До Дна!

Джейсон лежал на спине среди золотых полей. Стебли зрелого ячменя тёплым одеялом окружали его тело. Оно было таким же лёгким, как одинокое облако, кораблём плывущее по небу, цвета глади Карибского моря. Нежный западный ветер скромно колыхал обвисшие под своей тяжестью колоски. Медовая заря медленно падала за горизонт золотых полей. Джейсон подложил руки под голову. Небо начало полыхать. Вот-вот полымя заката угаснет в мраке ночи. И без того тихое, бесконечное поле станет ещё более таинственным и прекрасным. — Странно… Не думал, что закаты здесь такие быстрые… Думал Джейсон, печальным взглядом провожая сгоравшую дотла зарю. Вдруг, внутренности Джейсона загорелись, пульсирующий жар бесцеремонно развеял таинственное спокойствие поля. Пытаясь победить боль, Джейсон перевернулся на бок. Органы, упав на дно его бока, крикнули острой болью. Подняв взгляд вверх, он с ужасом заметил, что теплота угасающей звезды превращается в холодный тусклый свет, прожигающий собою завесу безмятежного неба. Ячмень вокруг заплясал языками пламени, превращаясь в пепел на глазах Джейсона. Ужас, в смеси с болью нахлынули на него, одинокого человека, лежащего среди умирающего мира. Вскоре не осталось ничего, кроме безмолвной пустоты, в пасть которой летел Джейсон, без надежды на спасение. — Гык… Э-э… Джейс! Т-ты там к-как? Гык… Многоголосием послышался неведомый голос сверху. Живот до сих пор полыхал, хоть Джейсону и было холодно. С трудом различив границы сна и жизни, Джейсон, перекатив свинцовую голову на другую, не искусанную ещё холодом щёку, щурясь, открыл глаза. В янтарном свету одинокой лампочки Ильича, нить накаливания которой, подобно паутине, заполнила собою всю стеклянную грушу, виднелись бурые стены, окружённые латунными трубами. На одной из стен белым фломастером было выведено слово «Дзен», находившейся по центру кривого круга, линии которого не суждено было сомкнуться. — Д-джейс! Ты г-где? Прямо перед носом Джейсона упала пара графитового цвета кожаных сапогов. От них несло выдержанной мочой, камфорой и машинным маслом. Довершал композицию тонкий аромат спиртосодержащей блевотины. Только сейчас Джейсон понял, что свалился со своей койки, прилично забившись рёбрами. Попытавшись приподняться, он крепко стукнулся головой о деревянную часть койки, что стало для него фатальным повреждением. Ещё раз упав и вконец выкатившись с-под койки, Джейсон, тяжело дыша закрыл глаза, в попытке вернуть то безмятежное состояние, которое он испытывал минутой ранее. Хотя… Этот непродолжительный отрезок времени казался ему вечностью. По металлическому полу кто-то шаркнул вонючими сапогами. Тяжело хрустя всеми суставами, человек, неуклюже свалившись с нижнего яруса, навис гнетущей тенью над телом и душою Джейсона. — Гык… Вс-ставай, боцман!.. Работа не волк… То-есть… Нет, наоборот. Могучие руки приподняли безвольное тело Джейсона. Он был настолько опустошён столь резкой переменой, что сил не хватало даже на открытие железного занавеса век. Затем, он ощутил, как сидит, упершись головою в свои ладони. Они были за столом. Столь знакомый звук выстрела корковой пробки электрическим разрядом ударил по сознанию Джейсона. Глаза резко открылись, обжигаясь тусклым светом. Он искал источник спасительного звука. Привыкнув к здешнему освещению, Джейсон заметил перед собою фигуру в изорванном сапфировом мундире, который скрывался за шторой бурого плаща уборщика ядерных отходов. На забинтованной голове человека уселся шлемофон цвета хаки, к которому весьма грубым образом была пришита хромовая капитанская кокарда, которая болталась сильнее, нежели шнурки раскрытых в разные стороны лепестков ушей шлемофона. В вороных авиаторах человека отображалась прозрачная бутылка с зелёной этикеткой, по центру которой красовалась белоснежная вязь венерианских бедуинов, окружённая дивными растениями, чем-то схожими на чертополоха с листьями алоэ. — Кажись… Эта бодяга не так сильно по мозгам бьёт… Плеснув в гранёные стаканы из уранового стекла кристально чистого напитка, от которого несло хвоей, человек взял забинтованной рукой один стакан и бережно поднёс его к носу Джейсона. — Ох, капитан… Башка раскалывается, словно молотом по темечку… — Меньше текста, больше дела боцман. Ухватившись за стакан, Джейсон, чокнувшись с капитаном, осушил свой стакан. Едкая дрожь пробрала собою всё его тело. Поёжившись, он приложив ониксовый рукав боцманского тренча к своему носу, принялся свободной рукой шарить по столу в поисках еды. Капитан же, безмолвно достал с-под стола консервную банку с бычками в томате. Кинув её на центр стола, на котором стояли три алый бутылки без этикеток, купающейся в море фантиков и жестянок, он, многозначительно вздыхая, принялся её открывать. — Это всё, кэп? Капитан Морган исподлобья посмотрел на Джейсона. — Фуражку накинь боцман, а то, такая шишка тебе не к лицу. Нащупав на темечке внушительных размеров горб, Джейсон, охая, пополз к своей верхней койке, под подушкой которой сверкала кокарда измученной фуражки. Вернувшись ко столу, да съев одного, казалось, ещё живого бычка, забальзамированного в приторно кислом томатном соусе, Джейсон ощутил столь долгожданное облегчение. — Ну что боец? Порядок? Выплевывая остатки костей недавно отведанной рыбины обратился Морган. — Да, но в животе до сих пор доменная печь бурлит. Нужно нам ещё немного, для уверенности… Капитан лишь иронично хмыкнул, болтая здоровой рукой пустую бутылку. — Как видишь, положение у нас неприемлемое. Джейсон с надеждой поглядел на остальные бутылки, но все они были сухи, как Сахара. — Капитан, знаете, я