Соседи

Рассвет, неторопливо пробираясь сквозь макушки деревьев, окутывал усыпанную пожухлой хвоей землю. Осенний лес проживал свой незатейливый, из года в год повторяющийся цикл — и не мешал ему в этом никакой апокалипсис. Но Диксонов природные красоты волновали мало — за последние сутки пути они успели два раза подраться, один раз помириться и так ни разу и не найти себе приемлемое укрытие. Дэрил плёлся за братом, задумчиво пялясь себе под ноги. За весь проделанный путь он точно понял — покинуть тюрьму и уйти с Мэрлом для него не означало хрестоматийного «выбрать семью». Скорее уж, променять одну семью на другую. Слишком сильно он привязался к группе, чтобы не утопать в сомнениях по поводу правильности собственного решения. Однако, подобные рассуждения смысла больше не имели — тюрьма осталась на много километров за спиной. Дэрил едва не врезался в спину брата, когда тот резко остановился. Мэрла привлек просвет между деревьями вдалеке — он вполне мог вести к какому-нибудь лесничему домику, а убежище хотя бы на ночь сейчас было бы очень кстати. Заросшая тропинка в итоге привела Диксонов к тому, чего они никак не ожидали увидеть посреди леса: — Ну нихрена ж себе, целый дворец! — изумленно осматривал представшее перед ними строение Мэрл. На небольшой поляне возвышался двухэтажный особняк, судя по характерному виду, построенный в начале прошлого века. Владельцы, похоже, забросили эту махину еще до апокалипсиса — опоры фундамента давно и стремительно разрушались, из-за чего по дому ползли вертикальные трещины, и был перекошен дверной проём. — Этого дворца нам надолго не хватит, — задумчиво протянул младший, оглядывая территорию. — Это ты по картам таро узнал? — Нет, придурок. Покрути башкой и поймешь, о чём я, — Дэрил закатил глаза, — Как думаешь, почему земля вокруг вязкая? — Дождь был не так давно, — сказанное показалось Мэрлу слишком очевидным, и он уже выдумывал, что ответить на грядущую издёвку. — Дождь был с неделю назад, а тут, в низине, до сих пор болото. Дому лет сто. Ещё пара ливней, и эта осень станет для него последней. Нет смысла обустраиваться тут дольше, чем на несколько дней. — И с каких это пор ты у нас заделался великим архитектором? Дэрил, проигнорировав насмешку брата, двинулся ко входу. Всё же лучших перспектив судьба могла и не предоставить в ближайшие дни, а отдохнуть определенно было необходимостью. Тяжелая деревянная дверь на удивление легко поддалась, и Дэрилу в нос тут же ударил запах старинной лакированной мебели. Он осторожно оглядел помещение и жестом позвал Мэрла за собой. Перед братьями предстала просторная гостиная с камином, возле которого стояло кресло с резным кофейным столиком, и напротив — массивный диван. Поодаль, у окна, громоздился белый рояль. Не считая сантиметрового слоя пыли, в доме было удивительно чисто — никаких разбросанных вещей или пятен крови. Похоже, что особняк, законсервировавшийся в массивах хвойного леса, очень давно не впускал в себя никаких гостей — ни живых, ни мёртвых. — Мусьё Диксон, чайку желаете? — Мэрл, уже успевший вальяжно расположиться в прикаминном кресле, закинул ноги на кофейный столик и вертел в руках старинную фарфоровую чашечку. Дэрилу на секунду даже стало неудобно, что стены этого дома, наверняка взрастившие ни одно поколение семьи каких-нибудь железнодорожных магнатов, теперь терпят издёвки от двух деревенщин. — Давай осмотримся, скинем вещи и на охоту, — Дэрил, не теряя бдительности, с отстраненным видом расхаживал по гостиной, — Уже не могу есть тушенку, хочу свежего мяса. — Да вы, мусьё, зажрались в своей тюрьме! — присвистнул Мэрл, вскакивая с кресла, — Второй этаж за мной. Обходя первый этаж, Дэрил очень удивился, не обнаружив входа для прислуги — исходя из познаний, полученных им из старых фильмов про богачей, такой вход непременно должен был быть. Ни живых, ни мёртвых в особняке тоже не обнаружилось, как и предполагал Дэрил — не