Становление Лордов

— Просыпайтесь, сони, — промурлыкал Сэм, проснувшись, как почти всегда, самым первым. — У нас сегодня тоже напряженный день, а продрыхли мы… Долго. — Зато выспались, — Дин поцеловал Сэма и потрепал Фабиана за плечо. — Вставай. Пора завтракать и подписывать договор. А еще в Перекресток… Руадха надо домой забросить. Негоже ему там появляться. Или вообще, может его сразу в Дорн? Пусть там с животинками общается… Коней туда и собак с химерами тоже. — Интересно, ты когда-нибудь привыкнешь к фокусам со временем? — лениво спросил Фабиан. — Его, конечно, можно закинуть в Дорн, но нам-то еще месяц, а то и полтора на Земле торчать. Накопители же не готовы еще. — Я хочу с вами, — подал голос с пола Руадх. Он не очень хорошо спал ночью и был немного не в духе. — Я дома лучше буду сидеть. Тем более, за животными пригляд нужен. И за саженцами. — Эх, вот как всегда, — вздохнул Дин. — Бережешь их, бережешь, а они… И нет, мне все жизни фокусы со временем тяжело давались. Даже в этой, когда нас Кас куда-либо отправлял. — А я предлагаю сделать так, — сказал Сэм, выбираясь из постели. — Сейчас подпишем этот договор, а потом пойдем в город. Я все-таки хочу на рынок местный заглянуть. Тут, помнится, были интересные камешки, да и не только они. Потом домой и там сидим до того момента, как сделают накопители, я заявку-то отослал, прежде, чем отправиться приключаться. А пока их делать будут, заняться, во-первых, кладами, информацию о которых оставил Кроули, а, во-вторых, я там список писал того, что надо купить и сделать перед переездом. И вот когда у нас все будет готово — Руадх побудет дома, а мы — к Асдойну, отправим их в Дорн, потом заберем Руадха, живность, растения и прочий груз, и тоже в Дорн подадимся. Так, по-моему, будет логичнее всего. — Ну-у-у, — протянул Дин, делая театральную паузу. — Логично. И я бы на рынок не отказался. Тут одни из самых лучших мастеров по оружию, которые существуют в Розе. Хочу посмотреть кое-что… Руадх, ты с нами пойдешь, присмотрим тебе пару клинков и кинжалы еще, да и сам себе что найдешь… — Рабу не положено оружие, — напомни Сэм. — А он у нас именно в этой роли. — Не важно, я буду якобы для себя выбирать, а по связи все и обсудим… — Я бы не отказался, — опять подал голос Руадх. — А еще я есть хочу… — Поедим в городе, — предложил Сэм. — Тут неплохая кухня, да и, помнится, было несколько приличных мест. Может, они до сих пор сохранились. Лет, конечно, много прошло, но… — он по инерции попытался сесть, но стоило только приземлиться на кровать, как он вскочил шипя словно рассерженный кот. — Черт! А ведь не болело совсем… Ладно. Так даже прикольно, — он кинул быстрый взгляд на Дина и ускользнул в купальню. Дин вздохнул и поднялся с постели, тоже направляясь туда. — Может, все-таки залечить? — спросил он Сэма. — Как ты по рынку ходить будешь? — Тебе не нравится вид моей задницы? — спросил тот, изворачиваясь, чтобы поглядеть на нее. — Ходить это не мешает. Сидеть — да. Лежать на спине — тоже. А ходить я вполне в состоянии. Правда, сквозь мои шаровары будет частично видно, но… Меня это не парит. — Вид твоей задницы меня даже завораживает, — промурлыкал Дин. — Я просто хочу знать, что тебе это не мешает и все в порядке. — Все действительно в порядке, мой заботливый господин, — улыбнулся Сэм. Он залез в бассейн, в котором вода была свежей и чистой и с удовольствием в ней плескался, окончательно просыпаясь. — Да и когда еще разведешь тебя на такую жесткую порку? Дальше будет не до того, притом, довольно долго… Так что, наслажусь всеми ощущениями, что доступны, пока есть такая возможность. — Да уж, дел у нас предостаточно, — Дин плюхнулся в бассейн к супругу. — Вроде хочется отдохнуть, а некогда. И на такие игры, точно не знаешь, когда еще время будет. Старею я, что ли? Меня на сентиментальность последнее время развозит… Чик-флик моменты… — По-моему, ничего плохого в них нет, — фыркнул Сэм, брызнув в водой в Дина. Фабиан тоже зашел в ванную и застал обоих супругов брызгающимися и старающимися друг друга притопить. Те резвились с беззаботным видом, вызвав теплую улыбку у дорнийца. Раз играются, значит у них все хорошо и вчерашнее приключение не будет иметь негативных последствий. — Давайте, дотапливайте уже друг друга, да займемся делами, — предложил он, впрочем, по голосу было понятно, что он выдвинул это предложение скорее для порядку, чем всерьез. Дин, недолго думая, облил Фабиана с головы до ног и рассмеялся, глядя на его физиономию. — Присоединяйся, когда еще будет так весело! — Значит, тебе весело, — прищурившись, и сделав злобное лицо, спросил Фабиан и вода, которая наполняла бассейн, послушная воле водного мага стала подниматься, выстраивая вокруг старшего что-то типа клетки. Прутья в ней постоянно текли и меняли толщину и положение, вообще конструкция была странной и казалась пустячной, вот только выбраться из нее самостоятельно было весьма и весьма непростой задачей. А дорниец, не особо напрягаясь, сжал эту клетку, потом принялся чуть нагревать воду в одних местах, охлаждая ее в других. Кое-где, где у Дина были чувствительные местечки, она обретала определенную твердость, проходясь по ним то холодным, то горячим. — Ну вот, все веселье испортил, — моментально погрустнел Дин, стоя в клетке и немного морщась от воздействия. — Я сейчас вылезу, открой. — Как хочешь, — ответил Фаб, отпуская воду. Та спокойно улеглась обратно в бассейн. — Вообще-то, мне казалось это довольно веселой затеей. Видимо, я ошибался, — он спустился в воду и, обняв старшего, заглянул ему в глаза. — Что тебя так расстроило? Что поймали? — Ну да, клетка и неадекватность ответа. Я только обрызгал, думал, ты к нам присоединишься… Неправильно думал, видимо, — Дин обнял Фабиана одной рукой, второй подтянул к себе Сэма и закрыл глаза. — Так бы и стоял… — Можно было бы поднять всю воду и плюхнуть ее тебе на голову, но… — дорниец вздохнул. — Это точно было бы неприятно. Я, правда, баловался. Мне такие ощущения от воды нравятся… Думал, вдруг тебе тоже придется по вкусу. — Просто у Дина настроение не то, — подал голос Сэм. — Вот он и расстроился. А как это ощущается? Ну… Вот то, что ты делал? Фабиан глянул на него, а потом поднял воду вокруг них троих, повторив примерно то же самое, что делал с одним Дином. Сэм, любопытства ради, попытался освободиться из этого водного плена, но вода не пускала его, прижимая к супругам мягко, но весьма недвусмысленно, а ощущения от разной температуры было забавным. — Между прочим, действительно прикольно, — поделился он своими ощущениями. — И мы тут как… Ну… Домик? Только водный. — Все равно — это клетка, — пробурчал Дин. — Слишком много неприятных воспоминаний и ассоциаций. И если бы я стал отвечать тебе огнем, тут было бы побоище. Фабиан отпустил воду и вздохнул. — Не было бы, — покачал он головой. — Мы ведь пробовали: твой огонь не может причинить мне вреда. Впрочем, как и моя вода тебе. Обстановка бы, конечно, пострадала, но мы — нет. — Он вздохнул еще раз и погладил Дина по спине. — Извини, что расстроил. Я не думал, что ты так среагируешь. — Не за что извиняться, Фаб. Это же только мои заморочки, — Дин крепче прижал к себе супругов. — Я скоро приду в норму, все в порядке. Вы искупались? Вылезаем? — Ну, да, — кивнули оба и Сэм, первым отлипнув от супруга, вылез из воды, размышляя, насколько жесткую и негативную реакцию тот выдал на действия Фабиана. Понятно, ассоциации у него с клетками не самые лучшие, плюс, похоже, для него то наказание, которому он подверг младшего, совсем даром не прошло. По-хорошему, с этим надо было что-то делать, вот только что? Он вытирался, задумчиво глядя на Дина и продолжавшего обнимать его Фабиана, у которого был очень расстроенный и виноватый вид. Дин протянул руку и поднял лицо Фаба. Он поцеловал его нежно и легко, и сказал: — Прекрати расстраиваться, я же сказал — это только мои заморочки. Ты тут не при чем, — он снова поцеловал супруга, только в этот раз нежность сменила сила. — Вылезай, а то это может никогда не кончиться. — Ты будешь целовать меня вечно? — спросил Фабиан, впрочем, размыкая объятия и вылезая из воды. — Это было бы забавно, но… Думаю, вряд ли это возможно, как бы ни хотелось. — Вечно — нет, но часа два-три… — мечтательно произнес Дин. — Это можно… — Вот вылезай сам и проверим, — предложил Фабиан, вытираясь. — Или можем отложить этот эксперимент до дома. — До дома отложим, с тобой, — выделив это голосом, сказал Дин, — мы еще так не развлекались… Наконец, все вылезли из ванной, Руадх сходил умылся, все оделись и Фабиан позвал слугу, который проводил их к Неффхету. Подписание договора состоялось быстро и много времени не заняло, после чего вся компания откланялась и направилась в город. — Завтракать? — спросил Сэм, перегибаясь через ограду галереи, чтобы рассмотреть весь город с верхотуры. — Вон! — воскликнул он через некоторое время. — Видите? Вооон там вывеска? Там кокатрикс нарисован еще. Синий такой, с огненными перьями в хвосте? Раньше хорошее место было. И тихое, и вкусно готовили. — Ну так идем туда, — сказал Дин. — Как бы нам быстрее добраться? Не хочется снова по лестнице шастать, а то… Некоторые светят своей