Фотограф.

За окнами белые снежинки кружились в задорном реверансе, показывая свой некий бал, а бледно-жёлтый свет уличных фонарей служил софитами для них. Небольшой мороз оставлял на стеклах небольшие узоры, вспомнилось как в детстве говорили: «дед мороз нарисовал». Довольно большое помещение в кратчайшие сроки заполнилось и настало время приветствия гостей и официальной части мероприятия. Пятифан так и не понял, у какой компании сейчас проходил корпоратив, но было понятно одно: все люди которые здесь собрались — творческие личности, способные на многое. Все таки новый год — прекрасный повод собраться вместе, повеселиться и обменяться подарками и пожеланиями на следующий год. Новогодний корпоратив же это своеобразное «спасибо всем сотрудникам». Здесь все явно осозновали, что мероприятие не будет длится до потери пульса или пока самый трезвый не заснет прямо на столе. Походу тут будут немного заезженных клише, но хотя бы организатор не забыл про фотосет. Фотографом Рома работает всего от силы два года, но получается у него очень хорошо, поэтому его зовут на множество мероприятий. Увлекся он этой профессией еще с детства, когда в классе шестом забрал у кого-то мелкого фотик. Казалось что этот вечер пройдет очень скучно, ведь почти у всех людей в этом помещении были слишком серьезные ебальнники, кислые, как будто каждый по вагону лимона съел. Пятифан все время ждал в уже почти полной готовности, оставалось только настроить камеру, чем он и занялся пока официальная часть подходила к концу. Оторвавшись, ради интереса, от камеры, Пятифан мимолетно глянул на толпу вернувшись к настройке аппарата, но опешил и вновь взглянул туда же. Затянувшаяся временем рана, казалось еще тогда, никогда не откроется, но сейчас ее словно острейшим лезвем вспороли, выпуская ту скопившуюся боль на ружу. Она открылась словно алый цветок, острый, стеклянными осколками впиваясь. Невидимые шипы вонзались глубоко. Сердце обливалось почти что темной кровью прошлого и обидой, будто бы покрываясь рубцами. Рома думал что больше никода не вспомнит его, никогда не вспомнит то, что он сделал и как поступил. Хотя прошло всего года три наверное, после того инцидента. Его руки мелко дрожали, но сжимал он их крепко, что бы фотоаппарат не упал на пол, а если упадет, то разобьется на мелкие осколки не оставит после себя ничего. Разобьется точно так же, мелко-мелко, как надежды на хорошую и долгую с ним дружбу. Как же хотелось выбежать из этого здания, закурить, забыть. Светлая макушка явно выделялась среди толпы, он смотрелся интересно, как будто бы разбавлял картину. Его было невозможно не узнать, прекрасные глаза цветом травы в июле или приятно пахнущей хвои, прямой нос и те же самые неизменные округлые окуляры. Видно что он возмужал, изменился даже. Рома вспомнил тот случай, как будто он сам показывала себя перед глазами. Вспоминалась жгучая зима, обжигающая не только щеки, но и сердца. Заснеженные улицы посёлка, отпечатки дворовых собак и котов на снегу, Бяша еще тогда хотел кота забрать к себе домой, но думал что мамка таких пиздюлей вставит, прям уух! Ситуация плыла перед глазами. — Тох! Пожалуйста не уходи!..- почти на взрыд тихо кричал Пятифан, голосовые связки надрывались до боли в горле. Именно тогда Рома показал свою слабину, что так старательно скрывалась за толстой коркой холода и уверенности. Он бы никогда не желал показать ее при ком то, но так получилось и этого не изменить. Неподвластные слезы предательски стекали с щек горячими солоноватыми дорожками. Забился к чертовой стене, пытаясь спрятать свою слабину куда нибудь подальше ото всех, замуровать ее. Все не вечно, так же и терпение, корка треснула еще давным-давно, но лопнула только сейчас. Антон стоял не понимая что делать, как никак друг рыдает срывая голос, но в нем тоже многое накопилось и Рома в этом не виноват. Постоянные ссоры родителей которые никак не могут развестись, даже его это уже заебало, таблетки, исчезновения детей которые все еще проподали, звери. Терпение пошло к коту под хвост, нервы сдали, всё доконало, даже плачущий друг. — знаешь, меня заебало, у меня своих проблем по горло, Ром. Мне уже пора домой. — Петров бросил его. Утопил, растоптал, убил. Оставил на произвол судьбы словно маленького слепого котенка. Они сдались, разочаровались в самих себе. Рома смотрел в след уходящему другу, хотелось позвать, окрикнуть его « пожалуйста, Тош, не бросай меня прошу, не оставляй