Путь к свободе 2 "Не враг"

- Полковник! Останови его!!! Незадолго до этого. …Он ждал. Вокруг плато было установлено несколько камер, а также множество приборов, которые измеряли уровень электромагнитного излучения, фиксируя малейшие его колебания, а также температуру и влажность воздуха, уровень углекислого газа и множество других показателей. Несмотря на кажущуюся небрежность и спешку, Ньюман подошел к этому эксперименту со всей ответственностью, стремясь зафиксировать каждый вдох, каждый шаг. И нельзя было забывать, что до этого он многие недели провел в лесу, занимаясь исследованиями. Так, он установил, что при малейшем влиянии на Древо происходит реакция и в других растениях, что явно указывало на то, что ивовое дерево является зооплантом, накрепко связанным с окружающими его растениями как нижнего, так и верхнего порядка. При этом, как ни странно, связь была односторонней: Древо никак не реагировало на изменения вокруг него. Все это Кевин тщательнейшим образом фиксировал, однако результатами, а уж тем более выводами, он предпочитал ни с кем не делиться. Разве что… Он поднял голову, тут же найдя взглядом высоченную фигуру рекомбинанта. Разве что с полковником Куоритчем. Тот, как ни странно, оказался интересным и внимательным собеседником. Не слушателем – собеседником. Каждый раз при разговоре с ним Ньюман поражался его уму и образованности. При первых встречах он был уверен, что полковник - типичный тупой солдафон: агрессивный и недалекий. Но чем больше проходило времени, чем больше они общались, тем сильнее начальник лаборатории привязывался к своему телохранителю. Это было удивительно - Кевин сам себе в этом признавался: у него никогда не было друзей. Приятели, не более того. Он был выходцем из богатой семьи и с молоком матери впитал уверенность, что никому нельзя верить. Это же ему вдалбливал отец: никогда никому не верь! Надейся только на себя! Держи все свои мысли при себе! И все сорок лет своей жизни Кевин следовал этому совету. И ни разу не пожалел. Но сейчас… Сейчас что-то изменилось. Пандора и последние события как-то изменили его. Если уж даже он признался себе в том, что до сих пор сожалеет об утрате Шарлотты, то что уж говорить о другом. Но было и еще кое-что. Та информация, что он получал, была столь нова и интересна, что Кевин просто не мог держать это в себе! Но поделиться с кем-то из своих означало упустить из рук пальму первенства. А вот полковник… Куоритч, точно почувствовав его взгляд, повернулся, и уголки его губ дрогнули, едва ли обозначив улыбку. Ньюман ободряюще улыбнулся в ответ и вновь вернулся к работе. А вот полковнику он мог это рассказать, ведь тот точно не стал бы сливать информацию. Со своими бойцами он вряд ли бы стал обсуждать подобное, потому что ни Жница, ни Прагер не производили впечатления образованных людей… То есть рекомбинантов. А больше ему делиться было не с кем. Разве что с Шарлоттой. Скрипнув зубами, Кевин отвернулся. Шарлотта… О, как бы сейчас ему пригодились ее знания! Она, именно она, а не тупой Салли, могла бы пролить свет на его исследования! Вдвоем они могли бы поставить этот мир на колени! Покорить его, но не уничтожить! В голове Шарлотты хранились знания, которые были ему жизненно необходимы! И надо же ей было спутаться с полковником, черт бы его побрал! Стоило Кевину так подумать, как он тут же усмехнулся своим мыслям. Только что он размышлял, что полковник не так уж и плох, и тут же почти ненавидел его. Однако именно благодаря полковнику он может вернуть Шарлу. Девчонка наверняка согласится отправиться с ним в город. Но, черт возьми, какая же это будет пытка! А может, сразу по возвращении подвергнуть Шарлотту сканированию мозга, вытянуть нужную информацию и оставить ее в качестве плацдарма для экспериментов по переносу сознания? Попробовать вычистить ее личность и… Он понял, что ему физически больно даже думать об этом, и тут же оборвал себя. Нет. Ни за что! Пусть Куоритч таскает ее по углам и делает все, что ему хочется, но главное, чтобы она была жива. После сканирования мозга от нее ничего не останется! Будет пускающая слюни идиотка! А этого Ньюман не мог допустить. И раз уж не удалось вытянуть из Шарлотты информацию силой, то придется действовать хитростью. Но для этого она должна быть рядом, на расстоянии вытянутой руки. А это значит, что ему нужно будет унять свои чувства. Ничего, он справится, да и полковник будет его сдерживать. Кевин опять усмехнулся: жаль, если он лишится такого собеседника. Впрочем, не лишится. Шарлотта будет в лаборатории – Ньюман уже подготовил для нее и место, и должность. И рекомбинант и сам не будет сидеть рядом с ней, как привязанный. У него куча своих дел. А что между ними будет происходить в