Хозяин туманной горы

Всю ночь Хуа Чен размышлял над происходящим. Странные видения с повелителями стихий и принцем, которых он раньше никогда не видел. Что же могло их вызвать? Ответ был один: туманная гора. Небожитель подскочил и начал ходить кругами по комнате, чтобы все обдумать. — Если все началось после горы, то и закончится должно там. Клин клином вышибает. Но может ли еще один поход на гору все усугубить?.. Взмахнув рукой, небожитель отогнал лишние мысли. Сейчас не самое лучший момент думать об этом. Пора бы лечь, чтобы завтра принять решение. Раньше Хуа Чен мог не спать месяцами, поскольку боялся снов о прошлом. Однако сейчас он не задумываясь лег и провалился в мир сновидений. На утро принять решение не стало легче, поэтому Саньлан отложил его. Сейчас главным было доложить владыке о том, что узнали вчера. Доклад был коротким, поскольку небожители решили не упоминать, что вчера весь вечер пьянствовали. Сразу же после доклада все небожители разошлись по своим делам. У Саньлана больше не было дел на небесах, поэтому он решил навестить Юнь Се и Цу Лина. Саньлан должен был вернуться на два дня раньше, поэтому придумывал правдоподобную сказку. «Я, конечно, могу сказать прямо, что небожитель, но Юнь Се даст мне по лбу и скажет, что в тумане травы попутал и ум помутнел.» — Медленно идя вдоль горы размышлял юноша. Немного не доходя до дороги в деревню, остановился и замер. Перед ним было небольшое прискальное озеро. «А ведь так и не узнал, что за озеро. Все что можно спросил, а про озеро забыл.» — почесав затылок подумал Саньлан. Он и так сильно задержался, поэтому надо поспешить к Юнь Се и Цу Лину. Ускорив шаг, небожитель быстро добрался до деревни, где было на удивление многолюдно. Все были заняты своими делами. Кто-то шел с водой, кто-то нёс продукты на продажу, кто-то шел на поле. День только начался, поэтому народу было много. Но внимание привлекла женщина, которая шла на другой стороне улице. — Юнь Се, здравствуйте! — Выкрикнул юноша, поспешив на другую сторону улицы. Женщина вздрогнула, повернулась и ринулась к нему на встречу. — Саньлан, милый, я уж думала, что больше никогда тебя не увижу! — падая небожителю в объятья, всхлипнула Юнь Се. Юноша оторопел от такой неожиданности. — Почему же вы так посчитали? — Удивленно спросил небожитель, ставя женщину на ноги. — А как же иначе то, тебе ведь месяца два не было! — всхлипнула Юнь Се, размазывая слезы по лицу. Небожитель оторопел от таких новостей. — Как это два месяца? Я же на горе лишь неделю пробыл… — в замешательстве пробормотал юноша. Женщина поняла, что и сам гость мало что знает, поэтому схватив упавшие вещи, она повела юношу в дом. Только сейчас небожитель заметил, что листья на деревьях начали менять цвета, а погода стала более зябкой. Уже наступила осень. А ведь еще неделю назад солнце грело землю. Хозяйка дома заволокла внутрь гостя, после чего завалила вопросами. Тот отвечал без зазрений совести, убирая некоторые моменты истории. Рассказ того, что произошло на горе, вышел коротким. Встречу с хозяином, разговоры о небесной столице, а также первую встречу с помощником хозяина, он решил утаить. Юнь Се внимательно слушала историю, изредка уточняя что-то. — Получается, что ты пробыл на горе лишь неделю? — с подозрением спросила женщина. — Да — уверенно сказал юноша. Женщина нахмурилась, после чего встала и начала ходить по дому. Что-то не давало ей покоя. Пока у Саньлана прошла лишь неделя, у всех остальных пролетели 2 месяца. «И ведь никто мне об этом не сказал! Если бы не Юнь Се, то узнал бы я об этом вообще?» — Подумал юноша. — Думаю, что это вина тумана, — решила Юнь Се. — Тумана? — недоумевал юноша. Женщина кивнула. — Только он, да хозяин могут