А я по призракам!

-Слав, ты Маху сегодня видел? Она просто сногсшибательна! Дима пошловато улыбнулся, вытирая рот рукавом рубашки. Сейчас ему хотелось трахнуть эту горяченькую мадам, которая кокетливо улыбалась ему, сидя за соседним столиком и весело, будто специально, прикрывая пальчиками самые интересные места. Но это можно не считать проблемой. Ведь как только наступает ночь, эта малышка с удовольствием раздвигает ножки и открывает ротик перед любой свободной ширинкой. Слава пожал плечами, допивая сок, оставшийся на донышке, и поднялся со стола. Крошки, что до этого покоились на его свободных штанах, полетели вниз, встречаясь с полом. Стул со скрипом отодвинулся от стола, привлекая внимание группки за соседним столиком. Слава бросил уничтожающий взгляд в их сторону и дружески хлопнул Диму по плечу, выводя из столовой. -Так, давай уясним одну вещь. Если ты сохнешь по какой-то мадам, ты это не говоришь налево и направо. Хорошо? У нас в школе очень много идиотов, мечтающих подколоть кого-нибудь повыше статусом. Договорились? Дима только отмахнулся, открывая дверь, ведущую на крышу. В лицо хлынул прохладный воздух и оба парня расплылись в улыбках, шустро поднимаясь по лестнице. Вдали уже замерцало окошко света и наконец они вышли наверх, оглядывая привычный пейзаж. Деревья тянули свои макушки к солнцу, еле заметно качаясь на ветру. Тихо скрипели качели под весом учеников. Взрывы хохота исчезали так же резко, как появлялись. В этой школе всегда было так уютно на переменах. Никто не спешил драться с первым попавшимся или матюкаться налево и направо. Мир и покой царили тут, чему ужасно сильно радовались не только директор и завуч, но и родители учеников. -Нудный ты, Слава. Если я приглашу тебя на ночёвку, ты скажешь «Если у тебя есть дом, не надо светить им налево и направо»? Юноша пожал плечами на заявление друга и растрепал свои русые волосы, которые и так уже потеряли приличный вид пару минут назад, когда с ними «замутил» ветер. Все бы ничего, но этот рай подошел к концу и уши учеников заглушила громко вопящая сирена. Сирена, оповещающая о том, что что-то случилось. Парни рванули к двери, но та уже захлопнулась, не впуская мальчиков внутрь. Дима еще раз рванул ручку и скатился по стене вниз, поджимая под себя ноги. Ветер все еще играл с его волосами, иногда закидывая прядь волос прямо ему в лицо. Дима фыркал, сдувая эту прядь обратно на место. Славе это казалось забавным и немного милым. Хотя, чего таить? Ему все в Диме казалось забавным и милым. То, что он сохнет чуть ли не по каждой девчонке, его привычка вытирать чистый рот рукавом от рубашки, громкий чих, от которого он в последующие несколько минут ходит, шатаясь… В Диме абсолютно все было идеально. И хоть в учебе ему было далеко до первого места, он исправно ходил на уроки. Ведь никто не запрещал делать самолетики и кидать их в девчонок с целью пригласить кого-то потрахаться или выпросить интимку. О похождениях почти всех учениц этого класса учителя все еще не знали и парни делали все, чтобы эта информация не достигла чужих ушей. Даже Дима. Немного забывчивый, постоянно веселящийся парень с темными волосами и невысоко роста фигурой, он был идеальным трахачом. И об этом знали все. Не только девушки, но и парни. Чему Дима несказанно был рад, постоянно ловя завистливые взгляды или весело пожимая руку очередному «изнасильщику», который тоже думал, что он пуп траха. Так что же такого случилось в школе, что дверь внутрь была заперта? Все просто, один старшеклассник решил прикольнуться перед тем, как переезжает в другой город. Такой «прощальный подарок», видите ли. Все в школе знали, что у них есть кнопка «бункер». Все двери и окна автоматически захлопываются, не предоставляя возможности находящимся снаружи даже посмотреть, что же происходит внутри. И сейчас такая участь постигла Диму и Славу. Один из них все еще сидел на сырой земле, расчленяя листочек, пока другой мерил шагами крышу, оглядываясь в поисках помощи. -Точно! На улице же кто-то был! Блондин подошел к краю, перевешиваясь через перила и громко закричал, призывая учеников внизу задрать голову. Группа школьниц