совершенно… — Аналогично. Отрезал Морган, метнувший пустую бутылку в мусорное ведро, находившейся прямо под «Дзеном». — Хорошо, тогда, давайте разбираться… Я, кажись, упал со своего яруса… — А меня разбудила пищалка твоей проклятой сушилки. Джейсон с недоумением посмотрел на органа. — Что уставился, как баран на новые ворота? Вон она, падла, уже не пищит, правда. Морган указал рукою на закрытую ржавую топку реактора, мигающую тремя едва заметными под завесой капитанских штанов красными лампочками. Подойдя к топке реактора, от которой исходил едва заметный жар, да сняв с неё груду сушившейся капитанских вещей, Джейсон, схватившись за голову, начал метаться по углах реакторной. Морган, наблюдая за этим театром одного актёра, лишь вдумчиво жевал бычка. -Отставить панику боцман! Штаны уже, наверное, успели просохнуть. — Да какие штаны! У нас тут реактор умирает! Джейсон схватил ториевую чушку с общей кучи, накрытой похожим плащом, что был у капитана. Одев лежащие неподалёку вачеги, он, с трудом открыв топку, метнув в неё топливо. — Все мы когда-то умрём Джейс… Важно к тому моменту успеть исполнить свой долг пред этим миром. А сушилка с ним не справилась, штаны ещё влажные. Мрачно молвил капитан, откинувшись на кресле. — Уж если он остынет, то недосушенными штанами точно не отделаемся, товарищ капитан! Панически закидывая всё, что подворачивалось под руку в топку реактора ответил Джейсон. Одев свои штаны, Морган, немного понаблюдав за реанимацией, принялся наматывать круги по тесной реакторной, гнусно хмыкая и вздыхая, под аккомпанемент разрывающейся треском Гейгера. — Да закрой ты уже эту форточку, достал уже этот дятел настенный. Указывая на счетчик процедил Морган. Метнув последнюю необходимую чушку, Джейсон победоносно задраил топку и метнул в угол дымящейся вачеги. Взяв в руку светящейся бледно-зелёным светом пустой стакан, капитан, окончательно хмыкнув, громко поставил его на стол. — Так боцман, слушай мою команду. Сейчас мы с тобою идём на мостик и выясняем общее состояние нашего корабля, а затем… Капитан недвойственно кивнул пустой бутылке из рубинового стекла. С трудом открыв заклинившую дверь в реакторную, Морган с Джейсоном поняли, что к мостику им идти совершенно необязательно. Весь коридор был усеян осколками битого бурого стекла и плюющейся искрами сорванными проводами. Стены были изрисованы картинами разной степени культурности и мастерства исполнения. А прямо посреди пола белым маркером были очерчены пара силуэтов лежащих в неестественных позах людей. Похлопав себя по карманах кителя, капитан вновь тяжело вздохнул. — Что? Сигарет нет? — Они то, заразы, на месте… А вот пропуск мой… Отменяется мостик. Морган ещё раз стукнул себя по карманам. — И что теперь? Капитан молча пошёл вперёд, к машинному отделению. — Вы думаете, что там кто-нибудь что-то да помнит? Не той масти люди… — Джейс, ты хоть что-то знаешь о принципе работы такого явления как дежавю? — Ну… — Так молчи тогда. Может, не покажешься идиотом в ненужный момент. Хрустя битым стеклом, Морган медленной походкой направился к машинному отделению, представлявшим собою два двигательных зала. По прибытию, их ожидали закрытые врата, на которых знакомым белым маркером была выведена надпись «Корея». — И заметь Джейс, в коридоре ни души, хоть стекла битого море. — На что намекаете кэп? Морган, изучая корейские двери, молвил. — Значит, произошла миграция… По всей видимости — особо крупного косяка спиртохлёбов. А вот в какую сторону… Остаётся надеяться, что не в машинную. Морган, изучив дверь, принялся колотить в неё. — Изнутри заперли? — Хоть бы не заварили, мало-ли, что этим идиотам могло прийти в голову… Капитан ещё несколько раз увалил ногой по двери, да так, что с потолка на их головы посыпалась крошка. Двери медленно поползли вверх, обнажая перед взглядом Джейсона и Моргана небольшой блокпост. Хотя, несколько мешков с битым бутылочным стеклом, небрежно сваленные друг на друга и примотанные к ним при помощи изоленты штыки из ножек стульев не вызывали никаких эмоций, кроме смеха. С белого мешка показалась голова в инженерной каске, к которой была примотана бутылка керосина. Незнакомец удерживал в руках увесистый гаечный ключ и настроен был довольно агрессивно. — Кто вы? Грубым басом выкрикнул спрятавшейся за мешками дозорный. — Железный Человек и Страшило с Изумрудного города. Ищем злого волшебника, укравшего наше пойло. Не поняв юмора капитана, человек, ещё более плотно прижавшись к мешку, окрикнул своих товарищей. Спустя мгновение у мешков стеклотары столпилось около пятнадцати керосиноголовых. Поняв, что ситуация накаляется до предела, Морган поспешил разрядить обстановку. — Нам бы опохмелиться и мы с удовольствием отправимся в своё царство. Бросая осторожные взгляды в сторону пришельцев, стражники куч битого стекла, собравшись в круг, принялись обсуждать дальнейшую судьбу Джейсона и Моргана. Спустя несколько минут, их лидер, к каске которого было привязано две бутылки керосина, неспешно подошёл к Моргану. — Чем заправляют ракетные двигатели? Морган, недолго думая, выдал: — Топливом. Ответ оказался беспроигрышным. Задача Моргана — подать идею, в то время, как стражник сам додумает то, что нужно. Одобрительно кивнув головой, он жестом пригласил странников вглубь машинного отделения. — Приятно видеть здравомыслящих людей. Понимаете, керосин — это надёжность. Надёжность — это дисциплина. Дисциплина — это… — И так далее, понятно. Опохмелиться есть чем? А то, наши с боцманом трубы уже плавятся, а не полыхают. Главарь блокпоста, казалось, пропустил мимо ушей запрос кэпа. Пред ними