Возвращение утерянной свободы

Более, чем двухметровый скайзерновец Джодах, холодный и спокойный бог уже второй раз паникует перед ним. Его страх за мультивселенную или перед Смотрящим столь велик, что в попытке придумать хоть что-то, ангел Смерти теряет образ невероятно умного бывшего антагониста, который всегда продумывает все шаги наперёд и даже в самых неожиданных ситуациях умеет думать на ходу, приходя к разумной мысли. Но не сейчас. Сейчас он безумен. И как настоящий идиот в какой-то момент действительно поверил, что убийство причины временного парадокса и единственного человека, способного вернуть всё на круги своя – хорошая идея и всё действительно встанет на свои места. Совершенно забыв, что сотворить он это надумал в нынешнее время, в нынешней реальности, когда процесс уже запущен. Возможно, именно осознание этого помогло ему отказаться от своей задумки. И сейчас он извиняется перед мироходцем, благодаря которому он и получил силу, которой и заварил эту кашу. Извиняется, а тот стоит. Лишь два шага назад сделал, когда в руках скайзерновца появилось копьё. Стоит и смотрит. Не на лицо. На крылья. Чёрно-бордовые, огромные, мощные... И думает о чём-то своём. Смотрит, думает и кривится, вспомнив что-то...неприятное. Но Джодах не замечает. Тоже смотрит не на лицо. Да и за очками не так хорошо видно. Договаривает свою мысль, запугивая фразой о бессилии богов и уходит. А Лололошка просыпается в кровати в замке. Резко встаёт на ноги и видит перед собой Седрика.

***

Наглый и самовлюблённый Эбардо, опаснейший преступник и один из сильнейших мироходцев появляется перед ним. Твердит что-то про то, что невежливо так прерывать чужой диалог. А слушает контрабандист лишь краем уха, сконцентрировавшись на крыльях врага. Чистые, чёрные, дроздовые, переливаются на ярком солнце Эрессии. Маленькие, что забавно и глупо с точки зрения физики. Да и движения слишком медленные и лёгкие, без каких-либо усилий. Эбардо держится в воздухе лишь с помощью пустотной магии. И крылья его двигаются так же. Сразу видно, что создано исключительно ради красоты. Или чтобы парня подразнить. Но за информацию о том, что это возможно, конечно, спасибо... Смотря на эти крылья, в груди начинает жечь желание вырвать их. Хотя нет. Медленно выдёргивать перо за пером, а потом ломать кость за костью, лишь в конце мучительно долго, с паузами, постепенно, поочерёдно отрывать конечности, навсегда оставляя на спине два уродливых больших шрама, которые не перекроют никакие другие. Что-то в спине фантомным шипучим жжением начало болеть. Так знакомо. Так привычно...

***

Утро в Эрессии чудесное. Ночью был дождь, поэтому воздух влажный и пах озоном. Лёгкая прохлада, туман... Так спокойно, так хорошо... Пусть сейчас и достаточно рано, но большинство временных жильцов замка уже проснулось и хорошо было бы позавтракать. И друга, который днём ранее пережил много чего тоже стоило позвать. Сделать это вызвалась Ашра. Девушка знала, что её друг просыпается с первыми лучами солнца всегда, за исключением тех случаев, когда теряет сознание, поэтому не боялась разбудить его. Подходила к дому, оглядываясь, дабы увидеть, не бродит ли он где-то поблизости. На огороде, может быть. Или у речки. Но нет. Нигде не видно. Значит, должен быть в доме, ибо так рано он если и ходит куда-то, то только в замок, а куда-либо ещё, как правило, может пойти через час-два. В шахту, например, или в лес. Редко он стал уходить куда-то слишком далеко. Может, оно и к лучшему – легче найти, проще дождаться. – Эй, Лололошка! Доброе утро! – крикнула глава группы, залетая в дверной проём без самой двери. Не любил их парень, просто не любил. И насколько к этому привык, что даже двери своей комнаты в Поэне не всегда закрывает. Вот только увиденное заставило её замереть, удивлённо глядя вперёд себя. Это Лололошка. Такой же, как и всегда. Он не ранен, не валяется на полу без сознания, с ним не происходит какой-то странной ереси. Он стоит перед ней с уже привычной лёгкой улыбкой и машет рукой в знак приветствия. Но... За его спиной было два иссиня-чёрных крыла. Огромных, правда огромных. – Лололошка, что...