Условный рефлекс

Гармадон спустился на нижний этаж и открыл дверь, которая вела в комнату Зелёного ниндзя, как ощутил сильный толчок, который заставил его сделать шаг назад. Он отошёл к стене за спиной и присел. Непроизвольное «Ауч!» вырвалось из его уст. Из дверного проёма тут же выскочил непослушный юноша и помчался мимо Гармадона. Однако военачальник успел подставаить ему подножку. Зелёный ниндзя запнулся, но удачно приземлился на колено и тут же метнулся дальше. Этого времени хватило, чтобы Гармадон успел подняться и схватить убегающего за одежду. До чего было его удивление, когда парень одним движение распахнул верхнюю часть костюма и сбросил её. Гармадон тоже не собирался сдаваться, противоположной рукой он поймал ниндзя за руку. Но и к этому Ллойд был готов, не дожидаясь когда мужчина присоединит к его удержанию все руки, он с силой оттолкнулся от пола и ударил ногой Гармадона в грудную клетку, что заставило последнего вновь отступить, но не отпустить руку юноши. Тогда он свободной рукой подвернул маску снизу, освобождая рот, и укусил отца за большой палец державшей его руки. Гармадон был шокирован, почувствовав дискомфорт. Пальцы сжимающие кисть ниндзя разжались и Ллойд рванул от отца. Гармадон не мог в это поверить. Сначала он посмотрел на убегающего со всех ног ниндзя, а затем на влажное пятно на руке и незначительные углубления от зубов. От такой наглости со стороны Зелёного ниндзя, член Гармадона дрогнул в его брюках. Его враг пришел в себя, сегодня будет весело! Военачальник неспеша направился в ту же сторону, что и ниндзя. «Куда торопиться? Он никуда не денется, ведь мы в открытом океане!» Ллойд быстро добежал до двери в конце коридора, через неё его привели в это место. Во время перевода ему даже не закрывали глаза — их ошибка. Дверь выглядела, как на подлодке, овальная, с винтовым замком, она выделялась от всех остальных. Ллойд сразу начал его крутить, то в одну сторону, то в другую, но эффекта не было, его сил не хватало. Он попытался ещё и ещё. От злости, что план может провалиться, он начал бить замок и толкать дверь вперёд и назад, но она не поддавалась и на сей раз. Слишком много времени уходило на эту возню. Паника нарастала в нём с каждым учащённым ударом сердца. Тяжёлая, гнетущая тишина за спиной пугала Ллойда, он не мог заставить себя обернуться. Он боится. Тело Ллойда задрожало от адреналина и страха перед тем, что его ждёт. Все ещё держа замок, Ллойд сжался, вобрав голову в плечи. Не осознавая этого, он слегка повернул голову и увидел приближающуюся фигуру отца, его лицо исказила гримаса злости. Он боялся именно этого, зачем он обернулся? Ллойду впервые за все время заточения стало страшно за свою жизнь. Его отец выглядел настолько внушающе и грозно, что ниндзя даже забыл, как дышать, и не мог пошевелиться: страх парализовал его, он проиграл. Подойдя, Гармадон рывком развернул Ллойда к себе лицом, отчего последний ударился спиной о часть двери и стены, ноги подкосились и юноша начал сползать по косяку вниз, не в силах отвести взгляд от разъяренного военачальника. Гармадон схватил верхней рабочей рукой сына за горло и поднял в воздух словно он ничего не весил и ударил об стену. Ллойд взвизгнул. — Ах ты Зелёная тварь, — Гармадон оторвал его от стены, все ещё удерживая в воздухе. Ллойд схватил отца за руку, на которой висел, ногами пинал и толкал тело завоевателя — безрезультатно. Ллойд не мог сделать вдох и чувствовал жуткую боль в той части шеи, которую всё с большей силой втискивал Гармадон. — Не хочешь по хорошему, — свободная рука завоевателя загнула нижний, уже спущенный край маски, приоткрывая рот Ллойда. Ниндзя дёргался и бился в руках Гармадона, когда почувствовал, что от недостатка кислорода в голове мутнеет и он начинает терять сознание. С него грубо стянули брюки до колен и бросили на пол. Наконец-то