Прости, принцесса

      «Почему я тут оказался?»       Минги стоит на балконе двухэтажного дома, оперевшись на перила, и усиленно размышляет о чём-то своём, пока по ту сторону двери во всю играет музыка и десятки незнакомых ему людей танцуют, выпивают и просто хорошо проводят время.       Минги скучно, он никого здесь не знает, а тот единственный человек который ему знаком, сейчас, вероятно, кувыркается в постели со своей очередной пассией и думать забыл о лучшем друге, именно поэтому он стоит тут один.       В этом коротком одиночестве он не находит ничего лучше, чем просто закурить, смотря в спокойное ночное небо. Парень достаёт из потайного кармана джинсовки уже открытую пачку и, ловко подцепив пальцами очередную сигарету, блуждает по карманам в поисках зажигалки, найдя её, поджигает никотиновую палочку во рту и предусмотрительно закрывает свободной рукой пламя от ночного ветра.       Уже после первой затяжки табачный дым заполняет лёгкие и остаётся на кончике языка неприятной но успокаивающей горечью. В голове лишь мысли о том, что Юнхо не понравится то, что младший снова курит, но сейчас на это было плевать.       Минги сам не понимает — почему в очередной раз поддался уговорам старшего и пошёл на эту чёртову вечеринку, почему не отказал, сославшись на плохое самочувствие, ведь снова его променяли на одноразовый секс и оставили на произвол судьбы.       Юнхо каждый раз спрашивает, почему Сон не подцепит и себе кого-нибудь на ночку, но каждый раз упускает из виду поникший взгляд лучшего друга и слышит в ответ лишь монотонное «не хочу», в мыслях которого «не хочу никого кроме тебя». Да, слащаво, да, банально, но это правда жизни Сон Минги.       Он бесповоротно и абсолютно влюблён в своего лучшего друга.       В человека, которого он знает с самых пелёнок и которому доверяет больше всего на свете, но так и не может признаться не только в своей влюблённости, но и в ориентации. Минги ненавидит себя за то, что скрывает настолько важный факт о себе от Юнхо, но по-другому не может. Страдать от безответной любви легче, чем потерять лучшего друга навсегда.       Почему Сон уверен, что любовь безответная? Всё очень просто и до ужаса банально. Юнхо абсолютный натурал и мало того, имеет маломальские гомофобные замашки. Больно? Да. Сильно? Да. Терпимо? Тоже да. Минги привык.       Парень понял, что чувствует к своему другу нечто большее не так давно: года два назад, когда только вышедший из душа Чон стал вызывать совсем неприличные мысли, а рассказы о новых пассиях стали пробуждать ревность. Тогда же пришло и понимание своей ориентации. Сон не стал отнекиваться и обманывать себя, ему было легче просто принять её, но куда сложнее было рассказать всё своему лучшему другу. Сейчас им по двадцать три и мысль о том, что влечение к Юнхо мимолётно и быстро пройдёт, уже не может быть правдой.       Юнхо очень хороший друг, всегда поддержит и поможет, окажется рядом в нужный момент и никогда ни за что не осудит. Они с Минги словно родственные души: одинаковое мышление, чувство юмора и жизненные принципы. На самом деле, со стороны эти двое похожи на парочку, и если для Минги это слышать приятно, то Юнхо всегда воспринимает эти слова в штыки и переводит всё в шутку. Сон не понимает такой реакции друга, ведь всегда ему казалось, что Чон широких взглядов и не станет вести себя как консервативный придурок, но похоже ошибался. И это не может не расстраивать, ведь младший думал, что знает своего лучшего друга на все сто, а от осознания обратного становится сильно не по себе.       Минги не замечает как сигарета в руке уже почти дотлевает, поэтому, сделав последнюю затяжку и выкинув окурок в банку рядом, парень тянется за новой порцией горечи, смешанной с успокоением. Клубы белого сигаретного дыма вновь заполняют собой всё вокруг. Парень поднимает глаза на чёрное ночное небо и всматривается в мириады звёзд, пытаясь взглядом выцепить хотя бы одно известное ему созвездие.       — Ты снова куришь? — внезапно раздаётся за спиной.       — Юнхо, прошу, не начинай, — Минги даже оборачиваться не нужно, чтобы понять, кто стоит за его спиной.       — Это я ещё не начинал, Сон Минги, — голос настолько строг, что вызывает мурашки. Юнхо зол, действительно зол. Он облокачивается на те же перила, заглядывая прямо в глаза другу. — Ты до сих пор не понимаешь — почему я это говорю?       — Юнхо, не включай мамочку, пожалуйста. Может ещё накажешь меня? — Минги говорит это не задумываясь, но как только смысл сказанных слов до него доходит, то кончики его ушей начинают краснеть.       — Честное слово, ещё раз я увижу тебя с сигаретой, и я правда тебя выпорю, Сон Минги.       Оу. Минги на самом деле хочет этого, и от осознания уши уже становятся краснее помидора. Парень незаметно для старшего касается своего уха и понимает, что оно буквально горит.       — Ладно-ладно, смотри — я её затушил. Видишь? — и действительно, Сон бросает сигарету под ноги, топчет напоследок, чтобы затушить окончательно. Жаль конечно, всего пару затяжек успел сделать, но не хочется расстраивать друга.       — Ги, я же о тебе забочусь. Что плохого в том, что я не хочу, чтобы мой лучший друг умер от рака лёгких или горла? — Минги впервые за это время смотрит на друга и видит в его глазах искренние переживания.       — Прости конечно, но ты сам виноват! Почему ты не предупредил меня, когда уходил? Я обыскался и прошагал весь этот долбанный дом, — Сон дует губы и обижается совсем по-детски, и это не может не очаровывать. Юнхо приобнимает друга за плечи в знак извинения.       — Прости, принцесса, я немного увлёкся, я не хотел вынуждать тебя волноваться.       Вау.       Юнхо зовёт так друга уже давно, но каждый раз это выбивает землю из-под ног Минги. Сон слышит это в свой адрес достаточно часто и до сих пор ни разу не спросил у старшего, почему именно "принцесса", но разве это важно, когда простое прозвище из уст друга заставляет чувствовать мурашки по всему телу?       Младший полностью поворачивается корпусом к Чону и уже полноценно обнимает старшего. Для них это нормально: обниматься, постоянно липнуть друг к другу и иногда даже в шутку ходить под ручку.       — Юю, пойдём уже домой, я очень хочу есть и спать, — на самом деле Сону уже просто невыносимо здесь находиться и уйти домой хочется сильно.       — Ги, от тебя несёт сигаретами, — старший морщит нос и немного отстраняется, но берёт за руку. — Ладно, пошли домой, я тоже уже порядком вымотался.       «Знаю я от чего ты вымотался».       Обиженно думает Минги, но вслух не говорит, не хочет снова поднимать не очень приятную для себя тему. Очевидно, никому не будет по душе слышать от человека, который нравится, рассказ о том, какую фигуристую девчонку он выцепил сегодня и какой хороший секс у них был.       Не расцепляя рук, оба друга пробираются через толпу и, попрощавшись с хозяином вечеринки, наконец выходят из душного здания. Юнхо любезно вызывает такси, и уже через пару минут машина оказывается у ворот дома. Парни садятся в неё, и Юнхо называет адрес, пока Минги клюя носом устраивает свою голову на плече друга.       Ехать до дома примерно двадцать минут, и всё это время в машине полная тишина, только еле слышно из колонок играет отдалённо знакомое инди. Минги уже крепко уснул, а Юнхо просто погружается в свои мысли.       На самом деле, Чона беспокоит не только то, что его младший курит, но и то, что в последнее время Сон стал закрываться от него и, кажется, чего-то недоговаривал.       У них никогда не было секретов друг от друга и поэтому, это не может не настораживать. Юнхо прокручивает в голове последние пару лет их общения и пытается понять — в какой именно момент Минги вдруг стал от него что-то скрывать. Чон уже успевает надумать многое, но понимает, что, сколько бы он ни думал, правильнее всего и легче, будет спросить напрямую у Сона. Да, возможно тот сразу ему на блюдечке всё не выложит, но Юнхо хотя бы попытается.       Старший переводит на друга немного грустный взгляд и обещает себе вернуть вечно улыбающегося Ги, у которого даже в мыслях не будет скрывать что-то от лучшего друга.       «Прости, принцесса, что не замечаю чего-то важного».