Закат над Чёрным морем

К большому трёхэтажному дому подъехала ярко-красная обшарпанная машина типа «драндулет». Все соседи уже знали, что в дом привезли новую летнюю подопечную. Эта семья на лето брала десятка два детей и подростков жить бесплатно, оплачивая также проезд, и с их стороны это было довольно щедрым подарком для этих подопечных — город приморский, а деньги съездить отдохнуть есть не у всех. Так что было очевидно, что этот обшарпанный автомобиль принадлежит перевозчикам. Из остановившегося перед воротами драндулета вылезла худая очкастая девушка, вытащила болотно-зелёный с кремовым чемодан и направилась к вышедшей из дома высокой женщине лет тридцати пяти. — А, Яди, ты приехала! — воскликнула она, приветливо улыбнувшись поздоровавшейся девушке. — Заходи, чемодан оставь у входа и пока что иди мыть руки. Ванная налево от двери, помнишь ведь? Она прошла вслед за Яди, полное имя которой было Ядвига, а любимое сокращение — Яд, так и будем её называть. В ванной, рассчитанной на большое количество людей, было сразу три раковины, и на каждой по несколько кусков мыла, причём разных. Яд взяла фиолетовое, пахнущее жасмином и ежевикой. — Яди, полностью свободных комнат сейчас нет, — оповестила хозяйка дома, заглянув в ванную. — У девочек тоже свободных мест нету, а искать согласных меняться — дело долгое. Ты не против, если я поселю тебя с кем-нибудь из мальчиков? — Мне не принципиально, с кем жить, — отозвалась Яд, — главное, чтоб не слишком вредный. Женщина улыбнулась — Нет, он не вредный. Это на третьем этаже, где ты как-то жила. А с Пиком, так мальчика зовут, думаю, вы поладите. Он твой одногодка, чуть младше. Пойдём, покажу, что за комната. Чемодан захвати. Они направились наверх. Яд по пути осматривалась вокруг, подглядывая в те комнаты, которые не были заперты. Впрочем, ничего интересного и никого знакомого там не наблюдалось, и вскоре Яд подсматривать перестала. Вскоре они добрались до нужной комнаты, и хозяйка постучала в дверь. Из комнаты послышался шорох, тихие шаги, а затем из двери высунулся невысокий худенький мальчик с длинными фиолетовыми волосами, на макушке собирающимися в «рожки», и большими янтарно-жёлтыми глазами. С любопытством посмотрев на Яд, он вопросительно взглянул на хозяйку: — Подселяете? — Угадал, — кивнула та. — Смотрите, не подеритесь. Знакомьтесь пока, покажешь Яд, где чья кровать, а я пойду. Оставив их наедине, женщина поцокала вниз по лестнице. Некоторое время Яд и Пик молча разглядывали друг друга. Первая нарушила тишину Яд: — Ядвига, можно просто Яд. — Пиковый король, можно просто Пик, — хмыкнув, беззлобно передразнил Пик. Яд шутку оценила, о чём дала понять, при знакомственном рукопожатии сдавив мальчику руку так, что он болезненно охнул и при первой же возможности вырвал свою ладонь, с беспомощным изумлением глядя на Яд. — Ты мне чуть руку не сломала! — обиженно пробормотал он. Яд ухмыльнулась: — Считай, что это была маленькая месть. Пик надулся, опустил голову и сплёл руки на груди. Яд заметила, что его обиженная мордашка смотрится забавно, а в глазах мальчика плещется еле сдерживаемый смех. В конце концов Пик не выдержал и рассмеялся: — Нифига ты сильная! — Какая есть, — улыбнулась Яд. Она решила, что сосед ей достался неплохой. — Комнату-то покажешь? — Ой, точно, — спохватился Пик и открыл дверь: — Заходи давай. Кровать с лиловым покрывалом твоя, моя с фиолетовым и журналы на ней валяются… Я их не читаю, а фотографии лавандовых полей вырезаю, так что если хочешь — можешь брать и даже рвать, только лаванду не порти. — Не попорчу, — пообещала Яд, — Ты с какой стороны шкаф занял? — Слева. И это, на подоконнике опунция в горшке, не наколись. — А в прошлом году её тут не было… — заметила Яд, ставя чемодан на пол и подходя к окну. Рядом была дверь на балкон, но туда она решила пока не лазить. Пик тихо подошёл к Яд, глядя вниз, на сад и виднеющееся за ним море. — Красиво так… Уже два дня живу, а всё никак насмотреться не могу, — задумчиво произнёс он, переводя взгляд то на небо, то на набережную, то на каменистый пляж. — Только на этом пляже плохо купаться, медуз много, а на камнях муравьи. Фу, — поморщился мальчик. — Я вчера пришёл, а там ни искупаться, ни на берегу посидеть. В воде суп из медуз, противно, хотел на камнях позагорать — сбежал, вытравили чёртовы муравьи. — Я этот пляж не люблю, — отозвалась Яд. — Даже на городском лучше, там хоть и людно, но такой пакости нет, по крайней мере, сейчас. А вот с июля туда лучше не соваться — такая грязища, что смотреть противно. Лучше на дикие пляжи ходить. — Я ни там, ни там не был, — признался Пик. — Я тут