыша едва держался на поверхности, его тянуло на дно, для него было непривычно совершать столько активных действий за раз. Возникла мысль сказать шатену о необходимости устроить отдых, он так увлекся погоней за тритоном, что не может точно сказать сколько времени, они плавали вокруг. Парень стал уходить под воду все сильнее, как почувствовал сильные руки, подхватившие его чуть ниже талии и поднявшие вверх. Хром дышал также, но по нему было видно, что он еще не спешит отдавать океану душу, в отличие от осьминога. Руки Сенку опустились на плечи шатена, а щупальца плотно оплелись вокруг тела и хвоста тритона в попытке удержаться. Блондин чувствовал, как шатен плавно шевелит хвостом позволяя им оставаться на поверхности. Его словно не волновало, что, по сути, осьминог может в любой момент обездвижить хвост парня. Такое доверие слишком подкупало и манило. Их лица были напротив с одинаково усталыми, но довольными улыбками. Кто потянулся первым так и останется загадкой, легкое прикосновение носов по касательной завершилось робким и солоноватым поцелуем. Они просто касались губами, пока их не накрыло подкравшейся волной с головой. Только это не заставило их выпустить другу друга из объятий и поцелуя, лишь подстегнуло вжаться сильнее. Хром провел языком по сомкнутым губам осьминога и слегка прикусил, чувствуя, как щупальца поглаживают его хвост рядом с половыми путями. Сенку схватив волосы на затылке шатена, оттянул их назад, заставляя поднять голову вверх, и уже сам повторил за парнем. Они целовались, коротко и часто, отрывисто и несильно кусаясь, бесцельно водя руками и щупальцами по телам друг друга. Пока под плотно сжатыми веками не стало светать, нехотя оторвавшись от влекущих губ, они рассмеялись, смотря друг другу в глаза. У обоих в них отражался наступающий рассвет.