приветственно помахали парню и вновь опустили головы, весело щебеча. Пару парней, которые незаметно вылезли из под кустов, быстрее затаскивая в карманы брюк сигареты, тоже заметили Славу. И внимательно смотрели на него на протяжении 2-3 минут. Потом один из них достал мобильник, что-то быстро печатая. О черт, реально? Но ожидания не оправдались. Славин мобильник весело завибрировал в кармане. Новое уведомление Брат, ты как там оказался? Не можешь спуститься? Я бы мог позвать помощи, но все учителя в школе. Если ты один, попробуй пролететь по балкам, которые прикреплены к балкону на крыше. Я как-то пытался, там возможно. Слава привстал на цыпочках, рассматривая идущие вниз трубы. В некоторых местах они были потерты, что означало, что тут уже кто-то побывал. Парень облегченно вздохнул. Его не обманули, тут реально есть выход. --Дим, я знаю, как нам с тобой выбраться отсюда. Брюнет поднял голову, сонно протирая глаза. За это время он уже успел заснуть, из-за чего сейчас хрустел спиной, корчась от боли. Не лучшую позу для сна он выбрал. -И как же? -Лазить по трубам умеешь? Нам тут подсказали кой-че, - Слава вновь свесился через перила, дотрагиваясь до трубы. Холодная. Через каждый метр расположены балки, на которые можно наступить. Внизу только трава. Прекрасно, у них все должно получиться. -Ох… Ну, давай попробуем. Дима подошел к другу, так же внимательно изучая их спасительную лестницу. Ах да, лестница. Можно же было спуститься по ней, если бы накануне один молодой человек не уронил ее на себя, переломав там все, что возможно. Первым закинул ногу Слава, нащупывая внизу место, куда можно было поставить ногу. Он медленно опустился вниз, крепко держась за трубу, приседая на корточки. Теперь нужно было найти еще одно. Есть! Теперь Слава был уже на 2 метра ниже крыши. Медленно находя очередные выступы, через пару минут он достиг наконец земли, громко выкрикивая имя друга. С крыши высунулся Дима с перекосившим от боли лицом. Он махнул рукой парню и скрылся на крыше. Несколько минут ничего не было слышно, пока тишину не нарушил веселый трезвон мобильника. Еще одно новое сообщение. Новое уведомление Мне плохо, Слава. Я не смогу спуститься вниз, руки дрожат. И ноги тоже. Если попробую, полечу и поцелуюсь с землей. Постарайся, пожалуйста, связаться с кем-то, чтобы мне открыли дверь. У меня снова приступ. Голова кружится и уже начинает тошнить. Нет, уже стошнило. Юноша запустил пятерню в волосы, двигаясь по направлению ко входу в школу. Все, кто был на улице, должны были сюда подойти. Значит, у них можно попросить позвонить учителям. Вот дурак, говорили же ему сохранять контакты учителей. Рядом со входом и вправду было много ребят, но ни у кого не нашелся номер телефона хотя бы одного учителя. Уже на протяжении 30 минут Слава сидел рядом с дверью, потягивая прохладный напиток, которым его угостила какая-то девушка. Скоро должны были отворить двери. Откуда они это знают? Да недавно сюда прибежал еще один старшеклассник, показывая всем переписку с учителем. Слава попросил его написать, что на крыше ученик. Марья Ивановна, мы не можем попасть внутрь. Да, я знаю. Сейчас пытаемся открыть двери. Скажи, чтобы все подошли к главному входу. Скоро будет готово. Мы и так тут все. Кто-то сказал, что на крыше ученик. Когда сможем туда попасть? Не шутите? Нет. Вход на крышу займет немного больше времени, придется подождать. Сколько примерно? Минут сорок. Здравствуйте, это Слава. Не могли бы вы тогда сначала открыть дверь на крышу? Там находится мой друг. У него сейчас приступ и ему плохо. Его поскорей нужно отвезти к медсестре. Прости, не можем. Сначала нужно открыть входную дверь. Но я отправила туда пару учителей, они сейчас попробуют открыть лестницу. Осталось еще 25 минут после того, как она отправила это сообщение. Слава молил всех богов, которых знал, чтобы они справились хотя бы немного быстрее. Открыв чат с Димой, он быстро нажал на кнопку звонка, слушая продолжительные гудки. На том конце провода никто не отвечал. Ты как? Сказали, что уже через 25 минут все будет готово. Потерпи, пожалуйста. Сообщение дошло и появились две галочки. Но