такое чудо творить. — Уверенно отвечала женщина. «Туман, да хозяин? Они могут заставить время течь медленно? Человека в бред ввести? Что именно за чудо?» — думал Сань Лан. — Что за чудо? И почему только туман, да хозяин? А небожители и демоны не могут? — озвучил свои мысли юноша. — Вот что-что, а про небожителей и демонов точно говорить не берусь. Но хозяин и туман такое могут. — задумчиво промямлила Юнь Се. — Заставить время не бежать, а идти — рутина хозяина. С ответами появилось еще больше вопросов. — Что вы, — поймав косой взгляд женщины, юноша исправился — ты, имеешь ввиду? — То и имею. Хозяин волшебство творит похлеще богов. И пусть покарают меня небожители, но правду не изменить. Юнь Се начинала ходить по комнате, когда думала о чем-то. И судя по ее выражению лица, думала она о чем-то важном, но не решалась сказать вслух. — Ты ведь что-то знаешь? — неуверенно спросил Сань Лан. Ему не хотелось обижать Юнь Се, если бы та ничего не знала. — Да…да, ты прав. Я знаю, но это может прозвучать, как бред. — мямлила себе под нос женщина. — Будь увененна: тебе я всегда буду верить. — Убеждал юноша. Хозяйка дома робко посмотрела на него, после чего начала рассказ. На улицу уже опустилось покрывало ночи и в небе россыпью лежали звезды. Все уже давно были дома и мирно спали. Но подруги только-только закончили болтать, ведь были совсем юны, и тем для разговоров было много. Еще немного поговорив они распрощались и пошли по домам. Юнь Се шла по дороге домой, окруженная ночной тишиной и прохладой. Под ногами похрустывал песок и мелкие камни. В листьях деревьев шумел только ветер, ведь все обитатели уже давно отдыхали. Окруженная красотой ночной тишы, она не сразу заметила туман. Белые волны плотно застилали деревню, пока девушка беззаботно шла по улице. Она заметила туман только тогда, когда стало совсем плохо видно дорогу. «Милостливые боги, я совсем не заметила туман. Дурочка Юнь Се, совсем жить спокойно надоело?» — думала девушка, спешно уходя на соседнюю улицу через чей то двор. Туман под ногами извивался от каждого движения, закручиваясь в белые кудряшки. Волны тумана медленно плыли по деревне, неся с собой весть о том, что их хозяин совсем рядом. Только-только девушка успела добежать до конца чьего-то дома, как в туман показался силуэт человека. «Ой-ёй-ёй, беги, Юнь Се, беги!» — думала девушка, прячась за дальним углом дома. Оттуда было видно, как силуэт человека медленно двигался все дальше и дальше, превращаясь в очертания статного юношы. Господин был одет в белые, сшитые из дорогой ткани, одежды. Волосы закрепляла драгоценная заколка, а на поясе висел меч в блестящих ножнах. Весь его вид показывал, что это богатая персона. Поза юношы показывала его манеры, но не была горделивой. Держа голову прямо, он медленно шел, будто туманные волны сами его несли. «Наверняка красавец, каких свет давиче не видывал. Да и сам по себе он, наверно, богатым господином был» — завороженно смотрела девушка, на хозяина горы. Видимо, юноша заметил пристальный взгляд, поэтому медленно повернулся к девушке, тем самым вызвал холодные мурашки. На лице господина была надета белая литая маска, которая закрывала его лицо полностью. Но он все же видел, ведь поднес палец к губам, изображая знак того, чтобы девушка оставила их встречу в секрете. Как только он отвернулся, то его тут же охватила большая волна тумана, забирая его с собой подальше с глаз Юнь Се. Удивленная событиями этой ночи, девушка стремглав помчалась домой. — Никогда больше одна ночью гулять не буду, — бормотала себе под нос девушка. — Только с подружкой, — уже радостно хихикая продолжала девушка, думая о том, что завтра сможет похвастаться подружке. Но ее радость очень скоро сменилась