Гармония

      С момента возвращения архонта Кусанали на свое законное место Сумеру переживало подъем.       Иго мудрецов было сброшено, и теперь дорога для всего нового была открыта. Для многих эта глава в жизни Сумеру стала отличной возможностью круто изменить свою жизнь. Однако были и те, кто предпочитал сохранять привычный для себя темп.       Аль-Хайтам снова наслаждался должностью секретаря. Конечно он мог остаться на посту Великого мудреца, но это отняло бы его свободное время, которое он так ценил. Он сделал все, чтобы помочь юному архонту встать на ноги, и не считал себя более нужным в этом деле.       Кавех воспринял изменения с большим энтузиазмом. Гениальный архитектор теперь мог в полной мере творить: снова появился запрос не только на функциональные, но и на красивые сооружения.        Было объявлено о начале нового крупного конкурса. Кавех был одним из первым, кто стал участвовать. Этот конкурс — глоток свежего воздуха: можно воплотить в жизнь свои замыслы, выбраться с финансовой ямы в конце концов.

***

       Когда Аль-Хайтам оказался дома, то с первого взгляда все казалось обычным.Кавех уже успел прибраться и помыть посуду, но самого мужчины в главной комнате не было.        Уже вскоре Аль-Хайтам заметил несколько листков бумаги, которые беспорядочно валялись перед входом в комнату Кавеха. Аль-Хайтам зашел тихо и прислонился к стене. В комнате царил творческий беспорядок: повсюду были разбросаны эскизы, чертежи, рисунки. Какие-то рисунки были схожи между собой, а где-то Кавех пробовал совсем уж радикальные идеи.       Наконец молодой архитектор завершил очередной чертеж и устало откинулся на спинку стула. Очевидно, что Кавех очень серьезно относился к этому конкурсу, нацелен был на победу. — Завтра точно возьму передышку. Ничего в голову не лезет, — устало говорил сам с собой Кавех. — Замечательное решение, и не менее замечательное совпадение! Как раз мне на пользу! Если бы таких совпадений в моей жизни было бы больше, то я бы уже поверил в удачу, — ответил другу Аль-Хайтам.       Кавех совсем этого не ожидал, потому и подпрыгнул на стуле, но потом с недовольным видом повернулся в сторону своего товарища. Аль-Хайтам рассмеялся. — Ну молодец: напугал меня! Поздравляю. — буркнул Кавех и скрестил руки на груди. — Раз уж завтра у тебя передышка, то тем лучше мне. Мы с тобой отправляемся в небольшое путешествие. Это не обсуждается, — выдал Аль-Хайтам и оставил сожителя.       Такое заявление изрядно удивило Кавеха. Аль-Хайтам любил подолгу уходить из дома, когда находил что-то стоящее своего внимания, но до этого момента он никогда не брал Кавеха с собой.

