Welcome to the Internet

2019. Самый яркий год. Для него не хватало досок: одна была увешана вырезками из журналов с Йеном и профессиональными фотографиями с Микки; вторая — их личные и совместные фотографии, которые залезали одна на другую, лишь бы их уместить; третья — свадебная. Третья заполнилась практически сразу. …пришло время для четвёртой доски. Наверное, ожидание окупилось: уже сколько времени они собирались и пытались, а теперь, после инициативы Микки, все воспоминания начали собираться воедино. Йен однажды пошутил, стоит ли им сделать секретные доски с секс-снимками, и Микки, пусть и поломался, но всё же согласился. Только вот распечатку сразу же поручил Йену: пусть ищет окольные пути, где можно распечатать откровенное порно. Например, Микки на коленях с «занятым ртом» в примерочной. Когда это было? Год назад? А Йен ведь до сих пор открывал эту фотографию первой, когда был один и понемногу заводился. Звание замужнего человека оба носили с гордостью. Кольца всё же решили носить на разных руках. Помолвочное — на правой, обручальное, как и полагается, на левой. Так было удобнее, да и смотрелось красивее. Йен ударился в спорт ещё сильнее. Казалось, что он просто не мог остановиться, пусть его тело и знало, когда надо заканчивать. Он постоянно записывал свои результаты, даже иногда выходил на пробежку… в учебные дни. В 6 утра. Йен в принципе нашёл для себя несколько интересных занятий: снова вернулся к чтению, читал Микки на ночь, чтобы потом они могли это обсудить. Пару раз даже пытался заняться рисованием, оправдывая это тем, что это было близко к фотографии. Микки всё устраивало. Абсолютно всё. Он с нетерпением ждал декабря. Не только из-за Рождества, конечно… но и выпускного у Йена. Интересно, а как бы всё обернулось, останься он в университете? Вряд ли у них было бы настолько же много времени, как и сейчас. Наверное, их комната сейчас заставлена растениями с заумными названиями и всякими девчачьими штучками. После выпускного — такой долгожданный медовый месяц. В Канкуне. Приятно, когда исполняются мечты, и спустя год они наконец смогли выехать. Годовщину в этом ноябре они праздновали осторожно, практически заперли себя дома и развлекались здесь. Даже пили «культурно», пусть и много. 3 ноября в их календаре навсегда стало выходным днем. 7 сентября — тоже. Выпуститься предстояло не только Йену. Дебби тоже была очень близко к окончанию учёбы и отлично справлялась. В школе, до Фрэнни, у неё всё было отлично, и сейчас она не отставала. Была в разы лучше Йена, который обычно держался на среднем уровне. И всё же перед экзаменами Йен стал заниматься больше. Мог переслушивать лекции, пока бегал, делал больше записей, чем обычно. Зима была тёплой. Конечно, снег был там и тут, но совсем немного. Если уж Микки ходит без шарфа и в расстёгнутой куртке, то это много значило, пусть под этим всем и было пять слоёв другой одежды. Йен уже успел чем-то заболеть. Без температуры, просто кашлял и мог не чувствовать вкусов. Прошло через неделю, но всю эту неделю оба практически не спали. И ведь Йен, судя по всему, был не один такой. Удивительно, как Микки всё время был здоров рядом с ним, если не считать случая в университете. Может быть, его организм считал, что пока болеет дорогой ему человек, то ему было нельзя. С Мэнди работало так же. Мик 🖤, 11:10: живой? Йен 🧡, 11:12: Убили Мик 🖤, 11:13: кто убил кого отпиздошить Йен 🧡, 11:13: Его [Фотография] Йен 🧡, 11:13: Сказал что у меня недостаточно глубокий анализ Мик 🖤, 11:14: ну да потому что ты это писал пока смотрел через мое плечо Мик 🖤, 11:14: хер знает чё там с анализом но с аналом ты точно справляешься Йен 🧡, 11:14: Я хихикнул ой :Р Мик 🖤, 11:15: щас