открылись ещё одни железные врата, с надписью «Юг — 01», как не странно, нанесена она была вполне штатной желтой краской. Жизнь внутри машинного цеха кипела. Со всех уголков на головы Джейсона и Моргана летели снопы искр, каждый угол сверкал вспышками дуг сварочных аппаратов. По центру находился один из двух огромнейших гипердвигателей, окружённый лесами, с которых свисали различные агитационные плакаты. «Даёшь двигателю керосин!», «Долой электрическое извращение!» и много других зазывалок о превосходстве керосина окружали могучий корпус заглохнувшего двигателя. — Хотите выпить? Тогда, вам в местный клуб. Он на тех лесах. Главарь указал на барак, сооружённый прямо у потолка машинного цеха. Остановившись у горизонтального лабиринта лесов, на которых, словно муравьи, копошились люди, Морган, недовольно хмыкнув, пополз вверх, цепляясь за не особо надёжную, местами нелепую, но всё же, держащуюся кучей конструкцию лесов. — Что-то не так? — Да понимаешь Джейсон, глядя на весь этот фанатизм, боюсь, что в баре нам с тобою керосина плеснут. — Да мы же не двигатели кэп, так что, всё путём. Капитан хлопнул ладонью по вороному корпусу двигателя. — А то, что эта дура на ксеноне и электричестве работает тебя не смущает? — Я, пожалуй, останусь оптимистом. Спустя пятнадцать минут они доползли к здешнему клубу, который являл собою барак, окружённый разноцветными знамёнами и каскадом ламп, из которых было составленно слово «Чак». — Надо-же, какой бурный расцвет общественной самодеятельности в рамках одного двигателя. Любопытно. Иронично проговорил Морган, снявший с петель вишнёвую дверь, ведущую в клуб, в полутьме которого навстречу прибывшим негромко напевал патефон. Внутри клуба было достаточно тесно. В одном углу, попивая чёрную маслоподобную жидкость из самодельных стаканов ютились проектировщики, которые, судя по изрисованному ватману, пытались что-то прилепить к двигателю. — Я же говорю вам товарищи, нам нужно убрать вот-этот газопровод. Инертный газ тушит весь керосин! — А что делать с ионизатором? Он до сих пор работает. — Обрежем проводку вот в этом месте. Если промахнёмся, обвиним северных, за них всё-равно вступаться никто не станет. Все проектировщики похвально закивали своими головами, обмотанными белой тканью. В противоположном углу выпивали рабочие, которые, в отличии от своих коллег по искусственной деградации двигателя, не грезили столь грандиозными в плане безумия идеями. В центре, за огромной стойкой, выполняющей роль барного стола и библиотеки одновременно сидел седой человек в затёртой кожанке и фуражке старшего инженера. Прикрывшись стеною макулатуры, он читал какое-то древнее пособие по ДВС. — Странно, я-то думал, что местный лидер будет носить вместо фуражки бидон керосина. Сострил Морган, присаживаясь за стойку. — Очень умно товарищ… Я сейчас немного занят — готовлюсь к вечерней просветительной лекции, так что, говорите быстрее. — Нам нужно опохмелиться, товарищ главкеросинщик. Вмешался держащийся за зудящую голову Джейсон. Лидер пристально осмотрел прибывших. — Судя по настроению вашего личного состава, — Морган кивнул на шатающихся проектировщиков, — запой у вас ещё не сошёл на нет. Так что, как капитан, я приказываю вам налить нам по кружке того пойла. Морган, в конце концов вспомнив о своём статусе решил им воспользоваться, указывая на ящики мутной жидкости за спиной лидера. Лидер лишь жалобно поглядел на капитана судна. — Я тоже капитан, но за так никто мне не наливает… Вот пойдёте, поработаете денёк, тогда и выделим вам по пузырю топлива. — Капитан, давайте кружку авансом и мы вам такой двигатель сделаем, летать будет на всём, что горит, да хоть на угле! Джейсон весьма быстро влился в доверие здешнего лидера. Он, с довольной ухмылкой уже потянулся под стол, но задетые чувства Моргана испортили весь опохмел. — Нет, я отказываюсь паскудить своё судно. Как капитан корабля, я приказываю вам немедленно прекратить работы по уничтожению двигателя. Лидер вопрошающим взглядом обратился к Джейсону. — Он немного не в себе, посмотрите же на него! Мы сейчас же пойдём работать… — Заткнись боцман! Мне начальство за такие вот охреневшие очумелые ручки этот двигатель засунет в то место, каким ты думаешь, а это далеко не голова! Вдруг, в клубе воцарила тишина. Едва стоящие на ногах проектировщики, ватман которых уже был исписан матами и рисунками, изображающими всю суть человеческого бытия, остекленевшим взглядом уставились на Моргана. Выпившие рабочие, не подавая никакого виду, потянулись руками под стол. Вздохнув, лидер залпом осушил бутылку с дегтярным пойлом, запах которого был весьма схож с 70-градусной настойкой бедуинских лопухов. Разбив бутылку о книжку технической документации двигателя, он принялся ещё спокойным голосом контратаковать Моргана. — Почитай документацию, дятел, а потом уже спорь. Этот двигатель вообще не работал! Там всё было не по ней! — С удовольствием. Морган принялся энергично листать пособие. — Ох, если-бы не Чак, то мы бы ни за что не взялись за столь благое и высокое дело… Мечтательно произнёс лидер, уставившись на висящий на стене за стойкой обрез двуствольного ружья. — Чак? Поинтересовался Джейсон, так-же обративший внимание на ружьё. — Один из немногих, кто способен вздёрнуть весь мир! Именно он возглавил Великую Революцию, в то время как мы… Серая масса… Беспросветно пили. Лидер отхлебнул немного жидкости с бутылки, стоящей прямо под его рукой. — Так в честь него назвали клуб? — И не только… Когда наш двигатель заработает как надо, Мы, не жалея сил и краски, дадим могучему агрегату имя ещё более