они все еще не окрасились в синий цвет. Никто не прочитал. Дверь наконец открылась, впуская школьников внутрь. Отвратительный скрип заглушил громкие крики ребят и веселый хохот других, которые все это время были внутри. Слава подошел к учителям, тихо переговариваясь с ними. Диму вытащили, но он сейчас без сознания. Сюда едет скорая помощь. Не очень хороший расклад, но его хотя бы вытащили. И скоро будет оказана помощь. Прекрасно. Аппараты пикали, в комнате воняло лекарствами. Рядом с другом копошились трое врачей, постоянно что-то протягивая друг другу. Дима так и не открыл глаза, даже не дернулся. Не было никаких признаков жизни, только аппарат, показывающий еле заметные толчки сердца. До боли сжав руки в кулаки, Слава поднялся, выходя из палаты. Белый цвет давил на него, мешая мыслям распутываться. В голове была каша, неразбериха. Скорую помощь пришлось ждать гребанных полчаса. Это слишком долго. Кажись, его уже не спасти. На этаж забежала женщина, сжимая в руках листочек с цифрой «128 комната». Через пару секунд взгляд прояснился и юноша узнал в ней маму Димы. Быстрыми шагами направляясь к ней, он окликнул даму, приветственно подняв руку. Та в ответ кивнула, идя навстречу юноше. -Так что случилось? Женщина поправила сползающую сумку и уставилась на Славу, что сейчас был единственным живым существом, не включая Диму, который мог все объяснить. Хотя, кто сказал, что он мог? Но объяснять все же нужно было. -Нас заперли на крыше. Кто-то умудрился включить «бункер». Пока я спускался, у Димы начался приступ. Минут сорок ему вскрывали дверь. Тогда уже он был без сознания. Потом полчаса ждали скорую помощь. Наступила тишина, поглощая каждого в свои мысли. Только размеренное пиликанье прибора нарушало эту толстую корочку. Пока… резко все стихло. Аппарат больше не пищал. Слава вздрогнул, медленно поворачивая лицо к экрану. Руки задрожали, роняя телефон. Мобильник с глухим стуком упал на пол, от чего оба вздрогнули. Аппарат не пищал…. Сердце не стучало… Дима умер. В палату ворвались врачи и медсестры, носясь возле умершего. Они все еще пытались что-то сделать, но знали, что уже ничего не получится. Он умер и больше не будет жить. Слава, будто во сне, поднялся со стула и вышел, в последний раз взглянув на лицо матери Димы. Вряд он сможет ее еще видеть. Для него это слишком сильный удар. А он же, черт возьми, влюбился. Влюбился в того, кто умер. В дверь постучали. Потом еще раз. И еще раз. И так очень, очень долго. Слава вздохнул и отворил дверь, внимательно смотря на мальчугана, раскачивающегося на пороге его дома. -Слушаю тебя. -Приглашаю Вас на 40 дней после смерти Дмитрия Кириллова! Сегодня, ровно в 2 часа дня ждем вас в ресторане «Последний путь»! Он весело повернулся на одной ноге и убежал в неизвестном направлении, оставив на пороге маленькую коробочку. Слава с кряхтением поднял ее, переворачивая в своей руке. Не очень то она вселяла доверие. Дверь скрипнула, Слава исчез в глубине дома. Коробка уже валялась в мусорке, пока парень внимательно рассматривал содержимое, закидывая в себя очередную чипсину. Кухня пропахла специями и чем-то старым, сгнившим. -И как мне это понимать? Он отложил старую тетрадь, вертя в руках красивый браслет, украшенный камушками причудливых форм. Каждую из них он помнил. Каждому из них принадлежала отдельная история. Самый большой камушек привлекал соответственно само много внимания. Он был расписан яркими, все еще детскими, но уже такими далекими рисунками. Размером с ¼ ладошки, он вмещал в себя и двух маленьких мальчиков, и полянку, и домик. Проведя по рыхлой верхушке пальцем, он отложил столь дорогой подарок, возвращаясь к тетради. Вся она была исписана мелким шрифтом Славы и крупным, неразборчивым – Димы. Севгодня гуляли в лесу! Я нашоел ежа! Было так веселао! Слава споткнулся и упал в мокрую грязную лужу! В каждом предложении было сотни ошибок, режущих глаз. Но все равно это был Дима –его лучший друг детства и первый человек, в которого он влюбился. Следом шла история Славы Сегодня гулял в лесу. Дима увязался за мной. Он нашел ежа, а по дороге домой ныл, что еж плохой. Потому что хотел