ещё поржешь зацени чё я научился делать Мик 🖤, 11:15: 🕳👨‍🦯 Йен 🧡, 11:15: МИККИ Мик 🖤, 11:16: я за него ;) Йен 🧡, 11:16: 🕳👨‍🦽 Мик 🖤, 11:16: орёт ещё на меня буквами долбоёб Мик 🖤, 11:17: люблю тебя Йен 🧡, 11:17: Ты это сказал чтобы я на долбоёба не обижался? Мик 🖤, 11:17: а вот всё тебе надо знать Йен 🧡, 11:18: Я тебя тоже люблю всё равно Мик 🖤, 11:18: сорян что не приеду сегодня Йен 🧡, 11:18: Даже после этого я буду тебя любить :( Мик 🖤, 11:19: так щедро с твоей стороны Мик 🖤, 11:19: ща Мик 🖤, 11:19: 🖤🧡 Йен 🧡, 11:20: Точно люблю тебя У Микки сегодня была важная миссия. Раз уж он официально вошёл в семью Йена, пусть они и жили отдельно, он должен был помогать остальным с подготовкой ко Дню благодарения. Точнее, все покупки взвалили на него… У него не было учёбы, не было детей, дневной работы — тоже. А ещё была машина. Он бы, конечно, мог дождаться Йена, но сегодня у выпускников была фотосессия. Чёрт знает, сколько это займёт времени. Прошлой ночью они вместе выбирали фразу, которую Йен мог бы использовать в выпускном альбоме. Воспоминаниям что один, что другой предавались больше, чем думали. Вариантов было много: от шуточных до серьёзных. Йену хотелось запечатлеть в нескольких словах весь свой опыт за эти три года. Взлёты, падения, новые знакомства и впечатления. «Жизнь — один сплошной выбор. Я выбрал быть самым удачливым неудачником во всем мире.» *** Микки было скучно ходить по магазинам одному. Они были почти пустыми, как он любил, но даже музыка в наушниках не особо помогала. Ему придётся привыкать к одиночеству: скоро Йен будет ходить на работу, а Микки перейдёт на дневные смены, чтобы проводить с ним достаточно времени. Не хочется встречаться всего на час, а потом ложиться спать, и так до выходных. Такая зависимость была неправильной… Может быть, им и правда нужно было устроиться в одно место. Снова. Пересекаться хотя бы иногда. Корзина понемногу наполнялась тем, что было в списке, который передала ему Дебби. Список был огромным, на целый печатный лист, и Микки задумывался, откуда у Галлагеров вообще было столько денег. Милковичи как-то никогда с таким не сталкивались, они праздники не отмечали, а если они и были, то заканчивались пьяными драками и, в лучшем случае, такими же пьяными скандалами. Музыку пришлось выключить. Песни, которые включали в магазине, были гораздо громче. Сейчас играла та, которая была у них на свадьбе, на медленном танце… И как же она грела сердце. Микки бы очень хотел вернуться в тот день, пережить его снова. Снова пережить тот день, когда Йен так по-глупому сделал ему предложение в кровати в час ночи. Если бы Микки тогда немного поторопился, то они успели бы сделать это прямо в его День рождения. Вернуться в их самые первые дни общения… Даже не прямого, а так, под фотографиями. Вернуться со всеми воспоминаниями, которые у него есть сейчас, и скрывать их до последнего. Уберечь Йена от плохих ситуаций, воспринимать их всерьёз и не оступаться бесчисленное количество раз. Микки никогда не был идеальным партнёром, да и не станет, но Йен сам его выбрал. И, может быть, даже сделал правильный выбор. Микки никогда не был уверен. В его голове было ещё огромное множество этих «может быть» и «наверное», подтверждение которым он никогда не получит. Некоторые никогда не уйдут, а какие-то сами развеются после очередного важного события. «Наверное», иногда одиночество всё же бывает полезным и приятным. Во время него Микки думает. Размышляет. Углубляется в себя и представляет, а что было бы, встреть он того Микки, который существовал 10 лет назад? Он ведь, если бы узнал о свадьбе, разозлился. Разозлился, потому что больше никак не мог реагировать на чувства, которые возникали от