то, что происходит ночью

      Мигель никогда не отличался какой-то чрезмерной заботой или терпением — во всяком случае, не в тот период, который его знала Т/И. И если во время битв О’Хара хватал врагов за их патлы и со всей своей агрессивной мощью впечатывал их лицами в ближайшую плоскую поверхность, то сейчас он крепко хватал за эти самые длинные патлы Т/И и впечатывал её лицом в подушку, ограничивая любые ёрзанья и поползновения в сторону.       — Твою ж мать, Мигель… аккуратнее., — девушка выгнулась навстречу очередному толчку и задохнулась от проскочившей по телу ряби удовольствия. О’Хара остановился, издевательски переводя ладонь ей на шею и сжимая, зная, как та это любит. Т/И застонала в подушку, подрагивая, когда Паук резко вышел и перевернул её на спину, лицом к себе.       — Я аккуратен, — мужчина прильнул всем своим телом к её, припадая губами к изгибу шеи, дразняще покусывая бледную кожу. Поддевая её кончиками клыков, продолжая дразнить, он с нескрываемым упоением наблюдал за дрожащим телом снизу. Т/И нравились его чертовы клыки и он это прекрасно знал, хотя и не понимал — почему.       — Ммх… укуси., — она двинулась вперед, одной рукой хватаясь за Мигеля, чтобы притянуть ближе к себе. В моменте стало очень жарко; ей показалось, словно она обожглась — настолько горячим было тело перед ней. В комнате уже было ощутимо душно, когда она это заметила и глубоко вздохнула, пытаясь набрать больше воздуха для рывка вперед.       — Нет, — хриплый шёпот словно эхом отразился по комнате и Т/И вновь задрожала, притягивая О’Хару к себе за затылок. Впечатываясь в его губы своими, она раздвинула их своим языком, медленно проникая глубже. Очертив кончиком передние зубы, она наткнулась на то, что искала — осторожно пройдясь по длине клыков, она хрипло застонала, двигая бедрами навстречу. Мигель, ублюдок, никогда её не кусал, хотя она с ума сходила, как хотела. Единственное, что он мог предоставить ей и её странным, на его взгляд, вкусам — свои когти. Выпуская их в следующий момент, он предупреждающе сжал руками двигающиеся бедра, останавливая девушку на месте. Он никогда не любил, когда кто-то брал инициативу на себя.       — Сволочь, — О’Хара ухмыльнулся, спуская одну ладонь ей на низ живота и надавливая, чтобы в следующий миг двинуться вперед и остановиться, замерев внутри. Она инстинктивно сжалась, выуживая из девяносто девятого протяжный стон, — Сделай уже что-нибудь.       Сжав её бедра крепче, он впился своими когтями ей в кожу, вновь заставляя Т/И выгибаться. Острая мимолетная боль принесла с собой долгожданные острые ощущения, которые та так любила. Прочертив когтями дорожки вниз до коленей, он поднялся выше, обхватывая девушку за талию, чтобы оставить следы и там. Места царапин зажгло и девушка блаженно прикрыла глаза, тяжело дыша — ей нравилось ощущать эти следы после окончания этих ночей. Днем, когда они всей командой над чем-то работали и никто даже не подозревал о том, что происходило, когда опускалось солнце. И только жгучая боль говорила ей о реальности происходящего.       Пощекотав когтями её груди, Мигель прильнул к её шее зубами, легонько покусывая, но не кусая. Девушка тихонько захныкала в томящем ожидании — О’Хара любил наблюдать за её просящими попытками. Все это неимоверно заводило и он постоянно то ускорялся, то резко замедлялся, заставляя её буквально сходить с ума.       Её тело давно просило разрядки, но Мигель постоянно обрывался, продлевая момент, пока Т/И изнывала, пытаясь ухватиться за него как можно крепче — как будто это могло ей помочь. О’Хара заводил одним своим видом, заставляя шумно сглатывать и уплывать в свои фантазии прямо при всех — нельзя быть таким горячим, просто что-то говоря или делая. Она каждый раз ловила себя на этом. Каждый раз хотелось большего, каждый раз она понимала, что еще чуть-чуть и она перешагнет за край, но мужчина не позволял, вовремя обрывая.       — Я хочу…       — Еще нет, — медленно двигаясь внутри, он убрал когти и спустил ладонь вниз по её животу, еще раз надавил на низ и обвел большим пальцем клитор. Т/И прерывисто вздохнула, вскидывая голову. Довольно ухмыльнувшись, О’Хара медленно надавил, проводя из стороны в сторону несколько раз, не переставая двигаться. Приоткрыв рот в немом стоне, девушка хотела было что-то сказать, но тот снова остановился, на этот раз сам накрывая её губы своими. Во время поцелуя, когда та отвлеклась, он снова возобновил движения, постепенно ускоряясь. Сквозь поцелуй она, наконец, почувствовала, что ладонь снова сместилась ниже, лаская её клитор, на этот раз более настойчиво.       — Ох, Мигель., — трясущимися руками стараясь ухватиться за его плечи, она чувствовала, что уже близко, что уже скоро все закончится.       Когда его движения начали становиться все более отрывистыми, а сам он уткнулся ей в изгиб шеи, она почувствовала, что сама вот-вот кончит. Сладкая судорога пронеслась от низа живота по всему телу, возвращаясь обратно, и она сжалась, дергаясь в мелкой дрожи, пытаясь совладать ос своим телом и чувствами, так резко охватившими её. В этот момент, выйдя из неё, Мигель схватил её бедра, двигаясь теперь между ними. Хватило всего пары движений, чтобы он сам кончил, мелко подрагивая и тяжело дыша, пока сперма медленно стекала с его члена ей на живот.       Устало откинувшись ни спину, она явственно почувствовала, как устала и вымоталась, пока О’Хара припадал к ней в очередной нелепой ласке, пытаясь принести ещё немного приятного после всего произошедшего.