выпоротой задницей… Потом еще конфликты всякие начнутся. — Тут только по лестницам, на два уровня вниз, а потом, вон — видишь, платформа? Она стартует примерно там, где мы окажемся, спустившись, и паркуется почти там, где нам нужно, — ответил младший. В свое время он потратил немало времени, чтобы изучить навигацию по этому городу и с тех пор она мало изменилась, во всяком случае, та часть, что находилась внутри потухшего вулкана. — И да, свечу. А кому что-то не нравится, может не смотреть. — Мне-то нравится, только вот другие… — Дин зыркнул на какого-то жителя, поднимавшегося им навстречу и случайно бросившего взгляд на Сэма. — Так. Что со мной не так? Что с моим настроением? Почему меня начало кидать опять из стороны в сторону? — старший даже остановился. — Что за фигня? — Хм… А что с твоим настроением? — уточнил Сэм. — Ну, кидает из стороны в сторону… И? Ощущается это как? Что при этом еще происходит? — они продвигались к нужному месту не медленно, но и не бегом. Просто шли в обычном ритме, только младший шел не где ему по статусу полагалось, а приблизился к старшему супругу и шагал рядом, с тревогой поглядывая на него. — Ощущается? — Дин задумался. — Помнишь, мы охотились на ведьму, которая обращала ненужных взрослых в детей, и я попался. И мне стало четырнадцать лет. Вот примерно так это ощущается. Только было весело, через минуту грустно или зло. Только что интересно, через некоторое время ревность сожрала. И так с самого утра. — Ну ка… — протянул Сэм, тормозя всю процессию и отводя старшего в запримеченный уголок. — Фабиан, поотводи народу глаза, пожалуйста, а ты, Дин, поделай пассы, будь добр. Дорниец молча кивнул и, прислонившись к стене, стал делать примерно то же самое, что делал тогда в торговом центре, когда Дин утащил Сэма в уборную. Дин принялся делать свои пассы и через какое-то время почувствовал себя значительно лучше. — И что, по-твоему, это было? Ты же что-то увидел? — Я увидел перепады настроения, — пожал плечами Сэм. — Раньше, чем ты об этом сказал. А пассы… Это просто штука, которая тебя умиротворяет. Руадх, а ты как себя чувствуешь? — спросил он, оборачиваясь к драконышу. — Тоже не очень, только я это списывал на впечатления вчерашнего дня, — ответил драконыш. — Как у Дина, постоянно туда-сюда, только не так сильно… Я научился управлять настроением еще в приюте, но тут… — У меня все в норме, — протянул Сэм. — Фаб, у тебя? — Тоже, — ответил тот. — Руадх, ты видел, что делал Дин? Сможешь повторить? — спросил Сэм. — Похоже, ваш огонь как-то взаимодействует с этим миром, давая вот такой эффект. Вообще, местные огненные маги существа очень странные. Есть два типа, это либо отмороженные на голову, в смысле настолько сдержанные и что называется, застегнутые на все пуговицы, что по ним никогда не скажешь, что это огневик, либо вообще безбашенные, от которых непонятно, чего ожидать в следующую секунду. — Скорее всего, — заметил Дин. — Красный, давай я буду с тобой все это делать, заодно и успокоюсь еще больше. — Они принялись делать пассы, постепенно успокаиваясь и входя в свое постоянное, ровно-радостное настроение. — У меня все выровнялось, — сказал через некоторое время старший. — У меня тоже, — отозвался Руадх. — Дин, научишь потом этим упражнениям? Дин кивнул и вышел из закоулка, где они стояли, и вся компания продолжила свой путь, направляясь к заведению, в которое стремились попасть. Платформу пришлось немного подождать, но, в конце концов, они добрались до нужного места. Сэм устроился на полу рядом с старшим супругом, но это никого особо не удивляло и не вызывало вопросов. Руадх же был устроен под столом, якобы под ногами хозяина. Но в харчевне было темновато, и никто не видел, что он там просто сидел, стараясь не высовываться. Меню принесла девушка, выглядевшая как этакая кошка, ходящая на двух ногах, пушистая по всему телу, но формы при этом у нее были вполне человеческие, голова же и лицо — кошачьи и, по меркам ее народа, весьма миловидное. — Нам завтрак на всех, — приказал Дин, гладя Сэма по голове. — Пива, чтобы скрасить ожидание? — предложила официантка и уточнила, покосившись в сторону пространства под столом: — Завтрак на троих или четверых? — На четверых, — ответил Дин. — Пива не надо… Она удивленно приподняла бровь и дернула ухом, но спорить не стала. Завтрак появился на столе минут через пятнадцать и представлял из себя множество разных салатов в маленьких порционных салатницах, вкусно пахнущую, щедро заправленную мясом, кашу из местного аналога пшеницы, лепешек из муки, сделанной из того же растения, фруктов и напитка, больше всего похожего на компот, а что цвет у него был ярко-бирюзовым — было вполне обыденным, по местным меркам, явлением: фрукты, из которых он был сварен, при приготовлении давали вот такой вот оттенок. — Меня всегда это забавляло, — заметил Фабиан, приступая к трапезе. — Сами фрукты яркого алого цвета. Почему при температурной обработке они становятся бирюзовыми вообще непонятно. Но вкусно… — он с удовольствием отхлебнул немного компота, смакуя его. Вкус был чуть пряным, но освежающим и не приторным, хотя и не водянистым. — А мне нравится эта местная крупа и хлеб, — отозвался Сэм. — Раз уж у нас есть любители повозиться со всякой зеленью, можно попробовать купить семян. Вдруг, приживутся? Руадх, которому передали его порцию под стол, успел уже попробовать по кусочку всего, удивиться вкусам и цвету, и передать эти чувства-ощущения Фабиану. Услышав от младшего супруга про семена, он радостно завопил прямо по связи. — А мне казалось, что герболог тут я, — отозвался Фабиан пользуясь тем же каналом и улыбаясь от реакции драконыша. — Чего это ты так загадочно улыбаешься, Фаб? — спросил Сэм, уплетая кашу. — Да, Руадх тут проникся садоводством и огородничеством, — ответил дорниец, а потом добавил, пользуясь мысленной связью с обоими супругами: — Он установил со мной связь… Похожую на ту, что у нас с тобой, Дин, как между драконом и всадником. Сам, хм… постучался, видимо, на эмоциях. Вот только интересно, он понимает, что сделал? — Так ты его спроси, — внутренне хохотнул Дин. — А вообще, молодец. Мы его просили попробовать это сделать, а он тут… — Дома спрошу, — подумав, решил Фабиан. — Мало ли какую реакцию он выдаст. Они доели, расплатились и вышли обратно на улицы города. Был разгар дня и народу было довольно много. — Рынок? — спросил Сэм, прикидывая, как туда добраться быстрее. Он сам просто сиганул бы через перила и спокойно опустился бы вниз, пользуясь своими способностями, но… Он был не один, поэтому придется идти пешком. — Обратно на платформу, оттуда еще уровень вниз, и лифт, так, похоже, будет быстрее всего. — Я бы тоже сейчас драконом туда слетел, — тихо сказал Дин. — Но не хочу быть разобранным на запчасти. На платформу и вперед. До рынка добрались быстро. Он представлял из себя отдельные помещения в запутанном лабиринте коридоров внутри скалы. Освещение, притом, довольно яркое, но не слепящее, обеспечивали магические факелы, а над каждой дверью лавочек висели вывески, показывающие тот товар, которым тут торговали. Логика расположения лавок тоже наличествовала: в северном сегменте было все, связанное с железом: оружие, доспехи, металлические инструменты и прочее подобное, в южном, выходящим в порт — были в основном продукты и разнообразная живность, как предназначенная в пищу, так и чисто декоративная или, скажем, ездовая: лошади тут тоже были, правда выглядели, на взгляд Сэма довольно гадко — этакие костистые скелетообразные твари, обтянутые гладкой кожей практически без шерсти, с хвостами, похожими на львиные. Там же продавались и разные растения, как в пищу, так и семена. В западной части рынка окопались ювелиры и торговцы всяким полезным сырьем не только из этого мира, но и из других. Там же продавали разнообразные ингредиенты для алхимиков, а также кое-что, что приобретают химерологи для своих неживых поделок. А в восточной продавали все, что связано с тканями, начиная, собственно, от отрезов, лент и кружева, заканчивая готовой одеждой и коврами. — Куда пойдем? — спросил Фабиан, который неплохо помнил это место. — Сэмми хотел к ювелирам, ты растения посмотреть, я — оружие, — ответил Дин. — Мне кажется, лучше начать с лавок с каменьями и двигаться дальше по кругу, заглядывая туда, куда хотели… — Я еще хочу на нитки разные посмотреть, — подал голос Сэм. — Тут был хороший шелк очень красивых расцветок, годный для вышивки. И хочу ковров местной выделки. Смешно, конечно, но они, по-моему, самые лучшие, из всех, что мне встречались. Правда не красных оттенков найти сложно, но, может и повезет, — и, повернувшись к Руадху он объяснил: — Они хороши не только сами по себе, но еще и тем, что их не надо чистить так, как обычные и можно без проблем мыть, они от этого вообще не портятся. А в доме мохнатые животные, я задолбался со щеткой и пылесосом лазить и почти везде, где были постелены ковры, их убрал, чтобы убирать было меньше, пол-то все равно теплый во всем доме. Правда, их и было-то немного, но… — Не знаю, мне как-то именно пол нравится, — задумчиво сказал драконыш. — По нему приятно босиком ходить, а ковры… Не живые… — А пол, значит, живой? — хмыкнул