Вниз по гало

На кухне горела свеча. В свете этого тусклого огонька и луны из окна видно было едва ли половину небольшой комнатки, но глаза уже давно привыкли. Стакан глухо стукнулся об стол. Растрёпанные рыжие волосы почти что горели мягким пламенем, переливаясь. Потом растеклись на столе большой медной лужицей, в опасной близости от свечки. …медь эта полна керосина, дай повод — вспыхнет, сожжёт все вокруг дотла. В остатках дешёвого пива весело плясал причудливый свет. Ломающимся бухим голосом звучит где-то отдалённо, будто это вовсе не он говорит — «Наверное, не стоило… Так. Пить». Он повертел головой, снова чуть не подпаливая пряди. Странный вымученный стон, звучащий так, будто молодая девочка не знает, как выражать своё удовольствие и пытается изобразить что-то. Какой кошмар, Дэйв. Вдруг, ручка двери медленно, со скрипом поворачивается. Судя по тому, как вошедший задержал дыхание и лишь простояв так, замерев, какое-то время, обречённо выдохнул, это был Клифф. — Эй, ты опять? Дэйв… Какой кошмар, Дэйв. Клиффу, казалось, единственному здесь было по большей части не насрать, какого хуя пришел именно он? Почему не Ларс? Ларсу хоть можно было бы хуйни наговорить… Он стоял, молча пытаясь дождаться какого-то ответа. Только размеренное, тихое дыхание. — Ну какого чёрта… Клифф мягкими шагами подошёл ближе, взял что-то со стола. Раздался тихий стук от свечи на столешнице у раковины. Затем Дэйв почувствовал лёгкое прикосновение к своим волосам, а после этого уже и увидел Бёртона. — Что ты делаешь… — Его голос звучал ни то оскорбленно, ни то обиженно. Главное, очень устало. — А ты как думаешь? Дэйв сказал это тихо, криво, так как одна щека впечаталась в стол. Вчера было также. Только раньше приходил Ларс, который то ли подрочить на свой новый охуенно дорогой чайник хотел, то ли ещё по какой-то странной (но в стиле Ульриха) причине зайти на кухню посреди ночи. Потом — ругань, недовольства, два вспыльчивых уёбка поджигали друг друга аки спички, столкнувшиеся лбами. Каждый раз. В какой-то день во время этого пришёл Джеймс, потому что они грызлись громче, чем во все прошлые разы. Из-за присутствия «постороеннего», чёртов педик быстро успокоился, потому что, ну, кричать на Джеймса? За что? Ну, и сейчас… — Слушай, если ты будешь продолжать, кажется, никто спать нормально не сможет. И ты тоже, — Вкрадчиво попытался Бёртон, заправив волосы Дэйву за ухо и положив руку ему на плечо. Мастейн вытащил язык, с прищуром улыбаясь. Клифф присел рядом, отодвигая к краю стола кружку из-под пива. Движения мягкие, осторожные, как будто он пытается не спугнуть. Не успевает Дэйв перевести вгляд на его лицо, как на кухню заходит Ларс. Чёрная копна волос, обрамляющая слишком детское, но злое лицо, опасно встепенулась. Клифф замер. — Опять? Что за хуйня, Дэйв? — Сонным, очень злым голосом почти прошипел Ларс. — Пожалуйста, — Клифф повернул на него голову. — Тише. Джеймс спит. Усмешка. Злость. Едва ли прикрытая агрессия на лице. — Он пропивает ебучий бюджет! У меня тоже бабло не бесконечное, знаешь ли, — Проходит внутрь, смотрит на них сверху с чуть приподнятым подбородком. Тогда Бёртон встал, отпуская Дэйва из хватки. Ларсик правда выполнял свою роль «ребёнка богачей». В основном тем, что выглядел буквально как ребёнок. В росте он Клиффу очевидно уступал, но пыл его это не поумерило. — Ты его защищать станешь? Презрительность и раздражение. — Чувак, да. Сейчас поздновато, чтобы устраивать разборки. Ларса перекосило от негодования, но Клифф бы не был Клиффом, если бы просто оставил это как есть и замолчал. — Давай завтра с утра или днём, когда ты поспишь, а он протрезвеет, вы поговорите? Ларс. Тот, услышав своё имя в подобной обстановке слишком спокойным тоном, напрягся, подумал, ещё подумал… И стих. — Ладно, тут ты прав, — С остатками негативных эмоций, сухо. Ларс прошёл, ставя кипятиться чайник, который он недавно приобрёл на каком-то очень сомнительном аукционе. Ёбаный чайник, который стоил явно дороже всех тех несчастных банок пива, которые Дэйв успел выпить за последние месяца три! Шипит вода. Дэйв смотрит на стоящего Клиффа, пытается увидеть Ларса, но тот стоит вне его обзора, как бы он не выкручивал свои глазные шары, а головой двигать было ой как лень. Он первый раз за всё время поставил кипяться свой