Аферист и Ведьма

— Притворись моей девушкой. — Что? Комната клуба астрологии, казалось, была пронизана напряжением. Девушка, которая усиленно делала вид, что читает, не выдержав, захлопнула книгу, поднялась и развернулась к окну. — К любому человеку можно найти подход, Мона. Просто назови свою цену. — Скарамуш вальяжно сидит напротив девушки, чувствуя себя более чем уверенно, хотя уже две недели слышит чёткий отказ от своей не слишком дружелюбной собеседницы. — Моя просьба — настоящая мелочь, разве не так? Ты должна понимать насколько это выгодная сделка. Парень не намерен сдаваться, продолжая настойчиво требовать согласиться на его маленькую просьбу. Так паршиво осознавать, что от другого человека зависит твоё светлое будущее. Благо терпения и целеустремлённости у Скарамуша достаточно, чтобы выдержать даже самого капризного астролога. — Деньги — не проблема. — продолжает он, осматриваясь вокруг. — Сможешь обустроить свою клубную комнату. — вновь возвращая взгляд к чужому аккуратному личику, Скарамуш сощуривается, присматривается к человеку перед ним. — Не хочешь делать этого сама, я все устрою. Люди, оборудование — я дам все, что нужно для тебя и твоего интереса к звездам. Кому как не мне знать всю важность качественной техники. — его семья много лет строит бизнес на медиа пространстве, сотрудничая с самыми известными людьми: актёрами, певцами, ведущими… В этом деле просто не обойтись без самых лучших камер и микрофонов. Тоже наблюдение за звездами. — Одно единственное «да» того стоит. — Послушай. Ты приходишь сюда уже вторую неделю и все никак не можешь осознать мой ответ? — девушка бросила снисходительный взгляд через плечо, поправляя прическу. — И в деньгах я не нуждаюсь. Знал бы Скарамуш, что у Моны денег хоть отбавляй. Будучи дочерью оперной певицы и бизнесмена, девушка с детства получала все самое лучшее. Нынешние финансовые трудности, о которых Мегистус предпочла умолчать, обусловлены тем, что она решила отделиться от семьи и жить на съемной квартире. У нее просто не осталось другого выбора, когда родители заговорили о договорном браке. Она согласилась учиться в выбранном родителями лицее, работать по выбранной ими специальности, но личную жизнь, извольте, девушка будет строить сама. Мона Мегистус неторопливо прошлась по комнате, поставила книгу на полку, собрала воск, оставшийся после догоревшей свечи, затем указала на карту звездного неба, расположенную на потолке: — Звезды подсказывают, что ты придурок. Парень не удержался от едкого смешка, услышав про то, что в деньгах Мона не нуждается. Лгать у девушки получается плохо. Особенно человеку, который достаточно хорошо знает личную биографию своей будущей девушки, а она уж точно ею станет. — Я уважаю людей с принципами, Мона. — усмехнувшись, Скарамуш поднялся со своего места, подхватывая пиджак. – Ровно до тех пор, пока они не начинают надоедать мне. Две недели я терпеливо ждал твоего согласия. Дальше пеняй на себя, потому что так или иначе я всегда получаю то, что хочу. – от прежней натянутой вежливости не осталось и следа. Лишь холод и отстраненность, с которой заключают сделки на крупные суммы, а порой вскользь угрожают конкурентам. И он весьма близок к тому, чтобы начать делать это открыто, хотя и не станет ни при каких обстоятельствах. Хладнокровие – залог успеха. Девушка устало вздохнула и окончательно развернулась, давая понять, что этот разговор окончен. Даже оставшись в полном одиночестве, Мона все еще не могла расслабиться. Нескончаемый поток мыслей все возвращал астролога к произошедшему. "И что он привязался именно ко мне?" – больше всего девушка сетовала, что собственная судьба от нее сокрыта. Солнце за окном уже клонилось к закату, у Моны оставалось всего несколько часов до смены в кафе, поэтому она решила потратить их на единственное полезное занятие – сон. *** Прогуливаясь по ярким и шумным улицам города, парень разглядывал витрины магазинов знакомых ему брендов, порой тихо ругаясь на проходящих мимо людей, которые будто специально идут именно на него. Он обещал себе выбираться из