одной только мысли о том, что он «другой». Микки из прошлого был глупым, очень. Боязливым. Настоящий же, пусть и не стал «примерным гражданином», но переделал себя полностью. Открылся. Стал другим человеком. Несмотря на ненависть из прошлого, Микки никогда сам себя не осуждал, даже не думал этого делать. Тогда было такое время, он был ребёнком. А теперь, через 5 лет, ему будет 30. С Йеном ему стало ясно, насколько время всё же скоротечно. Не хотелось терять ни минуты, а отмечать каждый день так, словно он был последним. Радоваться, когда получалось, и делать самые безумные вещи, которые только получится. Как же Микки полюбил думать. Йен и его философия плохо на него повлияла, и Микки это нравилось. *** — Эй? Эй! Микки, казалось, зашёл в абсолютно пустой дом. Никого, совсем. Ни шага, ни звука. Это было ещё страннее… Знак вселенной о том, что ему надо думать? Продолжать размышлять? Ну, что ж… Это он и сделает. Будет размышлять над тем, как запихнуть всё, что он купил, в холодильник. Пакетов оказалось слишком много. Благо, Игги всё же согласился оставить машину (будто бы у него был выбор). Некоторые из них по пути приходилось придерживать рукой на остановках, и в какой-то момент Микки даже пристегнул их, пусть помогало это так себе. Йена он часто на резких поворотах придерживал так же, причём неосознанно, хотя Йен-то уж точно никуда не улетит. И снова — наушники. В их совместном плейлисте было около 300 песен, и многие из них служили для Микки настоящим открытием. Благодаря Йену, конечно. Микки явно мог различить, какие песни Йен добавлял по своему «эстетическому желанию», а какие — из ностальгии, и ностальгические нравились Микки гораздо больше. Они были жесткими, но не слишком сильно, чтобы бить по ушам. Местами — тёмными. My Chemical Romance, к примеру, идеально попадал под это описание. А какая-нибудь Asking Alexandria, которой Микки давал несколько шансов несколько лет, уже переходила границы. — Да не может же блять быть, что ваще никого нет… — Микки с подозрением время от времени осматривался, но тишина была всё такой же мёртвой. В такой обстановке просто идеально было бы поговорить с самим собой вслух. Особенно, когда он пытается засунуть огромную индейку в относительно маленький холодильник. Как только Микки подумал о не самой приличной аналогии, то тихо похихикал и довольно прикусил язык, когда улыбался. Такая черта развилась у него недавно, и Йен находил её крайне милой. Раз уж он был один, то было грех не подпеть длинной песне, склеенной из трёх других. «leave this blue neighborhood never knew loving could hurt this good, oh and it drives me wild» *** Йен почему-то не отвечал. Ни на звонки, ни на сообщения. Микки уточнял у других, и другим он тоже не отвечал. Дебби видела его в коридорах, выглядел он нормально. А Микки вот его увидеть сегодня не успел. Завалился спать, как только вернулся в квартиру, проснулся от будильника и ушёл на работу. Ни звонка, ни сообщения, ничего. Микки постарался посмотреть его геолокацию по утренним сообщениям, но она не отображалась. Судя по ней, Йен ещё был в колледже. Не могло же это фотографирование затянуться настолько надолго? Что им вообще фотографировать? Это же делается за пару минут. Может быть, разрядился телефон… Они недавно обсуждали, что Йену стоило бы заранее подыскать какую-нибудь школу, которая могла бы принять едва выпустившегося заменяющего учителя. Может быть, ему просто было некогда ответить. У Микки было достаточно времени, он подождёт. На камерах опять ничего не происходило. Никаких «Джанин и Эрика» больше не было, и к чёрту их. Микки надеялся, что этот урод будет гнить в тюрьме до конца жизни. В некоторых операционных, к слову, камеры