свободное время – это уже только их дело. Впрочем, с Шарлоттой ему и в самом деле нужно будет поговорить. Расставить все точки над i. В конце концов, он будет ее непосредственным начальником, и она обязана будет соблюдать правила! По крайней мере, прилюдно. Потому что Кевин не сомневался, что наедине Шарла будет продолжать шипеть на него. Почему-то это его поразило и тут же заставило задуматься: а ведь с момента их расставания прошло шестнадцать лет. Но она ничего не забыла и так и не простила его. Она помнила его прелатство. Вряд ли она вынашивала это в себе, но… Но вспоминала. И вновь ему стало больно. Она тогда ушла в ночь, одна. Ушла в никуда, потому что все, что у нее было, это сумка с вещами. Даже дома не было, ведь их с матерью дом забрал банк и до встречи с ним Шарла снимала крохотную квартирку в не самом благополучном районе города, откуда до работы ей приходилось добираться несколько часов. Но она никогда не жаловалась. Однако Кевин видел, с каким удовольствием она обустраивала дом, возилась в саду. Сад… Он усмехнулся горько: его отец купил им чудесный дом, с прилегающей к нему территорией. Этот район был один из самых благополучных, так что не было нужды ставить забор, и Шарлотта начала разбивать там сад, познакомилась с соседями. Кевин припомнил, как мило она ворковала с женой одного из видных политических деятелей, обсуждая какие-то растения. На это обратил внимание его отец и не преминул сказать сыну, что его жена заводит нужные связи, которыми он потом сможет воспользоваться. И вновь его кольнуло: она была бы идеальной женой! Для него уж точно. Такая спокойная, умная… Красивая. Невольно он вспомнил, как очаровательно она стеснялась в тот первый раз. Не сказать, что он сразу собрался на ней жениться, но уже через пару месяцев понял, что нашел то, что искал и сделал предложение. Непонятно почему он вдруг вспомнил кольцо, которое подарил ей на помолвку: тонкий платиновый обводочек без единого камушка. Шарла отказалась от роскоши. Но вот на свадьбу уже было заказано кольцо, которое должны были привезти из старого Лондона. Отец подключил нужные связи, и кольцо из белого золота с крупным натуральным сапфиром в обрамлении двух десятков мелких бриллиантов, было изготовлено на заказ и уже ждало свою обладательницу. Оно было практически не отличимо от того кольца, которое когда-то принадлежало одной британской принцессе, имя которой Ньюман благополучно забыл. …А потом случился тот проклятый вечер, когда все разрушилось. Шарлотта впервые в жизни закатила скандал, даже ударила его, а после просто ушла. Она не взяла ни одного украшения, что он ей дарил, не взяла даже машину, а просто покидала в сумку кое-какие вещи и ушла в новь. Одна… А спустя время он узнал, что она улетела на другую планету. Для него до сих пор было загадкой, как она так быстро прошла необходимые тесты и получила разрешение на вылет, но тут, скорее всего, все дело было в удачливости и даже отчасти некой небрежности. Тогда, шестнадцать лет назад, претендентов на звание оператора аватара проверяли гораздо менее внимательно и дотошно, чем сейчас. Тогда это была авантюра, дерзкий вызов самой жизни, и было не так-то много смельчаков, которые согласились бы лететь на другую планету, учитывая, что это мог быть билет в один конец. И сейчас, вспоминая об этом, Ньюман вновь подумал, что Шарлотта уже в тот момент раскрылась для него с неожиданной стороны. Мягкая, но со стальным, несгибаемым стержнем внутри. Маленькая и слабенькая, но вместе с тем сильная, выносливая и бесстрашная. Да и то, что она все эти годы выживала в лесу и не побоялась бросить вызов могущественной Корпорации, уже говорило о многом. И он ее потерял. Своими руками все разрушил. Она сейчас могла быть подле него: его самая верная соратница, его надёжный тыл, его любимая и правая рука. Миссис Шарлотта Ньюман… Один из приборов издал звуковой сигнал, извещая о повышении уровня ксенона, и Ньюман переключился на него. Хватит. Прошлого не вернешь. И у него еще будет время погрузиться в воспоминания… Может даже вместе с малышкой Шарлоттой. Правда, нужно будет посадить ее на крепкую цепь, чтобы она вновь не бросилась на него с ножом. Настроение стремительно улучшалось. У него все получится. Из сбивчивого рассказа Салли он понял, что один из главных критериев перехода – это желание самого человека. Нужно отчаянно хотеть этого. Верит, что все получится. И уже тогда этот... это… Он опять задумался и тут же мысленно себя обругал: ты ученый, твою же мать! А веришь в какой-то мистицизм. Веришь в некий переход? Веришь в дерево? Серьезно?! Может, Куоритч прав и ты просто идиот, который запутался в собственных фантазиях? Нет-нет, прекрати! Сейчас не время для сомнений! Решительно