My unique Art

Кажется, она покорила сердца и завоевала их доверие одной своей улыбкой. — Хорошо. Постарайтесь сильно не задерживаться, — улыбнулась мама, — О, надеюсь, у Лисы в тесте все хорошо? — Одна из лучших. Не волнуйтесь, — посмеялась та, что заставило меня нахмуриться, и вышла за дверь. — Мам, — подозвала её к себе, пока обувала ботинки. — Что такое? — Она рассказала… что моя классная руководительница? — Да, — улыбнулась, — Не волнуйся, мы ничего против вашей дружбы не имеем. Только в школе её не называй по имени. Улыбнувшись, я резко обняла маму и поцеловала в щёку. — Спасибо, мам! Пап, и тебе! — Идите уже, — крикнул он с кухни, и я, весело улыбаясь, тоже вышла из дома и сразу направилась к машине Дженни. Дойдя до передней двери, я села на сиденье около Джен и сразу глянула на неё. — Неплохо вырядилась, — хмыкнула она и выехала на дорогу. — Старалась, — улыбнулась ей, пристегиваясь. — Лиса, давай обговорим некоторые моменты. — Конечно, давайте. — Никаких физических сближений, — четко проговорила она, смотря на меня боковым зрением на светофоре. — Вообще никаких? — эта новость слегка опечалила меня, если быть честной. — Пойми ты, — вздохнула, — Я старше тебя, и ты моя ученица. Свидания — это еще ладно, только если никто этого не увидит. Но все остальное — уже перебор. — Не будьте так суровы… Вы старше лишь на 8 лет. — Манобан, давай без шуток. Я на полном серьезе. — Позвольте только раз… Если вам не понравится — я буду довольствоваться лишь свиданиями, — проговорила я, пока мы подъезжали к парку, так как он был неподалеку от моего дома. — Нет, — выключив двигатель, Ким вышла из машины, а пока я выходила, закурила сигарету. — Вам так необходимо курить? — я сморщила нос, надевая маску на лицо и подходя к ней. — О, как ты думаешь? Я сейчас на свидании со школьницей, которая хочет меня закадрить, — взглянув на меня, она закатила глаза, — Естественно, мне нужно покурить, — и выдохнула дым мне прямо в лицо. — Вы прекратите смотреть на меня, как на обычную школьницу, — пробурчала я, — Уж будьте уверены. — Нет, — отчеканила она и затушила сигарету, затем выкидывая в ближайшую урну прямо около столба, где и остановила машину. Я промолчала. И я сделаю все, чтобы мисс Ким прекратила смотреть на меня, как на свою ученицу. Черт с два я сдамся.