установили. Может быть, что-то случилось, и какой-нибудь полу-труп вдруг ожил и стал кусать всех врачей? Было бы интересно. Где-то сбоку играл сериал, который Микки даже не смотрел, а просто слушал. Как всегда. Скучно. Ему было откровенно скучно. На какой-то из камер врачи готовились проводить операцию, даже какого-то подростка уже завезли, и за этим можно было понаблюдать, если там вообще хоть что-то будет видно. …вот только его внимание привлекла другая. Жаль, что на наружных не было звука. «Йен?» Микки нельзя было оставлять пост, он не смог бы выйти и проверить, но это точно был Йен. Если повезёт, он пройдёт через его дв- нет, не прошёл. Это не его вход. Микки продолжил следить за камерами, отчётливо видел, что он будто бы был чем-то очень взволнован, терялся в толпе и казался… напуганным? За ним будто бы кто-то гнался. Микки на всякий случай взял свою рацию и выследил охранника, который был неподалёку. Надо хоть предупредить их, а то скрутят ещё. — Эй, притащи мне рыжего в куртке зелёной, это мой, — Микки нахмурился и не сводил взгляда с экрана. — Угомони его только, он к людям цепляться начнёт. — Тогда точно ко мне. Сигнал рации закончился, Микки убрал её подальше и смотрел, как Йена ведут в его сторону. Он даже вырваться пару раз пытался, а его сжимали только крепче. Микки хотелось бы над таким усмехнуться, но он не мог. Когда Йен наконец показался, Микки затащил его в свою комнатку за рукав и запер дверь, чтобы уж точно. Он крепко сжал Йена за плечо и стал быстро осматривать его. — Блять, ты принял что-то или- Пиздец… Такого взгляд Микки ещё никогда не видел. Он бы назвал иго «ебанутым». Широкие зрачки, которые словно закрывали весь зелёный цвет, широко раскрытые глаза и вскинутые брови. Ко всему этому — тяжелое дыхание и попытки вырваться, чтобы убежать. — Йен, посмотри на меня, — Микки осторожно опустил руку с чужого плеча до запястья. — Что случилось? — Когда я вышел с занятий, знаешь, я увидел их, они на меня смотрели, и я подумал, что- — Пожалуйста, говори помед- — И потом они начали идти за мной, и я пытался убежать от них, и я хотел попросить помощи, и- — Йен, ты меня блять слышишь вообще, нет?! — Микки дернул на себя чужую руку, чтобы наконец остановить чужой поток абсолютно непонятных для него мыслей. — Кто «они»? Что блять случилось? — Их послали прийти за мной, я это знаю, Шим меня предупредила, она всё знает, она сказала мне ночью… — Что ещё за Шим? Что ты принял? — Они знали, куда я иду, поэтому я ходил кругами, а потом, когда они снова меня нашли, я наорал на них и сказал отстать, а они наорали на меня в ответ, и я убежал… сюда. Они меня почти и здесь схватили, но я теперь с тобой, так что всё хорошо. Микки даже сказать ничего не мог. Он просто не понимал, о чём Йен говорил, пусть и очень пытался вникнуть в его слова. Всего было очень много. Микки уже в который раз порадовался, что запер дверь. Сейчас ещё и на ключ закроет, мало ли. — Я боялся, что они и до тебя дойдут, поэтому сюда прибежал, — Йен скинул рюкзак вместе с курткой, сразу же усаживаясь на стул. — Но ты в порядке! — Я, э-э-э… да, я в порядке, — Микки присел рядом с Йеном, но уже на стол, и сильно нахмурился. — Бля… так, расскажи мне, как «они» выглядели? — Я не знаю… Они были, знаешь, похожими на тени. Много теней, очень. Тут светло. Может быть, они не любят светлые места. Микки побегал глазами и вздохнул. Видимо, вот и мания, которую он никогда не заставал. Обещал же себе быть внимательнее, и сам своё же обещание и нарушил. Микки взял руку Йена в две свои и стал гладить, чтобы немного успокоить. И себя, и его. — Ты сейчас в безопасности, да? Тебя здесь никто не тронет, и я с тобой. Всё в порядке. Если за тобой