дома хоть иногда, каждый раз заглядывая в новые кафе, ресторанчики… Это стало традицией, обычной вечерней прогулкой в общем-то. Необычным показалось кафе, а точнее персонал внутри него. Нет, даже не так. Всего одна конкретная девушка, поначалу заставившая Скарамуша сомневаться в себе и своей памяти. Лишь через несколько мгновений тупого разглядывания знакомого силуэта пришло осознание – он не ошибся! Мейд-кафе, хах. Место, в которое он бы никогда не зашёл, но сейчас уверенно направляется к двери, держа одну руку в кармане. Это станет худшим вечером в жизни Моны, он сильно надеется на это. — Никогда не замечал в таких заведениях столь милых девушек. — он говорит обманчиво сладко, немного наклоняя голову в бок, любуясь видом испуга на чужом лице. Девушка явно не ожидала, что кто-то её здесь увидит. Неудивительно. Район ведь далеко не для учеников их престижной школы. — Ты — моя девушка на вечер. — больше не просьба, твёрдый приказ. Скарамуш далеко не фанат таких заведений для одиноких неудачников, но местные правила знает и готов пользоваться этим до самого закрытия убогого кафе. Он чувствует чужую тревогу, не может не позволить себе распробовать и насладиться ею. Сделать ещё пол шага в сторону Моны, немного наклониться к чужому лицу, желая обозначить весь свой контроль над данной ситуацией. — Позаботься обо мне. — все та же патока в голосе, сладкий яд, самодовольная ухмылка на лице. Появляется соблазн протянуть руку, вогнать девушку в ещё более уязвимое положение, но за подобное его просто вышвырнут отсюда. Что же, парню вполне достаточно слов. *** Поздний вечер — поистине удивительное время суток. Личности, уставшие от повседневной рутины, могут сбросить свои маски серьезности и, хоть и ненадолго, но стать кем-то другим. Так и нелюдимая старшеклассница с наступлением сумерек чудесным образом превращалась в кокетливую официантку мейд-кафе “Kitsu-Nyaa!». Несмотря на не слишком удачное расположение на окраине города, оно пользовалось популярностью, судя по всему, из-за интересного интерьера. Деревянная мебель, японские фонарики, ярко-красные маски демонов на стенах, и, конечно, панорамные окна во всю стену – все это создавало непередаваемую атмосферу и манило случайных прохожих своей красочностью. Когда-то Мона и сама вот так набрела на это кафе, устроилась на работу за неимением других вариантов, и сама не заметила, как прижилась. Этому поспособствовал располагающий коллектив, в частности, дружелюбная девушка Эмбер, чьи кроличьи ушки сейчас стремительно сновали между рядами столов. Мона не могла утверждать, что эта работа была такой уж спокойной. Иногда среди гостей попадаются те еще извращенцы. Их, конечно, быстро выгоняют, потому что правила кафе не позволяют посетителям прикасаться к официанткам без разрешения, но понервничать подобные ситуации заставляют. Однако никакой особо буйный посетитель не вызывал тех эмоций, которые девушка испытывала сейчас. Где она допустила ошибку? Случайность? Да быть не может! Она была неосторожна и не заметила слежку? Почему Судьба настолько ее не любит?? Мысли водопадом обрушились на бедную девушку за долю секунды. Но чего у Моны не отнять, так это умения держать лицо даже тогда, когда хочется провалиться сквозь землю. Глядя прямо в глаза молодому человеку, получающему неимоверное удовольствие от сложившейся ситуации, официантка подарила ему самую ослепительную улыбку из всех возможных: — Добро пожаловать, господин! Кажется, вы у нас впервые. Прошу, присаживайтесь. Чем могу послужить вам? — девушка проворковала стандартное приветствие, и только легкий румянец на щеках выдавал ее смущение. – Позаботься обо мне, — с самодовольной улыбкой на лице ответил Скарамуш. — Разумеется, господин, — доброжелательно улыбнулась девушка, но стоило ей наклониться и прикрыться маской, как на её лице не осталось и тени радушия. — После конца смены у черного входа. А сейчас — проваливай. — Тц, а мне казалось это приличное заведение. — Скарамуш словно проигнорировал её слова. Точно, как девушка пропускала мимо ушей его предложение прошлые две