Сон и боль.

Сегодня в ФЭС поступило новое дело. Убийство Александа Вильковского. Старшего сына семьи Вильковских. Он был преврощен в неведомый фарш, так что Валентине сначала нужно было собрать пазл из костей и органов. Спустя примерно 30 минут в морг вошла Рогозина. Она хотела узнать, как продвигается работа. –Валь, привет. Ну что, как продвигаешься? – она подошла ближе к кушетке и увидела труп – Емае! Валя ты котлеты в могре готовишь? Это как так вышло то? – Ну смотри, я перебрала остатки Александра и могу заявить: левая нога отсутсвует. Гениталии вырезаны. Руки поменяли местами, позвоночник выдернули. От этого он и умер. Еще на затылке гематома, били тупым тонким предметом, предположительно труба. На сгибе локтя 3 следа от уколов. Сломано 5 ребер. Левое легкое вырезано. Руки меняли когда он уже умер, легкое вырезали при жизни. Ногу отобрали тоже у трупа. Время смерти – с 2 до 3 ночи вчера. – Ты отдала кровь на анализ? – Да. – Умница, соскреби вот это со стола. Выглядит не эстетично. – Ты в трупах ищещь эстетику? – Ну а что? – Гаааль? – М? – Ты спала сегодня? – Да. –Врешь ведь. – Да... – Ты неисправима. Пообещай мне, что сегодня поспишь. Иначе я приеду к тебе и уложу насильно. Поняла? – Ты прям как мама моя. Поняла я. Обещаю. – Тебя по другому все рано не образумишь. Ладно, пойду этот фарш с койки уберу. – Вот и славно. Ну ты трудись, а я пойду лаборантов встряхну. Галя потрепала патологоанатома по волосам и скрылась за дверьми морга. Казалось бы, просто касание, но почему то в тот момент в груди что то сжалось. Полковник не предала этому значения и пошла доебываться до Холодова и Оксаны. – Что с анализом крови Вильковского? – Галина Николаевна, в крови присутвует героин, метадон и соляной раствор. Так же повышенное содержание адреналина. Похоже, что на момент смерти он чего то испугался. – Он наркоман? – Нет. Похоже наркотики были введены насильно. – Хорошо. Значит кто то ввел ему наркотики, вырезал легкое, вырвал позвоночник и после смерти поменял руки местами вырезал гениталии и отрезал ногу? – Видимо так. Кстати его телефон сейчас в подвале дома, который находится в другом квартале. И он там с 12 ночи вчерашнего дня. – Холодов твою мать! С этого и надо было начинать! Сейчас Круглов и Майский туда смотаются, а вы проверьте всех его знакомых. Я пока пообщаюсь с его отцом. – Будет сделано! – Реще. Рогозина вышла из кабинета и направилась в комнату допроса. Каждый раз когда к ним поступает новое дело она начинает гонять всех и вся и раздавать ЦУ на право и на лево. Еще в купе с двумя сутками без сна Галина была похожа на злую собаку. Хотя внешне как всегда была одета с иголочки. По ней и не скажешь, что она на грани нервного срыва. Все это из за того, что в последнее время в ФЭС поступает все больше и больше дел. А это нервы, отчеты, допросы, головная боль и генрал, орущий на Рогозину, мол они там все просто штаны просиживают и нихуища не делают. А это сказывается на здоровье полковника. Ей все же не 15 лет. Зайдя в небольшое помещение, она села напротив мужчины. На вид ему было лет 45, темные короткие волосы с проседью на висках, густые брови, небольшая щетина и потухшие серые глаза. Он выглядел настолько подавленно, что Рогозиной даже стало жаль его. Но в этой комнате сожелениям места нет, так что она начала допрос. – Михаил Вильковский, чем увлекался ваш сын? Может он ходил в какую нибудь секцию? – Нет. Мой Саша был тихим спокойным мальчиком. Он любил рисовать, но в кружок рисования идти отказался. Саша прекрасно учился, все преподователи гордились им. Не смотря на спокойный характер, он был очень общительным и доверчивым. – У него были друзья? – Немного. У него было только 2 друга. Они были не разлей вода прям с 1 класса. – Вы знаете их имена? – Конечно. Олег Тресников и Андрей. Фамилию забыл. – Отлично. Где вы были вчера ночью? – Дома. Саша сказал, что пойдет к Олегу на ночевку, а он уже взрослый, так что я не стал препятствовать. Только сказал, чтоб много не пили. Ну часов в 10 он ушел, а я спать лег. Проснулся, а его нет. Звонил, трубку не взял. Ну я и подумал, что он спит еще, а оно вот как. – Вы знаете, где живет Олег? – Да. Через квартал от нас. Дом 15 кажется. — Спасибо, вы свободны. – Найдите убийцу, прошу. – Уже ищем, не волнуйтесь. Мужчину вывели из комнаты, и Галя отправилась в свой кабинет, что бы дать обсудить план действий с командой и отпустить всех домой. Себя она модет мучить сколько угодно, но с коллегами никогда та кне поступит. Спустя 5 минут кабинет полковника был заполнен сотрудниками. — И так, что мы имеем: – начала рогозина– изуродованный труп с наркотиками в крови. Подвал и подозреваемого. Значит сейчас по домам, а завтра с утра Майский и Круглов едут в подвал, а Таня привезет Олега. Все всё поняли? – Да – хором ответила вся команда. – Замечательно, а теперь все по домам. Здание ФЭС быстро опустело. Все спешили к родным и близким. Одна Рогозина никуда не торопилась. После смерти мужа у нее не осталось никого, к кому она могла бы спешить. Так что Галя неспешно плелась к своей машине, но вдруг краем глаза она заметила белые волосы, мелькнувшие за ее машиной. *Валя* пронеслось у нее в голове. Но полковник быстро отогнала эту мысль. Вале не тсмысла тратить на нее время. У нее самой муж и четверо дететей. Но Галя не ошиблась, Из за машины вышла низкорослая блондинка. Она подошла к полковнику и заговорила. – Галь, прости за неожиданность, но мой муж с девочками уехал на дачу, а ключей у меня нет. Вернутся они только завтра. Можно я у тебя переночую? Валя переминалась с ноги на ногу. Ей было неудобно просить так с разбегу забрать ее домой. Но Галя не раздумывая согласилась. – Конечно. Садись, поехали. – Спасибо большое! Я у тебя в долгу!