Сэм. — Возможно, ты просто хороших ковров не видел, с одной стороны, а с другой, я ведь не предлагаю их тебе, верно? Но вот в гостиной у дивана, а также в нашей спальне хочу постелить. — Камень и дерево — живые, да, — ответил Руадх. — Разве ты не чувствуешь? И потом, я действительно не видел хороших ковров, как-то не доводилось. В нашей сегодняшней комнате были, м-м-м, так себе, жесткие и вообще. Там, где нас принимал демон, мягкие и даже на ощупь приятные, но я был занят другим… Хм, ну… — В общем, идем уже куда-нибудь, а? — предложил Сэм. — А ковры сделаны из шелка, шерсти и джута, ну или чего-нибудь примерно такого. Тоже, знаешь, вполне живые материалы. Ну, во всяком случае, не менее живые, чем камень и дерево. Другие — да. Но… — Идем, идем, — Дин обернулся к спорщикам. — Вот это уже интересно. У вас обоих Жизнь — дар. Почему вы чувствуете по-разному? Это зависит от дополнительных даров или от опыта, или чего-то еще? — И от опыта, и от остальных даров, ну и плюс не забывай про личные вкусы. Мне вот работать с деревом не очень нравится, — ответил брату Сэм. — Я умею кое-что, но вот сам материал… Просто не ложится в руки. Сложно объяснить… Это не неприятно, но где-то очень на грани. Вот камни я люблю, притом, любые. Металлы тоже, стекло, керамику, ткани и всякие нити, а дерево… пользоваться — да, а работать с ним — нет. — А мне нравятся камни и металлы, и дерево, — сказал драконыш. — Работать я с ним не пробовал, но растить и ухаживать — люблю неимоверно. Была бы такая возможность — стал бы не драконом, а садовником где-нибудь… Это так прекрасно, уметь выращивать живое… — Никто не мешает тебе быть и тем, и тем одновременно, — заметил Фабиан. — Дракон-садовник, почему бы и нет? Они не спеша шли в ту сторону, где находились ювелирные лавки. Чем ближе к центру рынка, тем лавочки были дороже, чем дальше — тем дешевле, а вот качество изделий было разным и там, и там. Среди недорогих вещей можно было найти что-нибудь интересное, а среди дорогих попадались совершенно никакие изделия. Точно также дело обстояло и с камнями, и со всем прочим. В какой-то момент Сэм, увидев нечто его заинтересовавшее, завернул в лавочку, где продавали камни и принялся оглядываться, ища то, за что зацепился его взгляд, но довольно быстро он забил на эту идею: слишком много тут было всего, чтобы найти именно тот камень. Младший просто принялся ходить вдоль полок и стеллажей, рассматривая представленные образцы. Дин зашел следом за супругом в лавочку и теперь просто стоял у двери, наблюдая за Сэмом. — Тебе что-то тут приглянулось? Или просто так завернул? — Вроде да, но что… — отозвался тот. — Потерял. Теперь вот хожу, смотрю, что есть и кое-что из того, что именно нужно — нашел, — он стоял рядом с полкой, на которой лежали совершенно невзрачные серые в черную крапинку спилы камней, придирчиво разглядывая один из них. — Вот эти вот — нужны, — он приценился и, прикинув, кивнул. — И цена вполне себе. — А для чего они будут? — Дин в данный момент отлепился от косяка и, развязав кошель, принялся отсчитывать монеты. Может быть, у Фабиана и получалось прекрасно торговаться, но насколько старший помнил, в ювелирных лавочках этого не терпели… — Для генераторов, — мысленно ответил младший, не желая открывать свои планы вслух. — Эти камешки чуть усилят кристаллы. Тоненьких спилов будет достаточно. Он побродил еще немного, пока его покупку упаковывали и нашел еще ряд полезных минералов, часть из них пойдет как присадка к разным сплавам, часть — в качестве подложки под другие камни, часть для других целей, но в целом, все его покупки представляли из себя разнообразные дополнительные материалы, использовавшиеся в его ремесле. Фабиан тоже нашел несколько камешков, которые добавлялись в зелья и обрадовался им как родным. В итоге из лавки они оба вышли довольными и несколько прибарахлившимися и теперь за Сэмом в воздухе плыл ящик, в который продавец сложил все их покупки. — Теперь куда? Ткани, нитки? Семена? — спросил Дин довольных супругов. — Оружие в самом конце, это я помню. — Ты тут больше ничего не хочешь? — спросил младший. — А ты Руадх? — Я не знаю, позволено ли мне, — тихо сказал драконыш. — Но я хотел бы. Вот в той лавке я видел на витрине медальон… Он мне очень понравился и, если возможно его купить, я буду рад. — Да почему нет-то? — также тихо ответил Дин. — Показывай где. Только когда к лавке подойдем, перейди на мысли. Они прошли к витрине, обнаруженной Руадхом и там, в уголке выставки действительно находился медальон с изображением Мирового Древа на крышке. Драконыш показал на него и попросил купить, если будет не так трудно. Ему казалось, что именно это изображение будет поддерживать его. Дин, недолго думая, приобрел медальон и закинул в сундук к остальным приобретениям. — Отдам уже дома, хорошо? Тут нежелательно светить… Руадх кивнул, и они отправились в сторону лавок с тканями, нитками и прочим подобным товаром. Сэм надолго завис там, где торговали шелками для вышивки. Не то, чтобы он действительно любил вышивать, но это было нужное занятие: одежду, снабженную вышитыми оберегами, всегда носило все семейство, а делал ее он и старался делать это максимально хорошо. В итоге, он набрал целый ворох ниточек и вышел из лавки довольный приобретениями. Расплачивался на сей раз Фабиан и, как обычно, заплатил меньше, чем исходно просили. Следом им попалась лавка, в которой торговали коврами и дорниец, пощупав и чуть ли не на зуб их попробовав, признал весьма хорошими. — Они лучше мерийских, — заметил он. — А у меня на родине именно мерийские считаются самыми лучшими. Дорогой товар, но спрос на него есть. Можно будет потом возить ковры отсюда на продажу. — С коммерцией потом разберемся, а вот этот вот, — Сэм показал на здоровый ковер коричнево-песочного оттенка, на котором были изображены какие-то местные цветы, — я хочу в гостиную. А вон те два — в спальню, с одной и с другой стороны кровати. — А во вторую спальню ничего не хочешь? — спросил Дин, имея в виду кристальную комнату. — Не знаю, понравится ли нашей “кровати” ковер, — отозвался младший. — Она все-таки предпочитает голый камень… А вон тот, — он показал еще на один, — хорошо впишется в спальню, которую я сделал в логове… Ну, ту, которая за решеткой. Ты не видел ее еще. — Да уж! — усмехнулся старший. — Туда мы как-то еще не дошли… Все по казематам и “постелькам” шаримся. Руадх же, посмотрев на выбранные младшим супругом ковры, был очень удивлен. Конечно, они нравились Сэму, потому что там было заложено такое количество магии, что как они еще не ожили и сами не начали ползать — не понять. С первого взгляда в свете дара истинности, ковры выглядели не сотканными, а выращенными. И, кстати, это вполне было возможно. Драконыш сожалел, что сейчас он изображает раба. Так он бы смог подойти к коврам и так же, как и Фабиан, прощупать их. Своими ощущениями он опять, не сильно задумываясь, поделился с дорнийцем. — Тебе ничто не мешает их щупать дома, — отозвался тот. — А если выберешь какой-нибудь себе, так и вовсе, хочешь щупай, хочешь на зуб пробуй. — Мне нравится вон тот, красно-оранжевый, — мысленно произнес Руадх, обращаясь к Дину. — Он в мою комнату впишется. — Ну кто бы сомневался! — улыбнулся Дин и приказал добавить выбранный Руадхом ковер в заказ. За лавкой с коврами последовала лавка с тканями, потом с кружевом, потом с другими тканями. Кое-что покупал Сэм, исходя из своих каких-то соображений, кое-что Фабиан, рассчитывая продать это в родном мире, но, в конце концов, из этой части рынка вышли и направились туда, где торговали продуктами, живностью, семенами и саженцами. Вот тут младший был совершенно спокоен, зато Фабиан с Руадхом разошлись не на шутку. Гербологу было любопытно все, впрочем, как и драконышу, но первый умел сдерживать свои хотелки, жестко ограничивая себя, просто потому, что понимал: сюда всегда можно вернуться, если вдруг что-то понадобится. Драконыш был совершенно не в себе. Судя по всему, в нем проснулась жадность. только вот направлена она была не на драгоценности, не на прекрасные ткани и все остальное, а на растения и семена. Он был готов скупить всю эту часть рынка. Хотел абсолютно все. И саженцы тех странных фруктовых деревьев, из которых получается синий компот, и семена всяческих злаков и много чего еще. Руадх просил и просил Дина и Фабиана купить ему то и это, пока, наконец, Дин не схватил его за руку и не приказал остановиться. — Мы же не последний раз здесь, Руадх. Ты чего? Нам еще оружие выбирать, а с твоими хотелками на многое может и не хватить. Прекрасно, что Фабиан у нас умеет торговаться как никто… Драконыш помотал головой и немного пришел в себя. — Прости, я думал, мы в этом мире первый и последний раз. Привели сюда одного демона к другому и теперь… — он подышал и продолжил, — все, можно отпускать. Я все... Оружейные лавки встретили их блеском полированной стали на клинках и доспехах. Тут практически каждый предмет был настоящим произведением оружейного искусства и привлекал внимание, а, учитывая, сколько их было, бродить тут можно было просто вечно. — Так, я тут знаю пару лавок, в которые заглянуть нужно точно, — Дин вел их в этом