его погладить. Но я добрый, аккуратно взял ежа в перчатки и положил Диме в кровать. У него аж слезы навернулись от счастья! СЛАВА УЖАСТНЫЙ. ОН ПОДЛОЖИЛ МНЕ ЕЖА. Я УКАОЛОЛСЯ И ЗАВДТРА МЕНЯ НЕ ПУСТЯТ ГУЛЯТЬ ИЗЗА ТОГО ЧТО У МЕНЯ ТИЕПЕРЬ РАНКИ! Последняя запись рассмешила Славу и он наконец поднялся, отряхивая крошки с кофты. Шел первый час дня. Оставался еще час на укладку и дорогу до ресторана. Еще нужно было приготовить какой-то подарок… Может, лучше не пойти? Он лучше сходит на могилу. Давно ее не навещал. Кивнув своим мыслям, юноша приложил волосы пятерней и вышел из квартиры, щелкая замком. Ветер весело поигрывал с волосами парня, иногда всовывая ему то веточку, то листик. Слава не против. Все равно сейчас будет на кладбище. Усевшись на влажную траву, Слава уставился на мраморный гробик с аккуратно высеченным именем «Дмитрий» и подписью «кРуТоЙ» Подпись они придумали еще в детстве, когда узнали, что люди умирают и их хоронят. Узнали, когда у Славы погиб отец. Они пообещали друг другу, что у каждого будет такая надпись. У Димы – «кРуТоЙ», а Слава украсит свой гроб подписью «КрУтОй» Будучи пятилетним малышом, он не мог переварить того, что его любимого папы нету. То, что он больше никогда не купит ему шоколадку, не заберет с дополнительных, не поведет в развлекательный центр… Ничего этого не будет. Будет только холод и одинокая, грустная мать. Мама сильно любила отца, дорожила им. Это все было ответно. Счастливый брак. Сын. Все это было прекрасно. Но не долго. После смерти отца мама держалась изо всех сил, чтобы не начать пить. Она не хотела подвести собственного сына, упасть у него на глазах. И у нее получилось. С того дня минуло уже 11 лет, мама так и не пьет, работает нянькой и все еще не вышла замуж. Она верит, что больше не полюбит никого. Верность, о которой мечтает больше половины жителей. Ветер вновь разыгрался, опрокидывая на парня ворох гнилых листьев. Холодок пробрался в ворот кофты. Кто-то медленно прополз по телу, от чего кожа в том месте покрылась мурашками. Но Слава не вытащил эту гадость, продолжая пялиться на надпись. -Знаешь… а ты мне нравился. Я тебе говорил? Ответа нету, что ожидаемо. Ведь он умер, а мертвые не разговаривают. Одинокая слеза медленно скатилась по его щеке, исчезая за шиворотом. Больше месяца он прожил в одиночестве, боясь выходить на улицу. Его окутывала пелена страха сразу же, как только он ступал за порог дома. Неизвестно, почему. Но просто страшно. Вновь разыгрался ветер, опрокидывая новую порцию листьев на Славу. Только в этот раз они так же быстро и спали, будто чья-то ледяная рука скинула их. Холодок пробежал по щеке и волосам. Листья медленно спикировали на землю, а рядом с ухом раздалось хихиканье. Знакомое. Чертовски знакомое. -Нравлюсь? Ничего поинтересней придумать не мог? На надгробной плите сидел Дима, весело болтая ногами в воздухе. Его улыбка была такой же, как при жизни. Слава вскрикнул, отталкиваясь ногами от холодной земли отлетая на два метра назад. Вместе с Димой, который, матюкаясь, полетел на него и конечно же прошел насквозь. Но маты все равно были прекрасно слышны. -Какого.. черта? Дима? -Не-а, Маша. Щас раздвину ножки и буду ебать тебе мозги, чтобы ты выебал меня. Это точно Дима. Юноша поднялся, отряхиваясь от листьев и с интересом стал разглядывать чудо призрачное. -Чего лупимся? Ладно, я пошеееел. Дима сделал шаг, второй.. третий… и весело полетел обратно к Славе. Вновь в сопровождении матов. -Какого черта? Слава, ты че, блять, сделал? В ответ русоволосый непонимающе пожал плечами, делая несколько шагов назад. И снова Дима полетел. -Птичка ты моя ненаглядная, ты кажись от меня далеко уходить не можешь. -Ага, конечно. Вновь Слава пожал плечами, пару раз хрустнув пальцами и весело улыбнулся, рассматривая дорожку, ведущую к выходу из кладбища. -Блять, Слава… что ты задумал? -Ничего! Громкий смех раскатился по мрачному, молчаливому кладбищу и блондин побежал по дороге, слушая крики своего лучшего друга, летящего за ним. -ДА БЛЯТЬ! ПОМОГИТЕ! НАХУЙ, СЛАВА! Я ТЕБЯ УБЬЮ! АААА, Я ЛЕТАЮ, МАТЬ ТВОЮ! ГОЛУБЬ! Я ГОЛУБЬ! СУКА, ЩАС МОЗГИ ВЫШИБЕШЬ! АААААААААААААААААААААААААА