кто-то пойдёт, то скажи мне, я им въебу. — Я очень хотел тебе позвонить и сказать про них, но я боялся, что тогда они узнают, что я могу пойти к тебе, — Йен немного расслабился и выдохнул, прижимаясь виском к руке Микки, который сидел рядом. — И поэтому ты на них накричал, да? — Мгм, — Йен поднял взгляд и немного улыбнулся. — Ты правда мне веришь? — Пиздец, спрашиваешь ещё… я всегда тебе верю, ты же знаешь. Я, э-э-э… я могу написать остальным, что ты сейчас в порядке? Что тебя не поймали и не нашли? — А что, они волнуются? — Йен тихо посмеялся и склонил голову, словно этот вопрос вообще имел место быть. — Конечно. Мы тебя потеряли. — Здорово. Тогда можешь написать, да. У тебя хорошо. Можно посидеть тут с тобой? — Э-э-э, ну, да? Мы пойдём домой вместе, не переживай. Как думаешь, они меня испугаются? Микки, 21:31: я хер знает что случилось мне кажется у йена галлюцинации — Хм… да, должны. Я надеюсь. Но пока ты будешь меня держать, они меня никуда не заберут. Дебби, 21:32: Уффф это плохо — Тогда обязательно. Тебе что-нибудь снилось сегодня? Дебби, 21:32: Они не должны длиться долго… Постарайся дома его как-нибудь успокоить — Я почти не спал. Только немного, так что ничего. А тебе? Микки, 21:33: ему сейчас нравится рисовать типа того это может помочь чёт как-то? — Знаешь такую херню, когда ты слишком задерживаешься на одном месте? Вот мне снилась работа. У тебя бывало такое? С учёбой только типа. Дебби, 21:33: Да! ☺️ постарайся поделать с ним вещи, которые ему нравятся, но обязательно без телевизора или игр — Да, мне так на каникулах учёба снилась… — Йен вздохнул и стал немного крутиться на кресле туда-сюда, укладывая руку Микки себе на голову. Когда он почувствовал, что чужие пальцы тут же стали массировать ему голову, то он довольно улыбнулся и расслабился. — Ты ведь не будешь спать, когда мы придём? — Ты хочешь, чтобы мы, хер знает, поделали что-нибудь вместе? — Микки чуть отодвинул свою руку, освобождая место и целуя Йена в макушку. Микки удивился от самого себя: он быстро сообразил, что надо делать, и держал себя в руках. — Э-э-э, можешь эти листы забрать, если чё. У нас дома не осталось нихрена уже. — А-а-ага, — Йен стал двигать себя ногами на стуле и забрал несколько листов из принтера. — И как тебе тут не скучно вообще? Я бы умер. — Знаешь же, что скучно. Я просто с тобой болтаю постоянно, вот и всё, это ж, блять, застрелиться можно, — Микки обернулся на мониторы, а потом посмотрел на Йена, который уже пытался что-то сделать с одним из листов. — Чё это? — А, самолётик. Мы с Липом любили их в детстве запускать, ну, знаешь, — Йен улыбнулся и усмехнулся, пожав плечами. — Вылезали немного из окна и смотрели, чей пролетит дальше. — И кто выигрывал? Микки осторожно достал телефон и вздохнул. Он не сможет так работать и следить за несколькими вещами одновременно, а его сменщик придёт только через несколько часов. Микки М., 21:43: Эй кто может меня заменить до 12? Я этого успокоил но мне надо с ним домой пойти его щас одного нельзя оставлять Микки М., 21:43: Я отработаю потом — Ну, обычно он. Знаешь, он будто бы рассчитывал траектории, вот это всё. Я так не умею, так что просто… — Йен выпрямился и посмотрел на относительно аккуратный самолётик. — Использовал силу, хотя это неправильно. — Хочешь дома делать самолетики? — Микки погладил Йена по плечу и всё продолжал смотреть в телефон. — Если нам щас повезёт, то нас отпустят домой пораньше. — Круто, — Йен протянул Микки самолётик, но потом тут же отнял. — Нет, погоди, — он побегал глазами по столу и взял ручку, выводя на крыле красивое «от Йена для Микки». — Вот так, — теперь Йен уже точно отдал самолётик и положил его в чужую руку. Н.