своеобразном лабиринте. — Вы не стесняйтесь, смотрите. Если что приглянется — говорите сразу. Руадх никогда не видел такого количества оружия, собранного в одном месте. В приюте и школе ему, как дракону, почему-то не давали оружия, хотя учили воинскому искусству. И в арсенале такого никогда не было. Он вертел головой в разные стороны и не мог ничего выбрать. — Дин, давай ты покажешь мне то, что хотел для меня приобрести. Я сам выбрать не в состоянии. Слишком много. — Хорошо, — согласился Дин, приведя их, наконец, в нужную лавку. — Смотри, вот тут… Дин принялся показывать драконышу клинки, рассказывая про каждый, который был в его руках. Они быстро выбрали то, что хотели и стали дожидаться остальных. Сэм на оружие смотрел относительно спокойно: все, что ему действительно нужно, у него уже было, включая пару подаренных супругом мечей, доспехи его вообще не интересовали, кинжалы — тоже. Единственное, что он углядел — это хороший лук, который был сделан так, чтобы не боялся сырости. Вещичка была не простой, а артефактной, поэтому стоила действительно дорого и младший, пожав плечами, отошел от него, решив, что купит как-нибудь в следующий раз или вовсе обойдется. Фабиан же приглядел очередной кинжал в свою коллекцию и на этом вполне удовлетворил свое желание что-нибудь тут купить. Дин заметил, что Сэму приглянулся лук и он, подзывая продавца с просьбой подобрать ножны и перевязи к ним, попросил также включить его и сопутствующие луку товары в покупки, невзирая на цену. Деньги у него на это были и ему страстно хотелось сделать супругу такой подарок. Приобрести для него вещь, которая была бы по вкусу и действительно нужна. А то, что она пригодится, особенно в Вестеросе, да и вообще, летая на драконе, он был уверен. Так что, никаких сомнений, лук нужно было приобрести. Хорошо бы сделать это в тайне от Сэма и потом подарить, но… В ближайшее время Дин не собирался сюда возвращаться и не видел других возможностей. В скором времени все покупки были упакованы и летели вслед за Сэмом. Они вышли из лавки и отправились в сторону портального маячка. — Домой? — спросил Сэм и, получив кивок от старшего, открыл портал, привычно наводя его на место, где находился схрон. Там он открыл следующий, уже домой на Землю и в скором времени вся компания завалилась в дом. — Кто как, а я нагулялся так, что у меня ноги отваливаются. И жрать охота просто ужасающе. — Пожрать я сейчас сготовлю, — пообещал Фабиан. — Тогда я пока разберу покупки, — решил Сэм и принялся за это нелегкое занятие. Ковры сразу отправились по местам, для которых были задуманы, кроме того, что для спальни в гареме — туда он просто поленился дойти, да и шанс остаться за решеткой был весьма велик. Ткани — на склад, нитки, камни и ингредиенты — в мастерскую. Саженцы — вручены Руадху, а семена также отправлены на склад. А потом Сэм обнаружил лук. Он не видел, как Дин его покупал: обилие впечатлений за сегодняшний день было таким, что это действие супруга просто выпало из внимания и, когда предмет обнаружился, младший взял его в руки и воззрился на старшего с выражением восторга на лице. — Я думал, у нас не хватит денег его купить, — произнес он. — А ты… Спасибо! — Всегда пожалуйста, — Дин широко улыбнулся той улыбкой, которой удостаивались только Сэм и Ссол. — Я увидел, что он тебе приглянулся и купил. А деньги… у меня были. — Интересно, откуда? — прищурившись, спросил младший. — Я хорошо представляю, сколько мы потратили до того, как дошли до оружейных рядов. Не то, чтобы я пытался контролировать, или что-то имел против, но… Просто любопытно. — Я… — Дин почесал в затылке. — Захватил еще немного, вот как чувствовал, что пригодятся. Думал, что мало ли, ввяжемся в какую-нибудь разборку, выкупать придется, ну и захватил… — Действительно спасибо, царский подарок, — улыбнулся Сэм. — Я думал за ним как-нибудь вернуться, все-таки такие вещи либо под заказ делают, либо… — он продолжил разбор покупок, положив лук рядом с собой. — О! ты к нему и колчан приобрел… И стрелы… Дин, ты умеешь делать подарки. Действительно умеешь, хоть и говоришь, что нет. — Что у вас там за лук такой? — спросил Фабиан, отрываясь от готовки. Как-то так получалось, что основной движняк в доме проходил именно на кухне, вот и разборка покупок — тоже. Младший показал ему оружие и дорниец, бегло осмотрев, но не беря в руки, присвистнул. — Отличная вещь! И как это я его проглядел? — Просто слишком много всего успел до этого увидеть, — пожал плечами Сэм. — Да и луки ты никогда особо не любил, вот и не обратил внимание. — Если бы я был всадником, — произнес драконыш, разглядывая лук. — Я бы в него вцепился и не отдавал вообще никогда и никому. Он такой редкий и удивительный… — Руадх прошелся по плечу лука и задумался. — Мастер замечательный. — Кстати, о всадниках, — осторожно заметил Фабиан, возвращаясь к готовке. — Руадх, ты ведь общался со мной так, как дракон общается со всадником… И связь такая, насколько я могу судить, между нами установилась. — Э-э-э-э-э, да? — глаза драконыша распахнулись от удивления, и он даже рот открыл. — Когда? Разве это не ты? Я… Ничего не понимаю… — Когда тебя распирало, и ты хотел поделиться своими переживаниями, — ответил Фабиан. — Вот тогда. И это точно ты, а не я. Но вот ощущаю я тебя также, как Дина. Ну, почти также. Немного по-другому, все-таки, мы с Дином еще и супруги, но метод тот же. Он, помимо всего прочего, во мне будит плотские желания, а ты… Нет. — Уф! — выдохнул Руадх. — Честно, я не думал, что такое возможно. Нас учили, что только через ритуал и соитие возможна связь. А тут… Надо же. Скорее всего, мы с Дином и Сэмом говорили, что можно попробовать с тобой связь установить для полета. Но… Я не был уверен, что получится. Фабиан пожал плечами и, пользуясь их индивидуальным каналом связи, произнес: — Но ведь получилось… — а потом вслух добавил: — Похоже, эта связь возможна просто на доверии и каких-то дружеских чувствах и более ничего, кроме желания ее установить, не требуется. — Страшно осознавать, что нам все время врали, — расстроился Руадх. — Будто мы животные какие… И собственного разума у нас нет… Дин, — он поднял на старшего глаза. — А остальные? Так и живут? — Мы говорили уже об этом. Да, к сожалению, именно так, — ответил Дин, мягко поглаживая драконыша по плечу. Жест был дружеским и выражал участие и более ничего. — Мы тогда еще решили вытаскивать, кого сможем. Тебя вот вытащили. Хорошо бы еще до конца вылечить и тогда все будет нормально. — До конца вылечить? — спросил драконыш. — А разве Целитель не? — Целитель сделал все, что мог, — вздохнул Фабиан. — Но… Зелье. Зависимости нет, но оно не выводится из организма само по себе. Во всяком случае, не полностью. Тебе сейчас стоит только запах его почуять, как зависимость вернется. А уж если оно как-нибудь в организм попадет… Дин проходил через процедуру очищения, когда мы поняли, что это за дрянь и как работает. Еще до того, как попасть в руки Рихха. Тебе тоже стоит это сделать, но должен предупредить: это очень больно. За несколько часов организм полностью обновляется и зелье выводится, но ощущения при этом… Бр-р-р. — Я хочу пройти! — Руадх сдвинул брови и весь его вид говорил о решительности. — Не хочу, чтобы хоть что-нибудь связывало меня с орденом, кроме воспоминаний. Даже если будет очень больно, я не боюсь. Знали бы вы… — Тихо, тихо, не заводись, — Дин успокаивал драконыша. — Мы знаем. Точнее, я знаю, а мои супруги представляют, что творилось в школе. Про приют мало, но ты не особо распространялся… Если ты хочешь пройти процедуру, то Фаб приготовит зелье для тебя и все… — Сварю, — пообещал Фабиан. Обед, ну, или скорее ужин, пока разговаривали, приготовился и даже съелся, и все семейство разбрелось спать. А на утро, обсудив кто и что будет делать и в каком порядке это будет происходить, началась подготовка к переезду. Список необходимых покупок оказался длинным и обсуждали его долго, но, в итоге все было утрясено, разбито на несколько этапов и средства под это дело зарезервированы. Сэм засел в лаборатории, колдуя там над генератором, а заодно приглядывая за станком, который работал почти безостановочно: нужно было одеть и Дина, и Руадха, и ткани на это дело нужно было много. Дин с Фабианом мотались, закупая все необходимое, драконышу досталась готовка, уход за саженцами и обихаживание зверья. Все были заняты выше крыши и уставали, но к исходу месяца многое было сделано. В один из дней, Сэм, устроившись в гостиной перед телевизором, сидел и вышивал обережные узоры для рубахи Руадху, поглядывая при этом фильм. Руки двигались споро, вплетая нужные символы в орнамент, который придумывался прямо по ходу вышивки. Занятие это было медитативным и ненапряжным, и младший даже получал своеобразное удовольствие, расшивая невзрачную ткань яркими шелками и золотой нитью, периодически любуясь на получающийся результат. Выходило, даже на его весьма придирчивый взгляд, здорово. Лучше, чем это получалось раньше. То ли в эту жизнь руки оказались более заточенными под такие вот вещи, то ли то, что внутри него царили гармония и умиротворение, но листочки, цветы и птицы, появляющиеся из-под его рук, выглядели словно живые, а