Misión Especial: Seduce al Alfa/Специальная миссия: Соблазнить Альфу

[Первая миссия: Испускайте свой запах омеги каждый раз, когда главный герой оказывается рядом.] Шэнь Цинцю лег спать, молясь, чтобы все это оказалось просто дурным сном. Вероятно, с тех пор, как он переместился, он всегда надеялся, что происходящее вокруг всего лишь дурной сон. Он надеялся, что однажды проснется в своей постели в старой квартире Шэнь Юаня, дезориентированный и сбитый с толку, только для того, чтобы понять, что испорченная еда и переселение душ были обычным кошмаром. Он бы посмеялся, немного истерично, но с большим облегчением. Тогда он пообещал бы себе, что перестанет читать так много веб-новелл о переселении душ и смотреть аниме исекай на некоторое время… по крайней мере, до выхода следующего сезона аниме «Tate no Yuusha no Nariagari». И он продолжил бы дальше спокойно идти по дороге жизни. Но, конечно, подобный сентиментальный финал мыльной оперы не имел никакого отношения к его реальности. Шэнь Цинцю вздохнул, задним числом принося извинения всем авторам, которых он разгромил, чьи романы имели похожие концовки — те, где все это было просто сном. Он всегда думал, что они дерьмовые. Теперь он осознал, что это был хороший конец и отчаянно хотел проснуться в своей старой жизни. Но нет! Он просто должен был проснуться в прекрасной сцене из сянься-драмы, когда экран дурацкой Системы прямо у него перед носом напоминает ему о миссии, которую он обязан выполнить, чтобы набрать как можно больше очков и избежать ужасной участи. Согласно условиям миссии, ему нужно было позволить своему запаху омеги вырваться наружу. В большинстве омегавселенных ароматы были необходимы. Запахи альф и омег передавали их эмоции: стресс, страх, гнев, даже либидо. Запахи своих друзей и семей… Омеги несли запах своего альфы, обозначая наличие партнера. То же самое касалось альф — они способны были впитывать запах своего омеги. Запахи могли даже передаваться от родителей детям, чтобы отвести опасность. Лучшими способами передачи ароматов являлись прикосновения. Альфа или омега могли устанавливать связь через прикосновения. Если человек находился в среде с сильным и стойким ароматом, то, естественно, со временем он прилипал к нему. Распространять свой запах вокруг кого-то, кто не был родственником, обычно было признаком проявления интереса к нему. Это было похоже на павлинов, распускающих прекрасные хвосты, чтобы привлечь внимание потенциальных партнеров. Вот почему альфы и омеги научились контролировать свой запах, иначе они могли непреднамеренно привлечь нежелательных поклонников. Это также было мерой безопасности — поскольку запахи альф и омег передавали их эмоции, могли найтись те, кто воспользовался бы этим. Лучше всего было подавлять его. Как обычному человеческому существу, пришедшему из мира, где альфа и омега были всего лишь буквами греческого алфавита, Шэнь Цинцю было очень трудно скрыть свой собственный запах. Но у него не было выбора, этому нужно было учиться. Во-первых, потому что настоящий Шэнь Цинцю был необычайно хорош в сокрытии своего запаха, до такой степени, что никто и не подозревал, что он омега. Только беты не обладали никаким ароматом, поэтому оригинальный Шэнь Цинцю тщательно прятал свой, чтобы сойти за одного из них. Во-вторых, самым сложным было то, что независимо от того, какое выражение лица делал Шэнь Цинцю, его запах всегда ему соответствовал. Шэнь Юань мог бы надеть маску безразличия и сказать «Мне все равно», но его запах кричал: «Черт, я не знаю, как это делать!!! А-а-а-а-а!» — все бы мгновенно поняли, что он лжет. Это уже случилось в присутствии нескольких людей. Находясь рядом с Юэ Цинъюанем Шэнь Цинцю сохранял равнодушное выражение лица, но его запах выдавал его беспокойство и дискомфорт. Лидер Секты тогда только грустно улыбнулся ему. С Ло Бинхэ и Нин Инъин, когда они попали в ловушку