шагнув вперед, Ньюман коснулся тумблера прибора, отключая звук, и обернулся, кивнув одному из бойцов полковника, который опустила возле его ног аватар мисс Хуань. Странно, вдруг подумал он, а ведь аватары отличаются друг от друга так же, как и люди. Черты лица аватаров очень похожи на лица их операторов. Не мешает ни широкая переносица, ни кошачьи глаза, ни синяя кожа. В каждом из них без труда можно узнать человека. И аватар мисс Хуань очень на нее похож. «Зачем ты думаешь об этом?» - в его голове словно прозвучал голос, одновременно похожий и на голос его отца, и, как ни странно, на голос полковника Куоритча – «Соберись, сопляк!» - Соберись… - коротко выдохнул он, и Прагер удивленно обернулся было, но Ньюман тут же махнул на него рукой, выпрямился, нашел взглядом мисс Хуань, и та, словно дождавшись этого, тут же свалилась в обморок, заставив Кевина поморщиться. Бьорн подхватил ее, заголосил, но Ньюман, оскалившись, рявкнул: - Несите её сюда, мистер Иверсен! Самое время начать наш эксперимент! Настоящее время. …Мягкое розоватое свечение окутывало её, и Кевину казалось, что хрупкое человеческое тело мисс Хуань размывается, тает. Налетевший ветер вдруг принес несколько крохотных семян Ивового Дерева, парящих в воздухе. Они всегда напоминали начальнику лаборатории медуз в толще воды. Одна из этих «медузок» опустилась на плечо аватара Инду и словно по неслышимому сигналу тончайшие корешки Древа вдруг налились светом, зафлюорисцировали. Свет дерева стал более ярким, и несколько приборов вновь отчаянно запищали, фиксируя повышающийся уровень электромагнитного излучения. Кевин бросил было на них нервный взгляд, но тут же его взор вновь обратился к двум телам, что лежали у его ног. Крохотные светящиеся корешки… нет, скорее даже волоски оплетали тело мисс Хуань – человеческое тело. Тело же аватара, что и без того было соединено с Древом, было полностью опутано ими. Веки аватара затрепетали, Кевин, увидев это, с жадностью подался вперед, выхватил из чехла планшет, торопливо навел камеру на второе тело мисс Хуань и… И вдруг что-то произошло. Свет, льющийся от гибких побегов Древа, вдруг резко погас – словно кто-то опустил рубильник, обесточивая его. В ту же секунду перестали светится и тонкие корешки, а после и вовсе стали увядать, опадая на камни. Семечко ивового дерева, что касалось плеча аватара, вдруг воспарило и Ньюман, сам от себя того не ожидая, поймал его, с силой сжал в кулаке, словно пытаясь удержать… А последовавший за этим полный боли крик заставил его выронить планшет. Аватар Инду вдруг вздрогнул, скрючился и … И забился, словно сквозь его тело вдруг пустили ток. Кевин, опешив на миг, растерялся было, но тут же бросился вперед, схватил длинную черную косу аватара и безжалостно рванул верх, разрывая тоненькие волоски-корешки, которыми было опутано тело несчастной… И вдруг понял, что вокруг стоящего на коленях Салли корни Древа до сих пор светятся, а семена, что парят в воздухе, медленно опускаются на его плечи, словно пытаясь спрятать его от людей, укрыть. Он услышал свой голос словно со стороны: - Полковник, останови его!!! «Эксперимент провалился», - в голове начальника лаборатории сейчас была только эти мысль. Аватар в его руках выгибался, бился в конвульсиях, распахивал рот уже в беззвучном крике, и Ньюману в какой-то момент пришлось буквально прижать его всем телом к земле, чтобы удержать. К счастью, двое подоспевших рекомбинантлв помогли ему, а подбежавшие следом Александр и Гжегож присоединились к ним. Бьорн же, который уже оправился от того удара, подхватил на руки неподвижное тело жены, встряхнул ее и тут же, не стесняясь, заорал на своего начальника: - Что ты с ней сделал, ублюдок?! Она умирает!!! Этот крик, как ни странно, подействовал на Ньюмана отрезвляюще, став тем самым ушатом ледяной воды, который заставил его прийти в себя. - Что за тон, мистер Иверсен, - он выпрямился и гневно посмотрел на своего подчиненного, - Мисс Хуань не пострадала! Немедленно прекратите истерику! Мистер Королев, мистер Врона, второе тело мисс Хуань необходимо срочно доставить на базу! Мистер Иверсен, - он бросил на аватара взгляд, полный презрения, - полагаю, что со своей… женой, вы разберетесь сами. Лазарет к вашим услугам. Доктор Миллер знает, что делать. Его словам вторил глухой удар и полный боли стон. Посмотрев туда, откуда доносился звук, Ньюман увидел, как Куоритч одним ударом ноги сбил Джейка с ног и, наклонившись, рванул его косу вверх, тут же намотал ее на руку, а после с силой ткнул Салли лицом в древесные корни. Злость, что было приугасла, вспыхнула в душе Ньюмана с новой силой и он, соскочив с небольшого возвышения у дерева, быстрым шагом направился к полковнику и его пленнику.