***

Погуляв в парке пару часов, мы вновь ехали к моему дому. Во время прогулки Дженни даже открылась мне немного, а также она вела себя более свободно, смеясь с моих глупых шуток. И я даже угостила её уличной едой в виде корн-дога. И сейчас мы ехали в полной тишине, каждая думая о своем. Мне понравилась эта прогулка, и, даже если я не знаю, что на уме у мисс Ким, я все равно довольна. Уже около моего дома я колебалась выходить из машины. Дыхание было частым, а сердце билось, словно у меня тахикардия. Собравшись, я повернулась к Ким, которая уже смотрела на меня в упор, откинувшись на спинку сиденья и расположив одну руку на подлокотник. И я внезапно забыла, что хотела сказать. — Говори, что хотела, и иди домой. Я потянулась к ней через ручник, точнее, к её лицу, чтобы оставить хотя бы короткий поцелуй на её губах, но её пальцы остановили меня буквально в нескольких сантиметрах от моей цели. — Я тебе уже ответила на это, Лиса. — Один раз — не грех, — улыбнулась я, хоть ее пальцы и продолжали давить на мои губы. — Сумасшедшая девчонка, — тяжело выдохнула Ким, — Четыре дня не заговариваешь со мной первой. — Чтоооо?! — мои брови нахмурились, — Не слишком ли большая цена? — Либо да, либо нет, решай сама. — Ладно, хорошо, согласна. Ее пальцы медленно скользнули вниз, и я смогла еще ближе подвинуть к ней лицо, утыкаясь кончиком носа в её нос. — Я заставлю вас передумать… — проговорив это, я резко, но нежно припала к её устам, начиная медленно перебирать её губы в поцелуе. Дженни сначала не отвечала, но затем тоже стала перебирать мои и даже закрыла глаза. А я ощутила, что её дыхание начало учащаться. В момент, когда я почувствовала пустое пространство, возникшее на несколько секунд, я углубила поцелуй. И это выбило весь воздух из нее и из меня, потому что она и на это начала отвечать. Рука Ким, до этого покоившаяся на подлокотнике, внезапно зарылась в мои волосы на затылке и притянула ближе. Ох, я начинала возбуждаться не на шутку. Поцелуй был слишком горячим лично для меня, так что я хотела ещё и ещё. — Все, хватит, — прохрипела она, оттягивая мою голову назад за волосы, и я уловила её взгляд в этот момент — он был полон желания. Я очень хотела затронуть эту тему, но Дженни мне не позволила. — Иди домой, Лиса. Четыре дня, не забывай. — Я прекрасно помню… — я отодвинулась от неё, — Но если вдруг вы захотите меня поцеловать прямо в школе — милости прошу, — улыбнулась и вышла из машины под недовольный взгляд учительницы, — И да, вы просто великолепно целуетесь, — закрыв дверь и не дав ей и слово сказать, я направилась к двери. — Лиса, я уже сомневаюсь, что рада тебе в своем классе! — крикнула она, опустив окно, и уехала. А меня эти слова ранили. Очень глубоко ранили… Я сжала губы, чтобы не расплакаться, ведь сегодня был замечательный день. Однако эта её фраза будто отняла у меня всю почву под ногами. Я не осознавала в тот момент, насколько сильной была обида, хотя я морально была готова к подобному. Но все же… последующие четыре дня пройдут для меня легко, и даже я не подозревала этого сейчас. А все почему? Потому что я впала в какое-то отстраненное состояние, при котором сутками напролет я могла думать лишь о её словах. Вроде бы, казалось, я не буду обращать на это внимание, но я подумывала о переводе в параллельный класс, где и английский язык преподавал другой человек. Хоть я и обещала, что смогу её переубедить и заставить смотреть на меня по-другому, но в голове было лишь её предложение. И это, действительно, сбавило мой пыл на некоторое время. Нужно было оклематься.

***

На пятый день в школе я была такой же убитой. Забыла упомянуть, что я стала плохо спать по ночам, все время размышляя о том вечере около моего дома. На уроке английского, к слову, он был последним на сегодня, я лишь отвечала на её вопросы, даже не пытаясь что-то задавать в ответ, несмотря на то, что наказание прошло. Мне было все равно. И весь урок я втыкала в окно, утопая в размышлениях и иногда даже не слыша заданного мне вопроса. И даже звонок бы пропустила мимо ушей, если бы меня не пихнул тот придурок Сунхо, на которого я лишь посмотрела безразличным взглядом и кивнула. Почти все уже ушли, и я стала собирать вещи. А когда собрала — в классе остались только я и мисс Ким. — Лиса, задержись на пару минут. Я проигнорировала ее и прошла к двери. Сейчас мне было плевать. В голове все еще звучала та злосчастная фраза, будто она была произнесена только сегодня. — Лиса! — Ким повысила голос, заставив меня повернуться к ней и пустым взглядом уставиться на нее красивую. — Слушаю вас, мисс Ким. Хотели что-то попросить сделать? — Что с тобой? — Я в норме, — я открыла дверь, но затем остановилась и выпалила то, что, кажется, хотела сказать ей на протяжение всех 4 дней, — Я тоже сомневаюсь, что рада тому, что вы моя руководительница. — Что? — она нахмурилась. — Что слышали. Можете исключить меня, если хотите, за такую грубость. Завтра я переведусь в параллельный класс. До свидания, — не дожидаясь ответа, пока она смотрела на меня с выпученными глазами, я ушла. И даже не оглянулась ни разу. Было ли мне совестно? Нет, ни капли. Я не буду принимать такое в свой адрес. Не нравлюсь ей? Замечательно, пусть будет так. Все бы ничего, и меня бы не задели её слова, будь она кем-то другим. Но нет. Я слишком часто слышала подобные фразы от тех, кем дорожила. Видимо, мое сознание решило, что с меня хватит.