могучего революционера… Лидер вручил Джейсону погрызенный обрез, на опилке приклада которого было выцарапано слово «Лютый». Внутри ствола было два патрона, внутри которых, судя по цвету капсюля, была обыкновенная соль. — Этот Лютый вершил революцию вместе с Чаком, хотя, позже… — Ага! Вот оно где! Читайте, инертный газ, ионизатор, который ваши проектировщики уже успели распилить на метал в своих пьяных фантазиях! На лице лидера не осталось ни грамма мечтательности. В мгновение забыв об обрезе, он, закипая от ярости, придвинулся поближе к Моргану. — Вранье! Да если бы не наш труд, этот корабль бы упал! Рабочие, схватившись за инструменты, начали оцеплять своими вонючими тушами Джейсона и Моргана. Выхватив с рук капитана книжку, лидер махая нею перед рабочими начал вопить. — Диверсия! Северяки оспаривают наш труд своими каракулями! Харкнув на документацию, он показательно кинул её на пол и растоптал. Вдруг, клуб превратился в улей шершней. Рабочие, гудя как осы, начали сжимать кольцо. Проектировщики, порвав свой ватман, начали бросаться в Моргана клочками бумаги, попутно поджигая их. — На эшафот диверсанта! Лидер посмотрел на Джейсона, с призывом к действию. Но тот был иного мнения о сложившейся ситуации. — Не опохмелимся мы сегодня… Печально молвил Джейсон, незаметно убравший Лютого в большой карман своих штанов. Морган в ответ лишь многозначительно вздохнул. По лицу его распространялась лихая улыбка. Завидев прямо перед собою окно, завешенное агитплакатом, он метнув в одного из рабочих увесистые остатки документации, полетел к окну. В клубе завязалась потасовка. Горящие клочки ватмана ураганом плясали по тесному бараку. Джейсон с Морганом водили хороводы с пьяными рабочими и лидером, который двумя меткими метаниями гаечных ключей обезвредил двух проектировщиков, увязавшейся за беглецами. Вокруг летали точащие смолистой жидкостью бутылки, электроды, молотки и прочий инструментарий рабочих. К окну подобраться никак не удавалось, но, суматоха сыграла Моргану и Джейсону в чём-то и на руку. Разлитое пойло в комбинации с дебошем проектировщиков породило в сотканному из ткани и пластика бараке пожар. В тот момент даже ослеплённый яростью лидер спохватился и с воплями: «Спасай кабак!» выбежал с клуба. Джейсон на мгновение остановившись, захотел им помочь, но завидев, как криком посылающий всех работников во всеми излюбленное место Морган, пробив собой плакат «Человек человеку друг брат и товарищ» улетает в окно, боцман понял, что иного пути у него нет. Пулей вылетев с дымящегося барака, он едва успел за прыгающим по лесам Морганом. Вокруг слышался злой свист и завывание. Едва догнав своего собутыльника, Джейсон, злостно сопя, обратился к Моргану. — Кэп, ты идиот! Мы не только лишились опохмела так ещё и наливайку их сожгли! — Ничего, может отрезвеют быстрее, а то, такими темпами они тут ещё каменный век возвращать будут! Спрыгнув с лесов, Морган полетел в сторону выхода с южной части Кореи. Пролетев мимо пятнадцати дозорных, которые лишь проводили их испуганными глазами, двойка направилась к другим приоткрытым воротам с надписью «Север — 01» — Вспомнил что-то, кэп? А то, у меня как было пусто, так и… — Да, только то, что был я в машинном… Но вот с кем? И кто этот проклятый Чак? — Понятия не имею кэп, но чую я, он всю эту кашу заварил. Проверив, на месте ли обрез, Джейсон ступил за Морганом в задымленный северный машинный отсек. Двигатель внутри, пускай и был заглушен, но и уродовать его никто не стал. Вокруг него стоял небольшой палаточный лагерь — главный источник воняющего жжёной травой дыма. Атмосфера здесь была приятней, нежели по ту сторону стенки. Вместо шипения сварочных аппаратов и воя гудков, здесь с громофонов лилась расслабляющая музыка Eagles. Никто не кричал и не агитировал. Ничего не рокотало. Тишина и умиротворение. Навстречу прибывшим с ближайшей палатки выполз человек в зелёном плаще. В одной руке его была пустая бутылка портвейна, а в другой — пыхтящий косяк со шмалью. Уставившись пустым взглядом на прибывших, он лишь широко улыбнулся. — Пис чуваки. Вы это… Хотя… Не-а, зелёный слон не соврёт. — Свободу всем даром травокур, у вас кроме ганджи в ассортименте есть чего? Порывшись сначала в карманах своих джинсов, затем, под мешковатым свитером цвета болота, человек качнул плечами. — Не, у меня голяк полнейший. Вон там Бош сидит, около костра, если он мне не мерещиться… Он у нас тут типа за главного. — Спасибо, удачного тебе путешествия. Морган поспешил к костру, стоящему прямо по центру палаточного городка. Около него сидел человек с голым торсом, изрисованным картинками при помощи мазута. Он, присосавшись к трубке кальяна, извергал из себя клубы дыма в и так туманный отсек. — Не отвлекаем? Спросил севший напротив боцман. — Скорее, концентрируете… Бош окинул взглядом обоих. Испустив из себя ещё немного сладковатого дыма, он продолжил. — Вы, вижу, не из тех, с кем можно просто сесть и поболтать. Агония времени загранотрядами гонит вас в пропасть неизбежности… — Бош, буду краток, нам нужно только две вещи: выпивка и информация о недалёком, но забытом прошлом. — За выпивкой вам в холодильный… Они там масандру добывают, ибо у нас… — Бош кивнул на кальян — Всё уже давно закончилось, замещаем. — Хоть какой-то плюс в южанах есть… Ворчал Морган, презрительно уставившейся на кальян. — Ох друг… Им не позавидуешь. Бош уселся поудобнее на своём ковре и начал. — Слова великого мудреца были ими поняты неправильно. — Стой шаман, ты сейчас о Чаке? — Именно. Он, после того, как вытянул меня с ямы, провёл до самого машинного отсека, тонущего в