Кожедела, Шэнь Цинцю пытался вести себя спокойно и расчетливо, но его запах предательски демонстрировал, что на самом деле он был напуганным омегой. (К счастью, в то время эти двое были слишком юны, чтобы различать тонкие составляющие его запаха.) Даже с Лю Цинге однажды, во время драки, слова Шэнь Юаня в его адрес были резкими и сердитыми, но его запах омеги сумел успокоить дикого альфу. Запахи походили на палку о двух концах. Шэнь Цинцю до сих пор был очень осторожен, скрывая свой, чтобы не показать истинных чувств, за исключением нескольких незначительных промахов. Высвобождение запаха позволило бы Ло Бинхэ постоянно знать, в каком он настроении. Шэнь Цинцю стал бы уязвим перед ним! Без сомнения, он потерял бы перед ним лицо! И он был уверен, что Ло Бинхэ будет уважать его меньше! [Хозяину этой Системы определенно нравится беспокоиться по пустякам, да. ∠(ᐛ 」∠) ＿] «Тск!» Шэнь Цинцю устало выдохнул. «Ты должна знать, что это твоя вина. В любом случае, почему ты хочешь, чтобы я был таким рядом с Бинхэ?» [Это не входило в намерения этой Системы. _ へ __ (‾◡◝) Эта Система всего лишь пытается помочь Хозяину в его желании выжить. (ᐛ) Разве эта Система не хороший и заслуживающий доверия друг? (◞ ･ ౪ ･)] «Но Бинхэ наверняка сможет отличить запах от моих слов, теперь, когда он стал старше. Он будет знать все, как будто читая мысли!» Подумал он про себя, слушая, как Ло Бинхэ снаружи, похоже, занимался любимой уборкой. [Разве это не прекрасная возможность? (ﾟ ⊿ ﾟ) Хозяин, выпускающий свой аромат — отличный способ сблизиться с главным героем! ⊂ ((・ ▽ ・)) ⊃ Эта система гарантирует Хозяину, что если он будет следовать заданиям, его жизнь будет спасена! (/ ^ ▽ ^)/] Шэнь Юань встал с кровати, хмурясь, готовясь к предстоящему дню. [В любом случае, у Хозяина нет выбора. (▽ ;), Эта система отнимет 500 B-очков, если он откажется от миссии! ° ˖✧◝ (⁰▿⁰) ◜✧˖ °] «Но награда составляет всего 100 B-очков?! Будь ты проклята, ты, мошенническая система!» Шэнь Цинцю плакал глубоко в своем сердце. [Либо Ваша жизнь, либо Ваша задница, Хозяин! ∩(︶▽︶)∩] «Моя задница?!» [Упс. (｡ ・ // ε // ・｡)] Система действительно не приказала бы ему пожертвовать свою хризантему Бинхэ, верно? … Верно?

***

После купания Шэнь Цинцю тщательно облачился в подготовленные одеяния: две внутренние белые мантии, белую верхнюю мантию с золотыми вставками и верхнюю мантию глубокого зеленого оттенка с небольшими бамбуковыми украшениями. А потом он начал расчесывать свои волосы по дурацкой моде сянься. Как и любой миллениал, Шэнь Юань привык к удобствам, ощутимо облегчавшим его жизнь прежде. Его мать покупала шампунь, поддерживающий здоровье волос, и это был весь уход, который требовался в его прошлой жизни. Но длинные волосы, которые были у него теперь, нужно было мыть дважды в день, а затем распутывать тонкой расческой, на что уходила целая вечность. Ему нужно было пользоваться различными увлажняющими кремами и маслами, чтобы сохранить их шелковистыми и блестящими — Система давала ему 10 баллов, если он делал это вовремя, но вычитала бы 50 баллов, если бы он пропускал. Настоящая заноза в заднице. Стиль, в котором это обычно делалось, менял его прическу в худшую сторону. Он как мог собирал волосы в пучок на макушке, но обычно у него это не получалось, и волосы, которые он не мог уложить, довольно некрасиво падали вокруг лица. Его руки уставали от долгой возни в воздухе, мучаясь в попытках сделать прическу, ну почему не было ничего, что могло бы облегчить эти страдания? Потом приходилось надевать тяжелое неудобное украшение, а в конце перевязывать все лентой, завершая образ Бессмертного Мастера. Честно говоря, внешность, которую приобрел Шэнь Юань — Шэнь Цинцю, — ему очень нравилась. Теперь он был высоким, что уже делало это тело прекрасным. Кожа была гладкой, скорее всего, потому, что Шэнь Цинцю был довольно тщеславен и бережно к ней