ты не спасал меня, герой

      Алиса ненавидела сидеть без какого-либо действия. Ей постоянно хотелось сорваться с места, бежать, прыгать, летать, делать всё что угодно, лишь бы не сидеть на месте. Это было с ней с детства, как говорит мама. Врачи и психологи только разводили руками и решили, что это синдром дефицита внимания, который не мешает жить людям. Но Алисе определённо мешал. Особенно сейчас, когда она сидела в кабинете у директора своей ненавистной школы и слушала какой-то лепет мамы и отчима.       Какой же мерзкой была директриса. Дубина её просто ненавидела. Эта с виду милая женщина казалась Алисе сущим адом, который высасывает из тебя энергию и заставляет усомниться в себе. И как бы девушка удивилась, если бы узнала, что Маргарита Васильевна была о ней точно такого же мнения.       Девчонка настолько часто была у неё в кабинете, что только сочетание звуков «а», «л», «и» вводило женщину в бешенство. Нет, Алиса не была пакостницей или задирой, даже наоборот, боролась за справедливость. Обидчик первоклашки сидит с расквашенным носом в медпункте? Ну, конечно же, Дубина постаралась. Провинившийся перед девочкой хулиган просит прощения на коленях? Это Дубина с ним побеседовала. И такое происходило чуть ли не каждый день. Маргарита Васильевна тяжело вздохнула, потёрла виски и начала свою речь:       — Ну, что ж, дорогие родители, наконец-то Алиса покидает двери нашей школы, — директриса натянула уже за столько лет идеально отточенную фальшивую улыбку добродушности. — Мы будем очень по ней скучать и искренне сожалеем, что она не сможет присутствовать на выпускном.       Алиса посмотрела на маму. Та только кивала и соглашалась с каждым словом словом директрисы. На фразе «Ольга Андреевна», Артем Александрович, спасибо за прекрасно воспитанную дочь» Дубина еле сдержала себя от желания рассмеяться. Мама и отчим принимали участие в её воспитании? Ну, просто даже звучит смешно. Детство Алисы осталось в памяти какими-то скомканными кусками: мама, отец, которого она не помнит, Питер, опять мама, Москва, Дима, Дима, Дима. Правильнее будет сказать, что её воспитанием действительно занимался Дима. Он был замечательным старшим братом. Заботливый. Добрый. Мягкий. Он всё делал для младшей сестры, и Алиса была к нему привязана. Очень сильно. Дима вообще души не чаял в своей младшей сестрёнке, да и был привязан не меньше. Он настоял, чтобы она переехала к нему в Питер, когда он учился там. Родители были не против. Родителям было плевать. Всю жизнь. Родителям было плевать.       Неужели это кончилось. Алиса засунула руку в карман куртки и нащупала ашку. Главное — не достать при маме: новую порцию вскипевших мозгов Алиса просто не переварит. Ольга Андреевна в свою очередь поправляла и без того идеальную укладку, смотря в маленькое зеркало своего бежевого Ауди.       — Лисёнок, тебя подбросить до дома? — спросила Оля, наконец посмотрев на дочь.       — А вы не заедете к нам? — Алиса заранее знала ответ. Маме некогда.       — Лисёнок, ну ты же знаешь, что у нас с дядей Тёмой нет лишнего времени, — ничего нового. Ей всегда было некогда.       Алиса кивнула и отстранилась, когда Оля потянулась для объятий. Ей давно не было обидно от присутствия мамы на несколько минут. Она привыкла. Однако неприятный осадок гложил до сих пор. Он засел где-то под язычком и щекотал нёбо, как только рядом появлялась мама. Хорошо, что это было не так часто.       — Я пешком, — бросила Алиса и устремилась вперёд, желая быстрее скрыться в ближайшем дворе.       Девушка не хотела продолжать думать о маме. Это глупо. Бесполезно.       Сегодня мысли были более послушными, и быстро сменились на привычную любопытную волну. Новая идея возникла внезапно и засела в районе живота, где что-то щекотало от предвкушения посещения полицейского участка.