недели. Уйти сейчас? Ни за какие деньги. — Правила которого обязывают меня заказать хоть что-то. — уже чуть громче, отстраняясь от Моны поговаривает парень, задерживая внимание на свободном столике в самом углу. То, что нужно, но прежде… Он подходит к официантке постарше, что стояла в стороне. Вежливо просит сфотографировать его с миловидной девушкой на память, коротко указывая на Мегистус. Ему бы безусловно польстило такое бережное отношение к своей персоне, не будь он из обеспеченной семьи. Видимо одинокие неудачники-извращенцы ходят сюда не только из-за компании девушки за бесценок, а ещё и чтобы почувствовать себя королём мира. Весьма жалко. — Я могу? — он выглядит более чем дружелюбно, когда спрашивает разрешения положить руку на чужое плечо для фотографии. Это будет последним вежливым жестом от него в сторону Моны, ведь когда фотография будет у него, этого попросту не понадобится. И он, конечно, не какой-то злодей, чтобы нагло шантажировать бедную девушку, но после двух недель уговоров этого упорства с него достаточно. — Звезды сегодня на моей стороне. — довольно произносит Скарамуш, чтобы подойти за своей фотографией к той самой официантке. — Ваше фирменное блюдо и зелёный чай, пожалуйста. — он вновь оборачивается к Моне, крепко сжимая телефон. — И не забудь рисунок котика. — продолжая издеваться, он направляется к месту, что успел заметить ранее. Вечер складывается как нельзя лучше. Парень ведь предупреждал, что всегда добивается своего. По правилам заведения Мона не могла отказать гостю в просьбе сделать фото. Девушка прекрасно понимала, что предоставляет Скарамушу целую колоду для манипуляций, а эта фотография в ней – главный козырь. Скарамуш начал свой парад издевательств. Девушка приняла заказ и еле добралась до комнаты для персонала. Ноги предательски задрожали, на глаза навернулись слезы, и, если бы не подоспевшая вовремя Ноэлль, астролог бы окончательно сломалась. В панике прокручивая в голове варианты дальнейших действий, Мона невидящим взглядом уставилась в пол, полностью игнорируя происходящее вокруг. Из оцепенения ее вывел тихий, обеспокоенный голосок Ноэлль: — Ты в порядке? Проблемный гость, мне взять его обслуживание на себя? Заботливая девушка определенно старалась больше всех других официанток вместе взятых и была преданна делу, как никто иной. Иногда добротой Ноэлль бессовестно пользовались, но сейчас Мона чувствовала, что это ее и только ее противостояние. — Спасибо, Ноэлль, но в этом нет необходимости. Мне просто стало душно, а теперь я в полном порядке, — успокаивающе улыбнулась девушка, поднимаясь. Астролог гордо вышла из комнаты для персонала, продолжая обслуживание как ни в чем не бывало. Внешне она сохраняла полную невозмутимость, этому помогала героиня-Ноэлль, периодически бросающая обеспокоенные взгляды в ее сторону. Но в глубине души Мона чувствовала себя лисичкой в клетке. Наслаждаясь своим положением, Скарамуш через время просит принести ещё чая, сказать ему самые лучшие слова поддержки, успевает пожаловаться на девушку, которая так упорно отвергала его все это время, очевидно намекая на саму Мону. «Я ведь такой хороший, а она дура самая настоящая». Так можно описать его жалобы, с которыми собеседнице приходилось соглашаться. Он с удовольствием продолжил бы эти посиделки, сделав кассу заведению своими заказами и доставая Мону до самого закрытия. Скарамуш правда собирался так и поступить, но звонок на телефоне заставляет его прерваться. Однокурсник настаивает на встрече, а парень отвечает согласием. Сыну бизнес-партнера отказывать не стоит, даже если очень хочется. — Сдачи не нужно. — он оставляет деньги, поднимаясь со своего места. — На чаевые можешь заказать себе значок с надписью «Я девушка Скарамуша». — он говорит тише, дотрагиваясь до чужой руки, когда та тянется к наличным. Вернулся парень к тому же месту в точно указанное время, без проблем находя чёрный вход и одиноко стоящую на месте девушку. — Тот костюмчик шёл тебе больше. — вновь привычная ухмылка. — Но мы с ним что-нибудь сделаем, дорогая. - это слово он