нужные символы настолько вписывались в общую картину, что если не приглядываться чрезвычайно внимательно, при том, зная, что именно ищешь, разглядеть их было просто невозможно. Дина с Фабианом дома не было, они в очередной раз поехали в город за покупками, решив, раз уж есть время и возможность, то почему бы и не начать приобретать то, что было отнесено к предметам, которые понадобятся нескоро, но все равно понадобятся, и в доме оставался лишь Сэм и Руадх. Где в данный момент находится драконыш, младший не знал, но не особо беспокоился: мелкий освоился в доме и вполне мог найти себе занятие по душе, которое развлекло бы его надолго. Руадх возился в саду с саженцами, пытаясь подобрать им условия, озвученные Фабианом. Это было сложно. Требовалось учесть множество факторов, таких как освещенность, полив, состав почвы и так далее. Он вымотался, но в конце концов, сделал все, как и говорил дорниец. Встав с колен, драконыш отряхнул руки и одежду и, прибрав инструменты, пошел в дом. Он хотел есть, несмотря на то, что Дин обучил его получать силы из стихий. Но никакая энергия не сравнится со вкусной пищей. Руадх прошел в кухню, памятуя, что весь народ всегда толчется там. Но никого не было и тогда, помыв руки, он пошел по комнатам, вход в которые ему был разрешен, разыскивать хоть кого-нибудь. Есть в одиночестве он отвык и приятнее было обедать или ужинать в компании. Из гостиной доносились некие звуки и драконыш пошел туда в надежде, что там окажется кто-то из жильцов дома. В гостиной сидел Сэм и вышивал что-то на одежде. — Добрый день! — поприветствовал его Руадх. — Ты чем-то занят? Обедать будешь? — Вышиваю, вот, — отозвался Сэм. — Обедать? М-м-м… Сейчас, вот тут еще пару листьев и птичку наметить и, пожалуй, да. — А почему ты не отдашь эту работу какой-нибудь женщине? Это же вообще не мужское дело — иголкой тыкать. Я бы вот никогда так не стал делать. Я себя еще уважаю… Сэм почувствовал себя так, будто на него вылили ковшик кипятка, ну, или даже скорее помоев и, подняв взгляд от вышивки, смерил драконыша изучающим взглядом. — Правда? — очень, очень спокойным голосом поинтересовался он. На лице не отражалось вообще никаких эмоций, а руки застыли, автоматически вколов иглу в ткань, растянутую на станке. Головой Сэм понимал, что вопрос возник и был поставлен Руадхом именно таким образом, потому, что воспитание его было, мягко скажем, далеко от нормы, но все равно это было очень и очень обидно. А уж если учесть, что та работа, за которой он сейчас сидел предназначалась именно для вопрошающего, так и вовсе. — Ну да, — ответил драконыш, не понимая, почему Сэм так среагировал. В приюте, да и в школе, пошивом, вышивкой и прочим таким занимались исключительно женщины, которые были в рабском положении и с воспитанниками совсем не пересекались. А то, что слышали обучающиеся от наставников в сторону этих женщин… Ни о каком-либо уважении и признательности за рабский труд или что-либо еще и не шла.. — А что такое? Это не мужская работа и зачем руки марать… Нам постоянно так говорили, наставники вообще не жаловали рабынь, которые нас обстирывали, обшивали и еду готовили. — Значит, ты всерьез считаешь, что я сейчас занимаюсь маранием рук? — уточнил Сэм, пальцем нащупывая острый кончик иглы и вгоняя его в кожу, чтобы не вскочить и не отвесить Руадху оплеуху от всей души. Голос его звучал при этом спокойно и интонаций в нем было не больше, чем при светской беседе о погоде и природе. Боль слегка отрезвила, и он тем же тоном продолжил: — Я делаю это потому, что люблю членов своей семьи и хочу их защитить настолько, насколько это в принципе возможно. Из этой ткани, которую я сейчас вышиваю, собираюсь пошить для тебя рубаху, в которой будет всегда тепло и сухо, которая отразит многие проклятья и кое-какие из оглушающих и наносящих раны чары. И подобную работу я бы не доверил никому чужому, так как отлично знаю, что в орнамент можно вплести не только обереги, но и, например, символы лишающие мужской силы. Приворот, заговор на бесплодие, или еще какую-нибудь дрянь похлеще. — Но… — Руадх замолчал, обдумывая слова Сэма. В конце концов, он просто развернулся и ушел из гостиной. С одной стороны, он понимал, почему младший супруг Дина так отреагировал. Драконыш не член семьи, ему сделали одолжение, шьют одежду, защищающую от многих вещей, а он… Но, с другой стороны, его прошлая жизнь и понятия, вбитые в его голову, вопили о том, что мужчина, занимающийся женской работой — не стоит уважения. Это же женская, рабская работа! Он решил выйти в сад и там попытаться подумать, невзирая на голод. Силы стихий никто не отменял. Сэм же, после того, как Руадх ушел, попытался продолжить работу, вот только дело не шло и, он поняв, что просто испортит свой же труд, если сейчас, пребывая в обиженном состоянии, продолжит. Пришлось отодвинуть пяльцы и прерваться. Драконыш что-то говорил о еде? Ну, почему бы не пойти и не поесть, чем младший и занялся. Куда делся Руадх его в данный момент беспокоило не сильно. Если он не совсем дурак, то сделает правильные выводы, а если совсем… Ну, не всем же быть умными. Дин начал подгонять Фабиана с покупками, когда они были в последнем магазине. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, хватал, что попало, невнимательно слушал консультанта, пребывая где-то не здесь. И бежал к машине так, будто он опаздывает на пожар. И гнал почти всю дорогу, заставляя Фабиана почти молиться о том, чтобы с ними ничего не случилось. Загнав машину в гараж, старший даже не стал заморачиваться разбором покупок, а сразу полетел в кухню. Фабиан, прекрасно понял, что что-то произошло, вот только что именно, оставалось для него загадкой и он, следовал за старшим, словно тень, надеясь разобраться и не задавая вопросов под руку. — Обедать будете? — спросил Сэм, увидав обоих партнеров. Он как раз разогревал себе суп, но ему несложно было подогреть его еще и Дину с Фабом. Обида и ощущение вывалянности в чем-то непотребном никуда не делись, но партнеры-то во всем этом не виноваты и младший старался выглядеть как обычно, несмотря на то, что испытывает. Дин, не отвечая на вопрос Сэма, подошел к нему и крепко обнял, развернув младшего лицом к себе. — Прости меня, пожалуйста. Я такой дурак. Я как услышал, что он говорит, думал — прибью. А потом… Я же также себя вел… Я знаю, что кретин чисто по жизни… — Дин, — ответил ему Сэм. — Тебе не за что извиняться. Ну… Теперь-то ты что-то там понял и… — он вздохнул. — Но да… Когда ты себя так вел — это было обидно. И сейчас также обидно от слов Руадха. Фабиан молча присоединился к объятиям, догадываясь, что именно произошло по тому, что говорили супруги. А подробности… Ну, всплывут. Раньше или позже. — Я его прибью, честное слово. Или выдеру так, что сидеть не сможет. Может, через задницу дойдет! — Дин был зол, рвал и метал. Потому что драконыш, им же самим приведенный, обидел самого важного в жизни старшего человека. — Ему просто не жить. — Нет, Дин, — покачал головой Сэм. — Он просто… — младший вновь тяжело вздохнул. — Так воспитан. И он либо сам поймет, что сделал что-то не то, либо… Либо нет. Не трогай его сейчас. Тем более, когда ты злишься. А со своей обидой я как-нибудь справлюсь. Вот сейчас все-таки поем, потом помедитирую… Приду в себя и буду более-менее в норме. Во всяком случае, достаточно в норме, чтобы продолжить прерванную работу, которая мне нравится, даже несмотря на обиду. Красиво получалось. Хочешь, сходи, погляди. Пяльцы в гостиной стоят. — Погляжу потом, когда поем. Покажешь нам обязательно, — Дин поцеловал супруга. — У тебя не может некрасиво получиться. То, что я видел во втором зрении, было очень даже. А в красках и все обереги если высветить — вообще красота. — Да, — кивнул Сэм. — Силы я в эту вышивку вбухал… Много. От драконьего пламени она, конечно, не убережет, но от пары стрел… Легко. Да и не только от стрел, — он высвободился из объятий и занялся обедом. — Давайте есть, а? — попросил он, ставя на стол тарелки с разогретым супом. Дин выпустил супруга из объятий и уселся на свое место. Он не сводил с Сэма обеспокоенно-грустных глаз и почти не ел. Обиду Сэма он сейчас переживал в двойном объеме. Потому что помнил свое поведение и злился на себя на это, и грустил о том, что прошлое невозможно вернуть и ничего нельзя исправить. Точнее, тогда уже не исправить. А сейчас можно просто не повторять свои ошибки. А воспитание… Хм… Тут все очень странно. Они с Сэмом тоже выросли без матери, только с отцом. Но женщин уважали и любили. Точнее, Дин любил… Сэм-то, ну… Это Сэм. Не важно, Джессика у него была, и Мэдисон, и Сара, и даже эта чертовка Руби, и еще какие-то… И никогда, ни Дин, ни Сэм не позволяли себе таких высказываний. Даже помыслить так не могли… — Дин, кончай терзаться, — попросил Сэм, прекрасно чувствовавший супруга. — Я понимаю, что тебе жаль, но… — он пожал плечами. — Ешь, давай. И для тебя я задумал нечто… Правда, не знаю, удастся ли реализовать. Хочу сам полностью пошить то, в чем ты предстанешь перед Дейнерис. Ты должен выглядеть… М-м-м… Сногсшибательно. Так, чтобы было понятно без слов, что ты не какой-то там проситель, а… Сам по себе огромная