***

      Дима был всегда таким уставшим на работе. Несчастные двенадцать холодильников. Парень начинал их ненавидеть. Они были с ним везде. Приходили во сне. Всплывали в мыслях за завтраком, обедом, ужином. Преследовали. В глазах мелькали похожие друг на друга цифры отчётов, рапортов. Дима снял очки и потёр высохшие от усталости глаза. Он даже не заметил, как рядом села Алиска и начала жевать его недоеденный сендвич.       — Теперь я официально не школьница, — если бы Дима сейчас что-то жевал, то обязательно бы подавился от такого неожиданного появления сестры. — Предвижу твой вопрос, Димочка, да, меня сюда пустили без проблем, я сказала, что мне нужно написать заявление.       Дима открыл рот. Честно, он заторможено воспринимал информацию. Он ещё не до конца понял, что значит «не школьница», а Алиса наваливает на него новую информацию, которая, впрочем, прошла белым шумом.       — Ты документы из школы забрала? — мозг снова начал работать. — Мама и Артём приезжали?       — Ну, естественно, — с наигранной торжественностью произнесла Алиса, откусывая сендвич. — Кстати, мама сказала, что переведёт тебе немножко денюжек.       Дима вздохнул. Он устал говорить родственникам, что ему не нужны деньги. Он сам со всем справляется. Всё-таки ему 23, он уже взрослый парень, а не маленький мальчик, и теперь его задача — помогать маме и бабушке с деньгами, как бы они не удивлялись этому.       — Хорошо, я вечером перекину их тебе, — Дима отвёл взгляд на монитор, где всплыло новое сообщение с электронной почты.       Алиса довольно улыбнулась. Она, в отличие от брата, даже от лишней копеечки не отказывалась. Деньги ей нравились. Деньги её манили. Деньги заставляли чувствовать себя королевой. С деньгами можно всё. Без денег — ничего. И хорошо, что у Алисы они всегда были. В этом ей повезло.       — Дима, а можно я пойду участок посмотрю? Я же тут впервые, — Алиса состроила такое милое личико, что посмотрев на неё, Дима не смог отказать.       Счастливая Алиса пролетела между столами работников, быстро окидывая их взглядом. Скучно. Серо. Неинтересно. С души свалился камень разочарования, разбиваясь на мелкие кусочки, которые неприятно впивались в каждый участок её кожи. Все эти люди казались напрочь незаинтересованными в своей работе. Это расстраивало и вводило в тоску.       Алиса услышала чей-то весёлый голос, явно выделяющийся из серой толпы. Девушка посмотрела на источник звука. Молодой парень, одетый не то чтобы не по форме, а даже как-то слишком ярко для такого места, сидел на краю стола милой на вид девушки, в идеально выглаженной форме. Он что-то доказывал ей и часто жестикулировал.       — Вот, девушка, — парень внезапно обратился к Алисе.       Алиса, выражая на лице полное недоверие, всё же подошла и наконец могла рассмотреть эту парочку ближе. Парень был очень красивый, такое трудно не признать даже Дубиной. Нос горбинкой, карие выразительные глаза, которые скользили по фигуре его коллеги и острые скулы.       Девушка, на удивление, была очень похожа на него. Такой же носик с горбинкой, тёмные глаза, которые излучали добро, и пухлые губки, которые она обиженно надувала.       — Вот вы бы пошли со мной на свидание?       Алиса опешила от такого вопроса. Конечно, нет. она специально издала такой смешок, который ввёл бы в ступор даже самого заядлого пикапера.       — Нет.       — Вот видишь, Даш, — парень был настолько уверен в себе, что даже не успел понять, что его отшили. И видимо не в первый раз. Наконец, сообразив, что проигрышное положение всё больше затягивает его, он спустил с макушки на нос солнцезащитные очки с леопардовой оправой.       — Вот видишь, Петь, — Даша тяжело вздохнула, переводя взгляд на бумаги в своих руках.       Алиса усмехнулась. Да, интересная парочка. Девушка поспешила подальше от них, чтобы больше не влезть в их «несемейные» разборки. И, если честно признаться, сейчас Алису больше интересовал сам полицейский участок, который напоминал роскошный дворец. Её разрывало от желания заглянуть в изолятор и посмотреть на задержанных. жаль, туда не пустят. Помозолив глаза очень грозному охраннику, Алиса улыбнулась и ушла.       