Под дверью Лондонской квартиры

Я снова смотрю на тебя за ужином. Мои друзья уже привыкли. Они даже не обращают на меня внимания.Просто говорят о своем, зная, что я к разговору не подключусь. Зная, что если я смотрю на тебя за ужином, то я сегодня до полуночи не вернусь в спальню. Иногда бывают эти самые «особенные» дни. Дни, когда мне сложнее жить без тебя. Без твоих светлых волос, отросших по плечи, которые ты даже не собираешь в хвост, будто говоря: «Давай же, Гарри, подойди и запусти руку в мои волосы, оттяни их, чтобы я смотрел тебе в глаза и понимал, что принадлежу только тебе». Без твоих глаз. Они будто два моря в шторм, кишащие морскими чудовищами- сиренами, что своим чарующим пением завлекают мореплавателей на опасные рифы и стремнины, они стараются обольстить легковерного, вовлечь его в опасное предприятие, утопить в бушующем море, чтобы потом поглотить их, как лёгкую добычу. И я верю. И я тону. Без твоей кожи под своими пальцами. Мерлин, если бы у меня был шанс потрогать тебя всего. Чтобы не было ни единого участка твоего бледного великолепия, которого не касались мои руки, мои губы. Без твоих ключиц. В последнее время ты всё чаще оставляешь несколько пуговиц на рубашке расстегнутыми, ну да, жарко ведь. А мой взгляд не может отлипнуть от тебя в такие дни. Скажи правду, ты же уже давно это заметил? Специально делаешь это, чтобы до конца уничтожить чертового героя? Без твоих рук. О, руки… Руки– это моя слабость. Не все руки, нет. Твои, только твои. Прекрасные, словно бриллианты, нет, словно хрусталь. Будто бы если потрогать их не слишком аккуратно, они могут сломаться. Разбиться вдребезги в моих пальцах. Иногда, когда мы в очередной раз устраиваем совершенно магловскую драку в каком-нибудь пустом коридоре, я до дрожи в коленях хочу нежно прикоснуться к ним, хочу потрогать твои ладони по-другому. Не хочу грубо хватать их, прижимая над твоей головой. Хочу целовать каждую их часть. Зачем… Зачем ты позволяешь мне это? Я не знаю, зачем тебе это нужно. Ты никогда не говоришь ничего о магической дуэли, будто тебя устраивает это бессмысленное катание по полу. Тебя не может это устраивать! Такой как ты не должен валяться на полу в луже нашей крови, но ты ничего не говоришь! Прости… Прости-прости-прости. Я хочу остановить это, но не могу. О, Мерлин, я такой эгоист. Я не могу. Не могу. Не могу. Не могу. Остаться совсем без твоих прикосновений- выше моих сил. Прости, моя любовь. Прошу, пожалуйста не смотри на меня этим взглядом. Взглядом, полным тоски и отчаяния. Я могу подумать не то. Без твоих губ. Иногда мне так хочется… О, нет-нет-нет. Нельзя думать такого о тебе. Только не о тебе. Ты словно божество, что спустилось из рая, снизошедшее до нас, простых смертных. Твои губы, словно создание небес. Даже если можно было бы прижаться к ним, попробовать их на вкус, я, наверное, не сразу бы решился. Я ни разу не пробовал совершенство. Когда ты заходишь в большой зал, ты словно луна, ночное светило, освещающее странникам путь в глухой тьме. Ты не улыбаешься мне, никому не улыбаешься, но и без этого ты показываешь мне путь домой. Жаль только, что путь этот неверный. Точно ошибочный. Дорога подсказывает, что мой дом, там где ты. Мой дом – это ты. Я умираю, помоги… *** И вот я снова сижу на тебе в пыльном заброшенном коридоре. Снова бью твоё прекрасное лицо. Я урод. Какое я право имею делать с тобой это. Опускаю взгляд ниже по твоему лицу. Снова эти отвратительные, мучительные мысли. Что было бы, если бы я прямо сейчас наклонился немного вниз и лизнул бы твои плотно сжатые губы, а потом ещё и ещё, пытаясь проникнуть глубже, а потом бы ты приоткрыл рот… Я резко вскакиваю, поднимаясь на ноги и обтираю вспотевшие руки о штаны. Снова сбегаю, как трус. В последнее время наши драки стали всё короче, я не выдерживаю долго без мыслей. –Я выиграл, — говорю и разворачиваюсь, чтобы уйти, но чувствую твою цепкую хватку на своём предплечье.