***

Какого-то черта я гуляла на улице около 3 часов, ни разу не вернувшись домой. Нет, для меня это не странно, просто, нюанс в том, что я сама не поняла этого, пока не наткнулась на шайку Сунхо в том парке. — Поглядите-ка, это же наша Манобан, — он криво ухмыльнулся, пока я смотрела на него, точнее, сквозь него. — Отъебись от меня, ладно? Я хотела пройти мимо, но мне не позволили это сделать, и в следующую секунду я уже оказалась на земле, ощущая резкую боль на затылке. — Заткнись. Мы сейчас не в школе, и я отыграюсь за все свое унижение, новенькая. Что было дальше — рассказывать я не хочу. Меня побили, хотя все кости остались целы. Да и не только это, меня хотели трахнуть, как он и угрожал мне за школой, только его парни остановили ублюдка, напугав тем, что за это ему накатают нехилый срок. Из носа шла кровь, все тело было в ссадинах. Я даже не сопротивлялась, лишь слёзы пускала. Мне в тот момент хотелось исчезнуть с земли. Честное слово… я вновь начала думать о суициде, благодаря этой ситуации. Неужели слова одного человека могут настолько выбить другого из колеи? Видимо, так и есть, ведь я и являюсь тому примером. Ноги подкашивались, тело болело, но я заставила себя подняться и пойти в сторону дома. Голова еще плюс ко всему болела. Впервые меня избивают до такого состояния… Раньше я всегда давала сдачи.

***

Родителям я сказала, что с одноклассницами после уроков пошла кататься на электросамокатах, но свалилась на тротуар на высокой для самоката скорости и получила все эти увечия. Мама хотела вызвать врача, но я отмахнулась, попросив её просто обработать раны. Она согласилась. Кажется, оба поверили в мою ложь. Тем лучше для них…. Ночью того же дня я стала наносить себе порезы, чтобы почувствовать себя все еще живой. Хотя на теле до сих пор красовались старые шрамы. И я до сих пор помню, как родители вытащили меня из почти загробного мира. А все случилось из-за массовых потерь родных мне людей. Точнее тех, кто был мне дорог, вот только услышала я от них слова, схожие со словами мисс Ким. Мне было все равно на данный момент. Сейчас я была лишь оболочкой с утерянной в этом мире душой. Странное сравнение, возможно, но ощущала я себя именно так. И в таком темпе пролетело несколько дней, я не появлялась в школе с того дня, синяки уже начали исчезать и перестали болеть. Однако выходить из дома я не хотела, несмотря на все уговоры родителей. Я притворялась, что мне плохо физически, подстраивая кашель и температуру. Хотя больно было конкретно на душе, а физическая боль помогала мне это подавлять. И мне все равно, насколько это глупо или по-детски.