***

Куоритч чувствовал, что его трясет от ярости. Едва только он ослабил контроль, как тот, второй, опять прорвался, опять все испортил! Стоило ему только услышать свою девку, и он мгновенно утратил бдительность! Хренов сопляк, все из-за него! Из-за него Салли снова вмешался и все испортил!!! - Мелкий говнюк! – с силой ударив предателя по спине, полковник наклонился, схватил его за косу и рванул ее наверх, в два движения намотав ее на руку, а после ткнул Джейка лицом в корни и камни. – Когда же ты уже успокоишься, дерьмо!!! Ненавижу!!! Удар, удар, еще удар. Он не хотел вымешать злость на предателе, но она настойчиво требовала выход, а металлический запах крови пьянил, дурманил. Убить этого подонка, разорвать в клочья, чтобы от него не осталось ни воспоминания! Его привлёк звук шагов, и полковник, подняв голову, увидел начальника лаборатории. Почему-то в эту минуту ему стало до невозможности обидно за него. Ньюман, этот чертов гандон Ньюман бьется над своими исследованиями, проводит в лесу дни и ночи, забывая про жратву и сон, делает все, чтобы воплотить свои планы в жизнь, а ублюдок, который шестнадцать лет скакал по веткам и строгал детей, снова все портит! Снова делает всё, чтобы люди проиграли! Пинками и окриками Куоритч заставил пленника подняться на колени и, с силой дернув его косу, так, что Джейк запрокинул голову, хищно улыбнулся. Ньюман стремительно приближался, и от образа благородного ученого не осталось и следа. Хвост аватара с силой хлестал его по бедрам, уши был прижаты к голове, а острые клыки, казалось, были ни ничуть не короче, чем у рекомбинанта. - Что ты натворил, ублюдок?! Кевин с ходу нанес удар, от чего пошатнулся и Джейк, и полковник. Куоритч и не знал, что у Ньюмана довольно неплохая растяжка. Сам он мог с легкостью дотянуться ногой до головы стоящего человека, но удар, который нанес Кевин, заставил его довольно хмыкнуть. Начальник лаборатории уже в который раз приятно удивлял его. Неужели он и в самом деле не такой слюнтяй, каким казался вначале их знакомства? Хмыкнув довольно, полковник перехватил несчастного Салли поудобнее, по-прежнему держа его за косу. Ньюман же, бесцеремонно схватив пленника за подбородок, с силой сжал пальцы, не боясь выпачкаться в его крови, и выкрикнул буквально ему в лицо: - Ты уничтожил то, над чем я работал несколько месяцев! Что ты сделал?! Как ты это сделал?! - Да пошел… ты… - Джейк мотнул головой, и Кевин, не успев отдернуть руку, коротко охнул, когда пленник укусил его за пальцы. - Вот же дерьмо! – с силой ударив его коленом в спину и заставив рухнуть на землю, Куоритч брезгливо стряхнул его косу с руки и поднял взгляд на Ньюмана, который стоял в паре шагов от него. – Сильно укусил? Научился у своей сучки! Не обращая внимания на боль, Кевин помотал головой, не сводя глаз со скорчившегося на земле пленника. - Плевать. Этот… Он завалил мне эксперимент, - он поднял взгляд на полковника, с силой заломил было пальцы, но тут же взял себя в руки. – Я не знаю, как он это провернул, но… Короче, он твой. Делай с ним что хочешь, но главное - не убивай. Рано. Пока что – рано. Прежде мне придется еще раз с ним поговорить, чтобы понять, как и что он сделал. Как он сумел прервать, да что там, обратить процесс вспять! Она почти очнулась, понимаешь? Девчонка уже готова была очнуться, у меня почти получилось, а этот… Он задохнулся от ярости. Куоритч усмехнулся и, сам от себя не ожидая, вдруг протянул руку и с силой сжал пальцы на плече Ньюмана. - Что на этот раз шантаж дерева на этот не удался? - Не удался, - невесело улыбнулся начальник лаборатории, и глубоко вздохнув, на миг прикрыл глаза. – Вот же дерьмо… - Не дрейфь, прорвемся, - полковник несильно встряхнул своего собеседника и убрал руку. – А что до этого… - Он наклонился, схватил Джейка за косу и посмотрел на Ньюмана снизу вверх: - Не убивать, говоришь?.. Кевин пропустил тот