Однажды я превзойду тебя!

Однажды утром, на Бейкер стрит, Шерлок Холмс застал в своём кресле голубоволосую девушку с кнутом. — Миссис, пересядьте, пожалуйста, на другое кресло, это мо… АЙ! (Удар) — Глупый глупец! (Удар) Я, Франциска Фон Карма, сама решаю где буду сидеть! (Удар) — Миссис Фон Карма, это же избиение челове… АЙ! (Удар) — Глупый глупец, говорящий глупые глупости! Никого (удар) я (удар) не (удар) избиваю! (удар) — О, привет, Франциска! — сказал вышедший на крики боли Ватсон. — Здравствуй, братец! Я пришла наконец превзойти тебя! — Хорошо, попробуй. — НУ, БРАТЕЦ! — злилась от такого равнодушия Франциска — КАК ЖЕ Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ!!! (удар) (удар) (удар) — АЙ! Да я то тут причём?! — писщал несчастный Холмс, судорожно пытаясь понять, когда Ватсон успел обзавестись двинутой на голову сестрой-садисткой. — Ладно, ладно, — попытался успокоить сестру Джон — превосходи меня уже. Франциска ударила брата раз — он наклонил голову (хлыст прошёл сверху), ударила Джона два — он увернулся, ударила Ватсона три — он перехватил хлыст. — АХ ТЫ ГЛУПЕЦ! А твоя домовладелица подавала вам вчера на ужин куриный бульон! — А девушка, сидевшая с тобой в одном купе ехала с матеньким пуделем. — АХ! (Удар) Следующие три часа Холмс наблюдал, как Джон и Франциска бегают по Бейкер стрит и соревнуются во всём, чём можно: фехтовании, шахматах, оригами. И везде Ватсон быходил победителем. Когда Шерлок в очередной раз пытался хоть что-то сказать, Франциска вздохнула: — Братец, ну почему ты постоянно водишся с глупыми глупцами?! (Удар) Ты, как представитель Фон Кармы обязан нести бремя идеальности! (Удар) — Никому я ничего не обязан, — Холмс наблюдал, как человек, называющий себя его соседом по квартире закидывал ноги на стол — Живу как хочу в своё удовольствие. — ВСЁ! (Удар) — воскликнула Франциска, проиграв в «Кто дальше закинет бумажный самолётик» — В этот раз ты победил, Джон, но знай, я не буду вечно находиться в твоей тени! (Удар) Однажды я превзойду тебя! — Превзойдёшь — приходи! Ватсон смотрел сестре вслед, провожая Франциску взглядом. А за ним молча наблюдал Холмс, у которого в голове вертелся всего один вопрос: — Это что щас было?