***
Чимин вышел из кафе и сразу поймал такси. Омега назвал адрес и минут через 20 они были на месте. Омега, расплатившись с такси, побежал домой, ведь он хотел увидеть своими глазами, что Чонгук развлекается с другим омегой. Если это так, то он откажется от истинности. Сделает все возможное, но откажется от Чонгука. Чимин тихонько открыл входную дверь и вошел. Стоны доносились из кабинета. Чимин подходил ближе, стоны все громче, сердце сжималось от боли. Грудную клетку то ли гляди разорвет на части. — Нет, Чонгук, не поступай так со мной. Пожалуйста. Я не вынесу боли. Пожалуйста, пусть лучше будет кто-нибудь другой, — шептал Чимин. Дверь в кабинет была приоткрыта, и Чимин мог разглядеть все, что творится внутри. Омега заглянул в кабинет и ужаснулся от увиденного. Джин лежит на столе и извивается как змея под Чонгуком. Альфа входил то медленно, то быстро, с каждым разом увеличивая темп. Стоны нежны и ласковы. Аккуратное тело омеги ходило ходуном в мощных руках Чона. Чимин прикрыл рот ладошкой, чтобы не закричать от истерики. На глазах выступили слезы. Слезы боли. Чонгук взглянул на дверь и увидел Чимина. Заглянув в глаза Чимина, он почувствовал всю его боль. Глаза омеги изменились: они излучали предательство, боль, злость. И та самая радужка полукровки. Чонгук встряхнул головой, но дверь захлопнулась. Тэхен подбежал к двери и закрыл ее, но было уже поздно, Чимин прижался к груди альфы. — Тэхен, я откажусь от него. Мне больно. Очень, — всхлипывал Чимин на груди альфы. — Тише, малыш, не плачь, — прошептал Тэхен. Стоны прекратились, и за дверью послышались голоса. Хосок с ноги открыл дверь в кабинет Чонгука. — Ты совсем попутал? — Хосок начал кричать на Чона. — Хосок, выйди, пожалуйста, мы с тобой это обсудим позже. — Зачем тебе Чимин, если ты трахаешь моего истинного? — Хосок не унимался, он делал шаг ближе к ним. — Что? — переспросил Чонгук, смотря то на Джина, то на Хосока. — Что слышал, — Хосок не унимался, его ярость говорила за себя. — Джин? — спросил Чонгук. — Я только сегодня узнал, когда пришел к тебе, — ответил Джин. — Я никогда не приму нашу истинность, — ответил альфа. Чонгук посмотрел на Чимина, тот стоял в обнимку с Тэхеном и плакал. — Ты знаешь, что Чимин, твой истинный, тоже отказывается от тебя после увиденного? — спросил Хосок, громко смеясь. — А знаешь что, я, наверное, заберу этого цыпленка себе. Я лучше от недотраха умру, чем предам его. Бывай, Чонгук, — Хосок развернулся на пятках и вышел из кабинета, взяв Чимина на руки. — Хосок, что ты делаешь? — спросил сквозь слезы Чимин. — Забираю тебя, полукровка, — ответил Хосок. — Хоби, стой, — вслед за ними выбежал Чонгук, но его уже никто не слышал. — Тэхен, что это было? — спросил Чонгук. — А ты сам не видишь. Ты потерял друга и своего истинного ради шлюхи, — ответил Тэхен. Мин коснулся пальцев Тэхена, но и это не осталось без внимания альфы. — Тэхен, а ты не хочешь мне объяснить вот это? — указывая на пальцы Юнги, которые сплелись с пальцами Тэхена. — А что говорить, мы истинные, и я не собираюсь от него отказываться, нравится тебе или нет. Чонгук, сейчас ты не прав. Ты не мог Джина отвезти себе на квартиру? Чимин и так многое пережил. А ведь он принял вашу истинность, думал, что ты его защитишь, не придашь, а ты что сделал. Опять окунул в предательство и ложь. Ты сам ему признался в любви и сам его предал. Да когда ты повзрослеешь? — Тэхен говорил спокойно и размеренно. — Так значит, я виноват в этом? По-моему, кто-то сам говорил мне позвать Джина, — Чонгук начал оправдываться. — Да, говорил, но я не хотел, чтобы Чимин это видел. Дай ему время успокоиться, и Хосоку тоже, — сказал Тэхен. — Заебись, теперь я во всем виноват, — сказал Чонгук и хотел развернуться и уйти. — Тэхен, я так и знал, что он испортит жизнь Чимину. Я это видел, и повелитель здесь. Чимина надо спасать, — сказал Юнги. — Мы справимся, котик. Пойдем, — Тэхен приобнял Юнги. — Нет уж, Мин, стой, откуда знаешь, что повелитель здесь? — спросил Чонгук. — Птичка на хвосте принесла, — съязвил Мин. — Юнги, мне ничего не стоит свернуть тебе шею, и тебе даже мой брат не поможет, — Чонгук сделал шаг вперед, но Тэхен преградил ему дорогу. — Вот как успокоишься, тогда скажем, а сейчас приведи себя в порядок и завтра собери совет, — сказал Тэхен, и они с Юнги ушли. Чонгук остался один в своих раздумьях. — Повелитель здесь, значит… Пришел час расплаты, Чудовище. Я отомщу за родителей, — произнес Чонгук. Джин тихо плакал в углу кабинета, ведь такого поворота событий он не ожидал. Истинный все это время был рядом, как он его не замечал? А этот маленький мальчик оказался истинным Чонгука. Джин остался один.***
Чимин всю дорогу молчал, только тихонько всхлипывал. Его маленькое хрупкое сердце разрывалось от боли. — Почему? — тихо произнес омега. — Цыпленок, жизнь жестока, и в ней надо выживать. Я научу тебя. Чонгук еще побегает за тобой. Ты будешь самым желанным в Сеуле. Все тебя будут хотеть, но не многие смогут дотронуться до тебя. Вот увидишь, — сказал Хосок и надавил на газ. — Хосок, отвези меня к Чонгуку обратно. Я буду жить у него, — попросил Чимин. — Давай сейчас мы с тобой погуляем, поужинаем и тогда отвезу. Тебе надо привести себя в порядок, а то от слез тушь потекла, — Хосок улыбнулся. — О боже, какой я страшный стал. Хосок, смотри, что у меня с глазами, почему они поменяли цвет? — Цыпленок, ты поймешь, но позже, — ответил Хосок. — И ты очень красивый, — альфа подмигнул Чимину. — С этой минуты нет больше плаксивого Чимина. Есть секси-шмекси Чимин, — они рассмеялись.