реке бедуинской жидкой смерти… Мы много выпили и скурили по дороге, много где встряли, но ещё больше мы говорили… Он сказал мне, что в мире должна царить гармония… Но когда мы зашли в южный отсек, Чак был уже слишком пьян и глуп. Я пытался отговорить Рона, но, он, загоревшись бессмысленной идеей оградился от нас. — Бош, а кэпа помнишь? Шаман внимательно посмотрел на Моргана. — Да, Чак вернулся с ним в южное крыло, когда мы с Роном ещё спорили о его словах. Никто его практически не заметил, ибо все были заняты бессмыслицей… Ничего не сказав, он с тобой полез внутрь двигателя, а затем — вылез обратно, но один. — Значит… Хорошо, вопросов стало ещё больше, нужно копать глубже. Морган взял трубку кальяна и сделал глубокую затяжку. После закашлявшись и плюясь во все стороны он откинул трубку обратно в Боша. — Тьфу, где вы это всё берёте только? — Гидропоника… Там теперь выращивают. — Постой… Расти она там начала ещё до того, как Чак заявился сюда впервые, да? — Ну, получили мы её этим утром, а растёт она быстро, но не молниеносно… Если-бы её посадили после визита Чака, то первая партия была-бы у нас на руках только сегодня вечером. Морган, подорвавшись с места пошёл к выходу. — Вставай боцман, траву ещё покурить успеем! Сначала к холодильникам… А потом увидим! Скорее! — И куда это он так спешит? Как-бы себя спрашивая обратился Бош. — То-ли за возвращением статуса, то-ли за опохмелом… Не поймёшь. — Надеюсь, Чак нашёл то, что искал… Держи, вот, закрепишь этого малыша, чую я, не должен ты его потерять. Бош протянул Джейсону два кольца, соединённых при помощи небольшого цепка. Благо, в прикладе обреза была одна сквозная дыра, так что, немного продырявив свои штаны, Джейсон обеспечил обрезу надежную защиту. — И что-же кроме алкоголя он мог искать Бош? — То, к чему неосознанно стремиться каждый. Сделав ещё одну затяжку, Бош собрался лезть в свою палатку. — Иди с волей. Будешь искать — найдёшь, а думать — поймёшь. Вопрос лишь во времени и в смысле твоей затеи. Оставив Джейсона наедине с потухшим кальяном, Бош уснул крепким сном в своей палатке. Сладковатый туман будоражил душу волною мурашек. Он хотел-бы остаться в лагере, но звук ботинок кэпа звал его в дорогу… — Ох зря я выпустил вас на тот бедуинский базар боцман… — Кэп… Кха-кха… Не утрируйте. — Ты чё Джейс? Совсем от шмали отупел уже? Дай сюда! Вынув со рта Джейсона дымящейся блант, Морган спешно выбросил его назад, в сторону проклятой гидропоники, где в тусклом свету инфракрасных ламп скрывались трёхметровые заросли деревьев марихуаны. Здешние фермеры были уж слишком щедры и миролюбивы. Пускай, витающая вокруг плотная дымовая завеса и объясняла их столь умиротворённое состояние, но такой-же Джейсон Моргану не нужен был. — Да ничего ты не понимаешь! Эт я тоже… Для дежавю. — То, что ты был Тарзаном ганджурасовых джунглей я уже понял, но Чак!.. Ты ничего о нём не помнишь& — Не-а кэп… Эт ты же с ним зависал. Я так, на задворках был, наверное. — В любом случае, холодильники тоже его рук дело, не может же он убегать от нас вечность? — Если он вообще сейчас здесь… Морган посмотрел на Джейсона как на идиота. — А куда-же он, скажи мне пожалуйста, убежит с космического корабля? Джейсон промолчал. Они приблизились к дверям, ведущим к размороженным холодильникам. Попробовав её открыть, Морган с досадой заметил то, что она была заблокирована изнутри. — Ну и кто же в этот раз? Джейсон постучал в дверь. Ответа долго ждать не пришлось. Сквозь мутный иллюминатор виднелась приближающейся тень. Треснув вентилем, он отворил массивную дверь, обдав Джеймса с Морганом прохладным воздухом. Перед ними возник человек в тёмном балахоне. Лицо его было прикрыто самодельной маской шакала, а в руке его было полное до краёв спиртом ведро. — Ну, привет вам. С чем пожаловали? Морган, пуская слюни на ведро, осторожно присел к нему, нагибаясь к дурно пахнущей мутной жидкости. — Нельзя. Убьёт оно тебя. Человек одёрнул ведро в сторону и удалился вглубь холодильников. Последовав за ним, Морган с Джейсоном пришли к небольшому цеху из салатового кафеля, где среди трёх химических реакторов, соединённых между собой при помощи труб, копошилась по колена в цветущей воде шайка людей в тёмных балахонах и масках различных животных. На поросшей зелёными волосами стене возле реакторов всё тем-же белым маркером было написано «Камчатка» (внизу под фразой была криво нарисована бутылка водки.) — Добро пожаловать к святилищу утопленной печали. Кем назовётесь? Люди окружили Джейсона и Моргана, разглядывая с-под вуали капюшонов. — Что за зоопарк? Джейс! Жги давай, ты же у нас спец по придуркам. Морган ткнул плечом Джейсона, рассматривающего прорезиненный плащ одного из спиртоваров. — Э-э-м… Я боцман, а это — кэп. Человек в маске вороны вдумчиво кивнул. — Полагаю, вы пришли сюда за выпивкой, так ведь? — Отчасти верно. Вставил свои пять копеек сгорающий от недомогания Морган, гипнотизирующий взглядом полное ведро спиртового хладагента. — Кирго, плесни им по стакану. Человек в маске то-ли бурундука, то-ли жирной белки достал с-за пазухи приличных размеров бутыль, закрытую при помощи куска оплавленной изоляции. Налив каждому из пришедших по стакану, человек поспешил припрятать своё сокровище обратно в грязный балахон. Залпом осушив стакан, Морган, щурясь будто съел лимон, довольно упал на стоящую рядом бочку. Выпив залпом весь стакан, Морган непонимающее уставился на Джейсона. — Что за чертовщина? Тебе тоже не помогло? — Кха… Словно воду. Морган, отдав стакан белке, подозвал к себе ворону. — Позвольте один вопрос… — Задавайте. — На вашей… Эм… Фабрике