удивлением. Как только она зашла в дом, то сразу же услышала крики родителей. — Ах ты неблагодарная дурочка! Где ж тебя носило эти три дня! — обнимая дочь, рыдала мать. Отец сначала хмуро смотрел на дочь, но вскоре тоже присоединился к обниманиям. — Какие три дня? — недоумевая спросила Юнь Се. — Как какие? — удивился в свою очередь отец. — Ты как ушла с подружкой гулять, так три дня пропадала. Подружка твоя сказала, что ты домой пошла, сразу же, как вы разошлись. Но как же ты могла домой то пойти, если тебя три дня не было! Все трое ошарашено смотрели друг на друга, в надежде увидеть на лице другого улыбку, в знак шутки. Но все были крайне серьезными в своих словах. Сев за стол, девушка рассказала: — Я и вправду шла домой. Только вот по дороге в туман попала, да юношу в белых одеждах встретила. Он попросил меня оставить нашу встречу в секрете, после чего ушел. А как он из виду пропал, так я сразу же со всех ног домой помчалась. — Без капли сомнений сказала девушка. Родители переглянулись, подумали, посоветовались тихо, да решили сказать: — Юнь Се, милая, ты же знаешь, что хозяина горы повстречала? — осторожно спросила матушка. — Знаю, — подтвердила дочь. — А знаешь ли ты, что туман у хозяина не простой, а чудотворный? — вопрошал отец. — Как это? — спросила девушка. — А вот так. Туман гнилую душу в дебри заведет, хорошую к дому проведёт, а статного юношу к хозяину на службу отнесет. Та только вот есть у него еще одна особенность. Туман может время искажать. — Искажать время?! — Воскликнул девушка. — Такого даже небожители не могут! Впервые про такое чудо слышу! — Тише, тише, доченька, — усаживая дитя на место, лепетала мать. — Отец сейчас все расскажет. Подождав, пока все рассядутся обратно, мужчина продолжил: — Эту историю мне еще мой отец, твой дедушка, рассказывал. Когда он был молодым, то с другом всю ночь гулять любили. Выпьют, да пойдут танцевать, да песни горланить. Только вот в одну из ночей они пропали. Неделю их искали, две искали, три искали, а на четвертую уж хоронить надумали, как отец да его друг вернулись. Стоят они перед всеми, смотрят на лица родителей заплаканные, да в пьяне понять не мог, что случилось. Для отца и его друга пол дня прошло, а для остальных месяц. Говорит, что они как выпили, так и гуляли до утра. В туман ночной попали, но по домам не разошлись, ведь пьяные были, да молодые. Под утро туман рассеялся, так и они к дому отца пошли, чтоб там поспать. А у дома толпа людей, да родители рыдают. И дело в том, что для всех месяц прошел, а для них лишь ночь. И вот думай, что же произошло. Но после этого отец в своей жизни больше никогда не пил. С каждой минутой рассказа глаза девушки становились все шире и шире, а в момент, когда юноши пропали, то Юнь Се вздохнула. — Вот так чудеса, — протянула дочь, глядя на отца. Небожитель слушал не перебивая, обдумывая все слова хозяйки дома. — Юнь Се, я вот понять не могу: Если и ты, и твой дедушка гуляли всю ночь, то почему времени то прошло по разному? — спросил Сань Лан — Этого и я не знаю. Видимо все от человека зависит. Ведь не только я и дедушка так пропадали, — ответила женщина. — Один раз мужичек в ночь решил к родителям в другую деревню съездить, да не повезло в туман угодить. Для него лишь день прошел, а для других три года. Как же все радовались, когда он живым к родителям приехал. Вон ребятенок чей-то ночью на улицу прошмыгнул, так к крыльцу через минуту вернулся, хотя он сам потом друзьям хвалился, что всю ночь до рассвета один гулял. — Вон он как, — задумчиво бормотал небожитель. Оказывается, что туман и такое умеет. Надо будет доложить об этом Цзюнь У. Юнь Се, явно уставшая от этого разговора, решила сменить тему: — Ну чего уж мы. Что