***

      В пути к месту назначения Аль-Хайтам раскрыл некоторые подробности. Как оказалось, Аль-Хайтам узнал про группу геологов, которая обнаружила новую пещеру. Их рассказы про найденное там привлекли внимание Аль-Хайтама, и тот уже успел посетить ее. Кавеха он пригласил с целью помочь тому достичь вдохновение, обещал показать интересные вещи.        По пути, как у них это часто бывало, происходили споры, но что еще больше удивило Кавеха, так это более дружелюбное поведение Аль-Хайтама. Если спор и вспыхивал, то быстро кончался, а сам Аль-Хайтам больше молчал и глядел на пейзажи вокруг.       Кавех давно заметил, что его друг изменился. В их беседах Кавех больше не слышал сарказма со стороны друга, а скорее беззлобную иронию. Если раньше Аль-Хайтам зачастую просто мог проигнорировать позицию Кавеха, то сейчас он включался в беседу, получалась дискуссия, а не мелкая перепалка.        Кавех радовался таким изменениям. С Аль-Хайтамом он теперь мог быть еще более открытым, да и навязчивые мысли про долги делись куда-то. Кавех чувствовал себя непринужденно, когда находился в доме друга. Сердце юноши лелеяло надежду, что они смогут сблизиться еще сильнее…       Парад сюрпризов не закончился: на подходе к пещере Аль-Хайтам мягко произнес: «Я надеюсь, что после этой прогулки все наши разногласия уладятся». Это настолько сильно расходилось с характером Аль-Хайтама, что Кавех на миг впал в ступор. Возникла мысль, что Аль-Хайтама могли подменить, но это уже была бы полная фантасмагория.       Пара достигла пещеры. Кавех обратил внимание на то, что вокруг никого не было… — Ты говорил что-то про команду геологов. Ну и где? — Не стоит переживать, Кавех. Я потратил время и получил нужные инструкции, как вести себя в пещере. Вообще-то команда не хотела нас пускать одних, но, надавив своим авторитетом и проспонсировав их предприятие, я смог добиться их полного расположения. — То есть ты говоришь, что… — Да. Мы будем здесь совсем одни. Этот день только для нас…       После последнего слова на щеках Кавеха возник легкий румянец. Видимо его надежды на сближение с Аль-Хайтамом не такие уж беспочвенные.       Пещера привлекла Аль-Хайтама своими уникальными природными образованиями: там находились причудливые скопления кристаллов, которые мягко светились. Кавех действительно был поражен: формы кристаллов были крайне хаотичными, столпы кристаллов росли в разные стороны, но обилие цветов превращало галереи пещеры в причудливый калейдоскоп. «Великолепно, — думал Кавех, — но что в этом нашел Аль-Хайтам?». Спутник нарушил тишину, как бы отвечая на немой вопрос: «Если говорить о том, что рациональность занимает важное место в моей жизни, то это значит ничего не сказать. Рациональность есть абсолютно во всем, но недавно я поставил это утверждение под сомнение. Всю жизнь я жил разумом и логикой, я считаю, что общество тоже должно жить ими, значит и природа тоже должна в себе из содержать. Чем дольше я наблюдал за природой, тем больше я понимал, что природа не содержит в себе рациональности. Рациональность — это прерогатива человека, да и то не всегда. Рациональность я видел в бесконечных отчетах, свитках и других документах, за которые я отвечал как секретарь Академии. В документах все стояло на своих местах, но стояло механически, искусственно, а в природе даже самые «непоседливые» существа, которые кочуют от одного места к другому, все равно легко встраиваются в окружающий мир. У природы есть гармония. Гармония, которая заменяет природе много вещей, и даже если каждый ее элемент в отдельности ничего сам по себе не представляет, то вместе они образуют прекрасную картину… Мы уже почти дошли до конца. Давай продолжим».       Двое быстро преодолели оставшиеся отделения пещеры. Осталось последнее место. Аль-Хайтам прошел вперед и заговорил: — Дальше идет опасный спуск, держись за меня, — сказал Аль-Хайтам и притянул Кавеха к себе.       «Держит как девушку на свидании». — подумал Кавех и густо покраснел. Это все выглядело бы как самое настоящее свидание пусть и в такой оригинальной форме, но они же друзья. Верно же? — Мы скоро спустимся? Воздух здесь спертый что ли? Трудно дышать, — обратился к другу Кавех, пытаясь тиким образом оправдать краску на лице. — Еще чуть-чуть.       Аль-Хайтам не соврал: уже скоро они оказались в просторном помещении. Аль-Хайтам отпустил товарища и заговорил: «Вот мы и пришли. Самое удивительное, что это место может предложить, находится здесь». В углу этого отделения пещеры располагалась огромных, просто аномальных размеров жеода. Она была шарообразной, а недалеко от нее лежал огромный кусок от нее самой. Во время исследования геологи случайно раскололи жеоду, но из-за этого раскрылась красота.       Внутри жеоды были расположены кольцеобразные слои кристаллов. Начиная с корки и идя к центру, кристаллы становились все чище и чище, а когда взгляд доходил до самого центра, то ему открывался самый яркий камень. Кристалл в центре был настолько чистым и красивым, что любой бы подумал, что его подверг огранке самый опытный мастер, но это было не так — камень был идеальным сам по себе.       Кавех, как зачарованный, смотрел на жеоду. Аль-Хайтам стоял за ним и, вздохнув, начал речь: — Этот камень в центре самый яркий, самый красивый. Ослепительное великолепие. В этом образе я узнал человека, который точно такой же: ярче звезд на небе, ярче солнца. — Ты никогда не рассказывал о своих знакомствах. Раз уж начал, то будь добр расскажи: кто это? — Это ты…       Аль-Хайтам даже не сказал, а прошептал последнюю фразу, но в тишине пещеры она прозвучала оглушительно громко. Сердце Кавеха пропустило удар, а потом забилось с утроенной силой. Весь красный он обернулся. — Аль-Хайтам… — Я буду честен. Я пригласил тебя к себе домой из интереса, как эксперимент. Мне было интересно посмотреть на то, как ты будешь жить с твоим идеализмом. Но со временем во мне возникло нечто иное. Подчас я не понимал некоторых твои жестов по отношению к другим, речей, мыслей, идеи. Но я смотрел отдельно на каждую твою особенность. Сейчас же я понимаю, что каждая твоя деталь — часть единой прекрасной картины. Я вижу в тебе гармонию. В жизни я постоянно что-то изучал, искал что-то, что может завлечь меня, но я потом я нашел тебя… Твои поступки пусть все еще иррациональные для меня, но я понимаю, что они осмысленные, они правильные. Я думал о себе, а ты всегда хотел показать гармонию своей души другим. Прошу, Кавех: поделись и со мной. Сияй для меня всегда.       Признание Аль-Хайтам выговаривал с запинками и придыханиями. Все же его образ жизни и взгляды совсем разучили его таким вещам, но Кавех видел искренность в его словах. — Аль-Хайтам, я никогда не думал, что у тебя могут быть такие чувства ко мне… Но и я давно перестал воспринимать тебя как просто друга. Я очень долго искал возможности стать ближе к тебе. Как же я рад, что это можно совершить прямо сейчас. Я согласен! Я буду откровенным: за все это время, пока я жил с тобой, я начал воспринимать твой дом, как…как. свой дом тоже. Будем же вместе. Нам теперь не нужно будет что-либо скрывать.       После этого ответа лицо Аль-Хайтам просияло. Он подошел ближе к Кавеху и со всей нежностью подарил ему свой первый поцелуй.

***

Кто же мог подумать, что противостояние их жизненных устоев закончится вот так? Вместе они достигнут гармонии. Гармонии, которая станет прочным фундаментом их любви.