Мой господин

      Неуклонно приближалось Рождество, а вместе с тем и тридцать восьмой день рождения Леви. После умопомрачительной свадьбы Эрена в начале декабря, когда они и правда гуляли всю ночь, решив отметить сразу три свадьбы, Леви больше не хотелось никаких шумных праздников, и Рождество он планировал провести лишь в компании Эрвина и Серыша. Правда, шестым чувством ощущая, что так просто всё не будет.       Несколько дней они украшали этот большой дом, создавая из него настоящий сказочный особняк. В гостиной, в кабинете, библиотеке, спальне — везде были рождественские мотивы, венки и гирлянды. Хотя, конечно же, центром праздника стала гостиная. Здесь Эрвин разошёлся не на шутку. По его плану и расчётам они установили высокую ель, украсили окна и шторы иллюминацией, развесили венки из остролиста, а место над камином заняла еловая гирлянда и свечи. Помимо этого Леви прикупил всяких рождественских безделушек, вроде снежных шаров, новогодних фигурок, красных колпаков, сладостей, забавных подарочных мешочков, чехлов на подушки… В итоге гостиная за неделю до Рождества превратилась в волшебный домик, и Леви проводил время исключительно здесь, укутавшись в свой рождественский плед и следя за тем, чтобы огонь в камине не гас.       Также к Рождеству преобразились все его кафе. Леви лично объездил каждое и проверил, насколько уютной стала атмосфера и изменилось меню. А также везде попробовал глинтвейн. Он был пряным и ароматным, приготовленным по его рецепту, однако тот вкус, что пленял Леви, он мог получить только дома.       — Капитан, вы правда не хотите отмечать? — забурчал Эрен, когда Леви после осмотра попивал согревающий рождественский напиток в его кафе.       — Чёрт, мне твоей свадьбы хватило на год вперёд, — ответил тот, сложив ногу на ногу. — Хочу просто сидеть в кресле у камина, пить глинтвейн и ничего не делать. Теперь я могу себе это позволить, — довольно сказал он. — К тому же Рождество обычно все отмечают со своими семьями. И я тоже буду со своей семьёй, — тихо добавил Леви, едва заметно улыбнувшись.       — Но это же скучно, — со вздохом протянул Эрен, расстроившись, что пышного праздника не будет. Но последние слова он тоже услышал и задумался. — Я так и не понял, — он с подозрениями скосил глаза на спокойного Леви. — Да, я много выпил тогда, но точно помню, как мисс Зоэ кричала, что мы отмечаем три свадьбы? — Эрен задумался, потирая подбородок. — Первая, это наша с Микасой. Ещё я слышал, что Майк и Нанаба планируют пожениться. Но кто был третьим?.. — он снова уставился на Аккермана, который смотрел в сторону и пил глинтвейн. — Мои мама с папой давно женаты, кто же…       — Тц, ты и правда настолько недалёкий? — не выдержал Леви и метнул на него обжигающий взгляд. — Или притворяешься?       — Эй, чего взялись за старое, не дурак я, — пробурчал Эрен, снисходительно опуская его оскорбления. В последние годы Леви был намного мягче и уже не обзывался, как в тюрьме. Но иногда его острые словечки всё же проскальзывали. — Неужели вы с доктором? — всё же решился спросить он.       — А что в этом такого сверхъестественного? Это раньше казалось чем-то ненормальным и извращённым, что тщательно скрывалось и могло навредить репутации, — он невольно покривил губами, припомнив свои прошлые «отношения» с лордом Эрвином, которые были максимально запретными и могли разрушить всю жизнь господина, если бы всплыли наружу. — Но теперь можно даже заключать браки. Хотя мне этот пафос без надобности, просто Эрвину захотелось.       — Вот как… — изумлённо выдохнул Эрен. — Не знал, что вы так далеко зайдёте.       — Эй, ведь у нас всё по-взрослому, — ухмыльнулся Леви. Допив глинтвейн, он поднялся на ноги и потрепал Эрена по голове. — Позови, когда родится, хочу увидеть самого мелкого Йегера, — напоследок попросил он.       