Д., 21:46: Ладно, приду сейчас. — Спасибо, — Микки улыбнулся уголком губ и свободной рукой стал рассматривать надпись. — Ебейший у тебя почерк иногда бывает, конечно. — Я просто постарался. Ты же знаешь, как я пишу обычно. Я один раз хотел выучить, как писать прописными буквами, но получалось не очень. Может быть, вернуться к этому? Как думаешь? — Разве их кто-то ещё ваще использует? — Микки пожал плечами и посмотрел на Йена, который уже начал складывать второй самолётик. Для чего или для кого — непонятно. Может быть, уже для себя. — Я могу попробовать с тобой, если хочешь. — Круто! Да, давай. Мы можем ещё порисовать вместе? У меня так много сил, я столько всего хочу сделать. С тобой вместе, конечно. — Обязательно, — Микки погладил Йена по руке и выглянул, замечая напарника. — Подожди немного, — он поднялся со стола, но самолётик убирать из рук не стал, мало ли, и открыл дверь ключом. — Эй, Йен. — М? — Йен поднял голову и обернулся, выглядывая и смотря на второго охранника. — Привет. — Можешь собираться, мы щас домой пойдём. — …Милкович, тебе лучше объяснить мне, что это всё значит. — Блять, да я объясню, — Микки стиснул зубы и продолжил наблюдать, чтобы Йен точно пошёл одеваться. — Только позже. Йен бодро собрался и уже даже был готов выйти, пусть выход и был полностью заблокирован двумя людьми. — Ты ничё не забыл? — А, я- Микки кивнул в сторону листов и поджал губы, складывая руки на груди. — А, да. Вот я глупый, — Йен тихо посмеялся и снял рюкзак. Он подошёл обратно к столу и стал складывать всё в него, захватывая еще и открытую ручку. Линейку тоже забрал на всякий случай. Хорошая, пригодится. Почему-то в этот раз Йен слишком уж зациклился на том, что можно сделать с бумагой: записывал, рисовал, теперь ещё и складывает по-всякому… Микки побегал глазами, пока забирал и свою одежду. — Эй, Йен. Ты, э-э-э… хочешь вести какой-нибудь дневник или чёт такое? Щас популярно, вроде. — Да, хорошая идея! Я бы попробовал. *** Уже было 2 часа ночи, и Микки с трудом держался, чтобы не уснуть. Он не давал себе пить ни кофе, ни какой-нибудь энергетик, потому что тогда Йен бы тоже захотел. В интернете пишут, что в моменты эпизода такое нельзя: перевозбуждает. Йен сложил уже 20 самолетиков и складывал их рядами. Говорил, что делает армию. Судя по его словам, осталось ещё 4. Микки пытался ему помочь, но у него получалось гораздо хуже, так что ему оставалось просто смотреть, чтобы не раздражать Йена. — Ты ещё будешь эти… — Микки кивнул в сторону крекеров и потёр глаза, сильно зевая. — М? — Нет, можешь доесть. Но они были вкусными, — Йен закончил закрашивать большую десятку на самолётике и поставил его в четвёртый ряд. — Вот я закончу, а потом… А потом пойду спать. Ты пойдёшь со мной? — Конечно, — Микки взял почти пустую упаковку и стал медленно есть крекеры. — Я сегодня пришёл из магазина, лёг спать, но без тебя рядом было пиздец как тяжело. Мне даже снилось, что ты был здесь. — Да? Правда? Ты настолько сильно по мне соскучился? — Ага. А ты по мне? — Микки погладил Йена по спине и придвинулся чуть ближе, укладывая голову ему на плечо. — Конечно! — Йен крепко прижал Микки к себе одной рукой и даже не погладил, а стал тереть его плечо, с каждой секундой прижимая только крепче. — Как хочешь этот назвать? — М-м-м… бля, а как их можно называть? — Как угодно. Можешь нарисовать у него что-нибудь на крыле, — Йен протянул Микки чёрную ручку и немного склонил голову. — Даже если это член, — он поднялся рукой выше и зарылся пальцами в чёрные волосы. — Ну, хрен ли нет, пусть будет член, — Микки улыбнулся и прильнул ближе, даже стараясь что-то вывести. В его «ментальной библиотеке» было много хороших картинок, которые он мог бы использовать. — Вот