Заприметив кофемашину, девушка поспешила к ней. Она не то чтобы была фанаткой горького бодрящего напитка, но почему-то именно сейчас желание выпить его пробивало. Добавив в ароматный напиток три с половиной ложки сахара, Алиса обернулась и тут же встретилась с серой футболкой, на которой в миг появилось огромное кофейное пятно. Алиса подняла взгляд и увидела совершенно спокойное лицо с царапинами и шрамами, вот только карие глаза выражали в себе целый спектр эмоций. Кажется, он был не против её прикончить прямо здесь и сейчас.       — Извините, — залепетала Алиса и схватила в руки первую попавшуюся в руки «тряпку», которая, кажется, была чей-то кофтой. — Я случайно.       — Ты кто вообще? — этот вопрос ввёл Алису в такое возмущение, что она разом перестала растирать пятно и бросила тряпку на пол. А кто он такой, чтобы общаться с ней на «ты», да ещё и в таком наглом тоне? Она решила, наконец, нормально рассмотреть этого мужчину: высокий, на полторы головы выше неё, про таких обычно говорят «шкаф», но этот был худым. Обувница. Стеллаж. Вешалка. Да, точно, вешалка. Особенно с этим козырьком на голове.       — А ты кто? — такой же полный наглости вопрос, и Алиса довольно ухмыляется, когда мужчина начинает сжимать скулы. — Я Алиса Дубина, сестра Димы Дубина, он здесь работает.       — А я его напарник, майор Игорь Гром.       Чего? Тот самый Гром, который поймал чумного доктора? Значит, так выглядит народный герой. Алиса усмехнулась. Она представляла его немного по-другому, более статным что ли. И более улыбчивым.       Игорь вообще до сих пор не понимал, что это за девчонка. Неужели реально сестра Дубина? Внешне не похожа. В отличие от голубоглазого блондина Димы, она была брюнеткой с ярко-зелёными глазами. Однако, в её внешности было что-то такое знакомое. Странно знакомое. Характером тоже мимо. С первых секунд видно. Её брат никогда бы не стал дерзить, особенно Грому. А эта была бойкой, готовой с ним тягаться, несмотря на разницу в росте и физических возможностях. Это веселило.       — Ну, пойдём, проверим, чья же ты сестра, — сказав это, Игорь крепко сжал её запястье и потащил за собой. — Ну, Дубин, оформляй.       Дима оторвался от монитора и ошарашенно перевёл взгляд с сестры на напарника и наоборот. Ну, что она опять натворила?       — Дима, меня этот майор держит в заложниках, — Алиса дёрнулась, пытаясь вырваться из мёртвой хватки. Она посмотрела на Игоря, который, на удивление, был ненамного довольнее её. Он старая вредная вешалка, а не хороший коп.       — Это реально твоя сестра? — удивился Игорь, который, ну, не мог увидеть их родство. Совершенно разные и непохожие друг на друга брат и сестра.       — Да, у нас просто отцы разные, — бросил Дима, осматривая Алису настолько строгим взглядом, насколько ему это позволяла его натура. К слову, получалось очень плохо. — Что она опять сделала?       — «Опять»? — хмыкнул Игорь. Ну, неудивительно. — Ничего, просто непонятно, что она делает у нас в участке и почему распивает кофе.       — Да ладно, Игорь, Третьяков тоже здесь каждый день зависает и кофе пьёт, — начал Дима, вспоминая надоедливого адвоката, который не вылазил из участка и доставал каждого, но, встретив довольно суровый взгляд Грома, Дубин кивнул. — Да, детям здесь не место.       — Я не ребёнок, мне семнадцать лет! — Алиса возмущённо вскинула брови и посмотрела на супер-строгого Диму и супер-довольного Грома. Два придурка! Два идиота! Биба и Боба. Два долбоеба.       — Ну, Лис, тебе на самом деле нужно домой, — Дима улыбнулся, возвращаясь в своё обычное доброе состояние. — У тебя же выходной сегодня? — он обратился к Игорю, который сразу же переменился в лице, будто смутился.       — Мне дома скучно.       — Ты можешь проводить Алису? — Дима улыбнулся и посмотрел на сестру.       Алиса нахмурилась. Она не хочет идти с этой вешалкой. Он выглядит необразованным, злым и не умеющим улыбаться придурком. Алиса таких не переваривала. Хотя, если быть честным, она вообще таких людей не встречала. Это бесило. Это манило.       — Ну, могу, — ответил Игорь. Он даже сам не понял, почему согласился. Эта Алиса была невыносимой, что было понятно с первой секунды. С явным шилом в заднице и неугомонной энергией. Но Игорь тут же поймал себя на мысли, что, в принципе, такие люди его не бесили. Хотя Алиса первая дама с таким характером.       Алиса грозно сопела, еле успевая за Громом. Его шаг был просто огромным в сравнении с маленькими шажочками Дубиной. Девушка старалась его обогнать, ну или хотя бы догнать, чем очень смешила Игоря.       — Ты умеешь смеяться? — она подняла на него голову и удивлённо уставилась, будто перед ней не Игорь, а как минимум призрак Петра первого.       — Ну, а что я, по-твоему, камень?       Алиса подумала, что да, он вполне подходит на роль камня. Бесчувственный сухарь. Он не умеет улыбаться. Даже смеётся странно. Его смех уходит в усы, и всё веселье оседает на них.       — Возможно, — она кивнула и сделала вид, что погрузилась в свои размышления.       Игорь вздохнул, чтобы спрятать улыбку. Она смешная. Очень смешная. Вызывает улыбку, причём не какую-то издевательскую или глупую, а очень добрую и искреннюю. Для Игоря это было странно. Обычно он улыбался так в кругу близких, когда они делали для него что-то важное, а тут едва знакомая ему Алиса просто ведёт себя, как клоун, и вызывает внутри такое детское хорошее веселье.       — Ты же выпускница? Куда планируешь поступать? — Игорю даже в тишине стало трудно и непривычно идти. Почему бы не поговорить, если ответы этой девчонки веселят?       — Ну, вообще, как и Дима. Это семейное, — Алиса ответила с детской серьёзностью, как будто у ребёнка спрашивали о его будущей профессии.       — Всё с тобой ясно, — хмыкнул Игорь. Да, такая бы быстро дослужилась до майора и ещё бы его обогнала.       — Что тебе ясно? — девушка насупилась и ударила его в плечо.       Оставшуюся дорогу они шли, погруженные в совершенно разные разговоры. Игорь давно не чувствовал себя так… весело (?). Ему, правда, очень хотелось улыбаться, и он из последних сил сдерживал в себе эту искреннюю, как в раннем детстве, улыбку.       Алиса упустила момент, когда ей стало так хорошо рядом с этой старой вредной вешалкой. Он уже не казался таким тупым и неотесанным. Вполне умный, даже что-то там про Достоевского говорил. А ещё он умел улыбаться! Алиса заметила, как он старательно скрывает улыбку, но она была такой непослушной и то и дело вырывалась. Игорь был странным, и врождённая Алискина любопытность теперь хотела разгадать все его странности.       — Ну, спасибо, что проводил, — начала Алиса, отводя глаза на клумбу у подъезда.       — Подожди, — пробурчал Гром и скрылся за этой несчастной клумбой. Алиса недоуменно опустила голову. Что он мог там делать? Она молилась всем богам, чтобы он не вышел оттуда голым.       Лучше бы он вышел голым.       Игорь отряхнул застегнутую кожаную куртку (и как ему не жарко?) и протянул Алисе свою футболку.       — Постираешь, — наглости у него не занимать.       Алиса несколько секунд смотрела на футболку, надеясь прожечь там дырку одним взглядом. Не получалось. Пробовать прожечь дырку в Громе тоже было бессмысленно.       — Ещё чего мне сделать? — она недовольно закатила глазки.       Игорь только вздохнул, думая, что она всё-таки невыносимая. весёлая, но… сложная какая-то. но Игорь сложность любил. В школе его любимым занятием было решать сложные задачи по математике или физике. Чем не сложная задача, которую нужно решить?       — Завтра принесёшь в участок, — он был таким издевательски невозмутимым, что Алисе хотелось сквозь землю провалиться, лишь бы его не видеть, однако она берёт футболку и молча уходит, в мыслях проклиная эту старую вредную вешалку в козырьке.       Игорь посмотрел ей вслед и хмыкнул. Он даже не представлял, что своими словами нажимает на какую-то кнопку. Кнопку невозврата. Эта девчонка теперь каждый день будет бегать в участок. Теперь она будет постоянно мозолить глаза. Теперь она всегда. Теперь она везде. Теперь она едким пятном вошла в его жизнь.