меня… «, но в горле встал большой ком не дав вымолвить и писка. Его губы застыли немом слове. Теперь он ненавидел себя за свою слабость, ненавидел Антона. Он не помог, не поддержал, кинул как устаревшую игрушку, как старую тряпку. Дрожащие руки сжались в кулак, хотелось бить стены, бить пол, бить себя по лицу, разорвать себе глотку, но что бы это прекратилось. Что бы больше ничего не чувствовать. Рома закричал выплескивая все в себе, даже то что произошло сейчас. Наверное он был похож на какую нибудь тупую истеричку. Антон шел от дома Пятифана все дальше и дальше, совесть его сгрызала заживо, как крыса жадно поедающая сыр. Хотелось вернуться, но было уже совсем поздно. Ебанная нервная система просто не выдержала! Он в этом винил себя, никого другого. Рому было правда жаль. Может так было задумано самой судьбой, а может это был просто очень глупый и необдуманный выбор Петрова, хотя это не он, а его уже потрепанные нервишки. Возвращаться домой с таким большим грузом на душе, на карме было тяжело и даже в какой то степени неохотно. С того самого момента они перестали общаться. Их дружба поблекла кажись навсегда. Антон же пытался восстановить все, но Рома это отвергал, ставя перед собой и Петровым невидимую стену состоящую из безразличия, обиды и гнева. Команда Вольтрона почти распалась, Бяша был тем кто имел контакт с обоими и по сей день общается с каждым. Они забыли о том что произошло, забыли о друг друге, до этого момента. Неизвестно сколько Пятифан так простоял минуту, две или три, может быть гораздо больше? Сейчас шла развлекательная программа. Позабыв о своей обязаности Рома легонько шлепнул себя по лицу. Взяв камеру поудобнее и стараясь снова как тогда забыть Антона, хотя получалось это не очень, пошел фотографировать мероприятие. Снимать корпоративы — одно из самых сложных задач. Задача фотографа — передать настроение через эти фотографии. Он пытался найти интересные ракурс, отснять удачный материал и не упасть в грязь лицом. Хотелось получить побольше хороших отзывов и последующее сотрудничество с этой организацией. Софиты иногда очень мешали, вбиваясь в кадр своими навязчивыми лучами, работать в таких условиях было не легко. Пятифана очень радовало то что Петров не замечал его, не приходилось смотреть в эти зеленые глаза которые предали его, но все же были такими родными. Не замечал его ровно до того момента, как случайно в порыве вдохновения и удивившись прекрасным ракурсом подошел к нему спиной к спине почти в плотную. — ой, извините, я случ… — Рома встретился с теми самыми глазами, точно такими же ошарашенными в этот момент. Хотелось убежать, ударить Антона что бы он забыл про него и дальше веселился, хотелось провалится сквозь пол лишь бы не видеть его. Петров приоткрыв рот в изумлении смотрел прожигая того своим взглядом. Он не был расстроен, а даже рад, они слишком давно не виделись. Он всматривался в его изменившиеся со временем черты лица, на непривычно немного отросшую прическу. Недолго думав Рома решил спрятаться в толпе, не хотелось находится с тем, кто его реально обидел своим поступком. Он метнулся в право обходя гостей чуть ли не зигзагообразными движениями, почувствовав как кто то пытался его взять за рукав, но не удалось. Пятифан знал кто это. Он облегченно вздохнул когда не увидел рядом с собой Антона. Время летело максимально быстро, пожалуй надо было наверстать упущенное. Кадры получались на ура, новсю идиллию нарушала одна мысль что все эти, кажется что миллиард снимков нужно будет довести до идеала в программе для редактирования фото. Как бы не хотелось, но таков обязательный постпродакшн. Фотограф — важный участник мероприятия и работа на корпоративах это совсем не для социофобов, ведь он напрямую взаимодействует с гостями. Некоторые за весь вечер подходили к нему что бы попросить сфотографировать их рядом с красивой сверкающей елкой или же наоборот, где нибудь среди надоедливых светодиодов. Вот уже все потихоньку расходились. Все были почти что не пьяными, ну так, может быть слегка. Мигом просмотрев все кадры на фотоаппарате, принял то же уходить домой с гостями. Задержавшись немного из-за разговора с организатором, отправился за своей верхней одеждой в гардероб. Спускаясь по лестницам он загляделся в окно задумавшись. Машины проезжали тихо и спокойно, боясь опасного гололеда. Внимание привлек на себя человек вышедший из этого здания, как оказалось это был Петров. Рома смотрел на него