миг, когда в руках полковника оказался длинный армейский нож со скошенным лезвием. Помнится, именно с таким ножом на него однажды бросилась Шарлотта. И не будь на ней в тот момент ошейника, начальнику лаборатории пришлось бы худо. Словно в замедленной съемке, он наблюдал, как вороненое лезвие, отточенное до бритвенной остроты, с легкостью перерезает жесткие черные пряди, а после - кожу и нервный отросток на голове пленника. Всего одно быстрое, почти ласковое движение. Всего один взмах ножа. Всего один удар сердца… Ньюман вдруг подумал, что именно так перерезают горло. И, кажется, в данном случае это было бы милостью, потому что то, на что Куоритч только что обрек своего бывшего подчиненного, было преддверием Ада. - Ты убил его… - Лучше, - полковник широко улыбнулся, обнажая клыки. – Гораздо лучше. Дикий крик несчастного ввинчивался в сознание, но Ньюман почему-то не мог отвести взгляд от лица Куоритча, от огромных желто-зелёных глаз, в которых кровожадная ярость смешивалась с торжеством и возбуждением. Он и сам чувствовал сейчас нечто подобное: треклятый Салли ужасно достал его! Достал непокорностью, достал тем, что изрядно подгадил Корпорации и даже в камере казался несломленным. Но полковник все же сумел сделать то, что уничтожило его главного врага. Он чувствовал, что по щеке что-то течет, и, подняв руку, стер кончиками пальцев каплю крови, что долетела даже до него в тот момент, когда рекомбинант взмахнул ножом. - Ты просто кровожадный дикарь, - почему-то в этот момент он полностью успокоился и, переведя взгляд на корчащегося в агонии пленника, брезгливо добавил: – Какое отвратительное зрелище! - Оставишь себе как трофей? – хохотнул Куоритч и протянул начальнику лаборатории отрубленную косу. - Я слышал, что одно из племен на’ви промышляет подобным, - Ньюман принял длинный нервный отросток, оплетенный жесткими черными волосами, и махнул рукой одному из помощников. – Контейнер мне, живо! - Этот гандон убил меня. Тогда, шестнадцать лет назад. - И ты решил отомстить? – начальник лаборатории опустил косу в подставленный пластиковый кофр и брезгливо тряхнул рукой. – Ты чудовище! - Наша общая знакомая как-то сказала, что я монстр, - кровожадно усмехнулся Куоритч. - О, она права на все сто! – Подойдя вплотную к рекомбинанту, Ньюман подтолкнул ногой корчащегося от боли Джейка. – Прекрасная месть, полковник. Он больше не сможет соединяться с этим коллективным разумом, с соклановцами, с женой. Ты лишил его всего. - Я лишил его надежды. - Воистину, - Ньюман, не отрываясь, смотрел на кровь Джейка, которая теперь была и на его руках. – Омерзительно… - Но тебе нравится, я смотрю, - усмехнулся Куоритч и, поймав его руку, стер кровь. – Хер знает, какие болячек он успел понацеплять от своей сучки. Продезинфицируй рану. Не хватало, чтобы ты ещё как-нибудь триппер подхватил. - Беспокоишься обо мне, полковник? – фыркнул Ньюман, однако тут же серьезно кивнул. – Да, я обработаю рану. Черт… Мне надо просмотреть записи, снять показания с приборов… - Пошли своих бегунков, - полковник с силой сжал его пальцы. – Ты бы свою рожу видел! На тебе лица нет. Сколько ты не спал? – он не ожидал, что начнет задавать такие вопросы, но Ньюман сейчас и в самом деле выглядел хреново. – Сутки? - Больше, - покачал головой начальник лаборатории. - Все потом. Сейчас мне надо… - Тебе надо отдохнуть, - Куоритч отпустил его руку и кивнул на потерявшего сознание Джейка. – Забирай это мясо и вали в город. Я останусь здесь и присмотрю за твоими яйцеголовыми. Если кто-то из них накосячит, то ты его потом заживо выебешь. - Шуточки у тебя, - вздохнул Ньюман и, сам от себя не ожидая, вдруг оперся на плечо полковника. – Я проиграл… Чертов Салли! Полковник, я проиграл! Неужели это конец?! Неужели я и правда что-то упустил? - Упустил, - кивнул тот, - Но с этим дерьмом ты успеешь разобраться. Я вызову конвертоплан. Отоспись. Вернешься