сила. Обереги, конечно, и все такое, но не только. Я делал для тебя артефакт, который скрывает твою силу, этот наряд наоборот будет ее подчеркивать. Ее смогут чувствовать даже не магики, а простые люди. — Разве это возможно? — удивился Дин. — Чтобы все увидели? И не будет ли это перебором? — он понимал, что Сэм пытается его отвлечь от мыслей, но… — Возможно, — кивнул младший. — У многих правителей в Розе подобные наряды. Там забавно. Сам он может быть совсем слабым, но наряд делает так, чтобы он выглядел до безумия крутым. И нет, не перебор. Если Дейенерис настоящая хотя бы вполовину такая, как показано в книге — это скорее необходимость. Мы ведь не собираемся становиться ее подданными, поэтому нужно предъявить нечто, что равняло бы тебя и ее, а лучше, чтобы в разы превосходило. Бить морду женщине как-то… Ну, сам понимаешь, а вот показать так — у кого есть глаза — увидят. И сделают верные выводы. — Хм… Идея интересная, — Дин отвлекся от своих мыслей и переключился на Вестерос и будущие войны. — А ты уверен, что нам вообще нужна эта встреча с Дейенерис? Мы же можем всех поубивать и убраться к себе, разве нет? — Арья будет в Винтерфелле, Дейенерис — тоже. Да и оставаться безымянными героями? Не знаю, по-моему, это глупо. Будущая правительница Вестероса должна знать, кому обязана, — пожал плечами Сэм. — Разве это не очевидно? Я вообще считаю, что нам следует появиться, когда местные осознают, насколько у них все плохо. До этого лишь наблюдать со стороны, не вмешиваясь. — Ты все-таки горишь желанием быть Бэтменом, а меня сделать Суперменом? — рассмеялся Дин. — Нет, это шутка, я тебя понимаю, почему так. Нам самим необходима разведка… — На самом деле Супермен, пожалуй, самый страшный персонаж сказок, который мне попадался, — высказал свое мнение Сэм. — И тут дело не только в разведке, хотя и она, конечно нужна. Это политика. Точнее — фундамент под будущие политические отношения того, что будем строить мы и Вестероса. Мы ни в коем случае не должны выглядеть просителями. Наоборот — силой, которая предлагает помощь и спасение, притом, не бесплатно. За что именно — подумаем, но халяву люди не ценят, тем более — правители. Уже сделанная услуга ничего не стоит. — Самый лежащий на поверхности вариант — объявить себя правителями того материка, который выберем. И плата — признание нашей власти… — Ну да, что-то в этом роде, особенно, если тот материк нам подойдет, — кивнул Сэм. — А так… Преференции в торговле, беспошлинность, еще какая-нибудь байда. В общем, это надо думать, что именно, но смысл ты уловил верно. И вот наряд, достойный правителя, я могу сделать. Могу дать совет. Могу помогать и поддерживать. Но вот общаться и показывать нашу немерянную круть будешь именно ты. — Хм, я… Это… — Дин потупился. — Я ее побаиваюсь… немного… В этот момент в кухню попытался зайти Руадх, но увидев всех за столом, тихонько отступил в свою комнату. Поесть он решил тогда, когда все разойдутся. Драконыш долго гулял и обдумывал всю сложившуюся ситуацию. Он понял, что поступил в корне неправильно. Не только потому, что обидел Сэма, который был к нему добр. Но и всю семью. Он видел, как каждый из супругов стоит за другого горой. И если младший по характеру не будет ничего делать, кроме как игнорить, скорее всего, то вот Дин, как глава рода и Фабиан, как второй супруг, могут его еще и наказать. Самое странное для себя же было то, что он считал это наказание вполне заслуженным. И не только за Сэма. Что-то еще билось в его сознании. Что-то, что постоянно ускользало. Какая-то глобальная вещь. Если подумать, то что сегодня произошло. Он зашел в гостиную и увидел, что Сэм занимается женской работой. Ну и высказал свое отношение. А тот обиделся. На что? На то, что его сравнили с женщиной? Но, как показала жизнь, Сэм за это не обижается. Он действительно немного женственный. И это не портило его ни разу. На что тогда обида? Единственный, кто в этом доме казался отстраненным был Фабиан. И Руадх решил пойти к нему, чтобы тот помог разобраться во всем. Он вышел из своей комнаты и пошел в сторону кухни, надеясь, что дорниец там окажется один. После обеда, Сэм с Дином ушли куда-то, а Фабиан остался один в кухне, прибирая и заодно прикидывая, что будет готовить на ужин. Кроме того, он не пошел с супругами, отчасти, специально: чувствовал смятение драконыша и думал, что рано или поздно тот придет советоваться, ну, или за разъяснениями. В общем, переглянувшись с Дином, он остался в одиночестве и ждал, хотя со стороны его ожидание было ничуть не заметно. Руадх заглянул в кухню и, увидев там Фабиана, моющего посуду после обеда, очень обрадовался. Это была прекрасная возможность поговорить с глазу на глаз и выяснить все. Несмотря на то, что в кухню в любой момент могут вернуться остальные. Драконыш подошел к столу, сел на свое место и позвал. — Фабиан, можно с тобой поговорить? — Можно, — кивнул тот, впрочем, не прерывая своего занятия. — И о чем тебе хочется поговорить? — Я… О сегодняшнем, — и Руадх рассказал Фабиану то, что произошло и все свои мысли по этому поводу. — Я просто не могу до конца понять, в чем был не прав… — Говоришь, не можешь до конца понять, так? — уточнил дорниец. — А что ты все-таки понимаешь? Ну, что неправ, это понятно. Но в чем? — В том, что обидел. Неуважительно к нему отнесся, — драконыш не понимал, что еще хочет услышать Фабиан. — М-м-м, наверное, что с женщиной сравнил… — Это — мимо, — хмыкнул Фаб. — Сэм си-ин, так что… — сосредоточившись, он показал с помощью их связи образ Ссол Руадху. — Это его женская форма, — объяснил дорниец. Он домыл посуду и заваривал чай. — Но я тогда вообще не понимаю! — обиженно шмыгнул носом драконыш. — У нас в приюте это действительно считалось женской грязной работой и ни один нормальный мужчина не сел бы вышивать или шить, или ткать… Я не понимаю! — Я вижу, что не понимаешь, — вздохнул Фабиан, устраиваясь напротив драконыша за столом и наливая чай обоим. — Давай попробуем разобраться. Вот скажи, кто занимался в приюте приготовлением еды? Мытьем посуды? Стиркой? Уборкой? Птичником? Скотным двором? Они там были вообще? Наверняка. Вы же там что-то ели… — Женщины и занимались. И это действительно тяжелая и грязная работа. Мужчины на такое не идут… — Ага. А теперь подумай: готовлю тут я или ты. Так? Дин моет посуду и убирает в гараже. Убирает в доме — Сэм в основном. Я только в кухне и в лаборатории. Стирка — тут машина. А вот садом занимаешься ты и, опять же я. Живностью — тоже ты. Кто-нибудь хоть раз сказал, что ты словно баба? Или стал к тебе из-за твоих занятий относиться хуже? Или вообще хоть слово сказал о них? Ну, кроме похвалы? — Фабиан спокойно задавал вопросы, наблюдая за Руадхом. — Н-не-е-е-ет, никто. — Драконыш растерялся и не знал, что говорить и делать. Как-то вот именно с этой стороны он на все не смотрел. — Все только хвалят. И еду, и сад… — Верно, — кивнул Фабиан. — Но и это не все. Я привел лишь примеры, якобы, женской работы, которую делаешь, в том числе и ты. Но есть другая сторона всего этого. Она не зависит от пола. Это просто отношение к чужому труду. Представь себе: ты только что помыл пол, он весь из себя такой чистый и тут кто-нибудь прошел в обуви, вернувшись с улицы, где только что был дождь. Приятно? — Да я бы этой тряпкой, которой пол мыл и отшлепал бы! — Руадх был возмущен. — Это же просто хамство и неуважение… Черт! И я так поступил… — он распахнул глаза и чуть не заплакал. — Вот черт! — Но и это еще не все, — Фабиан не собирался его жалеть. — Представь, что ты мыл полы не просто водой, а использовал для этого свою силу, желая, чтобы проход по этому помытому полу давал здоровье и благополучие тому, кто по нему пройдет. Тебе, чтобы так вымыть пол, нужно было потратить массу сил, настроиться определенным образом, не знаю, соблюдать строгий пост две недели, медитировать специальным образом перед каждым движением, тряпку держать как-нибудь этаким способом, а воду притащить не из-под ближайшего крана, а принести в определенный день, в определенное время, из отдаленного специального источника. Кроме того, тебе надо было, для начала, научиться так мыть полы, и ты потратил на это не один год. А еще ты их моешь так, для тех, кого любишь, при этом не ожидая какой-то там специальной благодарности или восхищения, а просто зная: так лучше для всех. — Я теперь даже не знаю, как мне извиняться… — расстроенно сказал драконыш. — И что со мной сделает Дин. Он же как глава рода может даже выгнать меня. А куда я пойду, кому такой ущербный нужен? — Вот тут я могу сказать тебе только одно: ты не ущербный, — ответил дорниец. — Просто очень юный и отвратительно воспитан. А вот как извиниться перед Сэмом и что сказать Дину, это ты должен сам решить. Тут я тебе не помощник. Это должны быть твои решения и твои выводы. — Я понял. Спасибо за разговор, Фабиан, — Руадх попытался сползти со стула и снова уйти в свою комнату, но его живот издал такую голодную трель, что он потупился и спросил: — Осталось еще что-нибудь поесть? Хоть чуть-чуть… — Разумеется, — кивнул Фабиан. — Мы оставили тебе порцию супа, ведь мы помним о том, что ты есть и тебе тоже нужно питаться, — он поднялся со своего места и, налив