нахмурившись, явно он никогда не забудет его проступок. Еще сильно удивился когда заметил что тот одет довольно легко, по виду напоминал легкую и тонкую куртку. Неужели настолько близко здесь живет что не боится за свое здоровье? Заболеть то блять на раз-два, еще и в такой мороз! Стукнув себя по голове, отправился за своей верхней одеждой. На улице реально было холодно, казалось что мозг замерзнет. Сев в машину, брюнет облегчено выдохнул, ощущая приятное тепло, из-за такого лютого мороза руки немного онемели. С самого детства Пятифан не носил перчатки, считая это слишком для малышей вроде Оли, мамин бунтарь блять. Подождав пока машина прогреется Рома выехал домой. Дорога была спокойной, попадалось только пару машин которые ехали в противоположную сторону. Благо ехать до дома не далеко. Припарковался он на свободном месте и пошел к подъезду, смутило то, что дверь была открыта. Значения это не имело, когда настолько сильно хотелось домой. Поднимаясь по лестничной клетке на свой родной пятый этаж заметил приоткрытую входную дверь соседей, ими, как и жизнью в принципе всего подъезда, он не интересовался, и спокойно начал открывать квартиру. Громкое рычание сзади заставило тихо обернуться, из двери показалась злобная и большая, нет, даже не большая, а пиздецки огромная морда собаки. Порода смахивала на алабая, но больше на что то более лесное…волк может? Злобный оскал и вытекающая на бетон слюна нагоняло больше ужаса, вдруг он бешеный или еще чего нибудь. Иногда мерещилась кровь вперемешку с прозрачными выделениями. Такая «малышечка» и руку без всяких усилий откусит, да что руку то, сразу голову. Полностью обернутся было попросту страшно. Не став тянуть время Рома быстро, как только мог открыл дверь и вбежал в квартиру, машинально закрывая дверь. За ней слышалось рычание, а огромными лапами стучали по двери, пытаясь ее выбить. Брюнет выдохнул и скатился по поверхности. Странные ужасающие мысли застряли в его голове. А вдруг эта страшила…соседей, ну того… сожрала. Все таки там жила молодая пара, парень дохляк там был и точно от такого зверя бы не отбился. Звуки прекратились, но в глазок он смотреть не стал, ссыково как никак. Пятифан бы и сам не отбился. Закрыв дверь попрочнее брюнет только заметил кота, который сначала шипел на дверь, а только потом лаского мяукал и ошивался возле ног, немного обхватывая их хвостом. Явно он был обеспокоенным за своего хозяина, не зря коты такие умные. — привет Бандит, все хорошо — присев на кортаны Рома погладил рыжего кота по шерстке. Ну конечно не самое подходящее имя для такого кота как он. Он очень ласковый и добрый и глаза такие, ну, прям умные, как будто понимает всё, а имя Бандит это полная его противоположность. Да и выбирал он это имя странно. Перечислял имена, если тот мурлыкал значит нравиться, если нет просто молчал. Некотрые просто не верили что кот может настолько все понимать и просто говорили Пятифану что тот выдумал это все. Ну и так выбор пал на имя Бандит, если Роме, а самое главное что коту нравится, то пускай так и будет. Бандит прошел на кухню к своей опустевшей миске намекая на поздний ужин. Рома посмеялся, даже умилившись. С этим котом все плохое сразу уходит на второй план. — кушать хочешь? ну пойдем. Накормив кота и перекусив сам, Рома отправился редактировать снимки. Робота кропотливая и сложная, нужно обращать внимание на мелкие детали. Ведь всех людей на фото нужно выделить, каждый участник этого корпоратива будет искать себя среди толпы. Сроки не очень сжатые, поэтому успеет отредактировать все. Включив ноутбук и заходя в программу Пятифан стал работать. Снимки получились яркими, передавали беззаботное веселье и радость. Он спокойно обрабатывал их, где то свет прибавить, где то немного затемнить для четкости, но резко остановился на одной из фотографий. Антон на снимке обнимал девушку за плечо и сильно выделялся своей внешностью, нечасто альбиносов встретишь. Он улыбался смотря на своих коллег, так чисто и искренне, как раньше улыбался Роме. А встретились же они совершенно случайно, снова судьба что ли. Петров смог укротить столь непокорный кадр лишь своей откровенной улыбкой. Казалось что на сердце появился новый рубец. Что бы было если Петров не бросил его тогда? Наверное их команда Вольтрон бы и по сей день существовала и общались бы они втроем чаще. Интересно что там Бяша делает, уже почти что неделю не созванивались. Настолько сильно задумавшись Рома