сюда завтра утром и уже на свежую голову будешь со всем разбираться. К тому же тебе надо этого, - тут он пнул бесчувственного пленника, - сдать в лабораторию. На опыты, бля. Чтобы ему на башку заплатку поставили. Ньюман хохотнул и тут же кивнул. - Ты справишься? - Я командую десятками солдат, а уж с несколькими твоими задротами как-нибудь справлюсь. - Я провалился… - Ньюман почувствовал, что у него трясутся руки, а к горлу вдруг подкатила торшона. Последний раз такое с ним случилось в школе, когда он впервые вскрывал жабу. Но, глядя на искалеченного Салли, вокруг которого уже суетились медики, он понял, что его сейчас вывернет. – Я… Он только и успел отвернуться, чтобы не испачкать ботинки. Рекомбинант же, к вящему изумлению Кевина, не отпустил грязную шуточку, не отступил в сторону, а остался стоять рядом. Ну а когда Ньюман выпрямился, прижимая к губам носовой паток, полковник снял с пояса небольшую фляжку и протянул ему. - Тут простая вода. Пей. Ты когда жрал в последний раз? - Я не помню. Он поднес к губам фляжку, сделал глоток. Вода отдавала металлом, металлический же запах крови стоял в носу, и Кевина вновь замутило. Вокруг них суетились люди, аватары, но никто не рисковал подойти к нему, видимо, опасаясь как его гнева, так и гнева полковника. И почему-то в эту секунду Кевин вдруг вспомнил, что тогда, в пятом классе, на злополучном уроке биологии, над ним начали смеяться все, кроме главного школьного хулигана. Который, напротив, коротко рыкнул, заставив развеселившихся одноклассников замолчать. Ньюман никогда не дружил с этим оборванным диковатым мальчишкой, но в тот момент именно он заступился за него. И пока Кевин дрожащими от стыда и слабости руками собирал школьные принадлежности и напрасно пытался очистить носовым платком испачканную школьную форму, высокий худой одноклассник стоял рядом, небрежно держа за лямку потертый рюкзак. И именно он тогда положил руку ему на плечо, с силой сжал пальцы – точно так же, как недавно это сделал полковник: не говоря ни слова, просто давая понять, что в этой беде он не один. Этот парень потом пошел в армию, и Кевин потерял его след. Но сейчас, когда он опять попал в эту неловкую ситуацию, когда всё было против него, рядом вновь оказался сильный человек не его круга, который почему-то протянул ему руку - не только в переносном смысле. - Спасибо, полковник, - Кевин вновь сделал глоток воды и кашлянул, - Черт, я так надеялся, что все пройдет гладко! - Херня, исправишь, - буркнул рекомбинант, приняв обратно фляжку и прицепив ее на пояс. Он напрасно пытался разобраться в себе, пытался понять, с чего он вообще вдруг проявил такую заботу о начальнике лаборатории. И когда ему уже показалось, что он нашел ответ, он вдруг с ужасом понял, что не понимает, кто именно сейчас стоит у руля. Он, полковник Куоритч или тот мальчишка. Будто в этот момент что-то изменилось и эти три события: разговор с Шарлоттой, месть Салли и поддержка Ньюмана – все это словно смешало его личности, заставило забыть об этом. Сделало неважным. «Ты от меня не избавишься так просто, сопляк! А Ньюману я помог, потому что он, в отличие от тебя, хотя бы не поступается своими принципами!» Майлз с облегчением вздохнул, услышав в голове привычный голос, и, выпрямившись, кивнул Кевину: - Короче, я разберусь. Вали на базу, приди в себя, отоспись. Кукухой уедешь, если столько времени будешь проводить в аватаре. Вернешься утром. «Сплавляешь его подальше, чтобы свалить на свидание со своей дикаркой? Умно». Не обращая внимания на навязчивый голос, Майлз коснулся пальцами гарнитуры на шее и коротко скомандовал: - Десантный конвертоплан в квадрат А3/1! Быстрее! – и усмехнулся, посмотрев на начальника лаборатории, - Собирайся. Через десять минут они будут тут. - Так быстро? – Ньюман постарался взять себя в руки и оглянулся, - Мой планшет… Мистер Королёв, не забудьте мой планшет! - Он