суп в тарелку, поставил ее греться, а когда микроволновка пискнула, поставил ее перед драконышем на стол, а потом подал и ложку. — Спасибо большое! — Руадх хоть и набросился на еду, но ел так аккуратно, как привык. — Очень вкусно, — сказал он, когда доел. — Пойду думать о своем поведении. Фабиан кивнул и, убрав грязную посуду в мойку, вернулся к прерванному занятию: готовке ужина. Драконыш же снова пошел в свою комнату, упал на кровать и начал размышлять над разговором с Фабианом. По всему выходило, что он и себя также обидел, неуважительно отозвавшись о той части труда, которую считал женской и рабской. Потому что готовить он умел и любил, вкладывал в каждое блюдо душу, стараясь, чтобы было вкусно и полезно. И как бы он отнесся тогда, если бы кто-то из семьи так сказал? Сэм имеет полное право обижаться на него. И Дин… наказать. И сам Руадх не должен ждать, пока старшие придут к нему и выскажут свое мнение. Нет. Он должен идти и просить прощения и о наказании. Он сам думал недавно, что уже считает их своей семьей и готов войти в род. Такое его поведение будет лишь подтверждать это намерение. Руадх поднялся с кровати и поспешил в гостиную, где он слышал звуки телевизора, надеясь, что супруги все еще там. Драконыш зашел в гостиную и увидел там такую картинку. Сэм все также сидел за пяльцами и вышивал, периодически поглядывая на экран. Дин пристроился на диване за младшим, сидя так, чтобы тот опирался на него спиной. Старший, не отрываясь, смотрел на экран, внимательно следя или делая вид, что следит, за фильмом. Руадх зашел в комнату и, подойдя к дивану, на котором сидели супруги, опустился на колени. — Сэм, я прошу прощения за свое поведение сегодня днем. Я был в корне не прав, называя твою работу грязной. Я не имел никакого права так говорить. И Дин. Я прошу тебя, как главу рода, назначить мне наказание. Младший чуть сильнее оперся о старшего, чтобы тот не сделал чего-нибудь сгоряча и, вколов иголку в ткань, поглядел на драконыша. — Я рад, что ты осознал свою ошибку, Руадх, — спокойно произнес он. Сказать, что он простил его, он не то, чтобы не мог, но не считал это педагогичным в данный момент. — Наказание? — Дин даже не повернул головы. — Ты помнишь, как лежал Сэм, когда я его порол в том мире? Снимай штаны и также на спинку дивана. Ты получишь десять ударов по заднице. Так лучше доходит, я уже убедился. Руадх судорожно вздохнул, поднялся и принялся развязывать и снимать свои штаны. Белья он не носил, поэтому очень скоро был готов. Он подошел к дивану и перегнулся через спинку, гадая, чем будет лупить его Дин. Старший же, отодвинув Сэма, встал с дивана, выдернул из шлевок джинсов свой ремень и подошел к лежащему, зажмурившему глаза Руадху. Он был спокоен, просто выполнял свои обязанности строгого отца. Сложив ремень, Дин ударил первый раз. Он знал, как и куда надо бить, чтобы было очень больно и потом все долго напоминало о порке. Задница драконыша постепенно покрывалась узорами из красных и вспухших полос. Сам он тихо вздрагивал и плакал под каждым ударом. Конечно, Руадха часто наказывали и в приюте, и в школе, и всадник. Но так унизительно — никогда. Только сейчас он в полной мере понял, что должен был испытывать Сэм, когда драконыш высказался о его работе. Наконец, экзекуция была окончена и Дин вдел ремень в шлевки. — Надевай штаны. Руадх, вытирая слезы, лившиеся из глаз, натянул на красные ягодицы штаны и поморщился. Ткань больно елозила по отметинам от ремня. Он развернулся и попал прямо в объятия Дина. — Я больше так не буду, — сказал драконыш в грудь Дина. — Я понял, как это унизительно — такие слова. И как я оскорбил человека ни за что… Простите… Дин обнимал его и гладил по голове и спине, давая выплакаться, а Сэм, отодвинув пяльцы, жестом показал, чтобы он подошел вместе с драконышем так, чтобы и он тоже мог обнять наказанного. Старший переместился к супругу вместе с Руадхом и тот тоже обнял его, гладя по голове. Утешать сейчас драконыша было бессмысленно, да и не нужно. Пусть выплачется, но пусть при этом ощущает, что его не бросили, выпоров, не забыли о нем, как о ненужной вещи. Сэм улыбнулся Дину и мысленно сказал: — Вот интересно, когда это чудо в перьях перестанет плакать, что оно будет делать? Я давным-давно не имел дел с подростками… А он… Дите малое. В некоторых моментах. — Не знаю, — ответил Дин. — Если вспомнить тебя, то ты начинал ершиться и огрызаться на такое вот. А как он поступит, ума не приложу. Руадх, наконец, прекратил лить слезы и только сейчас заметил, как ему тепло и уютно в объятиях Дина и Сэма. Как если бы у него были родители и они вот наказали, а теперь обнимают, чтобы он не считал, что он один. Поддерживают. Воспитывают. — Я, кхм, решил… — Что ты решил? — спросил Дин. — Ты мне предлагал разные варианты дальнейшего взаимодействия с вами. Так вот, я решил. Если вы до сих пор не против, то я хочу в семью. Приемным… — Сэм? — выгнул бровь Дин. — Надо позвать Фабиана, — ответил младший. — И… Где? В логове или у Кристалла? Ритуал-то не сложный, но… — У Кристалла, там сразу и познакомим, — Дин вызывал уже Фабиана по связи. — Он нас там будет ждать. Они все вместе прошли в кристальную комнату, только теперь ни Сэма, ни Руадха за это наказывать было не надо. Фабиан ждал их, сидя на краешке Кристалла. — Мы сейчас здесь затем, что Руадх наконец решил, что он хочет принять мое предложение и войти в наш род как приемный сын, — сказал Дин. — Я еще раз должен спросить вас, Фабиан и Сэм, ваше мнение по этому вопросу. — Ты отец, Сэм — мать? — уточнил дорниец, поднимаясь со своего места. — Так? А я получаюсь… Хм… Второй отец, видимо. Дядя… Нет. Арья — вторая мать… Ну, или что-то в этом роде будет. Что ж, — он поглядел на заплаканного драконыша. — Я не против. — Я тоже, — подал голос Сэм. — Хорошо, — сказал Дин и потянулся прокусить запястье. Когда оттуда потекла кровь, он приказал Руадху: — На колени. Тот послушно опустился на колени и открыл рот. Дин капнул в него несколько капель своей крови. Следом пришла очередь Сэма, потом Фабиана. Когда все было закончено и драконыш напоен кровью всех приемных родителей, Дин произнес: — Встань, Руадх Двейн. Теперь ты по праву принадлежишь нашему роду как наш приемный сын. И ты должен познакомиться с Кристаллом, — Дин отщелкнул из браслета накопитель, под завязку наполненный огнем и протянул его драконышу. — Скорми его каменюке, а потом капни несколько капель своей крови и поделись силой. Он должен знать тебя. Руадх так и сделал. Он теперь мог говорить с камнем на правах члена рода, и никто бы не смог ему помешать или указать на то, что это неправильно. Он обернулся к приемным родителям и сказал: — Спасибо! — глаза драконыша сияли. — Только можно я буду вас называть по именам, а то привык уже… — Главное не название, — отозвался Сэм. — А отношение. Хотя, если ты вдруг решишь называть нас как-то по-другому, не думаю, что кто-то будет против, так ведь? — спросил он, окидывая взглядом обоих своих супругов. — А еще… — он поглядел на драконыша. — Теперь мы в праве найти для тебя невесту… — Невесту? — Руадх зарделся. — А что, пора? Ты считаешь, мне пора жениться? — Я считаю, что ты большой мальчик, — пожал плечами Сэм. — Разумеется, никто не собирается тебя женить насильно, но вообще, думаю, о браке стоит подумать, — сейчас в нем совершенно однозначно говорила кровь си-ин. — С драконицами у нас определенная напряженка… Но есть эльфийки, гномши, демонши, си-ин, опять же…Тут задумаешься… — Мне очень понравились девушки из племени целителя, — Руадх покраснел еще больше. — Они все такие красивые… — Да, в этом нам не откажешь, — хохотнул Сэм. — И дети от такого союза хороши… Вот только, видишь ли, сын, все си-ин не только девушки, но и юноши. Все. Если тебя этот факт не очень смущает, я считаю, что это был бы идеальный союз. — Э-э-э-м, я даже не знаю… Мне надо подумать, — Руадх потеребил волосы. — Ты же си-ин? С тобой классно общаться и жить. Может и я смогу к этому привыкнуть… Сэм уселся на край Кристалла и пожал плечами. — Да, я из этого народа, — кивнул он. — Такие как я… Это сложно. Но, если ты полюбишь… Не знаю. Вон, спроси моих супругов, что они думают? Как им это. — Я считаю, что мне досталось истинное сокровище, — Дин подошел к супругу, залез на Кристалл и сел за его спиной, как в гостиной. — Он — чудо из чудес. И я люблю его. Хотя, раньше был таким мудаком, — он вздохнул. — Но это в прошлом, а сейчас я не знаю никого лучше. Фабиан, не обижайся, пожалуйста. Ты знаешь, что я тебя тоже люблю и очень ценю. — А я и не обижаюсь, — фыркнул дорниец. — С чего бы? Разный набор чувств, вот и все. К каждому свой и, по-моему, это вполне нормально. Я к тебе и Сэму тоже по-разному отношусь. А тебе, Руадх, могу сказать ровно одно: если действительно любишь, то все остальное неважно. Ты недавно видел Дина с Сэмом… Как он его любил, помнишь же? — Руадх кивнул. — Ну… И осознай: их чувства друг к другу не меняются, вне зависимости от того, кто в какой форме. Сэм — женщина, Дин — дракон, сарнак или кто-то еще. А плотская сторона дела, которая для тебя болезненна… Опять же, если ты любишь партнера и доверяешь ему, то… — То даже дракон легко может любить, — перебил