могли бы они пройти, не нарушив таинственного покоя гостиной, от которой и тянулись коридоры во все другие комнаты. Братья решили оставить первичное обустройство дома на попозже — потребность в еде начинала ощущаться слишком уж остро. Немного отдохнув и скинув балласт в виде походных рюкзаков, они отправились прочесывать лес в поисках добычи. Заранее договорившись встретиться возле особняка, когда солнце будет в зените, они разделились, чтобы успеть исследовать большую часть площади. Спустя час Дэрил, наперевес с неудачливой куропаткой и целым «ожерельем» из подстреленных белок, возвращался к особняку. Он заметил брата, уже восседавшего на порожках. Тот медитативно вырезал на перилах ругательства маленьким ножичком. — Пока ты за своими белками гонялся, я нашёл настоящую добычу! — весело оскалился Мэрл. Дэрил немного оскорбился тем, что брат не замечал куропатку. — Лань выследил? — Ну можно и так сказать. Пойдём. Дэрил в замешательстве плёлся за братом, надеясь, что они идут смотреть не на последствия его очередной выходки. Тон у Мэрла был уж слишком заговорщическим. Всю дорогу колкие ветки неприятно хлестали по телу, но наконец-то лес расступился, открывая перед собой широкую, залитую солнцем поляну, на другом конце которой виднелся еще один особняк. Дэрил прищурился — забор вокруг особняка был укреплен, окна по первому этажу плотно заколочены. Кое-где выглядывали колья-ловушки, а на веранде, если присмотреться, можно было увидеть вещи, болтающиеся на бельевой веревке. Жилище не пустовало, это точно. — Пригнись! — вдруг Мэрл своей огромной ручищей вдавил младшего в кусты и присел следом. На пороге дома показался силуэт. — Вот, брат, лань, как и обещал, — похвастался Мэрл, рассматривая силуэт через оптический прицел снайперской винтовки, — На, взгляни поближе. Дэрил недоверчиво посмотрел в прицел. На веранде молодая девушка в обтягивающей майке развешивала вещи. — Как тебе наша соседушка? — посмеивался Мэрл, — Да и наш новый дом тоже? — Даже не думай, — тут же отрезал Дэрил. Он знал, что взывать к совести брата бесполезно, поэтому решил достучаться до прагматичной части его сознания, — Во-первых: она там явно не одна. Не могла баба весом в сорок килограмм всё это понастроить. Во-вторых: у неё наверняка с собой оружие. Если ты готов схватить пулю ради того, чтобы поближе посмотреть на титьки, то без меня. Дэрил положил винтовку на землю, аккуратно отступил с просматриваемого места обратно вглубь посадки и, не оборачиваясь, побрёл в сторону их временного жилища. Через пару секунд он, как и ожидал, услышал позади себя торопливые шаги. — Да расслабься ты, моралист хренов! Титьки и правда не стоят пули, — парировал Диксон-старший, — Но как-нибудь мы её точно навестим. Дэрил, решив, что спорить с братом сейчас бессмысленно, молча продолжил путь. *** Для Дайан развешивать свежевыстиранное белье было видом удовольствия, особенно в такой на редкость солнечный осенний день. Запах стирального порошка, добытого ей на одной из вылазок, перемешивался с густыми ароматами хвойного леса, и этот маленький бытовой ритуал ненадолго возвращал её в доапокалептический уклад жизни. Вдруг она заметила шевеление на другом конце опушки и, расценив это очередным блудившим ходячим, продолжила своё дело. Но этим утром всё пошло не так, как обычно. Отблеск. Реакция заставила Дайан сразу же посмотреть в ту сторону. В кустах мелькнуло нечто, напоминающее винтовку, линза которой как раз могла привлечь внимание характерным отблеском. Дайан оцепенела. Инстинкты сигнализировали упасть в пол и закрыть голову руками, но интуиция, к которой она привыкла прислушиваться, буквально кричала ей, что резкие движение могут стать непростительной ошибкой. Так прошла бесконечная минута. «Спокойно. Хотели бы застрелить, уже застрелили бы. Наблюдают» — мысли болезненно отстукивали в её голове, и она, стараясь ничем не выдать себя, ватными руками продолжила