Рождественский день действительно выдался холодным — это Леви ощутил, гуляя и играя с Серышом с утра. На днях выпал снег, и на опушке леса стало очень красиво, как и в самом лесу. Можно было повеселиться и поиграть в снежки: эта забава казалась Леви слишком детской, но кое-кому наверняка бы понравилась. Ему было интереснее погулять по зимнему лесу, но глубоко Аккерман опасался заходить из-за волков, поэтому с Серышом они довольствовались окраиной. Раскрасневшийся и довольный он вернулся в тёплый дом, где Эрвин уже успел развести огонь в камине и приготовить вкусный завтрак.       Этот день Леви планировал провести в кресле у камина вместе с Эрвином, иногда выходя на улицу, размяться и помёрзнуть, чтобы потом ощутить всю прелесть уюта и огня. Но, конечно же, всё пошло не по его плану. Ближе к полудню раздался звонок в дверь, и за порогом Леви увидел целую гурьбу, которую возглавляла Ханджи.       — С Днём рождения! — почти хором воскликнули они, не обращая внимания на его кислое лицо. Почти вровень с Ханджи стояли Эрен и Микаса, за ними — Райнер, Марко и Жан. У всех были счастливые улыбки на лицах, и Аккерману ничего не оставалось, как смириться. Не мог же он их прогнать в такой день.       — Мы ненадолго, капитан! — выпалил Эрен, когда именинник впустил их в дом. — Только поздравить! Я помню, вы говорили, что не хотите вечеринку, но от подарков отказаться не сможете!       — Тц, очкастая, это ты их подговорила? — крикнул Леви через всю гостиную. Ханджи уже успела раздеться, разуться и добежать до камина, где встретилась с Эрвином. Заслышав именинника, она подмигнула и помахала ему рукой.       — Так просто не отвертишься, Леви! — раздался её задорный голос.       — Капитан, извините, что вот так вторглись, — несколько смущённо произнесли Райнер, Жан и Марко, которые были в восторге от дома. — Но мы тоже хотели вас поздравить и поблагодарить за то, что вы для нас сделали. И тут немного еды… — Райнер держал в руках два больших пакета и усиленно кивал, пока Марко и Жан говорили, — мы сами приготовили, чтобы вам не тратить на это время. Можете добавить к ужину….       — Хах, чёрт, неужели вы думаете, что я вас теперь выпровожу? — усмехнулся Леви, видя их чуть виноватые, но довольные лица. — Очкастая, раз притащила всех, накрывай теперь на стол! — снова крикнул он, а Ханджи чуть пригнулась, будто на неё что-то падало.       — Я помогу! — вызвался Эрен, закатывая рукава. — Я тут уже освоился, всё знаю!       Вскоре Леви понял, что зря беспокоился: ребята всё взяли в свои руки, быстро накрыли стол и откупорили несколько бутылок шампанского. Леви оставалось лишь чокаться со всеми и принимать поздравления. Никто не ждал от него каких-то ответных слов: веселье было непринуждённым и лёгким. Даже без его участия.       После обеда гостей прибавилось: по-соседски его пришли поздравить с Рождеством фермер и Изабель, а также Конни, который нёс в качестве подарка фермерские продукты. Их Леви тоже пригласил присоединиться к праздничному обеду и познакомил со всеми. Марко, Жан и Райнер были до ужаса рады встретиться с Конни и забросали друг друга вопросами. Эрен и Микаса тоже присоединились к ним, образуя небольшую компанию. Ханджи же очень заинтересовала Изабель, которая смело поздравляла Леви.       — Счастливого Рождества! — Изабель подарила имениннику деревянную игрушку, похожую на лошадку, и гордо сообщила, что сделала её сама.       — Здорово, повешу её на ёлку, на самом видном месте, — ухмыльнулся Леви, в ответ даря ей красочную книгу.       — Спасибо! Я обязательно её прочитаю! Я уже знаю все буквы! — довольно сообщила девочка и убежала к Серышу. Ханджи, умилительно наблюдая за этой сценой, подошла к Леви и похлопала его по плечу.       — А ты отлично ладишь с детьми! Она тебя совсем не боится! — восхитилась криминалист.       — Да. Дети почему-то тянутся ко мне, — ответил Аккерман, тепло смотря на девочку с собакой.       — Конечно, они чувствуют твоё доброе сердце, — ласково произнёс Эрвин, любуясь светом в глазах Леви.       — Ох, меня окружают одни женатики, — вздохнула Ханджи, отмечая, что эти двое стали похожи друг на друга больше, чем прежде. Да и Микаса с Эреном тоже как будто стали отражением друг друга. Эрен перенял серьёзность жены, а та стала веселее, как её супруг. — Чувствую себя белой вороной среди вас, — хмыкнула Зоэ.       — Ты всегда была ей, не думаю, что тебя это сильно задевает, — ответил Леви, смотря на Ханджи более мягко. — К тому же выскочить замуж никогда не поздно. Это не то, с чем нужно торопиться. Если только ты не собираешься рожать, — добавил Леви, а подруга закатила глаза.       — О, Боже, — выдохнула она, а потом рассмеялась. — Даже не представляю себя в роли матери. А вы? Не думали о малыше?       — Пока нет, — Леви скосил глаза на Смита, — других дел было полно, да и вечно что-то случается.       — Это большая ответственность, — согласился Эрвин, — мы ещё не обсуждали эту тему. Возможно, когда нам захочется чего-то нового… — многозначительно сказал Смит и сделал глоток шампанского.       — Сначала я посмотрю, как Эрен будет справляться со своим мелким, — пробормотал Леви и посмотрел в сторону молодёжи.       — Это будет забавно, — ухмыльнулась Зоэ. Тем временем к ним подбежали Изабель с Серышом, и Ханджи с удовольствием присоединилась к их игре.       — Знаю, со своей бывшей женой вы хотели ребёнка… — проронил Леви, когда они с Эрвином остались наедине, наблюдая за весельем в своём большом доме со стороны.       — Ничего, Леви, — мгновенно ответил Смит, чтобы тот не придумал себе лишнего. — Это необязательно. Тогда наши отношения зашли в тупик, и хотелось их заполнить новыми эмоциями. С тобой же всё по-другому.       — Так-то я не против, — протянул Аккерман, наблюдая за компанией из Серыша, Изабель и Ханджи, которые носились по гостиной и бегали вокруг Эрена и ребят. — Они забавные. Но если такое будет каждый день, — он кивнул на суматоху, — я повешусь, — кисло заключил Аккерман.       — А-ха-ха, не нужно таких крайностей, — рассмеялся Эрвин и потрепал его по голове. — Всё будет хорошо, так, как хочешь ты, — пообещал он.       Гости постепенно расходились. Эрен и Микаса ушли первыми, поскольку их ещё ждал праздник в родительском доме. С ними же уехали Марко, Жан и Райнер, ещё раз от души поздравив именинника. Изабель никак не могла расстаться с Серышом, и они с фермером и Конни покинули их ещё спустя час. К тому времени уже стемнело, принесённая ребятами еда была съедена, шампанское выпито, и даже кухня убрана (Эрен и Марко постарались оставить всё в идеальной чистоте, как любил Леви). Вот только Аккерман тоже намеревался запечь индейку, да и закусок они с Эрвином накануне наготовили уйму и заполнили ими весь холодильник.       — Эй, очкастая, оставайся, — неожиданно предложил Леви, когда и Ханджи хотела уходить. — На улице уже стемнело, да и такси будет долго ехать в такой день.       — Разве у вас не намечался романтический ужин при свечах? — удивилась Ханджи такой щедрости от Леви.       — Намечался, но… — они со Смитом переглянулись, а тот одобрительно улыбнулся. — Ты его не испортишь.       — Леви придумал такое меню, что мы вдвоём всё не съедим, — весело добавил Эрвин. — К тому же нам надарили столько вина и шампанского…       — Что ж, моя святая обязанность опустошить все ваши запасы, — Ханджи не стала отнекиваться, а с радостью приняла предложение.       Их романтический ужин стал чуть менее романтичным, но вместе с тем оставался невероятно тёплым и уютным. Вечером в гостиной, когда они включили всю иллюминацию, зажгли свечи и добавили дров в камин, стало просто сказочно красиво. Леви и Эрвин накрыли на стол, на этот раз прямо возле камина, сдвинули кресла, отчего Ханджи пришла в восторг.       — Это действительно настоящее Рождество! Как в сказке, — вместо тоста воскликнула Зоэ, когда они чокнулись бокалами. — И стол загляденье, как на картинке. Вы просто творите чудеса, — рассмеялась она.       — Это мой подарок на день рождения, — проронил Леви, переводя взгляд с подруги на супруга. — Сказка. Эрвин сам украсил почти весь дом и гостиную, чтобы мы вот так могли посидеть на Рождество и проникнуться его духом.       — Замечательно. Я так рада, что вы вместе, — Ханджи, кажется, даже прослезилась. Или просто блики от камина играли на стёклах её очков. — И я вместе с вами. За это нужно выпить! — бодро добавила она и снова потянулась бокалом в их сторону.       С Ханджи вечер пролетал слишком быстро, ведь в их компании она всегда была душой. И Леви это было приятно. До встречи с Эрвином (да и после неё) они часто проводили этот праздник вместе, и это тоже стало чем-то семейным. Но в этом доме его день рождения проходил впервые, и Леви хотелось замедлить время, чтобы успеть насладиться этим моментом. Поэтому он подливал подруге всё больше и больше вина, а когда её начало клонить в сон, кивнул Эрвину. Тот, ухмыльнувшись, практически отнёс её на второй этаж и уложил на кровать в гостевой комнате. Леви тем временем прибрался в гостиной: убрал пустые тарелки и бутылки, собрал недоеденные закуски и индейку. Рассортировал всё это и оставил на столе немного закусок, фруктов и рождественского пирога. А также приготовил целый кувшин глинтвейна.       Поэтому когда Эрвин вернулся в гостиную, то увидел, что у камина осталось два кресла, а не три. Они были передвинуты ближе к огню, а между ними стоял круглый столик поменьше с кувшином глинтвейна, пирогом и фруктами.       — Ну как, уложил? — спросил Леви, который нёс с кухни помытые бокалы.       — Да, уснула без задних ног, — Эрвин подошёл к креслам и облокотился на одно. — Мне показалось, или под конец ты стал наливать ей больше обычного? — хитро спросил он.       — Да, подумал, что ей не помешает уже идти спать, иначе она нас уболтает до утра. А мне ещё хочется побыть с тобой. Как планировалось изначально, — поставив бокалы, он наполнил их глинтвейном и сел в кресло. Серыш, набегавшись за день, тоже сейчас лежал и грелся у камина. В углу переливалась огоньками наряженная ель.       — Сейчас, — Эрвин тоже на несколько мгновений отлучился, а затем принёс новые свечи и расставил их по гостиной: над камином, на столе и прямо на полу, создавая атмосферу волшебства.       — Вот, теперь идеально для романтического вечера. Точнее, уже ночи, — произнёс он и сел рядом с Леви. — Как ты себя чувствуешь? Это было не слишком утомительно для тебя? — побеспокоился Эрвин. — Сначала ребята, потом Ханджи…       — Немного, — поделился Леви. — Но в целом всё хорошо. Приятно, — мягко улыбнулся он. — Не люблю излишнее внимание, но сегодня оно пришлось к месту. Они уже знают меня и сильно не напрягают.       — Хорошо, а то я волновался, — облегчённо выдохнул Эрвин. — Хотя с другой стороны, не приди они, я бы волновался, что ты останешься без праздника, — тут же ухмыльнулся он.       — Разве это не праздник? — Леви окинул взглядом их гостиную. — Не знаю, как тебе, но я как будто оказался в новогодней сказке.       — Я старался, — довольно ответил Смит, поднял свой бокал с глинтвейном и потянулся к нему. Леви легонько чокнулся с ним и сделал глоток.       — Ммм, твой глинтвейн, — с наслаждением проговорил Эрвин, понимая, что хочет выпить ещё. — Восхитительный. Ты специально приберёг его для ночи? — спросил он и снова припал к бокалу, настолько изумительным он был. Сегодня они пили и шампанское, и вино, но глинтвейн Леви оставил лишь для них двоих.       — Да, тот вкус, который я хотел, — негромко ответил Леви, глядя на багровую жидкость, — тот дом, который я хотел. Тот человек, которого я хотел, — он перевёл взгляд на Эрвина, а у того внезапно замерло сердце. Леви выждал несколько секунд, а затем посмотрел на огонь в камине. — Похоже, теперь у меня есть всё. Может, Ханджи права и пора двигаться дальше?       — Возможно, — согласился Эрвин, тоже наблюдая за потрескивающими огоньками. — А возможно, стоит остановиться и насладиться моментом? Как ты говоришь, — приподнял брови он.       — Да, звучит заманчиво, — проронил Леви и снова сделал глоток. Даже прикрыл глаза, наслаждаясь ярким терпким вкусом. Глинтвейн в Рождество, особенно в этом доме, вновь пробудил в нём старые воспоминания, ставшие слегка размытыми, ведь прошло столько лет. Но теперь Леви вспоминал о своём прошлом с лёгким сердцем и о своих поступках не жалел. Ведь именно благодаря прошлому ему удалось сделать своё настоящее таким, каким он хотел.       «Ничего не было ошибкой. Я всё сделал… правильно, — про себя подумал Леви, расслабляясь от сладости глинтвейна и собственных чувств. — Разве что, немного интересно знать, что бы изменилось, останься я тогда. Совсем чуть-чуть... интересно».       — И как ощущения? — спустя некоторое время спросил он, скосив глаза на левую руку Эрвина. — От супружеской жизни? Что-то изменилось?       — Ха-ха! — Смит легко рассмеялся, поняв его намёк. — Пожалуй, немного изменилось. Стало как-то… надёжнее? — предположил он.       — Ну да, возможно, — пробормотал Леви, тоже покрутив своё кольцо на пальце. — Это вроде дополнительной защиты, — он невольно улыбнулся, ощущая внутри себя что-то невероятно тёплое и спокойное. — Приятное чувство.       — А ты ещё не хотел, — ухмыльнулся Эрвин. — И супружеский долг стал тоже невероятно приятен, — игриво добавил он.       — Чего? — Леви же, наоборот, окинул его сомнительным взглядом. — Что за чушь, у меня и до этого звёзды из глаз сыпались, что изменилось-то?       — Просто… — Эрвин улыбнулся своей знакомой загадочной улыбкой и посмотрел куда-то поверх камина. — Ты теперь совсем мой, — в итоге выдохнул он и сделал глоток глинтвейна.       — Тц, вечно вобьёшь себе что-то в голову, — проворчал Леви, тоже наслаждаясь напитком. — Главное, теперь не превратиться в старых супругов, которым всё приелось, — прокряхтел он.       — Ох, за это пока можешь не переживать, — тут же заверил его Эрвин. — Я чувствую себя полным сил, а вокруг нас много всего интересного. Каждый день открывает что-то новое и неизведанное, и кажется, что чувства тоже меняются, крепнут и становятся как будто сильнее, — говоря это, Эрвин смотрел на огонь, а тот отражался в его глазах, делая их необычайно яркими. — К тому же мы с тобой всегда можем начать новый проект, — намекая на слова Ханджи, добавил он.       — Я рад, — выдохнул Леви, несколько заворожённый его живыми эмоциями на лице и стремлением идти дальше. — Так рад видеть, что с тобой всё в порядке, и ты чувствуешь вкус этой жизни…       — Да, пожалуй, это всё благодаря тебе, — взгляд Смита стал немного мягче, однако даже когда он повернул голову к Леви и перестал смотреть на огонь, тот так и не потух в его глазах. Вновь подняв руку, Эрвин коснулся его лица, а затем потянулся к нему. Ощущая его стремление, Леви тоже подался в сторону, и их губы соприкоснулись друг с другом. Чуть повернув голову, Аккерман обхватил его за шею и углубил поцелуй.       — Пусть так, значит, всё это было не зря, — проронил Леви, когда поцелуй завершился. Однако Смит его не отпустил, а прижался к его лбу своим.       — Леви, спасибо, что ты рядом, — с чувством выдохнул Эрвин, — без тебя я уже не представляю своей жизни.       — Я тоже, — прошептал Аккерман и прикрыл глаза, легко улыбаясь. Эти мгновения были настолько тихими и прекрасными, что они оба замерли и не отрывались друг от друга несколько минут, слушая своё дыхание и свои сердца.       — Эй, не хочешь поморозить свой зад и посмотреть на звёзды? — внезапно в своей манере предложил Леви, на что Смит не смог сдержать смеха.       — Ха-ха, более романтичного предложения я не слышал, — смог произнести он, отстранившись. — Да, с удовольствием!       Они выпили ещё по глотку согревающего глинтвейна, оделись потеплее и вышли на улицу. Далеко ходить не стали: звёзд на небе было так много, что оставалось только закинуть голову и любоваться ими. За день снега прибавилось, и сейчас он медленно падал с неба, оставаясь на ресницах и тая на губах. Леви, недолго думая, просто подошёл к ближайшему сугробу и упал в него. Ему это было так несвойственно, что Эрвин опять рассмеялся и упал рядом с ним. После глинтвейна было тепло и хорошо, и можно было позволить себе всякие глупости.       — Что? Так удобнее смотреть на звёзды, иначе шея затекает, — объяснил Леви.       — Ничего, я полностью согласен, — Эрвин, правда, ещё долго не мог отвести от него взгляда и больше любовался им, чем звёздами. Но всё же и небо поражало своей красотой, и они долго лежали вот так в снегу, пытаясь вспомнить и увидеть созвездия, которые знали. У Эрвина это получилось лучше: в детстве ему очень нравилась астрономия, и отец подарил ему книгу с созвездиями, поэтому он их помнил до сих пор.       Услышав волчий вой из леса, недалеко от них, они оба невольно вздрогнули. Их охватил лёгкий озноб, но не от страха или холода, скорее, от благоговения, ведь таким моментом тоже хотелось насладиться сполна. Они сели и, затаив дыхание, слушали этот вой, смотрели в звёздное небо, видели пар, исходящий изо рта, и держались за руки. И будто они находились на краю света, а вокруг не существовало ничего, кроме них.       Вдоволь наслушавшись и замёрзнув, они с удовольствием вернулись в дом, к камину. Леви подогрел глинтвейн, и согреваться им после холода стало ещё упоительнее. Он в эти мгновения чувствовал себя самым счастливым человеком на свете и готов был просидеть у камина с Эрвином и глинтвейном всю ночь, наслаждаясь этим бесконечным моментом, если бы его не стало клонить в сон. Было слишком хорошо, слишком спокойно и безопасно, и сопротивляться самому себе Леви никак не мог.       — Конечно, сегодня для тебя был очень насыщенный день, — проворковал Эрвин, опускаясь перед его креслом и беря его на руки.       — Эй, я и сам могу дойти… — пролепетал Леви чуть заплетающимся языком, когда Смит выпрямился и поднял его.       — Нет, дай мне хоть раз донести тебя до спальни, — непреклонно ответил Эрвин. — Лучше держись покрепче, — посоветовал он. Леви ничего не оставалось, как обхватить его за шею, ведь лежать в его руках оказалось невероятно приятно. Прижавшись к груди, он слышал, как ровно бьётся его сердце, и чувствовал, как аккуратно тот поднимается по ступенькам на второй этаж, даже не тряся его. От этого равномерного покачивания его глаза сами собой закрылись, и он начал отключаться. Сквозь сон Леви почувствовал, как Эрвин бережно опустил его на кровать, снял обувь и тёплый свитер, оставив его в футболке, и укрыл тёплым одеялом. Леви, ощущая себя, как на облаке, едва удерживал сонное сознание, чтобы не отключиться. Ему хотелось дождаться и Эрвина, и как только тот тоже лёг, он прижался к нему, ощущая знакомое тепло и запах, и лишь после этого позволил себе провалиться в темноту.       — Пусть тебе приснится хороший сон, Леви… — то ли во сне, то ли наяву услышал он приглушённый шёпот и ощутил мягкий поцелуй в макушку, а губы сами собой улыбнулись. Вряд ли теперь какой-либо сон сравнится с его реальностью, где было всё, о чём он мечтал. А больше ему ничего не было нужно. Разве что, таких ярких моментов, как сегодня, от которых теплело на сердце, а на душе становилось легко.       За это он бы был благодарен.

КОНЕЦ