он смог сделать резкий вдох, но от сильного давления на шею юноша начал кашлять. Он кашлял и кашлял, потирая покрасневшую больную шею. Время спустя он, прокашлявшись, начал с жадностью хватать ртом воздух. «Как мало нужно для счастья» — подумал Ллойд, не поднимая голову и не двигаясь. Провал его побега образовал внутри него огромную тёмную пустоту. Его руки затряслись и слёзы накопились на глазах. Но он не будет больше плакать, уж точно не перед Гармадоном. Вытерев пеллену с глаз тыльной стороной ладони, он так и оставался… сидеть? Видимо, он не заметил, как во время кашля оказался на полу. Краем глаза можно было увидеть, где стоял Гармадон, Ллойд мог поспорить, что он наблюдает за ним. Было слышно как растягиваются ремни на доспехах, как они снимаются и кладутся рядом у стены. Сейчас больше всего ниндзя боялся заметить движения Гармадона в его сторону, он сидел и уткнулся взглядом на себя раздетого. Его вина, что до такого дошло, хотя и без его попытки побега, все закончилось бы также. Его вялый маленький член на глазах стал наполняться кровью, морщинки разглаживаться, а само тело стало твердеть и приподниматься. Это зрелище словно загипнотизировало юношу. А в это время тень Гармадона стала опасно приближаться, и в конечном счёте Гармадон вплотную подошёл к ниндзя и положил руку ему на голову. Перед лицом проигравшего появился полустоящий пенис отца. Ллойд не хотел думать о том, что хочет сделать Гармадон, он попытался отвернуться, но не получилось. — Открой рот, Зелёный ниндзя, — приказал Гармадон. У Ллойда пересохло горло и единственное, что он мог сделать это отрицательно помотать головой, — и высуни язык, — Ллойд только сильнее стиснул зубы и вновь отказался выполнять приказ Гармадона. Последний нижней рукой схватил ниндзя за промежуток между челюстями и надавил, указательным и большим пальцем, — укусишь — зубы выбью, — пригрозил Гармадон. Рот Ллойда открылся под сильным натиском и Гармадон протолкнул в пространство между губами приоткрытую головку черного полового органа. От воздействий отца Ллойда резко затошнило, он даже не успел толком отреагировать на вторжение, как желчь уже обожгла корень языка. Ниндзя успел лишь рывком отдернуть голову в сторону и содержимое желудка пролилось рядом с ним на пол коридора, приступ кашля с рвотными позывами овладели ниндзя. Ллойд перевернулся на четвереньки у собственной грязи, желчь не заканчивалась, то ли это физиологическая реакция на вторжение, то ли психическая защита на новый уровень унижения. В это время Гармадон пристраивался к Ллойду сзади. Другой реакции он и не ожидал, как никак они враги, маловероятным было то, что ниндзя с первого раза его примет без каких либо последствий для желудочно-кишечного тракта. Будет сложно подготовить ниндзя из-за его затруднительного состояния, потому мужчина решил воспользоваться большим количеством смазывающего средства. Ллойд никак не мог помешать действиям отца. Когда рвотные позывы кончились, Ллойд начал глубоко дышать через рот, маска была ничтожно испорчена, глаза слезились, нос забит соплями и рвотными массами, во рту отвратительный привкус горечи, а Гармадон уже во всю насиловал его руками расслабляя мышцы для более крупного предмета. Тяжелая рука легла на затылок Ллойда и настойчиво, но медленно начала толкать в грязь. Ниндзя из последних сил стал сопротивляться. — Гармадон, стой, не надо, — прохрипел юноша, упираясь руками в местами чистый пол, но рука отца продолжала своё движение. — Это твое наказание. Хочешь быть прощенным? — новая волна тошноты угрожала лишить Ллойда желудка. — Да! Только не так. Остановись, Гармадон, — рука остановилась, и отпустила голову. Гармадон оттащил ниндзя на чистое место. Ллойд освободил носовую полость и упал верхней частью туловища на чистый пол, позволив телу расслабиться и просто дышать. Нижняя