никто в капитанском мундире не заявлялся? — Не считая вас, один человек, ещё до начала всеобщего безумия. — Так вы эту революцию называете? Человек в маске вороны облокотился о работающий реактор. — Не смею врать, мы были её частью, но после того, как те идиоты решили расширить воды своих владений, взорвав при этом технический коллектор, наши взгляды, мягко говоря — разошлись. — Чего взорвать? Обратился со своей бочки Джейсон. Человек тяжело вздохнул. — Они затопили нижние склады корабля и нашу базу. Они-то пустовали, но теперь там настоящее болото, если не река. Вонища оттуда идёт адская, да и сама река рискует в любой момент разлиться ещё сильнее… Джейсон не без сожаления глядел на держащегося за голову Моргана, который, даже сквозь искажающую реальность алкогольную призму видел, как начальство живьём дерёт с него шкуру. — Мда… Многозначительно ахнув, Морган спрыгнул со своей бочки и подошёл к человеку в маске вороны. — У вас есть что-то плавающее? Человек оглянулся. — Есть одна довольно большая надувная лодка, её недавно с прибоем к нам принесло, предполагаем — что с нижнего крыла отсека тех-обслуживания. — Где она? Человек махнул рукою в сторону углубления в холодильном отсеке. — У берега, увидите сразу. — Хорошо, вставай боцман, будем проводить осушения болота запойной жизни. Попрощавшись с довольно странными, но весьма отзывчивыми обитателями спиртовой фабрики, Джейсон с Морганом направились в сторону так называемого берега. Впереди их ожидал большой бетонный тоннель, со дна которого выглядывали сверкающие рельсы. Пляж был частью тоннеля, которая не углублялась вниз корабля. Вокруг стоял противный смрад разлагающегося мусора и тины. Желтовато-зелёная коллекторная вода, местами покрытая изумрудной плёнкой, пенилась вонючими белыми пузырями, оседая на заросшим седым мхом бетонном полу пляжа, выбрасывая на него пустые бутылки и пакеты с бедуинской вязью. Хрустя осколками стекла, Морган с Джейсоном осторожно несли надувную лодку, пытаясь не задеть её дном зловонную поверхность пляжа. — Уж не слишком ли бурно здесь вода цветёт? — Видно, революционеры ещё и сточные коллекторы рванули… Так что, удобрений для всей бедуинской флоры здесь предостаточно. Осторожно обойдя воняющую всеми прелестями жизни серо-бурую кучу, выплюнутую рекою, Джейсон поставил лодку на водную гладь и уселся в неё, схватившись за борта обеими руками. — Держишь? Обратился Морган, руки которого были заняты вёслами. — Ещё-бы, не слишком горю желанием искупаться в ней. Морган плюхнулся в лодку, качая её своими неуклюжими попытками нормально усесться. — Боцман! Мне что-то мешает! — Кэп! Ты на спаспакет уселся! Вон сбоку есть тент. Откинув от себя жёлтый прорезиненный пакет с изображённой на нём шестернёй, Морган, откинув матерчатую сидушку, уселся. — Должно-быть, у них там в тех-отсеке настоящая Венеция… Молвил Джеймс, взявший в руки пакет. — Та нет, там помпы есть, не для таких конечно случаев… Но, для чего-то похожего. Морган ухватился за вёсла и начал грести. Достав с пакета рацию и фонарь, Джеймс принялся ловить волну. В один момент с небольшой бакелитовой рации полилась музыка. — Неужели в этом месте ещё и меломаны завелись? Шутя спросил Морган, любующейся тихо плывущем по течению ободком унитаза. — Какая волна Джейс? — 103 и 7 ФМ. Послушав немного старой как мир песни, Морган удивлённо хмыкнул. — Хм, знакомая волна, но, не могу вспомнить, кто на нашем корабле с такой вещает… Песня повествовала о неком шаге вперёд, которого так не хватало певцу. Джейсон мрачно глянув в толщу пенной воды, понял, что ему этот шаг сейчас противопоказан. — Так ты собираешься эту воду помпами качать? — Нет боцман, ведрами! Что за глупые рас… Морган умолк. Застыв, он сверлил взглядом отдалённую часть огромного склада, под антрацитовой крышей которого они плавали. Джейсон, прикрутив рацию, принялся также осматривать помещение. Среди пары плавающих покрышек и покрытых плёнкой изумрудной плесени бутылок плавало неопознанное эмалированное судно, внутри тесного пространства которого сидел человек с катушкой. Осторожно подплыв к нему поближе, Морган с Джейсоном заметили, что рыбак плавает в ванне, к горлу душа которой была привязана желтая майка. На корпусе красовалась гордая надпись от руки «Последний Герой». Человек, сидящий в ванне вполне соответствовал своему судну. На голове его был растрёпанный шлемофон, вокруг которого было несколько витков монтажных кабелей, со рта выглядывала дымящейся самокрутка, которая, судя по остаткам текста на ней, была сделана с противопожарной памятки. На укрытых камуфляжными штанами коленях человека лежал металлический ящик, покрытый горчичной краской. В руках он держал катушку с монтажным проводом, которая, по всей видимости, выполняла роль удочки. — Клюёт? Осторожно обратился Джейсон. Человек обернулся в сторону лодки. — О-хо-хо! Кого я вижу! Миллер! Ещё и без Чака? Где потерял нашего красавца? Морган удивлённо привстал. — Это ты меня Миллером обозвал рыбак? Рыбак лишь залился смехом, медленно переходящим в кашель. — Крепко же ты, наверное стукнулся, когда в двигло за тарой лез… Ладно, коль уж не помнишь старого товарища — зови меня Шкипером. — Шкипер значит… Морган, он же — Миллер, подплыл поближе к Последнему Герою. Оценив Шкипера взглядом, он продолжил. — Итак, чем мы занимались до момента нашей разлуки? — Чем-чем… Революцию вершили! — Кто? Я? Морган, не веря своим ушам, начал глупо оглядываться по сторонам. — Ну да, это же ты предложил реку победы сотворить! Чак тебя за это сделал своей правой рукой ещё! Морган, чуть не умерев с горя, решил