относился. Его глаза были зелеными, чего у древних китайцев в реальности определенно не бывало, но он предположил, что это было нормой для подобного мира сянься; его коллеги, Лорды Пиков, также отличались разными оттенками радужек. По его мнению, это напоминало аниме, где у каждого персонажа были неестественные цвета глаз и волос, и никого, казалось, это не волновало. Именно из-за шикарной внешности Шэнь Цинцю Шэнь Юань в своем теле также стал немного тщеславным. Раньше он никогда не заботился о своей внешности, носил мешковатую одежду, сам стригся и носил очки из какой-нибудь коллекции аниме-товаров. Но теперь все изменилось. Репутация здесь, в конце концов, была очень важна. Он втайне поблагодарил Самолета, Стреляющего в Небо за то, что он подарил Шэнь Цинцю такое красивое лицо. В оригинальном романе внешность персонажей мужского пола, за исключением Ло Бинхэ, никогда не описывалась, поэтому большинство людей создавали для них фанарты в меру фантазии и навыков. Большинство людей рисовали Лордов Пиков стариками. Например, Лю Цинге часто изображали жестоким, похожим на медведя, человеком, а Шан Цинхуа и Мин Фаню часто придавали лица, смахивающие на хитрого Питера Петтигрю. Те немногие поклонники Шэнь Цинцю, которые существовали, делали его похожим на странного старого извращенца. Шэнь Юань был благодарен всем сердцем за то, что реальное воплощение Шэнь Цинцю таким не было, иначе ему пришлось бы изуродовать себе лицо, чтобы иметь предлог замотаться бинтами. Хотя, честно говоря, лицо Шэнь Цинцю не так уж сильно отличалось от его собственного. Форма глаз, возможно, носа. Шэнь Юаню было любопытно, было бы сходство более поразительным, если бы он подстриг свои волосы до той же длины, которая была у него в его предыдущем мире. Но на самом деле он не мог этого сделать. Система бы точно наказала его. Это была та еще заноза в заднице. Глубоко вздохнув, Шэнь Цинцю приготовился выпустить свой аромат омеги, прежде чем покинуть комнату. Скрывать свой запах было очень полезно, но для Шэнь Юаня это также было очень неудобно. Он не был уверен, как объяснил бы это нормальному человеку, если бы его попросили. Возможно, это похоже на ощущение задержки дыхания под водой — что-то вроде стеснения в горле, но без удушья. Ему потребовалось так много времени, чтобы освоить технику сокрытия своего запаха, и теперь он высвобождал его, казалось, целую вечность спустя. В последний раз он выпустил свой запах во время нападения Ша Хуалинь на секту. Высвобождение его запаха, вызванное отравление, было непроизвольным, и по этой причине все в секте теперь знали, что Шэнь Цинцю был омегой. С тех пор прошло уже два года. Как летит время… И как будто он вынырнул на поверхность воды, в которой тонул, чтобы вдохнуть, спазм в его груди наконец прошел, когда он позволил своему запаху наполнить комнату. Его аромат был простым: фрезия, зеленый чай и бамбук, и очень ему нравился. Мгновение спустя он услышал громкий стук чего-то разбивающегося на кухне. Он быстро бросился посмотреть, что случилось, беспокоясь за Бинхэ. Там Бинхэ торопливо собирал разбитые чашки с ярко-красным лицом. Шэнь Цинцю внезапно стало жаль его; несомненно, Бинхэ был напуган столь сильным запахом, появившимся в их доме так внезапно. Как омега, который уже достиг пика самосовершенствования, его запах был необычайно сильным и мгновенно охватил весь бамбуковый дом. Он надеялся, что Бинхэ не слишком шокирован невероятно сладким запахом. — Ши… Шицзунь! — Бинхэ запнулся, не в силах встретиться взглядом с Шэнь Цинцю. Бедный мальчик, подумал он. Прошло два года с тех пор, как был раскрыт второй пол и истинный аромат Шэнь Цинцю, но Ло Бинхэ все еще был в том же состоянии ужаса, как и тогда. Шэнь Цинцю покачал головой, сдерживая легкую улыбку умиления, забыв, что его запах выдаст его симпатию и веселье при виде своего ученика. Бинхэ, однако, это заметил.