развешивать вещи. Периферийное зрение перестало улавлививать что-либо необычное. Дайан, тяжело дыша, наконец зашла в дом, захлопнула за собой дверь и сползла по стене. Обхватив голову руками, она лихорадочно рассуждала, почему не схватила пулю. «Либо боятся, что я не одна, либо я нужна им живой» — зачем может потребоваться живая девушка, Дайан, конечно, понимала, но постаралась выкинуть из головы мерзкие картины, которые старательно вырисовывало для неё воображение. «А теперь возьми себя в руки и приготовься встречать гостей» — Дайан, с трудом уняв дрожь в коленях, подскочила с пола, закрыла плотным засовом дверь, достала пистолет из поясной кобуры и взлетела по лестнице на второй этаж. Она легла за перила лестничной площадки. Это была позиция, заранее предусмотренная ей на случай нападения на дом — отсюда отлично просматривался как главный вход, так и коридор, ведущий от черного входа в гостиную. Мысленно она похвалила себя за то, что сохранила самообладание, стоя на веранде, и не дала понять незваным гостям, что уже готова к их приходу. Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как она настойчиво держалась своей оборонительной позиции. Судя по тому, как сильно затекло тело, казалось, несколько часов. Моральное напряжение спадало, а «незваные гости» постепенно вытеснялись другими догадками. «Наверное, всего лишь ходячий в каких-нибудь дурацких блестящих бусах, а твоё воображение нарисовало целого снайпера. Лежишь тут, как идиотка, битый час. Давно бы уже напали, если бы было, кому» — злость на саму себя понемногу приводила девушку в чувства. Она осторожно поднялась с пола, размяла забившиеся ноги и спустилась на первый этаж, все еще не спешив прятать оружие в кобуру — беспокойство никак не покидало сознание. Немного поколебавшись, Дайан решила немедленно пойти и осмотреть место утреннего происшествия. Девушка знала, что больше не сможет чувствовать себя в безопастности, а убегать в оборону от каждого шороха — сомнительная перспектива. Дайан стремительно добиралась до ориентира по каемке поляны, двигаясь короткими перебежками. Из-за всплеска адреналина каждый встреченный на пути ходячий воспринимался угрозой в два раза острее. Наконец она дошла до приметного просвета, в котором, как ей казалось, и было утреннее затаившееся нечто. Дайан опустила голову и мгновенно оцепенела от страха. Следы. Но не просто следы очередных мертвяков. Не нужно быть гениальным следопытом, чтобы отличить следы живых от следов ходячих. Ходячие волокли свои конечности сумбурно, но здесь же — четко просматривались две пары ботинок, осознанно пришедших и ушедших вглубь леса. На дрожащих ногах Дайан аккуратно двигалась обратно к укрытию, но тут неконтролируемый страх все-таки взял верх: уже через секунду, психологически не выдержав медленного темпа, она понеслась сломя голову. И не по краю поляны, а напролом к дому, засветившись разом перед всеми потенциальными опасностями. Ей очень давно не приходилось действовать так глупо, но обострившиеся инстинкты не оставляли шансов выбирать логичные решения. Внеплановая пробежка немного привела Дайан в чувства, и она, рывком захлопнув за собой калитку, осторожно осмотрелась на предмет наличия чужих следов на входах в особняк. Облегченно выдохнула, ничего не обнаружив. Дайан вбежала в прихожую и вдруг замерла на месте, нехотя принимая новую реальность — дом небезопасен, и скоро сюда придут. На всякий случай осматривая комнаты и частично вернув холодный рассудок, Дайан корила себя за то, что трусливо засела в бесполезную засаду в глубине дома, вместо того, чтобы незаметно проследить за территорией из окон. За время, пока она держала на мушке дверь, незнакомцы могли запросто сменить локацию и продолжить наблюдать за домом с другой точки. «Раз до сих пор себя не проявили, скорее всего, ждут темноты, — рассуждала она, — Хотя, если они видели бегущую через всю поляну идиотку, могут не побояться явиться