что это? – не веря своим глазам, спросила Ашра. Теперь её очередь ловить галлюцинации? Или это... О, Время, только бы это не оказалось временным парадоксом! Как минимум, постоянно ходить без верха из-за неудобства, как сейчас – так себе перспектива для друга. Кстати, телосложение у него хорошее, а буквально по всему телу множество шрамов... Но не об этом! – Это? – переспросил он, дёргая новыми конечностями. Дом был слишком тесным, чтобы расправлять их. – Крылья клинохвостого орла. Мои крылья. – А...когда они...появились? – та даже не стала спрашивать о том, кто такие эти клинохвостые орлы – всё потом. Но, наверное, красивые птицы, судя по всему. – ...Эбардо ведь приходил. Со своими декоративными крылышками. И этим доказал, что я тоже так могу. Я сам их...отрастил, – с короткой паузой ответил контрабандист, в конце немного запинаясь, думая, как стоит сказать. – Подожди... Сам? Просто взял и...создал? Вау... – поражённо продолжала распрашивать подруга, подходя ближе и поднося руку к крыльям. – ...Отрастил. Вернул, – Лололошка не хотел скрывать эту небольшую, но тайну перед подругой, говоря всю правду. – Они у меня были раньше. Когда-то давно... – Внимательно наблюдая за действиями девушки, он позволил ей прикоснуться к чёрным перьям. – Серьёзно?! – удивилась она, поднимая взгляд на чужое лицо. – А почему ты не рассказывал? – Так вы ничего и не спрашивали, – пожал плечами парень. Опустив взгляд обратно на крылья, контрабандистка обошла согильдийца, оказавшись за его спиной и видя полосы относительно небольших коричневых по краям перьев. Оу... У основания всё было в крови. А где-то сверху виднелись шрамы, которые, судя по всему, были на месте новых конечностей, рассекая почти всю спину. Вот что он имел ввиду, когда сказал, что отрастил, а не создал. Новые крылья буквально выросли из прошлых, остатки которые, видимо, оставались где-то под кожей все эти годы. Неприятно, наверное... – Ох, это прям...вот так... – с сочувствием произнесла Ашра, перемещая руку на чужую спину, но не слишком близко к ранам. – Сильно болит? – Нет. Поболит и пройдёт. Это всё равно лучше, чем вся та постоянная ноющая боль и покалывание. Это жжение даже...немного приятное. Чувствую себя живым. И наконец-то свободным от того проклятья, – слабо улыбнувшись, мироходец размял свои крылья. Точнее, попытался. В доме было слишком тесно. – Давай на улицу выйдем? И, не дожидаясь ответа, ястреб выходит из дома боком, бубня что-то про то, что теперь стоит сделать дверной проём пошире. А его подруга удивлённо смотрит вслед, замечая ещё и длинный хвост. Не настолько длинный, как у Джодаха, конечно... – Стой! – выкрикивает она, тоже выбегая на улицу. – У тебя и хвост появился?! – Ага, – кивает крылатый. – гуманоидным существам и так нормально летать сложновато из-за строения тела, а без хвоста...