***

Ло Бинхэ как всегда проснулся с первыми лучами солнца, проникавшими в окна. Сразу после пробуждения молодой альфа сделал то, что повторял каждый день с тех пор, как переехал в дом своего Учителя, — он измерил себя. Он стоял, прислонившись спиной к дверному косяку, и маленьким ножом отмечал место, до которого доходила его макушка. Повернувшись, чтобы оценить, он удовлетворенно улыбнулся. Он явно становился все выше и выше. Сейчас он был лишь немного ниже своего Шицзуня, а через несколько лет или около того точно станет выше него. Он надеялся, что сможет стать выше своего Учителя. Омегам, как правило, нравились альфы, превосходившие их ростом. Он быстро умылся и собрался, уделив особое внимание своей прическе, удостоверившись в успешном придании ей презентабельного вида. Надетая им белая одежда была аккуратной, без единой складочки, руки и лицо идеально чистыми, и, конечно же, его растрепанные волосы, черные как смоль, как беззвездная ночь, были приглажены и завязаны в высокий конский хвост, дополненный изящной лентой. Шицзунь всегда хвалил его внешность. Впрочем, ни одному ученику Пика Цинцзин не разрешалось выглядеть растрепанным и неухоженным. Бинхэ с гордостью отметил, что его тело стало более мускулистым после недавних тренировок. Он так усердно работал каждый день, чтобы стать альфой, которым его Учитель гордился бы и… возможно, даже захотел бы принять партнером. Не думай так, он ругал себя, все его лицо покраснело от стыда. Он не должен слишком много фантазировать о подобном. Его сны — это другое дело, но свой разум в течение дня он контролировал. С тех пор, как он присоединился к секте, Бинхэ восхищался своим Учителем. Он был красив и элегантен, с аурой необузданной мудрости. У юного Бинхэ перехватило дыхание при одном взгляде. Когда ему сказали, что он присоединится к вершине этого Бессмертного Мастера, он почувствовал, что его душа может вознестись прямо здесь и сейчас. Его мать всегда говорила ему, что бессмертные совершенствующиеся не имеют себе равных по красоте и праведности характера. Юный Бинхэ хотел быть таким — красивым, справедливым и умным. По его мнению, Шэнь Цинцю был воплощением того, каким должен быть Бессмертный Мастер. Он чувствовал себя таким счастливым, оттого что мог учиться у него. Эти надежды и мечты были сожжены обжигающе горячим чаем, вылитым ему на голову. После того, как он присоединился к секте, следующие два года были сущим адом. Каждый день Ло Бинхэ просыпался оттого, что его били шисюны; его мышцы ныли от боли, когда его заставляли выполнять тяжелую физическую работу. В конце дня он возвращался в свой холодный и унылый дровяной сарай, не имея даже одеяла, чтобы укрыться, и его желудок все еще урчал от голода. Все это происходило под жестоким взглядом его Учителя. В глубине души Ло Бинхэ не мог простить своего Мастера за то, как тот разрушил его мечты, независимо от того, сколь многому он учился у него. Одна часть его была возмущена Шэнь Цинцю, в то время как другая была мотивирована тренироваться еще усерднее, чтобы доказать самому себе, что он достоин быть учеником своего Учителя. Но однажды его крики о помощи были услышаны каким-то существом. Его Шицзунь упал в обморок из-за отклонения ци, и грубый, холодный Учитель растаял и превратился в другого, теплого и доброго, относящегося к Бинхэ с искренней привязанностью. Ло Бинхэ всегда был умнее большинства людей. И то, что его Учитель внезапно потерял большую часть своих воспоминаний и полностью изменил свою личность, было не тем, что он мог просто счесть нормальным явлением, хотя все остальные, казалось, восприняли это с легкостью. Конечно, он знал, что отклонения в ци могут иметь множество последствий, но ему все еще было трудно поверить, что Шицзунь, что однажды выпорол его без угрызений совести, был тем же самым Учителем, что относится к нему с такой добротой. Про себя он иногда думал, что его прежний жестокий Учитель был заменен чьей-то другой душой. Кем-то, кто был мягче, справедливее и просто лучше во всех отношениях. И ему было все равно, так ли это — его Учитель теперь был его единственным