прошло, то прошло. Ты вон лучше кашки рисовой поешь, да чай горячий попей. Устал, наверное, с дороги. Небожитель без лишних пререканий согласился с Юнь Се. После такого и вправду есть, да пить хотелось. Дверь с грохотом открылась и в дом вбежал Цу Лин. — Ах ты дурья башка! — обрушился ругательствами на небожителя, мужчина. — Где ж ты пропадал то! Юнь Се и я место себе от беспокойства не находили! Думали, что ты сгинул на горе! Мужчина кричал ровно до тех пор, пока не поймал сердитый взгляд хозяйки дома. — Прости, милая Юнь Се. Совсем голову потерял от волнения, — говорил опустив голову Цу Лин. Но это ему вовсе не помешало в тихую ткнуть гостя под бок. — Ой, — тихо пискнул юноша. Юнь Се бросила еще один строгий взгляд на мужчину, после чего тот сразу успокоился. Пока женщина готовила, Сань Лан пересказывать их разговор Цу Лину. Поскольку Цу Лин всю жизнь прожили в этой деревне, ему не пришлось подробно объяснять, что произошло. Но раз Юнь Се закрыла тему, смысла продолжать разговор не было. Попрощавшись с Юнь Се и Цу Лином на ночь, небожитель пошел в заброшенный храм, чтобы там переночевать. На самом деле все это было простой отговоркой. Сань Лану нужно было выйти из поля зрения Юнь Се и Цу Лина, чтобы доложить Цзюнь У о чудотворном тумане. Дойдя до храма, небожитель создал пустую оболочку, наполненную его духовно силой, и оставил в храме на тот случай, если кто-то внезапно придет. Ночью в столице небес непозволительно спокойно, если сравнивать с той суматохой, которая творится тут днем. Однако двое друзей благородно исправили это. По середине улицы стояли Му Цин и Фен Синь, агрессивно жестикулируя и доказывая друг другу свою правоту. Хуа Чен подошел к спорящим со спины и положил им руки на плечи: — Привет. О чем спорите? — поинтересовался небожитель. — АААА! Черт, чего пугаешь! — выругался Фен Синь, явно не заметивший друга. — Так ты только пугаться и умеешь, дурень, — закатила глаза Му Цин. — Что сказал?! — гаркнул Фен Синь, набрасываясь на оппонента с кулаками. Они могли бы так спорить вечно, но, к счастью, их разнял Хуа Чен, так и не узнавший причину спора. — Вот же дурные, — отчитывал друзей Хуа Чен. — Совсем мозги порастеряли? Посреди улицы балаган устроили. Вы боги или торгаши, не поделившие покупателя? Голова на плечах должна ведь быть. Боги только сечас заметили, что их друг в обличии простолюдина. — А ты чего в таком виде? — поинтересовался Фен Синь, первый отпустив ситуацию, произошедшую ранее. Хуа Чен оглядел себя с ног до головы, щелкнул пару раз пальцами, меняя обличие. Выбор пал на юношу лет 17 от роду, не в тряпье, но и не в шелках. Самый обычный юноша. — Да так, дело было. Фен Синь и Му Цин, который уже успокоился, переглянулись, как бы спрашивая друг друга о чем то. Му Цин первым решил задать вопрос: — Что за дело? Это из-за него ты два месяца пропадал? Хуа Чен дернулся, после чего тоже задал вопрос: — Так все же прошло два месяца? — расстерев лоб ладонью, он продолжил. — А вот для меня только неделя. Тишина повисла буквально на минуту, после чего друзья хором закричали в духовной связи: — ЧЕГО?! — Ты два месяца в пьяном бреду валялся? Когда ж неделя успела стать двумя месяцами! Иди проспись, пьяница! — возмущался Фен Синь. — Угомонись, самый обиженый, — отвечал Му Цин. — Может для начала Хуа Чена обо всем расспросим? Оба небожителя повернулись к Хуа Чену, ожидая внятных объяснений. — О-о-ох, — протянул тот. — Дело в том, что именно для этого я и прибыл в столицу, — почесав затылок, признался бог войны. — Мне надо сходить к Цзюнь У, чтобы обо всем рассказать. Увидев, что друзья обиделись, добавил: — Но если хотите, то можете быть со мной на духовной связи. — Давай! — одновременно согласились небожители.