часть, удерживаемая руками военачальника стояла на коленях, у него не осталось сил бороться и сопротивляться. А у Гармадона наконец-то появилась возможность вторгнуться в анальное отверстие ниндзя, доставляя лишь себе особое удовольствие, играя самой чувствительной частью своего члена и сфинктером юноши. Гармадона-младшего тошнило от самого себя. Почему он течет от подобного насилия, унижения и издевательства? — Хороший мальчик. Я надеюсь тебе так же хорошо, как и мне. — Гармадон обхватил кистью твердый мокрый член ниндзя и начал скольжении вверх и вниз. Ллойд захныкал. — Прекрати это, пожалуйста, — Ллойд снова хочет умереть. Было бы легче, если бы его просто насиловали, тогда бы его не мучило чувство вины за то, что он получает удовольствие от этого. Точкой невозврата стал момент, когда Гармадон наклонился к спине Ллойда и его руки прикоснулись к, как оказывается, очень чувствительным бугоркам на его груди. Даже он сам ни разу их не трогал, разве, что под душем, случайно, а Гармадон теребил их, вызывая неподвластную ему бурю наслаждения. Напряжение нарастало, как снежный ком, ещё чуть чуть, ещё немножко и… … И толчки прекратились, рука на его члене остановилось. Бешеными от нужды глазами Ллойд посмотрел на причину остановки — «Только не опять.» — Хочешь кончить, зелёная шлюшка? — Да, — ели слышно отозвался Ллойд. — Поработай тогда для меня. — Что? — Я хочу видеть, как ты себя ублажаешь. Ниндзя сильно укусил нижнюю губу, необходимость в финале заставила Ллойда приподняться на руки и сделать движение вперёд от Гармадона. Впечатления были совершенно другие. Он мог контролировать процесс, но это не означало, что он может прекратить это все, к сожалению или нет, руки Гармадона все ещё лежали на чувствительных частях его тела. Но то, что теперь он может, сам выбирать скорость и глубину, было довольно необычно. Собравшись с мыслями ниндзя осторожно насадил себя на член отца. Стон вырвался сам собой, ощущения были совершенно новыми, он чувствовал границу головки и каждый гребень каждой вздутой вены на члене Гармадона. Это было так приятно, что всё, что было до — померкло. Рука Гармадона все ещё лежала на его органе без движения, именно его и не хватало. Отбросив стыд, Ллойд положил руку на руку отца и потянул ее, но движения не произошло. — Ааах, Гармадон! Двигай рукой. Ну же! Я хочу… Мне надо! Гармадон, будь ты проклят! Боже мой! — Тебе осталось только попросить, сынок. Это начало становиться их, точнее его предоргазменной игрой. — Пожалуйста, папа, пожалуйста… Папочка, дай мне… Дай мне кончить, Гарма…папа, — гоняясь за удовольствием, Ллойд уже не мог думать ни о чём другом, кроме секса. Он поглощён собственными переживаниями и ощущениями. Юноша сидел на члене Гармадона у самого основания, с неконтролируемой силой толкаясь. Вздохи и влажные звуки гуляли по коридору. Гармадон воспользовался затуманенным рассудком юноши и, подобрав удачный момент, приложил к своему члену палец, слегка неудобно, но реакция стоила того. От дополнительного растяжения Ллойд резко сексуально выгнулся в спине и приостановился, выдохнув горячий стон, готовый финишировать. Мурашки побежали по белой, слегка розоватой коже. А когда наконец Гармадон начал двигать рукой под четким руководством Ллойда, последний взревел. Он чувствовал, будто его тело напряглось от наполненности и взорвалось яркой вспышкой, которая волной за волной стало заполнять его темную пустоту внутри. Яички в мошонке напряглись до предела и приподнялись, член в руке Гармадона начал пульсировать и семенная жидкость украсила пол в виде бело-прозрачных брызг. Вскоре ниндзя стало отпускать и он пал без сил, тяжело дыша. Он устал и хочет спать, а взрослый мужчина ловко перевернул мальчика на спину, всё ещё находясь внутри, не давая времени на перекур, двинулся в бой. На грани потери сознания Ллойд застонал.