и раньше» Главным опасением для Дайан было то, что незнакомцев может быть больше, чем кажется на первый взгляд — «две пары ботинок» могли оставить всего лишь разведчики. Тем не менее, вариант внеплановой капитуляции из дома Дайан сразу же отсеяла. Ходячие, по её наблюдениям, подобно животным «мигрировали» осенью целыми стадами. Отказываться сейчас от своей «крепости» так или иначе было бы самоубийством. Да и слишком уж непосильным трудом досталось ей это жилище, чтобы уступить его потенциально опасным визитёрам. Дайан в одиночку расчистила огромную усадьбу, несколько недель восстанавливала и укрепляла забор, рисковала жизнью в долгих вылазках за провизией, которой в доме теперь было на долгое время вперед, и даже вырастила маленький огород на заднем дворике. Завалить группу незнакомцев однозначно было бы проще, чем искать и обустраивать себе новый дом в разгар осеннего марша мертвецов. Особенно, если грамотно подготовиться к нападению. Злость никогда не служила для Дайан разрушительным чувством, скорее напротив — придавала сил. Вот и сейчас девушка, проклиная судьбу за такое внезапное издевательство, собрала волю в кулак и уже воплощала в жизнь опрометчивый план по обороне дома. Вечерело. Всю работу внутри особняка Дайан успела проделать дотемна. Теперь, когда двор спрятался в густых сумерках, она, нервно оглядывалась, наспех выстраивала ловушки на улице. Подпиливая ступеньки на веранде, Дайан почувствовала себя Кевином из «Один дома» и, нервно хихикнув от собственного сравнения, продолжила. «Ну приходите, суки. Посмотрим, кто кого» *** — Нам не стоит оставаться здесь дольше, чем на ночь, — процедил Дэрил, не поднимая взгляда на брата. Диксоны уже успели первично обезопасить своё временное убежище — старым тряпьём были плотно завешены окна, входная дверь забаррикадирована дубовым шкафом. Они устроились в гостиной: Мэрл по-хозяйски развалился на диване, Дэрил, никак не выпуская из рук арбалет, сидел в кресле напротив. — Ты всё беспокоишься, что я соседку нашу оприходую? — Мэрл бросил в стену пустую банку из-под тушенки, и она, отлетев, поскакала в коридор по деревянным дощечкам пола, весело позвенькивая. — Я не за неё боюсь. Неизвестно, сколько людей в том доме, кто они, и что будет, если мы останемся жить здесь, и однажды пересечемся с ними в лесу. — Да и наш лоховской сарай, который, как ты сказал, скоро смоет, тоже того не стоит, — задумчиво протянул Диксон-старший. Тут Дэрил насторожился. Мысль однозначно здравая, но спорить для Мэрла было чем-то вроде хобби, и он, даже понимая свою неправоту, всегда пытался хотя бы измотать оппонента морально. Слишком уж легко на этот раз он согласился. — Ладно, сестричка, спокойной ночи. Как доделаешь уроки, чисть зубки и баиньки, — Мэрл, потягиваясь, отвернулся к спинке дивана. «Ясно, ложиться нельзя. Иначе этот придурок воспользуется моментом и попрётся в гости к соседям», — обреченно подумал Дэрил, морально готовясь всю ночь буравить взглядом облупленные стены их сомнительного убежища. Но усталость постепенно брала своё. Спустя пару часов Дэрилу казалось, будто его веки наливаются свинцом. Он с силой, до боли массировал виски, но сознание уже начинало вырисовывать перед глазами сладко-бредовые картины снов. Дэрил вздергивал всё время норовившую опуститься голову. Но все-таки упустил момент. Ему показалось, что он выключился буквально на минуту, но когда он поднял голову — увидел напротив себя пустой диван. Дэрил вскочил и окликнул брата, скорее условно. За секунду миновав пространство гостиной, Дэрил распахнул входную дверь, возле которой баррикады в виде шкафа уже не было — иначе Мэрл выйти бы не смог. Зато была леска консервных банок, болтающаяся на веранде. Её Мэрл предусмотрительно натянул, видимо, чтобы спящий брат в случае чего мог услышать ходячих. — Какой же, сука, заботливый! — вслух выпалил Дэрил, вскинул арбалет и устремился в непроглядную ночную темень.