произносит особенно чётко, издеваясь. У Моны нет путей отступления, теперь она обязана согласиться на его авантюру. — Моя девушка не должна расхаживать в таком непотребном виде. Только если ты не решишь порадовать меня в частном порядке. *** Когда смена закончилась, и уставшие работники начали потихоньку расходиться, на дворе стояла глубокая ночь. Мона часто возвращалась домой одна и не чувствовала страха, но сейчас мурашки стройным рядом прошлись по позвоночнику, несмотря на то, что девушка уже переоделась в свою обычную одежду. Она знала, кого застанет у черного входа, хоть и до последнего надеялась, что это просто злая шутка, и парень все-таки оставит ее в покое. Сомнений в намерениях Скарамуша не оставалось, сыграть дурочку у Моны бы не получилось, поэтому она просто коротко спросила: — Почему именно я? — А почему нет? — Скарамуш вальяжно облокачивается о стену плечом, складывая руки на груди. – Ты непримечательная со своими тараканами в голове. Лишнего внимания не будет, но и вопросов с семьёй не возникнет. Ты — идеальный вариант для меня. Можешь не беспокоиться, надолго это не затянется. Получу свое наследство и разойдемся по-тихому. — парень усмехнулся. — К тому же, моя мать тоже считает себя просветленной. Вы отлично сойдетесь со своей верой в звезды. Так это все – не более, чем афера? Мона выдохнула: — А я уж было подумала, у тебя проснулся ко мне настоящий романтический интерес. Что ж, это в твоем духе. Девушка нисколько не удивилась и даже успокоилась. Раз других вариантов у Мегистус не оставалось, сыграть девушку Скарамуша у нее точно получится лучше, чем искать в себе силы полюбить его по-настоящему. А без любви своих идеальных отношений Мона не видела. Иначе точно не стала бы сбегать из дома, лишь услышав о договорном браке, а жила бы себе припеваючи с каким-нибудь из бизнес-партнеров отца. Но теперь ей снова придется вернуться в этот мир званых вечеров, фальшивых улыбок и поливания друг друга грязью за спиной. За что боролась, на то и напоролась. — Какие у меня гарантии? — Мона скрестила руки на груди. — А то вдруг ты придумал весь этот бред только чтобы подкатить ко мне. — Ты не в том положении, чтобы ставить условия. Да и, признаться, ты мне совершенно не интересна, — нарочно выделяя последние три слова, отчеканил Скарамуш. — Идём. Провожу тебя, заодно обсудим все детали. — отталкиваясь от стены, он направляется к выходу из переулка, в котором и располагался чёрный вход. Учить как себя вести в высшем обществе он не собирался, но каждая из ближайших встреч с его родителями должна пройти идеально. — В ближайшее время я договорюсь с отцом о совместном ужине, чтобы представить тебя своей семье. Надеюсь, не надо объяснять, что, если решишь меня подставить, это будет чревато. — парень прячет руки в карманы, держась уверенно, но продолжая недовольно хмуриться, если взгляд падает на кого-то, кто его не устраивает. С обществом его отношения никогда не складывались, а ночной город не просто не становился тише, наоборот, с каждым часом был все громче. — Сейчас точную дату не скажу, но нам все равно надо будет встретиться через пару дней, чтобы подобрать тебе соответствующую одежду, так что тогда и озвучу время и место. — Скарамуш вновь недовольно хмыкает, когда замечает какого-то пьяницу, несущегося на них с Моной. Мгновение потребовалось, чтобы взять девушку за локоть и увести в сторону, дабы избежать столкновения. — Придурок. — с ядом отзывается парень, смотря на шатающегося мужчину. — С твоей работой мы тоже что-нибудь придумаем. Не имею никакого желания объяснять отцу причину, по которой моя девушка работает в гадюшнике и называет каждого прохожего господином. Мона не хотела расставаться с работой, так как лишалась единственного способа заработка, да и не хотелось бросать подруг, но, по-видимому, других вариантов у нее не оставалось. Дальше до дома Мегистус будущая фейковая парочка дошла в абсолютной тишине. Даже не думая благодарить Скарамуша за то, что проводил, Мона коротко бросила: — До встречи, аферист. — До встречи, ведьма. — парировал Скарамуш.