совсем туго. Максимум можно зависнуть в воздухе и медленно передвигаться по нему. А я хочу свободы в плане скорости. – Вот как... – задумчиво протянула девушка. И спустя несколько секунд задала очередной вопрос: – То есть, ты сможешь летать?! – Ха-ха, конечно смогу! – усмехнувшись, контрабандист расправил крылья, тут же морщясь и осторожно складывая их. – Ух, слишком резко... Смогу, но лишь когда они полностью восстановятся, как и спина. Зачем же они мне иначе? Если бы для красоты хотел – сделал бы поменьше, как у Эбардо... Хотя нет, они выглядят глупо, – он уже скорее начал размышлять вслух. – Ого... А хвост... Он тоже у тебя был раньше, раз ты летал? – получив кивок, глава группы начала детальнее осматривать чужие перья. – Какой необычный... – Ну, не зря же клинохвостый орёл так называется. – Ну да... А что это за клинохвостые орлы? Впервые слышу про таких, – пришло время этого вопроса. – О, очень интересные пташки! – задорно ответил пернатый, начав объяснять. – Это одни из самых крупных орлов моей, наверное, родины наряду с беркутами. Но интересны они тем, что пребывая на земле, их тело часто находится в горизонтальном положении, в то время, как длинная шея – полностью в вертикальном. А ещё у них лапы укрыты перьями так, что это похоже на штаны! – На этом моменте орёл фыркнул, шире улыбаясь. – Я серьёзно! – Ого! Правда интересные... Хотелось бы однажды увидеть их! – рассказ действовительно заинтересовал собеседницу. Птица со штанами, ну природа даёт... – Вероятно, у тебя ещё будет возможность! А пока ты можешь увидеть их крылья и не менее необычный хвост! – сообщил ястреб, дёргая перьями. – Как по мне, это одна из самых интересных деталей в птицах. Всегда обращаю внимание на их крылья... – А... Извини за вопрос, но...как ты их потерял..? – уже менее уверенно спросила девушка. – Я не помню, – чётко, кратко и сразу ответили ей. – Но...как это? Как ты тогда... – Сложно не чувствовать, – перебил Лололошка, – как сломанные кости впиваются в кожу, ежедневно отдавая болью. Да и два симметричных шрама на спине могут говорить только об одном, если учитывать предыдущий факт. К тому же, я ведь забываю всё, кроме себя. Я не помню, где и среди кого родился. Но помню, к какому виду отношусь. Помню, что человеком являюсь лишь условно. Помню, что у меня должны быть крылья. Помню, какими они были. Даже если бы не помнил – в любом случае выросли бы такие. А отвечая на твой прошлый вопрос более подробно – не помню, но чувствую, что мне их бездумно оторвали. Может, в бою с какой-то тварью. Может, с каким-то разумным существом. А может, ещё в раннем возрасте попал в руки какому-то садисту. Может, в каком-то человеческом мире был, для жителей которого я – просто монстр. Может, объект для изучения. Догадок много. Но не ответов. – Ох, сочувствую... – выдохнула контрабандистка, подходя ближе – Ну и...как ощущения? – Прекрасно. Будто впервые за сотни лет мне развязали руки. Ну, как руки... – хмыкнул парень, но, вспомнив что-то, повернулся к подруге. – Кстати, а ты чего вообще приходила? Или просто так? – О, точно! Там Седрик завтрак готовил, я пришла тебя позвать! Вот только не знаю даже, что теперь делать... Ему то от вида крови плохо станет, да и тебе не думаю, что комфортно будет... – задумалась Ашра, вглядываясь в перья, на которых виднелась сверкающая на солнце влага. Задумалась и вздрогнула, когда согильдиец потрусил перьями. – Да, тут ты права... На завтрак я, наверное, не приду, но не могу же я и дальше неделю или две отсиживаться и ждать, пока восстановлюсь. Надо что-то придумать... Одежду перешить... Ух, сложно, конечно, но это решение только на первое время, – рассуждал крылатый, чьи очки блестели на солнце, пока сам он смотрел ровно на него. – Хорошо, я тогда пойду, остальным передам, что у тебя дела. Удачи! И девушка стремительно побежала в сторону замка, пока иссиня-чёрные глаза, как перья, смотрели ей вслед.