Учителем. Он был тем, кто терпеливо учил Ло Бинхэ, кто привлек его внимание своим чудесным характером и только мягко отчитывал его, пряча улыбку за веером. Естественно, для Бинхэ было бы странно не влюбиться в такого человека. Его Шицзунь был омегой высочайшего класса с невероятным уровнем развития, идеальным запахом и непревзойденной красотой. Бинхэ не мог желать ничего, кроме как шанса проявить себя перед своим Учителем в надежде, что, возможно, однажды его будут рассматривать как потенциального партнера, а не просто как ученика. Он начал работать еще усерднее над своими тренировками с тех пор, как узнал, что его Мастер — омега. Он более старательно практиковался в своем совершенствовании, как под руководством своего Учителя, так и демона сновидений. Он трудился над совершенствованием своей каллиграфии, и, несмотря на то, что был ужасен в гуцине, он все еще продолжал заниматься. Его физическая подготовка неуклонно увеличивала его мышечную массу, и теперь ему разрешалось обучать этому своих шиди. Иногда ему даже разрешалось руководить ночной охотой …! В их бамбуковом доме он отвечал за уборку своей комнаты и комнаты своего Учителя, стирал белье и, его любимое занятие, готовил для него. Он стремился к тому, что его Учитель примет его как пару; он даже согласился бы быть вторым или третьим мужем, лишь бы мог быть рядом с ним. В конце концов, в отличие от других поклонников Шэнь Цинцю, таких как Лю Цингэ и Юэ Цинъюань, у Ло Бинхэ не было мощной базы самосовершенствования, известной фамилии или богатства. Но он все еще надеялся. Сколько раз лидер секты приносил Шэнь Цинцю дорогие десерты и подарки в попытке привлечь, а его Шицзунь игнорировал его? Сколько раз Лю Цингэ вручал Шэнь Цинцю трупы великолепных зверей, а его Шицзунь не обращал внимания? Его Шицзунь был добр ко всем, и хотя альфы, естественно, испытывали к нему влечение, он вежливо отвергал их и вел себя так, как будто не понимал, что они делают. Но в случае с Бинхэ это было не так. То, как он обращался с Ло Бинхэ, отличалось от сверстников. Он лично обучал его, они вместе ели, он даже позволил Бинхэ переехать в его дом. Бинхэ тихо надеялся, что причина, по которой Шэнь Цинцю уделял ему так много внимания, заключалась в том, что он видел его потенциал. И однажды он станет лучшей версией себя, его Учитель увидит, на что он способен, и выберет его в качестве партнера. «Ты слишком далеко уходишь в мечты», мысленно сказал Мэн Мо. Время от времени они разговаривали, и их отношения понемногу улучшались. Теперь он многое доверял Мэн Мо, хоть и только потому, что твердо знал — демон сна не сможет его предать. — Это не просто мечта! Это то, что в итоге обязательно произойдет. Шицзунь ведет себя со мной иначе, чем со всеми остальными, как только я полностью раскрою свой потенциал, я уверен, что Шицзунь будет относиться ко мне, как к партнеру, достойному занять место в его сердце… Как правило, к Мастеру, выбирающему одного из своих учеников в качестве партнера, относились неодобрительно. Но не в том случае, если Мастер был омегой (поскольку омеги были редкостью и пользовались большим уважением). Так что, если омега решит, что их идеальной парой является один из их учеников, мир совершенствования будет уважать это. Конечно, Ло Бинхэ был еще немного молод, ему было всего шестнадцать, но скоро ему исполнится семнадцать, и для него было бы нормально вступить в брак. Он надеялся, что, как только он достигнет подходящего возраста, его Шицзунь обратит на него внимание. «Если твой Учитель действительно выберет тебя, это будет концом для вас обоих. Ему лучше бы найти кого-то другого. А тебе — оставить его и следовать своей судьбе демона», вздохнул Мэн Мо. Ло Бинхэ проигнорировал его. Мэн Мо всегда твердил о том, что Бинхэ должен покинуть мир людей из-за своей демонической крови, но он раз за разом отказывался. Его Учитель никогда бы не предал его доверие из-за его демонической природы, так что у него не было причин уходить. Он никогда бы не бросил своего любимого Шицзуня. Как только он проснулся и приготовился к новому дню, приступил к уборке бамбуковой