***

Я лежала на кровати, опустошенно глядя в потолок уже после того, как оставила несколько десяток средней глубины порезов на бедре поверх старых ран, которые сейчас засохли и неприятно покалывали. Что ж, это хотя бы напоминает мне о том, что я живой человек. В ушах были наушники, где играла подавляющая музыка. Нет, она, действительно, подавляла меня ещё больше. Не думала, что снова буду добивать себя, хотя ведь уже отучилась это делать и ловить кайф от каждой минуты жизни. Но так было до той фразы… Двери моей комнаты открылись, я это поняла по свету, резко появившимся в моей комнате. Лежала я в коротких шортах, но под одеялом, так что волноваться о том, что мои порезы кто-то увидит, было бессмысленно. Поэтому я даже не повернулась в сторону света, который исчез. Не посмотрела на вошедшего, даже когда вес на кровати поменялся. Но мне пришлось обратить внимание, когда из моих ушей вытащили наушники, дарящие в эту самую минуту единственное утешение. — Приходить к ученикам в столь позднее время — такое себе дело, мисс Ким, — безразлично проговорила я, сверля её пустым взглядом. — Я беспокоилась о тебе. Ты уже несколько дней не появляешься в школе. Твои родители сообщили, что ты заболела… — Ну и? Раз сказали, зачем приходить? Не тратьте свое и мое время впустую. — Лиса, прекрати, пожалуйста. Я пришла поговорить с тобой не как учитель с учеником. — Можете не утруждать себя, лучше говорите со мной только так. Легче будет. И не так больно. — Я как-то ранила твои чувства? Мы ведь с тобой договаривались об этом… что не так? — Мисс Ким, — я села на кровати и взглянула на нее теми же пустыми словами, — Вы ранили мои чувства не тем, что не ответите взаимностью, — и слезла с кровати, забыв про короткие шорты и свежие порезы, а свет в комнату все еще тускло проникал, — А тем, что сказали, что не рады тому, что я попала в ваш класс, — я стояла около двери, спиной к Дженни, и продолжила так стоять, даже когда услышала её приближающиеся шаги. — Так вот что тебя так беспокоило все время… — Ким обогнула меня, а затем её взгляд прошелся по мне, пока на её лице сменялось разное количество эмоций, останавливаясь на ужасе, — Что за…? Мисс Ким закрыла дверь и включила свет, ослепляя меня, а уже после я поняла причину такой реакции, ощутив дорожку, стекающую по бедру. Вот черт. — Вам лучше уйти, Мисс Ким. Уже поздно, — я хотела пройти мимо, но она схватила меня за запястье и начала вглядываться в мое тело, покрытое ссадинами. Затем её рука коснулась моего бедра и приподняла шорты выше, оголяя порезы. Вот только я смутилась от подобного действия больше, нежели испугалась дальнейшего. — Какого хрена, Лиса?! — она злилась, и очень сильно, — Ты зачем… — Это заглушает боль. Или вы о ссадинах? — Обо всем! — сорвалась Дженни, укрепляя хватку на запястье. — Ну, меня поколотили по пути домой. Ссадины оттуда, но родители думают, что я упала с самоката на большой скорости, — я пожала плечами, начиная ощущать боль там, где сжимала Ким, — А порезы помогают забыться. Обычное дело. — Ни черта это не обычное дело. Господи…. Сядь на кровать, — и повела меня обратно вглубь комнаты, — Где аптечка? — Вам следует уйти. Мне не нужна забота от вас после тех слов. Когда ссадин не будет видно — я переведусь в параллельный класс, так что у вас нет необхо… — Заткнись, — рявкнула она, — Где аптечка? — и я на автомате замолчала, потому что впервые видела её настолько разъяренной. — В шкафу… Дженни отошла от меня и нашла аптечку, затем вновь подходя ко мне и садясь на корточки. Намочив вату перекисью, она начала обрабатывать мои порезы, которые растянулись и кровоточили. И это заставляло меня шипеть каждый раз от неприятных и жгучих ощущений. — Прости, что сказала те слова… Я думала, что это утихомирит