же не от города полетит, - пожал плечами рекомбинант и брезгливо подтолкнул носком берца лежащего на земле Джейка. – Это мясо не забудь. А то подохнет. - А ты знал, что в племенах на’ви отсечение косы – кара за самые страшные преступления. - Ну, вот я его и покарал, - фыркнул Майлз. – Потому что нет ничего страшнее предательства! Спустя какое-то время. Он, не отрываясь, смотрел на погасшее Древо Души. На его памяти такое было впервые. Рекомбинант уже привык к нежному сиянию этого удивительного растения, а потому теперь чувствовал себя неуютно. Так бывает, когда в помещении, в котором ты находишься постоянно, вдруг что-то переставляют. Какую-то крупную вещь. И тут было нечто похожее. Древо не светилось, и та часть плато, которая обычно была на виду, сейчас тонула в темноте, лишь изредка прорезаемой лучами мощных фонарей. Подойдя ближе, Майлз коснулся тонких побегов Древа, пропустил их сквозь пальцы. Эксперимент однозначно провалился. И Ньюману только предстоит разобраться с тем, что это вообще было и как Салли сумел это сделать. А в том, что это сделал Джейк, реком почему-то не сомневался. В памяти всплыли кадры недавней расправы над пленником, и рекомбинант довольно ухмыльнулся: чертов предатель заслужил это! Конечно, Майлз с удовольствием перерезал бы ему не косу, а горло, но, к сожалению, бывший морпех еще был нужен начальнику лаборатории. Даже такой - изуродованный, он все равно еще мог послужить на благо науки. «Тсахейлу… Иначе – связь», - вспомнил Майлз. Его коса была перекинута через плечо, а кончик ее был туго перетянут лоскутком ткани. Жница, как оказалось, все же умела плести косы и заплела своему командиру сложную четырехпрядную косу, которая надежно скрывала тот самый отросток. Рекомбинант припомнил слова начальника лаборатории о том, чем в принципе является эта… коса. Лишь ответвление головного мозга. Ньюман старался объяснять более простым языком, но полковник, который тогда выслушивал его, не слишком-то вникал. А уж когда Кевин заговорил о возможности образования нейронной связи, то полковник и вовсе отмахнулся. Однако сейчас Майлз бы с удовольствием послушал Ньюмана и задал несколько вопросов. Впрочем, у него еще будет на это время. Он покрутил кончик косы в руках, вновь с удивлением рассматривая тончайшие нервные отросточки. Однако у него и в мыслях не было пытаться сотворить тсахейлу с Древом. Даже единение с икраном для него по-прежнему было чем-то из ряда вон выходящим. Хотя он и не мог отрицать преимуществ такой связи, ведь зверь подчинялся даже не мысли: ее преддверию. Это было гораздо удобнее, чем отдавать приказы голосом. Икран… Резко отвернувшись от древа, рекомбинант глянул по сторонам, нашел взглядом Прагера и махнул ему, подзывая к себе. А когда тот приблизился, отдал короткий приказ: - Я отлучусь. Следи за учеными. Обход территории каждые двадцать минут. Вряд ли на нас нападут, но если что – ты знаешь, что делать. - Так точно, сэр. - УМП прикроют вас, если что. Я вернусь до рассвета. Прагер молча кивнул, не задавая глупых вопросов. Командир куда-то пошел? Значит, так надо. Его же дело – охранять яйцеголовых и оборудование. - Код тревоги… - Майлз продиктовал несколько цифр и закончил: - Не подведи меня, парень. К прилету Ньюмана тут все должно быть в ажуре. Он сказал это с улыбкой, однако Прагер вновь наклонил голову, соглашаясь со словами полковника. Он не подведет. Только не сейчас. Хватит уже провалов. Сейчас все должно быть идеально. И все будет идеально! Ведь что может произойти? Нападение? Нееет! Ньюман хорошо запугал эту самую Эйву, так что она давненько уже не посылала ни титанотериев, ни других зверей. Повстанцы? Так и их давно уже не заметно. Так что волноваться не о чем. Пусть полковник занимается своими делами. Все будет отлично! Примерно в том же ключе думал и Майлз, торопливо седлая своего икрана. Ночь только началась, а Шарлотта, помнится, обещала ждать его до рассвета. Так что у него полно времени. Кексик, взревев, шумно взмахнул крыльями и взлетел. И вскоре плато, раскинувшееся под величественными арочными скалами, уже скрылось из виду…