сигануть камнем вниз и бесследно исчезнуть в толще своего стыда, но рука Джейсона крепко схватила его за плечо. — Стоять кэп! Рано ещё с печали топиться! — Пусти боцман! Пусти пока не поздно! — Нет кэп, ты это заварил, так что давай, расхлёбывай! Утопиться каждый дурак может! — О, а это что за пингвин, ещё и в форме врага? Поинтересовался Шкипер. — Это Джейсон, он кочегар ядерщик и он был одет в эти обмотки изначально. Мы с ним проснулись в его конуре. — Значит, не знаешь, где Чак, да? — Мы и сами ищем этого урода. — Отлично, тогда, подсобите мне и пойдём вместе, уж старик Шкипер знает, куда наш юный и пылкий Чак мог податься. Вытянув с воды свою леску к которой в качестве то-ли крючка, то-ли наживки была приделана бутылка с бедуинской настойкой лопухов, Шкипер, отерев янтарную бутыль от зловонной плёнки, немного отхлебнул из горла пламенной жидкости. — Ты что? На пузырь рыбу ловишь Шкипер? — Этот мерзавец только на неё и клюнет Миллер… Шкипер снял со своего шлемофона кабель и кинул его Джеймсу. — На малец, скрепи ним наши лодки, не спрашивай зачем, потом поймёшь. — Так Шкипер! Ты уже, вижу, все свои мозги в эту реку выхаркал! Что за муть ты творишь?! Вспыхнул Морган. — Спокойно Миллер, мы должны вернуть кэвас любой ценой, иначе… Горе будет, поверь. — Что-что? Джейс, а-ну перестань вязать эти узлы! Кого ты вообще, чёрт меня дери, слушаешь? — Нет! Продолжай, Миллер, паскуда, снова всё забыл! Шкипер обратился взглядом к Моргану. — Вы же сами с Чаком дали мне задание сверхвысокой важности! Переправить ещё один ящик вашего фирменного кэваса к Южному Машинному. Я и плыл, да вдруг, откуда не возьмись появился сомяра с пастью, как у бегемота! Он хвостом как ударил по боку нашего фрегата, так я и чуть кубарём не вылетел к нему! Гляжу по сторонам, крещусь, а вижу, что коленям уже не так тяжело. Потом, всё произошло в мгновение ока! Ящик не особо пострадал. Он плавал близко… Прямо рукой подай! Говорил же я вам, пробки должны быть качественными! Стоило одной бутылке пролиться, как через мгновение триклятая пасть утащила всё наше добро! — Ещё и сом завёлся… — Необычный! На спирт чуйка, как у акулы на кровь! — Так те бедуины ещё и животину на своём базаре продавали… Морган, немного посмотрев на наживку, махнул рукой и принялся помогать Джейсону в намотке кабеля. — Он близко господа, сейчас мы его вместе быстро выловим! Отдав катушку с бутылкой Моргану, Шкипер подозвал к себе Джейсона. Подвинувшись, он вручил боцману не только место под флагом, а и увесистый ящик. — Что там Шкипер? — Ха-ха… Сигареты революции! Шкипер кивнул Миллеру. Морган, немного капнув настойкой у воду, опустил кабель с бутылкой под воду. — Отлично! Теперь давай его сюда, да побыстрее! Сомяра оказался совсем рядом! Схватив со своих штанов небольшой фарфоровый стакан, Шкипер высыпал серо-бурый порошок в небольшое отверстие в металлическом тигле, приделанном к носовой части фрегата. Установив туда моток кабеля, Шкипер, перегнувшись через Джейсона, достав со своего кармана бенгальский огонь. — Пригнись парень! Сейчас будет жарковато! Спустя мгновение с тигля начал вырываться обжигающий столб пламени, плюющейся каплями раскалённого метала, одна с которых угодила прямо на ящик, благо, внезапно накрывшая их волна потушила её. — Сом! Держись кто может!!! Вопил Шкипер. Ошеломительной силы толчок в днище ванны едва не вытолкнул Джейсона с неё. Ещё одна зловонная волна накрыла собой ванну, заставив боцмана и Шкипера сидеть в небольшой луже. Вдруг ванну, вместе с лодкой Моргана потянуло в неизвестном направлении. Откинув со своей головы сапог Шкипера, Джейсон выглянул с ванны. Багровые плавники разрезали водную гладь, скрывающую четырёхметровую рыбину под собой. Ванна под действием нагнетающей волны начала подыматься носом вверх. — Эй! Шкипер! Эта тварь же нас сейчас под воду утащит! Действуй! Вопли Моргана были плохо слышно, что, в какой-то мере радовало экипаж плавающей ванны. Ещё немного понаблюдав за рыбиной, Шкипер, плотно затягиваясь самокруткой, махнул Джейсону рукой. — Пора! Открывай! Трясущейся руки начали срывать замки ящика. Открыв его, Джейсон потерял дар речи. Перед ним лежало несколько десятков бурых бумажных шашек. Шкипер метнул внутрь ещё коптящую самокрутку, спровоцировав этим фитиль. — Во имя Революции! Кидай боцман, кидай! Вопили Шкипер и Миллер одновременно. Ледяными от ужаса руками захлопнув ящик, Джейсон со всей силы метнул его вперёд сома. — Сейчас будет! Задержать дыхание на счёт ра… Чудовищной силы хлопок оборвал Шкипера. Стена воды перевернула ванну, а затем и лодку. Мутная водная глубь жгла глаза своей размытостью. Пуская мелкие пузыри воздуха, Джеймс пытался собрать в кучу зудящую голову. Пред глазами мелькнула жёлтая майка Последнего Героя. Флаг с надлежащей ему гордостью шёл ко дну, волоча за собою трубу душа. Проводив майку взглядом, боцман решил не повторять её судьбу и поплыл наверх. Выплыв, он заметил лодку Моргана, на которую забирался покрытый изумрудной плёнкой, проклинавший всё живое кэп. Обернувшись в поисках Шкипера, Джейсон заметил лишь белоснежное брюхо гиганта с пасти которой торчали сапоги Шкипера. — Он умер смертью храбрых боцман, но тупых. Так почтим же его память… — Нашёл! Боцман! Тащи меня! Здесь таким перегаром несёт что… Джейсон схватился за сапоги Шкипера и упёршись о пасть оглушённой рыбы, начал вытаскивать Шкипера с желудка рыбы. — Ха! Почти весь цел! Двух бутылок правда не хватает… Но, это ещё минимальные потери господа. Шкипер, волоча за собою повидавший виды ящик с алыми бутылками, на которых белым маркером было написано «кэвас», взобрался на лодку Моргана. — Ты Шкипер не то что идиот, ты натуральная обезьяна с гранатой! Додуматься только, плавать с ящиком динамита! — Это для самообороны от таких как он! Шкипер указал на ещё не очнувшейся сома, светящего своим огромным брюхом. — Откуда вы такого завезли Шкипер?! Я же давал чёткую команду — животных не провозить! — А мне то откуда знать, с каких невиданных земель эта пьянь приплыла? Достав одну бутылку с ящика, Шкипер ловко открыв её, принюхался к исходящему аромату, чем-то напоминавшем ячменный солод, который пропитали спиртом для чистки ванн. — Эх… Настоялась родимая. — Что за бодягу ты приволок, Шкипер? Недоверчиво глядя на бутылки спросил Морган. — Это… Первенец алкогольного гения Чака Миллер! Один глоток способен свалить наповал лошадь! Лучшее пойло в мире! — Не верю, запах у него, как у засратой конюшни. Отрезал Морган, наблюдающий за тем, как ванна Шкипера медленно идёт ко дну. — Эх… Вот и повод появился. Шкипер достал с кармана несколько чудом уцелевших после всего кутежа рюмок. Разлив в них бурой жижи, он, подняв свою рюмку, печально поглядел на почти полностью скрывшейся под водой ванну. — За тебя! Героя революционного флота! Героя, умершего за великую идею! Шкипер залпом осушил свою рюмку. — Вы ещё памятник ей постройте… Насмехаясь произнёс Морган, закинув голову вместе со своей рюмкой. Джейсон, интереса ради, также отведал кэваса. Обжигающая своей сладостью и крепостью жидкость медленно поползла сначала к желудку, а затем и к мозгу Джейсона. — Быть этого не может… Хмельной туман окутал голову боцмана. Картина зловонной реки начала казаться ему расплывчатой, неправдоподобной. Вмиг, вместо бетонного потолка он завидел лазурное небо, которое зажигалось лучами восходящей зари… — Нет… М-мы в честь твоей ван-ны… — А-ну Мил… Гык! Лер… Не путай! Фрегата… — Что эт-то меняет?.. Ай… Не сбивай и так гуляющую мыс-сль… Улицу… Да, улицу… Нет! Город назовём! В честь павшего храброй смертью… — Эх, не могу слуш-шать… Больно за товариш-ча… Наливай… Дно ему пухом… Вопли заседавших Миллера и Шкипера разбудили Джейсона. Он вновь лежал на койке, в грязном и мокром боцманском тренче. Голова наконец перестала гудеть, похмелье было побеждено. С трудом сняв с себя матроску и тренч, Джейсон, сбросив их вниз, перекатился на спину, принявшись осматривать свои штаны. Лютый всё так-же сиял своим опиленным прикладом с бокового кармана штанов. — Удержала цепь… Спрыгнув прямиком на тренч, Джейсон, оглянувшись по сторонам, сделал вывод, что они находятся в кают-компании тех-отсека. За небольшим столом неподалёку заседала двойка его коллег, которая во всю глушила кэвас, которого, впрочем, ещё было с пол ящика. Закуси не было никакой, хотя, по варёным лицам Шкипера и Миллера было видно, что она им уже не поможет. Завидев Джейсона, Шкипер резко подскочил со своего стула. — Быть этого не может… Чак? Шкипер сверлил взглядом торс Джейсона, на ребре которого была криво набита наколка «Танк». Правда, «т» и «н» в последствии были зачёркнуты и над «т» криво пририсовали букву «ч». — Теперь всё ясно… Задумчиво произнёс Чак, глядя на глушившего с рубинового горла Миллера. Вырвав с его рук пузырь, Чак допил оставшейся половину и метнул бутылку в стену. — О-о-о… Чак! А мы тебя ис-скали! Где Дж-жейс? Ты должен с ним познакомиться… Славный малый! Миллер, подобрев от хмеля, полез обниматься к Чаку. Отбросив от себя бывшего кэпа, Чак уселся за свободный стул и попросив у Шкипера ещё одну бутылку, принялся размышлять. — Ну что шеф? Дело сделан-но! Гык… Революция спасена. — В-вы это… Речку… Того уже? Чак провёл большим пальцем по своему горлу. Шкипер отрицательно покачал головою, а Миллер повалился на стол. — А надо… Иначе нам крышка Шкипер. С каждым глотком своего варева, Чак всё больше и больше вспоминал прошлое. Туман прошлого развеялся. — Почему? От кого? Чак откинул очередную бутылку. — Да… Зашло всё слишком далеко Шкипер. Слишком. Не то я заварил. Шкипер, отставив свою бутылку, перегнулся через край стола и принялся внимательно слушать шефа, карие глаза его отражали всё то глубокое непонимание и томительное ожидание ответа. — Поподробнее шеф… — Оглянись Шкипер! Корабль в руинах… Гык… Не дело, ой не дело. Чак достал со своего кармана Лютого. Кинув быстрый взгляд на дрыхнущего Миллера, он, вздохнув, переломал обрез, достав с него один патрон. Шкипер всё это время пристально наблюдал за действиями Чака. — Шеф… Гык, одумайся! Всё ещё можно… — Ещё как можно Шкипер. Даже нужно. Рука достала ещё один патрон, внутри которого был в несколько раз длиннее самой гильзы цилиндр. Разломав гильзу и освободив капитанский ключ-допуск, Чак кивнул на Миллера. — Значит так Шкипер, укладываем юнгу спать, затем допиваем, но не всё! А затем — готовимся к субботнику! — С удовольствием шеф! Последующие полчаса слились в одну минуту. Бывает такое, что не успел моргнуть, а уже сидишь на своей верхней койке и рисуешь при помощи встроенного в допуск кэпа белого маркера очередную надпись. На этот раз, жирным почерком была написана гордая фраза «Перемен». Чак не понимал зачем он это всё писал, да и спрашивать себя об этом не особо хотел. Положив допуск к карману Лютого, он, заложив руки за голову, уставился в потолок, теряющий свой ржавое, материальное обличье. Так к чему же неосознанно стремиться человек? Чак, прокрутив несколько раз плёнку воспоминаний, пришёл к выводу, что каждому своё, а ему нужны лишь золотые поля ячменя. — Надо-же… С чего начали… Э-х-х… Тем и закончили. Глаза Чака начали смыкаться. Впереди большие перемены. И перед ними желательно хорошенько отдохнуть.