так. *** Микки понемногу учился справляться с манией Йена. Какие-то дни были трудными, какие-то — простыми. Всё понемногу шло на спад… только вот квартира теперь была завалена оригами. Микки всё удивлялся, как Йен вообще додумывался выкручивать такие вещи, все эти цветы и животные… Секса было много. Даже слишком. Три раунда, между которыми Микки засыпал всего на 15 минут, а потом резко просыпался, когда Йену хотелось снова. Микки пусть и уставал, но его радовало, что Йен был открыт ко многому. Один раз они даже записали все на профессиональную камеру, начиная с поцелуев и касаний и заканчивая тяжёлым дыханием и довольными улыбками. Запись длилась практически час. Йен даже порывался выложить это, но вовремя вспомнил о своём опыте. Как только Йен заканчивал учёбу, Микки забирал его домой, а потом — увозил с собой же на работу. Слишком много контроля, но ему надо было занять Йена чем-то спокойным и убедиться, что он не пойдёт тратить деньги на очередную случайную покупку, не потеряет телефон в третий раз или не станет видеть то, чего вообще нет. Лучше уж пусть говорит без перебоя, Микки уже научился отключать голову. Йену понадобилось чуть больше недели, чтобы снова стать «собой». В один из дней он проснулся и смотрел на квартиру так, словно это не он завалил её сложенными бумажками и рисунками. В спальне он был один, но услышал тихую ругань, идущую с кухни. Ещё и запах… Это что-то новенькое, Йен не думал, что доживёт до такого. Как только он вышел в коридор, то тут же наступил на одну из своих поделок, которую тут же откинул в сторону. Всё и правда ощущалось дурным сном, каким-то туманным воспоминанием, и Йену честно было стыдно за то, что он делал. Откуда у Микки было столько терпения — чёрт его знает. Микки был для Йена той ещё энигмой. — Что делаешь? — Йен выглянул из-за угла и посмотрел на доску с лежащим на ней ножом, а потом медленно поднял взгляд на Микки, который вытирал глаза запястьями, пока стоял над сковородкой с чем-то, похожим на яичницу. — Да блять, — Микки шмыгнул и убрал руки от глаз, когда понял, что делает только хуже. — Как ты от этой хуйни не рыдаешь вообще? — он поднял взгляд на Йена и осмотрел его, немного даже улыбаясь. Его глаза снова стали обычными. Нормальными. Смотреть долго не получалось, надо было хоть как-то умыться. — Лук ёбаный… — Стой от него подальше, когда режешь, хорошо? И промывай нож водой, — Йен подошёл ближе и приподнял Микки за плечо, ласково целуя в висок. — Я сегодня хорошо спал. Очень. — Тогда мы типа… Прошли через это дерьмо? — Микки стряс с рук воду и вытер лицо футболкой, осматриваясь вокруг. — А с этим что делать? — Понятия не имею… Но карандаши и остальное я бы отдал Фрэнни, — Йен обернулся и почесал затылок. — У меня экзамен во вторник. — Я помню, да… — Микки выдохнул и прижался виском к плечу Йена, который опустил руку Микки на талию. Спокойствие. Наконец-то. — Справишься? Или опять тебе камеру в карман класть? — Микки поднял взгляд и улыбнулся, получая в ответ приятный утренний поцелуй. — Надо постараться. Не хочу там задерживаться дольше, чем нужно. Нам уже надо в отпуск после всего этого дерьма. — Ага, а ещё- блять, — Микки тут же метнулся к сковородке и выключил газ, наблюдая за тем, что у него получилось. — Ну… — …выглядит не так уж и плохо. — Серьёзно? — Ты всё равно молодец. @gingerisnotonfire, 10:25: 1 — @mick_m12 пытается готовить. 2 — последствия маниакального эпизода, «рисунки» моего авторства. [4 фотографии] @mick_m12 ответил на ваш твит, 10:25: пикассо @gingerisnotonfire ответил @mick_m12, 10:25: Ну да, что-то есть. — Откуда ты знаешь Пикассо? — А нехуй учебные книжки где попало оставлять. — …так вот куда мой учебник делся.