***

– Тук-тук, орёл, я знаю, что ты дома! Ровно три лёгких стука по дереву перед тем, как в расширенный дверной проём заглядывает контрабандистка. Она слышала возню внутри, когда только-только появилась на чужих грядках. Удачное место для телепортации, ничего не скажешь... Ну, не в реке – уже хорошо. Но увиденное вновь заставило удивиться. Всё тот же Лололошка, с всё той же улыбкой с привычным приветом. Всё то же самое, но... – А где...где твои крылья? Ещё ведь буквально вчера поэновцы продолжали удивлённо и невольно засматриваться на странного парня. Ещё неделю назад Шрам посреди улицы остановился, поражённо глядя на новичка, после чего подошёл узнать, что вообще произошло. Ещё недавно воры прохода своему любимчику не давали, а редкие пряностники всё тянули свои лапы к чужим перьям, за что, кажется, репутация ещё немного вверх подскочила. В Поэне пусть и были собраны представители самых разных рас, но если ликантропами, каджитами, гоблинами и эльфами там никого не удивишь, то такие интересные и редкие в городе существа, как, к примеру, багрянники, которые приходят максимум на день-два, как было недавно или демоны всегда вызывали интерес у толпы. Крылатые – в тот же ряд. Сложно сказать, живёт ли в Поэне вообще хоть один мироходец похожей расы. А если и живёт – то его явно мало кто видел, учитывая, сколько зевак решили удивлённо поглазеть на новичка. И сейчас этих удивительных, мощных крыльев, которые за неделю успели увеличиться в размерах...не было. – Ох, не переживай, я просто провёл успешный эксперимент! – шире улыбнулся парень, разворачиваясь спиной к подруге. На следующий день после отращивания он сделал на своей толстовке два разреза, в которые кое-как засунул конечности. Сейчас сквозь эти разрезы были видны всё те же шрамы, оставленные когда-то давно в результате мучительной пытки. Ни следа присутствия крыльев. Как же так? И что ещё за эксперимент? Так ещё и удачный... Внезапно на пальцах согнутой в локте руки появилось зелёное свечение, а на спине материализовались те самые крылья. Ещё больше, ещё мощнее, ещё красивее. Но...как? – Здесь я тоже взял пример с Эбардо. Частично, – честно признался юноша, чувствуя руки подруги у себя на перьях. – Но если он мог просто создавать и уничтожать искусственные дополнительные конечности, то с настоящими немного сложнее. Но я нашёл выход! – радостно заявил он. – Думая, что делать с крыльями, я пришёл к выводу, что можно попытаться сделать их фантомными! При таком раскладе они не повреждаются, сохраняя свой функционал, но вместе с тем не мешают в быту. Я могу не мучиться, пытаясь снять или надеть что-либо, правда, если я собираюсь использовать крылья в скором времени, приходится делать разрезы заранее. Но это всё равно лучше, чем ничего! На самом деле, эта идея появилась у меня сильно раньше, но я решил не рисковать не окрепшими конечностями. – Вау... Круто! Значит, ты теперь можешь полноценно вернуться к нормальной жизни? – радостно спросила девушка, замечая, насколько точно основания ложились прямо посередине шрамов. С одной стороны – логично, удивляться нечему, с другой – красиво и необычно. – Даже больше – я теперь могу полноценно вернуться к нормальной жизни таких, как я! – с улыбкой, на слегка повышенных от сильных эмоций тонах сообщил крылатый, разворачиваясь и аккуратно, стараясь никого и ничего не задеть, выпрыгивая из дома. – Я могу летать! – Уже?! – удивлённо выкрикнула Ашра. А ведь действительно, прошло ведь больше недели. Как же быстро... – О, а ты уже летал?! – Ещё нет! – разминая конечности, ответил парень. – Я тебя ждал, – вдруг заявил он, – хотел разделить этот момент с тобой! А то...ну... Свой первый взлёт птенцы проводят в присутствии родителей или близких существ, которым доверяют. Я хоть и не птенчик уже, но, считай, новая жизнь и первый полёт в ней... Хотелось бы последовать этой традиции... – неловко пояснил контрабандист, поворачиваясь к подруге боком. – Даже...так? – неожиданно и приятно, что с ней хотят разделить такой важный момент в жизни и буквально назвали близким человеком, которому хотят довериться. – Ох, я..