***

Она знала, что нельзя лететь к Древу Души, но, влекомая какой-то иной, более сильной волей, нежели ее, Нейтири направила икрана к плато. Малышка Тук, привалившись головой к ее груди, дремала. Девочку утомил долгий перелет: да что там, они все были ужасно измотаны, звери устали, да и рана раз за разом давала о себе знать и дочь тсахик, стараясь не беспокоить мерно сопящую малышку, осторожно прижимала ладонь к огрубевшим от соли повязкам. Опускать взгляд было страшно. А вдруг там, на этих кусках тряпки, уже расплывается бурое пятно? Вдруг рана вновь открылась? Что тогда делать? Что делать? Нейтири нахмурилась и решительно выпрямилась. Они уже дома! Если рана откроется, то она заставит икрана опуститься на землю, а после найдет необходимые травы и остановит кровь! Она по сей день не верила лекарствам, что ее муж приносил от небесных людей, и предпочитала врачевать раны так, как привыкла. Так, как учила ее мать. Мо’ат… Нейтири улыбнулась и почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Уже совсем скоро она увидится с матерью, уже совсем-совсем скоро! Наверняка старая тсахик будет рада ее видеть, расплачется. А как обрадуются дети! В который раз она подумала, что зря улетела отсюда, зря послушалась Джейка и отправилась на острова. Ее место здесь, под сенью этого древнего леса! Она родилась здесь, здесь училась охотиться и слышать голоса тех, кто уже ушел к Великой Матери. И стать своей там, на островах, где теплые волны облизывают желтый песок, она так и не смогла. Не смогла приспособиться к той жизни, даже к той пище! И больше всего на свете ей сейчас хотелось отведать чего-то из того, к чему она привыкла с детства, хотелось прижаться к матери, закрыть глаза, заплакать и рассказать ей обо всем-обо всем, сказать, как сильно она скучала! Но прежде: Древо. Она переживала, что Великая Мать сердится на нее. Ведь как ни крути, а Ло’ота была ученицей тсахик, и Матерь всегда отвечала ей. Как бы Нейтири это не нравилось, как бы ее не бесило, что Мо’ат всегда выделяла Ходящую во сне среди других своих учениц, не признавать, что у Ло есть дар, Нейтири не могла. И все же она не поверила словам бывшего аватара, усомнилась в них и даже ранила ее! Да что там, она совершила более страшное преступление, и кто знает, какая кара ее ждет? Впереди показались причудливые скалы, и Кири ахнула радостно, направила туда икрана, но Нейтири тут же резко вскрикнула, останавливая ее. Что-то было не так… Что-то… И вдруг она заметила тень, что мелькнула между скалами. Икран с наезником? Таронью? Здесь? Не медля, она вскочила на стремена, прижала Тук к себе одной рукой, а второй крепко сжала упряжь. Миг – и ее банши камнем рухнула вниз! В это же время. Дурное предчувствие не оставляло его с того самого момента, как Кексик взлетел. Майлзу казалось, что он что-то упустил, о чем-то забыл сказать Прагеру, да и вообще зря покинул плато. Нет, он до безумия хотел увидеться с Шарлоттой, но… Но что? «Свалил в самоволку». «Отвали!» Голос, однако, не желал умолкать: «Что, пацан, спермотоксикоз? Самому-то не стремно?» «Кто бы говорил!» «Я хотя бы ради этого не бросал службу!» Майлз поморщился, но ответить ему было нечего. Да и не хотелось. Более того, он вдруг понял, что совершил ошибку, решив отправиться к вагончику ученых на икране. Как найти нужное место среди этого леса? Да еще и в темноте. Бесспорно, она не была кромешной: в небесах светились планеты, десятки тысяч звезд, да и растения флюоресцировали. Но с высоты все деревья казались одинаковыми. Нет, конечно, может стоит опуститься ниже… Но стоило ему так подумать, как над ним промелькнула тень, а спустя миг раздался воинственный крик банши…