впервые, ничего не знаюю, боялся заблудиться. А ты сколько лет так ездишь? — Шесть. И жила здесь до четырёх лет. Кстати, давай я тебе до обеда свой любимый пляж покажу? «Полярная звезда» называется. Правда, в позапрошлом году его испоганили — снесли кабинки для переодевания и устроили дурацкий корт, вся Полярка теперь в песке. Зато по правому краю полоска из каменюг: хоть ныряй, хоть крабов смотри. — Крабов! — зрачки у Пика расширились, и он стал похож на кота-регдолла. — Я ни разу в жизни живых не видел, но они такие забавные… — Увидишь, — пообещала Яд, отходя от окна и начиная разбирать чемодан. Большую часть содержимого составляли тетради, книги и футболки, также наблюдались джинсы, шорты, пара кофт типа худи, ветровка, босоножки, пакет с мелочью вроде носков, два топика — чёрный спортивный и жёлтый вроде короткой майки, — контейнер для ракушек, коробка пластилина, ещё контейнер, два купальника — тёмно-синий и голубой, — альбом, три скетчбука, пенал, пакет мармелада и, наконец, со дна чемодана была извлечена сшитая из голубой ткани кошка с лапами-сосисками, почему-то присобаченная к браслету. — Что за кис? — поинтересовался Пик, наблюдавший с подоконника за распаковкой. — Алиса это, — пояснила Яд. — Я её несколько лет назад сшила, ходила тогда на дизайн. Провозилась с этой кошачьей мордой!.. Ненавижу шить, но работа проделана не зря. Она положила кошку на свою кровать, вынула из чемодана цилиндрической формы косметичку, а затем запихнула его под кровать и уставилась на гору барахла, частично лежащего на полу (здесь всегда хорошо мыли, так что на полу можно было и сидеть, и босиком по нему ходить, и разве что не есть), частично — на кровати и ещё немного — на прикроватной тумбочке. Пик с недоумением оглядывал кучу, не понимая, как Яд умудрилась впихнуть это всё в небольшой чемоданчик так, чтобы он не порвался. Соседка же с философским видом уселась по-турецки и принялась разбирать вещи: одежду, кроме пакета с мелочью и ветровки — в шкаф, ветровку — вниз, босоножки тоже, мелочь, скетчбуки, пенал, альбом и книги с контейнерами отправила в тумбочку. Мармелад, пластилин, Алису и некоторые тетради девушка оставила на кровати. Косметичку Яд открыла и принялась потрошить. — Извини, что сую нос не в своё дело, — вдруг подал голос Пик, — но от содержимого твоей косметички можно офигеть. Несколько раз мне доводилось видеть содержимое подобной тары… Там одной только косметики было столько, что нас обоих можно разрисовать с ног до головы, ещё куча странных кремов и какой-то ерунды… Содержимое косметички Яд и в самом деле было нестандартным: шампунь, мыло, зубные щётка и паста, крем для рук, гигиеническая помада и расчёска. Ни туши, ни теней, ни ещё чего-нибудь такого здесь не наблюдалось. — Не крашусь, — пояснила девушка. — Понятия не имею, зачем им столько грима. Ровесницы мои, девчонки шестнадцатилетние, а размалёваны, как клоуны в цирке. Им деньги потратить не на что? Пик пожал плечами: — Похоже… Я бы лучше на ту же сумму, а я знаю, сколько это всё стоит, что-нибудь вкусное купил. — Кстати, о вкусном… Мармелад будешь? — Ну… — мальчик немного опешил. — Если не вишнёвый, то да. Яд кинула в него упаковку: — Лопай. Я ими в поезде так объелась, что всё, край. — Спасибо… — Пик поймал мармеладки и, вскрыв упаковку, выудил одну штуку, тут же сжевав её: — Вкусная! Спасибо в квадрате. — Да не за что, — девушка улыбнулась. — Ты из какого города? — Из Самары, — пробормотал Пик сквозь мармелад. — А ты? — Из Владивостока. Оттуда сюда ехать больше недели. Чуть не застрелилась по дороге, только не из чего было. — Кошмар — неделю не мыться… — ужаснулся Пик, — я бы нашёл, из чего застрелиться. — Душ был, и слава Судьбе за это, — устранила недоразумение Яд. Несколько секунд она молча сидела, глядя в окно, а затем неожиданно предложила: — А пошли до обеда на Полярку? Как раз куча времени. — Я только за! — Пик слез с подоконника, кидая упаковку из-под мармелада в ведро в углу. «Только для сухого мусора! Огрызки и тому подобное несите вниз!» — гласила надпись на ведре — хозяйка дома призывала к чистоте. — Это не очень далеко? — Через несколько пляжей, за «Садами морей». Ой, ты же не знаешь, где это… Короче, близко. А теперь минут на пять сгинь отсюда, мне переодеться надо. Через некоторое время Яд впустила мальчика обратно в комнату. Теперь она была не в полосатой серо-фиолетовой кофте и джинсах, а в сиреневой футболке с белой надписью «Queen» и чёрных джинсовых шортах до колена. Понабрав в рюкзаки (а эти двое таскали с собой небольшие рюкзаки для необходимого) всё, что могло пригодиться на пляже, новые знакомые вышли из дома.