хижины. Его Учитель последние несколько дней ложился спать позже обычного; он позволял своим ученикам проводить утренние занятия самостоятельно под предлогом необычной усталости и необходимости отдохнуть. Когда однажды Бинхэ станет богатым и могущественным, он позаботится о том, чтобы его Мастер мог вести комфортную и ленивую жизнь, о которой мечтает. После наведения чистоты он приступил к приготовлению завтрака. К этому времени Учитель, должно быть, уже проснулся. Бинхэ уже приготовил немного горячей воды, зная, что она понадобится Мастеру. Его Учитель всегда опаздывал, так как он тратил так много времени на свою внешность. Бинхэ помогал ему выбрать специальные масла; он был единственным человеком, который знал запахи и названия тринадцати масел, которыми пользовался его Шицзунь. Не Юэ Цинъюань и не Лю Цингэ. Только он. Он быстро выбросил мрачные мысли из головы. В конце концов, он примет все, что решит его Учитель. Он просто надеялся, что его Мастер остановит свой выбор на нем. Пыхтя, он начал готовить. Рисовая каша, немного нарезанных фруктов и сладкий суп. Он оставил еду на маленьком столике, за которым он и его Шицзунь всегда ели, а затем пошел за их чайными чашками. Вот тогда-то он и почуял это. Запах Учителя распространился по всему их маленькому дому. Запах Учителя, тот, который он не чувствовал два года, но все еще не мог стереть из памяти. Тот сладкий, ностальгический аромат, который привлек его в Учителе. Эмоции, которые он мог различить в аромате, были смущением и предвкушением. Чашки, которые держал Бинхэ, разлетелись вдребезги, когда он попытался успокоить своего внутреннего альфу. Он не был зверем, он был личностью, рациональным человеческим существом, сказал он себе… хотя любой разумный человек пришел бы в замешательство, почувствовав запах того, кого он любил. Он услышал, как его Шицзунь направляется к нему, и поспешил убрать беспорядок, который он устроил, беспокоясь, что его Учитель рассердится на него за то, что он разбил его любимые чашки. — Ши… Шицзунь, — пробормотал Бинхэ, не в силах встретиться взглядом со своим Шицзунем. Чувствуя, что тот подходит все ближе и ближе, он попытался быстрее собрать осколки. Запах Шицзуня был таким сильным, что у Бинхэ закружилась голова от желания. Ему нужно было контролировать себя, особенно когда он чувствовал запах любви и привязанности своего Учителя. Что это было за божье испытание? Ло Бинхэ был всего лишь смертным! Бинхэ, успокойся. — Ой, — внезапно застонал он, его палец пронзил укол острой боли. Это ощущение помогло ему успокоиться. — Бинхэ! — позвал голос. Мягкие руки взяли его собственные; руки его Шицзуня были немного меньше, чем у него, и намного теплее. — Ты же знаешь, что тебе не следует прикасаться к битому стеклу голыми руками, — пожурил его Шицзунь. — Мне жаль, Шицзунь, — смущенно извинился Ло Бинхэ. Он чувствовал беспокойство в аромате Шэнь Цинцю, и это заставляло его чувствовать себя еще более задыхающимся; ему казалось, что он мог забыть, как дышать, из-за этого сладкого аромата, заполняющего его разум… — Ваша любимая чайная чашка… — Это не имеет значения. Нам нужно залечить твою рану, — сказал его Шицзунь.

***

С тех пор прошла неделя, а запах его Мастера все еще благоухал в их доме. Бинхэ всегда улавливал его эмоции — смущение, радость, простое счастье, гнев и раздражение. Эмоции Шицзуня больше не были для него такими бесстрастными, как его лицо. Бинхэ это нравилось. — Мэн Мо, как ты думаешь, Шицзунь рассматривает меня как потенциального партнера? В конце концов, омеги обычно распространяют свой запах только вокруг своих партнеров, семей и… тех, в ком они были заинтересованы. «Честно говоря, я не уверен, малыш». * [Миссия: Испускайте свой запах омеги каждый раз, когда главный герой находится рядом.] Завершено! Награда: 100 B-очков +100 очков удовлетворения для главного героя.] [Продолжайте в том же духе, Хозяин! Не останавливайтесь ни на день! (๑ ˃̵ᴗ˂̵) و] [Загружена следующая миссия! ೕ (ᴗ ๑)] [Вторая миссия: Почувствовать главного героя мужского пола, находясь рядом с ним. Награда: 200 B-очков] «Пошла ты, Система!»