твой пыл, но я никак не думала, что я доведу тебя до такого состояния… Мне жаль, правда, прости за это… — Будет вам. Я ведь тоже вам сказала подобное пару дней назад. — И это заставило меня задуматься. Я не отреагировала, как ты, и ошибочно было думать, что наши реакции будут схожи. Я вновь прошу прощения за это… — Я вас уже простила, просто людской мозг не способен оставлять мысли в дальнем ящике по щелчку пальца, — я вздохнула, когда Дженни закончила, — И я просто слишком близко это приняла. Стоило учитывать, что я ваш ученик и что подобные слова никак не должны были так глубоко засесть в голове… — Я тоже хороша. Я не должна была тебе такое говорить хотя бы с профессиональной точки зрения, так что… — Ким встала, и я посмотрела на нее, — Могу ли я что-то сделать, чтобы мы были квитами?.. — Поцелуйте меня. И не отворачивайтесь от меня. Тогда мы расквитаемся, — я широко улыбнулась, впервые так искренне, а Джен лишь закатила глаза, но наклонилась ко мне, опираясь рукой об кровать. — Хорошо. И она припала к моим губам, целуя нежно и неторопливо. А я в этот момент ощутила, как легко стало на душе от такого простого жеста. Я положила руки на её плечи, далее обвивая за шею и притягивая к себе, из-за чего ей пришлось нависнуть надо мной и оторваться от моих губ. — Дженни… почему ты пришла? — Волновалась. Наши лица находились близко, и меня безумно радовал тот факт, что она не отстранялась, позволяя этой близости быть. — И только? — Нет. Я думала о твоем поцелуе в машине и о твоих словах, и хотела поговорить с тобой… — Так тебе не давал покоя мой поцелуй? — я хмыкнула. — Да… А когда ты стала вести себя так отстраненно, а затем и вовсе перестала ходить в школу, внутри появилось опустошение. — Так ты признаешь, что тоже что-то испытываешь ко мне? — Кажется, я погрязла в тебе с головой. Но до выпуска из школы не выкидывай ничего странного, договорились? — Это уже вторая договоренность, — я издала смешок, — Вы — отдельное искусство, мисс Ким. — Как и ты. Признаюсь, не такого исхода я ожидала. Не думала, что такой хреновый случай закончится так хорошо. И я счастлива. Без понятия, что нас с ней ждет в будущем, но теперь я хочу проживать не только каждую минуту, но и каждую секунду своей жизни. Вместе с ней. Дженни вновь припала к моим губам и начала нежно целовать. Мои руки расположились на её плечах, а её коснулись моей талии. Углубив поцелуй, мне кажется, мы обе почувствовали странное облегчение. Ее руки с талии перебрались ниже к моим бедрам и аккуратно провели по порезам, которые все так же красовались на коже, не имея способности высохнуть. Затем она проникла под верхнюю одежду, касаясь меня уже напрямую своими пальцами. Секунду спустя она нависла надо мной и прервалась от поцелуя, заглядывая в глаза. — Не думаю, что нам стоит так спешить, верно? — она нежно улыбнулась. — Почему нет? — Я все еще твой учитель. — Отбрось уже эти формальности, — захныкала я, притягивая её обратно. Она усмехнулась мне в губы, но отпираться не стала. И это еще одна моя маленькая победа. Я не знаю, любит ли она меня так же, как и я, но для этого у нас есть еще куча времени. POV Автор Две души, два сознания и два тела соединились тем вечером под покровом темноты. Родители Манобан не знали, что происходило в их доме в тот момент, потому что Ким затыкала рот младшей своими губами. Её истомные вздохи и стоны разносились эхом по телу Дженни, утопая между ее губ. Пальцы старшей игрались с Лисой так, как только можно, доводя ту до бесчисленных оргазмов. Они обе утопали друг в друге, выцеловывая каждый сантиметр желанного человека и создавая совершенно особый вид искусства, предназначенный лишь для них двоих. Абсолютно уникальное искусство с именами Ким Дженни и Лалиса Манобан… Конец POV