новый охуенный чайник. Кажется, он ещё как-то странно светился, напитываясь энергией с тепла. Вжж… Бёртон почему-то не мог позволить себе присесть обратно в присутствии Ларса, зачем-то взял его пивную кружку (спиздил!) и пошёл её мыть. Напряжение в воздухе можно было вдохнуть откашлять вместе с лёгкими. Но, всё это продлилось не так долго. Клифф уже домыл кружку, опёрся на стену, они всё ещё дружно молчали все втроём, как вдруг послышалось что-то, напоминающее человеческую речь. Клифф недоумённо посмотрел на Ларса, тот в ответ также взглянул на него. Бубнёж не прекратился, и тогда они оба перевели взгляд на Мастейна, который аж приподнялся от любопытства и также молчаливо, с высунутым языком сквозь сомкнутые губы, смотрел на них, сверкая глазами. Джеймс? Голос был слишком низкий для Джеймса. Сердце Мастейна пропустило удар, затем забилось быстрее. Что-то из разряда первобытных инстинктов подсказывало, что пора давать по съёбам, причём быстро. Вспышка! Яркий свет наполняет кухню, и Дэйв очень напряжённо морщится от боли в башке, садясь уже полностью. Уши наполнились непонятным то ли звоном, то ли гулом, то ли чем-то глубоко христианским, чёрт их поймёт, блядь. Когда глаза, наконец, с трудом привыкли к свету, а уши перестали охеревать от нагрузки для них, Мастейн различил силуэты по меньшей мере пяти человек, не считая себя. Навряд ли Ларс настолько хорош, что смог бы себя размножить. Ну, знаете, эти богачи… Но сейчас он слышал только возмущённые слова богача о том, что «какого хера вы творите, да вы хоть аыабыбв…!», а дальше у него во рту уже красовался добротный кусок ткани. Они с Бёртоном замерли, не в силах что-либо понять за эти пару секунд. Один из трёх людей (людей?) быстро схватил чайник, второй скрутил руки Ларса за спиной, третий вызвал ещё одну круговую вспышку света у них за спиной, в который виднелись какие-то деревья… или растения причудливой формы, Мастейн успел только подскочить, а Клифф — осознать и кинуться, но три личности скрылись за световым кругом также быстро, как и появились. Что-то глухо стукнулось об пол. Мастейн, вставший, от недоумения и, честно говоря, ахуя, открыл рот, недоверчиво прищуриваясь. — Клифф? — Дэйв, не меняя выражения лица, взглянул на Бёртона. — Ты тоже видел? У того эмоция была чем-то между ахуем и ахуем. — Да… — Он отошёл обратно, со стуком опираясь обратно на стену и уставившись в потолок. Дверь открывается. А вот и Джеймс. Он сонно оглядывается, потирая глаза. Потом, не обнаруживая Ларса, обеспокоенно спрашивает: — А где?.. На него в ответ молча смотрят двое. Мастейн, севший обратно и старательно потирающий голову, и Бёртон, не сдвинувшийся с места у стены. — Тут такое дело… — Начал Клифф, проводя рукой по своему лицу, как будто пытаясь стереть то, что он только что увидел. — Не уверен, что ты сразу поверишь, но я сам видел… Джеймс состроил недовольное лицо, помотал головой. Тот продолжил: — Короче… Я очень надеюсь, что мне привиделось, потому что звучит, как ёбаный бред, — Вздыхает. — Только что сюда телертировались… — Разводит руками, мотает головой, пытаясь отогнать мысли о том, что он несёт сейчас просто полнейшую чушь. — Трое каких-то людей, скрутили Ларса вместе с его чайником, а потом ушли. Дэйв перестал тереть голову. Слова Клиффа соответствовали тому, что он увидел, поэтому это абсолютно точно не бухие выдумки. — А?.. э, — Джеймс открыл рот, явно хотя что-то сказать, но словарного запаса ему не хватало. — Я понимаю… Давай поговорим об этом завтра, я просто очень надеюсь, что надышался пивом и не соображаю, — Клифф махнул рукой, удаляясь с кухни. Джеймс посмотрел на Дэйва. — Ты тоже видел?.. — Да. После этого он решил оставить Хэтфилда одного в кухне с горящей свечой, которую они чудом не потушили. Не доходя до комнаты, он приземлился где-то на полу рядом с углом стен. Они приятно охлаждали ему спину, слегка помогая ходу мыслей. После того, как они пропали, что-то упало. Но свеча была там же, куда её отнёс Клифф, упасть с Ларса что-то навряд ли могло, да и в принципе… Ладно, наверное, это всё на завтра… Всё на завтра. Мастейн отрубился в углу, сидя, абсолютно не понимая, где он вообще сидит. В это время Джеймс осторожно задул свечку, потёр голову. Ничего не понял. И, последовав примеру всех остальных, отправился спать.