его Сэм. — Представляешь? Мы придумали как это реализовать технически и… — младший обернулся на Дина. — Это было здорово. Тогда, на этом камне. — Да, — теперь пришла очередь Дина краснеть. — Это было очень здорово. И нисколечки не стремно. — Я понял, — Руадх хихикнул. — Хорошо. Я согласен на смотрины и все такое, — он махнул рукой. — А вообще, я так переволновался, что опять есть хочу. И Фабиан, я могу тебе помочь, с удовольствием… — Помоги, — кивнул дорниец, а Сэм, потершись затылком о грудь супруга, спросил его: — Задницу-то сыну залечишь? — А надо? — притворно нахмурившись, спросил Дин. — Я бы оставил его погулять так денечек, чтобы еще больше дошло… — Ну, тут уж тебе решать, — пожал плечами Сэм. — Я, в общем-то, просто спросил и ни на чем не настаиваю. А чтобы дошло с гарантией, можно просто и его усадить за пяльцы. Пусть сам попробует, ну, хоть картинку вышить из самого простейшего набора для вышивания крестом. — Хорошо, так и сделаем, — Дин кивнул. — Слышал, Руадх, что тебе надо будет делать? А теперь подойди сюда, залечу все, — драконыш подошел к Дину и тот очень быстро вылечил его зад. — Все, свободен. Можешь идти делать, что хочешь… А я вот хочу поваляться, но надо покупки разобрать. Никто же этим не занялся? — Я тебе помогу, — предложил Сэм. — Это замечательно, — Дин стал выбираться из-за Сэма. — Так, вы двое — в кухню и готовить, а мы пойдем машину разбирать. Фабиан, потянув за собой драконыша ушел, а Сэм, поймав Дина за руку, притянул его к себе и обнял. — Ну, что, папаша? Как самочувствие? — спросил он, нежно поглаживая супруга по пояснице. — И, между прочим, можно уже начинать все предназначенное для отправки барахло, постепенно переправлять на ту сторону. А то его до фига. Сейчас время есть, а потом… — он вздохнул. — Аврал устраивать неохота. — Самочувствие у меня абсолютно хорошее, — ответил Дин. — Мы все будем в поместье переправлять или сначала разведаем континенты? — Черт. А вот это хороший вопрос… — протянул Сэм. — Значит в Дорн надо отправить только то, что именно там нужно будет. А остальное… Потом, уже на место. *** Заказ на кристаллы, исполнения которого и дожидались, приехал в полном объеме через полторы недели, после того как Руадха приняли в род. С таможенным оформлением и прочими формальностями сложностей не возникло. Ну, конечно, какие там сложности, если в нужное место приходили Дин в компании Фабиана и оный с милой улыбкой просто осторожно и мягко “продавливал” нужные им решения, заставляя чиновников делать все от них зависящее, чтобы такие приятные господа, как их посетители, получили свой груз как можно быстрее и с минимальными хлопотами. — Ну, вот, — Сэм довольно потер руки, затащив последнюю коробку с готовыми кристаллами в галерею, которая работала складом. — Теперь спокойно можно отправляться в Перекресток. Или… Слушайте, я вот что подумал. Может быть, имеет смысл сначала все-таки место для жительства разыскать, а уж потом тащить сразу туда Асдойна и его людей? На фига им кантоваться в Дорне? Вот они прибудут туда, проживут там какое-то время, потом надо будет сниматься с только что насиженного места и по новой переезжать… Пусть уж сразу осваивают территорию. — Я тоже думаю, что это правильный вариант, — подумав, сказал Дин. — А то они, пожалуй, не захотят переселяться еще. В Дорне-то всяко лучше, чем на неизведанном континенте. Надо только сушеных булочек захватить и кормов. Потому что летать нам, Руадх, много и долго. В общем так и порешили и, тщательно подготовившись к предстоящей экспедиции, переместились в Дорн, оказавшись на террасе домика Фабиана. Перелет до нужного места разделили на несколько частей. Сначала от Соленого Берега долетели до окрестностей Лисса, там передохнув несколько часов и подкрепившись, продолжили путь, покрыв в один перелет расстояние до Волантиса. Там опять отдыхали, но на сей раз гораздо дольше — поели, потом выспались, позавтракали и вновь пустились в дорогу. В Залив Работорговцев с его городами решили не заворачивать и следующий привал сделали в Гискарских горах, найдя удобную площадку, куда спокойно приземлились оба дракона и где поставили палатку, чтобы переночевать в комфорте. На следующую ночь остановились восточнее Кварта, опять в горах, которые Фабиан назвал Сухими Костями. — Это хребет, который тянется с севера на юг, деля Эсос на две половины, — рассказал он, сидя перед костром и помешивая что-то вкусно пахнущее в котелке. — Мы летим, считай, вдоль южного побережья континента и проделали уже больше половины пути. Хорошо бы завтра долететь до Асшая, переночуем где-нибудь в окрестности и полетим на юг. Там между Асшаем и нужным нам континентом относительно неширокий пролив, а дальше… До Асшая они, пусть и не без труда, но долетели. Сэм помогал в этом обоим драконам, которым ради такого случая пришлось держаться в полете поближе друг к другу. Вымотались все и, поев, отрубились. — Отдыхаем до завтра, — предложил младший, когда все проснулись. Он поглядел на спутников и, увидев, что те выглядят не лучшим образом, решил, что более длинный отдых никому не помешает, тем более, что они почти достигли цели путешествия, а дальше их ожидают вообще неизвестные земли. Берега Ультоса с северной стороны выглядели как неприступные скалы, о которые разбивались волны Шафранового пролива. Не долго думая, приключенцы свернули на запад и полетели вдоль берега, пристально разглядывая то, что видят внизу. Летели специально не слишком быстро и не очень высоко, чтобы рассмотреть то, что находится под ними в подробностях. Скалы особо ниже не становились, но отступали чуть вглубь континента, а через некоторое время они увидали устье реки, впадающей в Нефритовое море. — Хорошая бухта, — заметил Фабиан. Бухта действительно была хороша. Она была, во-первых, огромна, а, во-вторых, закрыта со всех сторон горами, не слишком высокими и сплошняком покрытыми непролазными джунглями. С высоты это все выглядело настоящими стенами естественного происхождения. Река текла с востока, откуда-то из глубины континента, на запад и впадала в Нефритовое море. На выходе из бухты обнаружился небольшой скалистый остров и внутри — пара остров поменьше. Скалистые горы, густо покрытые буйной растительностью, не подступали к воде вплотную, а вот горловину — прикрывали, опять же, представляя из себя прекрасные естественные укрепления. — Странно, что тут не поставили город, — заметил Сэм. — Прямо идеальное место. Дин, давай снизимся, я хочу рассмотреть внимательнее. И разделимся, Руадх, Фаб, вы с севера, мы с юга облетим. Встречаемся в устье реки. При облете на низкой высоте, стало видно, что в горах, которые располагались кое-где в паре-тройке, а где-то и в десятке километров от берега, зияет множество отверстий. — Мы тут в горах видим дыры. Похоже на пещеры, — подал голос Фабиан. — И я бы не сказал, что они созданы природой. Какие-то… Каменоломни, или что-то в этом роде. — Да, — отозвался Сэм. — На нашей стороне то же самое и я видел внизу, на берегу, остатки строений. Довольно мощные, надо сказать. То есть, тут пытались селиться… — У нас тоже самое, — ответил дорниец. — Заросло все, но остатки зданий видны достаточно отчетливо. — Ну, на вид тут обалденно, — высказал свое мнение Сэм. — Нужно сесть, передохнуть и заняться осмотром вплотную. Честно сказать, я прямо влюбился с первого взгляда. Руадх, Фаб, видали островок в самой восточной части бухты? Вот там собираемся. Он достаточно большой, чтобы там можно было сесть обоим драконам и достаточно маленький, чтобы какая-нибудь дрянь там не обитала, во всяком случае, постоянно. Островок имел площадь в пару квадратных километров и образовывало его нагромождение скальных обломков, обильно поросших тропической растительностью, поэтому место, куда могут приземлиться драконам, особенно Дину, найти оказалось непросто, но в итоге с третьего захода, таковое отыскалось, и они по очереди сели. Быстрый осмотр окрестностей помог отыскать небольшой родничок. Взяв пробу из которого и исследовав ее не только умениями Фабиана, но и на всякий случай с помощью прибора, прихваченного с Земли, Сэм выяснил, что эту воду вполне можно пить, чего нельзя было сказать о той воде, которую он брал с этими же целями в окрестностях Асшая. Там нашлись весьма неприятные окислы. — А тут чистая, — заметил он. — И хорошего качества, судя по показаниям. Да и, если на нее по-другому посмотреть, тоже вполне себе. Вода из залива тоже была вполне обычной водой. Пить ее было нельзя, все-таки соли, вследствие того, что она сообщалась с морем, было много, но ни особых болезнетворных бактерий, ни вредных для жизни и здоровья примесей в ней не наблюдалось. — Что же заставило людей уйти отсюда? — задал он беспокоящий его вопрос. — Надо прожить тут несколько дней, полазим, посмотрим, может поймем, — пожал плечами Фабиан. Он успел разложить костерок и теперь прилаживал над ним котел, чтобы приготовить еду. — Базовый лагерь предлагаю оставить тут, — кивнул Сэм. — По ощущениям тут вполне безопасно. И… Может быть, имеет смысл мотнуться отсюда на Землю и прихватить пару надувных лодок с моторами и бензина, чтобы вам каждый раз не трансформироваться, когда надо попасть на берег.