я только рада! А ну-ка, давай, орёл, взлетай! – улыбнулась глава группы, сгибая руки в локтях и сжимая ладони в кулаках в знаке поддержки. Очки слетают с глаз, перемещаясь в руку юноши, после чего он протягивает свой аксессуар. А когда его забирают – делает несколько шагов назад. Глаза обоих сверкают предвкушением. На лицах обоих широкие улыбки. Губы одной из них шепчут «давай» и согильдиец кивает. Приседает, расправляет крылья и отталкивается от земли в прыжке, вместе с тем совершая первый взмах. Тело набирает высоту. Конечности, несмотря на длительное бездействие, легко справляются со своей задачей, рассекая воздух. Ветер бьёт в лицо, тормошит перья и заставляет волосы извиваться, отлетая назад. Такое приятное чувство быстрого и естественного полёта, почти забытое телом. Свобода... Наконец-то возвращается утерянное чувство свободы. А Ашра восхищённо смотрит вверх, на друга, который лишь набирал скорость и свершал самые различные зигзаги и прочие движения. Быстро, но плавно перемещался по воздуху, как дельфин в воде. Каждый взмах крыльев ощущается, как удар невероятно тяжёлым топором. Видно, насколько они мощные и даже кажутся ещё более крупными, чем казались на земле. Сверкают на солнце своей чернотой, отражая свет, от чего в местах и вовсе будто золото проскакивает. И остаётся лишь наблюдать, одними губами шепча «Вау...». Вдруг парень остановился, повиснув в воздухе. Крыльям требовалось, кажется, ещё больше усилий, чтобы удерживать его высоко над землёй, но они это успешно делали, сопротивляясь гравитации. Взгляд чёрных глаз с хитрым прищуром устремился на подругу, после чего ястреб стремительно, слегка сложив крылья, камнем вниз, да под наклоном полетел к ней. На её лице сначала изобразилось непонимание, а потом и вовсе лёгкий страх. – Эй-эй-эй, нет, стой! Но это не остановило пташку, который уже у самой цели вновь расправил конечности, подхватывая её под плечи и вновь набирая высоту. Пока орёл громко смеялся то ли от забавности ситуации, то ли от радости и веселья, контрабандистка так же громко кричала, крепко держась за него, но вскоре утихнув. ...И всё же, что-то в этом есть. Страшновато, конечно, когда твоя жизнь зависит от крепости чьей-то хватки и силы его дополнительных конечностей, которые, к удивлению, даже два тела могли поднять, пусть уже и с трудом. Но с другой стороны – действительно здорово смотреть вниз с высоты птичьего полёта, при этом не чувствуя земли под ногами. Что-то в этом есть... Дух захватывает. Адреналин бушует в крови. И... действительно можно почувствовать ту свободу, о которой говорил крылатый друг. Лишь частично, но можно. Или это не столь от полёта, сколь от самого орла? Смеётся так задорно, улыбается, будто светится не перьями от солнца, а весь от счастья. И в какой-то момент этот пернатый зависает в воздухе, подкидывая девушку, чтобы удобнее перехватить и смеясь от её вскрика. Прижимает к себе и руками, и ногами, смотря ей в глаза. – Скажи, с высоты хороший вид открывается? – беззаботно спрашивает он, улыбаясь так, будто бы это не он за пару минут несколько раз до смерти напугал собеседницу. – Идиот!.. – со вздохом выдыхает она, цепляясь за чужие плечи, после чего оборачивается и смотрит вниз. Высоко но... – ...Потрясающе... – Рад, что тебе нравится, – спокойно отвечает "птенец", начиная медленно спускаться на землю. – Прости, что напугал. Но, надеюсь, из-за этого ты не откажешься как-нибудь потом ещё раз полетать. И вот, ноги касаются земли. Ослабляя хватку, Лололошка ставит подругу на траву, теперь уже не держа, а обнимая. Его плечи тоже перестают сжимать, вместо этого обхватывая. – Обязательно... О, да. Они ещё обязательно полетают. Обязательно достигнут облаков. Обязательно разделят ещё не один полёт. Это обязательно станет некой традицией – по утрам, под восходящим солнцем Эрессии рассекать воздух с задорным смехом. Традицией станет пугать Ашру различными трюками, а потом получать подзатыльники за это. Но ни один трюк и ни один подзатыльник не заставят счастливые улыбки сползти в лица...