– Малфой, я уже не хочу сейчас драться, — говорю не оборачиваясь, но ты сам разворачиваешь меня. Снова эта тоска во взгляде. Не убивай меня, прошу. –Ударь меня ещё раз, — почти шепчешь, — прошу, — Твоё лицо разбито, моё тоже, но, боже, это звучит так… Так будто ты просишь… Прости, я не могу отказать тебе, когда ты делаешь это так. Мы снова валимся на пол. *** Я никогда не признаюсь тебе. Никогда, Драко, не смогу. Ты просто посмеешься. Мне было бы плевать, если бы с моих чувств смеялась хоть вся Британия, если бы ты в ответ на признание нежно улыбнулся мне, дотрагиваясь своей хрустальной рукой к моей шее. Но этого не будет. Ты растопчешь меня, Драко. Я не переживу твой отказ. Каждый день ты придумываешь новую шутку о моих волосах, очках, шраме и со своей, смеющейся с каждого слова свитой. Устраиваешь чёртов стендап в общей гостиной восьмого курса. А потом, когда я ухожу из этого балагана- смотришь «своим» взглядом из-под длинных ресниц. Драко, почему я каждый раз думаю, что влюбиться в тебя сильнее– невозможно, но снова и снова делаю это? *** На зельях ты снова ловишь мои томные взгляды, а я пялюсь, так очевидно… Рон толкает меня коленом под партой, на автомате поворачиваю голову, он бросает выразительный взгляд и я кладу голову на стол. Драко… Все красивое на земле мне хочется называть твоим именем: все бури, леса, моря, горы, дуновение ветра, цунами и торнадо. Ты и есть торнадо. Др-рако… Все цветы и травы, озера, словно волшебные зеркала, скрывающие в себе все загадки мира, все ветви, покрытые зелёной листвой, небеса и облака. Др-ра-ако… Все времена года: и холодная, белая зима, и жаркое, красочное лето, и серая, печальная осень, и цветущая, нежная весна — они все на тебя похожи… Ты будто взрыв цвета, вкуса и ощущений, ты будто целый мир. Нет, будто другая вселенная. Раньше я думал, что закат, на прибрежье океана– самая красивая вещь в мире, но увидев тебя, я изменил своё мнение. Это не ты красивый, красота- это ты. *** Вот и всё. Мы выпустились из Хогвартса, Драко. Я скоро забуду тебя, уж поверь. Я найду себе девушку и буду счастлив. Буду счастлив без твоей язвительной усмешки. Без твоих рук, сжатых на моей шее. Буду счастлив без тебя. *** Прошло почти два года, а я невероятно пьян. Иначе, что я делаю под дверью Лондонской квартиры в которой живёт (мой) Драко? Откуда я знаю, что он здесь живёт, я ведь обещал отпустить? Тяжёлый кулак врезается в дверь уже во второй раз. По щекам текут слёзы. Последний раз ударяю ногой и сползаю по двери, всхлипывая. –Чертов Малфой! Я же знаю, что ты слышишь. Ты не можешь быть не дома, просто не можешь! — за дверью слышится шорох, но она так и не открывается. А может Дарко не один? — Знаешь, Малфой, а я завтра женюсь. На Джинни, конечно, она давно этого ждала. Чёрт. Я бы отдал всё, чтобы вернутся в тот день и предотвратить наше знакомство. Отдал бы всё, чтобы не встретить тебя, чтобы даже не знать о твоём существовании. Чтобы совсем не знать тебя… Ведь ты до сих пор не любишь тыквенный сок? Тебе и сейчас нравится бродить ночью? Читать на подоконнике? Ты всё ещё закусываешь губы и поправляешь волосы, когда нервничаешь? Ты всё ещё любишь черный кофе со сливками? Ты всё ещё завязываешь волосы в хвостик, пока ты один? Твоя улыбка всё ещё выглядит такой… Какой я видел её единожды, наблюдая за тобой и Панси в коридоре? У меня тогда руки дрожали пол дня и улыбка не сходила с лица. А это ты даже не мне улыбался, представляешь? Я тебя ненавижу. Так сильно блядь ненавижу. Н-е-н-а-в-и-ж-у, — буду повторять, пока сам в это не поверю.– Бесишь меня больше всех, никто никогда не будет бесить меня больше чем ты. Навсегда– только ты. Др-рако… Люблю тебя, так сильно люблю… Так долго… Не могу забыть тебя, никогда не смогу. Мы даже не говорили ни разу со школы. Я видел тебя только несколько раз, а сердце стучало в висках. До сих пор стучит, до сих пор в душе думаю о тебе, только о тебе. Не могу иначе, прости пожалуйста. Так сильно люблю тебя, Драко… *** Сегодня у меня важный день. Стою в комнате и пустым взглядом смотрю на себя в зеркале. Угольно-серый, слишком формальный костюм, белая рубашка, уложенные, кудрявые волосы, гладкий подбородок и очки в новой, симпатичной оправе, которая понравилась Джин. Симпатичный молодой человек, даже и не скажешь, что с похмелья. Вливаю в себя зелье. Стук в дверь, открываю. Какой-то паренёк явно младше меня протягивает письмо и сразу сбегает. Закрываю дверь. Смотрю на конверт, в строке отправителя– Драко Люциус Малфой. Бросаю, не открывая, в камин. Стыдно, как же стыдно. Наверное, прислал набросок для новой статьи в Пророк. «Почти женатый герой изливает чувства под дверью Драко Малфоя» — ха-ха-ха, обхохочешься. Нет, я не стану открывать конверт, ни за что. Растопчешь, высмеешь, выбросишь, как мусор сердце Гарри Поттера, моё сердце. Гарри дёргает полы пиджака и выходит из комнаты, хлопая дверью. Слышится праздничная музыка. Он никогда не узнает, что вчера, по другую сторону двери, Драко Малфой слушал Поттера, захлёбываясь в слезах. Он никогда не узнает, что внутри конверта, на весь листок было написано четыре слова кривым, явно спешащим почерком: «ГАРРИ, Я ТЕБЯ ТОЖЕ»