не заметил как пальцем начал обводить черты лица беловолосого. Его жизнь без Антона стала какая то другая, моменты были всегда пустые, хотя прошло всего три года. Бандит заскочил на стол вглядываясь в фотографию на ноутбуке, после чего вопросильно мяукнул и повернулся к хозяину наклонив свою мордочку. — все в порядке Бандит, — Пятифан почесал своего питомца за ушком в знак благодарности. Он относится к нему как корешу, лучшему другану. Кот довольно замурчал ложась на столе пузом вверх, рядом с ноутбуком. Время уже перевалило за полночь, а работы остовалось уйма, а усталось неприятно отзывалась в голове, явно давая знать о себе. Принял Рома решение идти спать, а оставшиеся снимки отредактировать завтра утром. — пойдем-ка спать, заебало в ноут втыкать. Встав со стула Пятифан отправился в спальную комнату, а кот спрыгнув с рабочего места пошел прямиком за ним. Сил на переодевания вообще не было, поэтому он лег в том, в чем пришел. Как только голова коснулась мягкой подушки Рома сразу заснул, не о чем не думая. Бандит же примостился рядом, под ребрышком, сворачиваясь в клубочек, он всегда любил так спать. Антон же всю ночь ворочался, места себе не находил, будто с самого конца корпоратива был не в своей тарелке. Так давно он Рому не видел, изменился, но натура гопника все равно сохранилась. Когда это он в фотографы заделался, надо будет ему утром у Бяши спросить. С Пятифаном Антон общаться хотел очень, еще с той ссоры, но Рома все никак не выходил на контакт. Петров понял что эту ночь он проведет без сна, как бы ему не хотелось, встав с кровати он на ощупь нашел свои очки на тумбочке и одел их. На кухне пахло чем-то по настоящему сладким, на сахар и конфеты было не похоже. Поставив чайник он сел за стол, телевизор смотреть не хотелось, да и в телефоне сидеть как-то тоже. Мозг сам генерировал вопросы, на которых ответа не было. Была ли это их последняя встреча? Сможет Антон добиться внимания со стороны Ромы? Чем он сейчас занят? Смогут ли они опять дружить? Из-за таких вопросы мозг превращался в серую субстанцию не способную размышлять логически, да и недавно выпитый алкоголь тоже противоположно действовал на них. Совесть снова грызла. Она словно говорила — «почему он молчит?! Я пытаюсь снова с ним подружиться, а он…! Я не прощу за его молчание.» Антон сдвинул очки, нервно потирая переносицу. Вопросы все больше вводили в ступор, в тупик. Как поменять тариф на внимание Романа? Есть такая возможность? Щелчок со стороны чайника заставил выйти Петрова из размышлений. Он бы с радостью выпил какие нибудь таблетки для сна, Мелатонин может, но чувствет желудок, что смешать их с алкоголем внутри будет плохая идея. Заварив себе кофе он снова сел за стол, на работу все равно идти после Нового года, так что свободного времени навалом, почему бы и не порисовать что нибудь? Антон как и хотел поступил на творческую профессию. Рисует. Сев за свое рабочее место, поставив рядом с собой кружку горячего кофе, взял листок бумаги, краски и задумался. Вдохновение резко улетучилось, что рисовать было не понятно. Попробовал нанести несколько простых линий ища в них что то необычное, вдруг рисунок сам придет в голову. Рука сама потянулась в зеленую краску, штрихи выводились спонтанно. Увидев в этом что то дельное начал все больше и больше вырисовывать пейзаж. Идея сама всплыла в голове, вдохновение вернулось приливом и охватившись рисунками не заметил под рукой кружку. Как будто в замедленной съемке кружка с содержимым напитком опрокинулась на лист. Все краски размылись и превратились в какое то коричневое месиво, белиберду. Антон негативно отнёсся к этому и схватился за свои волосы. Мат не сдержался за зубами и громко, протяжно разнесся по всей комнате эхом. Кофе был разлит по столу, тихонько стекая на пол. Взглянув на испорченный рисунок больше как-то не хотелось рисовать, а такое вдохновение было! С некой досадой он убрал кисти и краски, свернув бумагу в клочок ушел за тряпкой. Ночь без сна прошла довольно быстро, что Антон даже не заметил как начало светать. Была зима, а зимой рассвет приходит поздно, значит сейчас время около одиннадцати двенадцати утра. Петров пил уже не известно какую кружку бодрящего кофе, надеясь что сегодня на него нахлынет новая волна идей для творчества. Вспомнив что нужно позвонить Бяше ушел в комнату за телефоном. Найдя контакт позвонил. Гудки неприятно били по ушам. — привет Тошик, чего звонишь, на? — неизменный, шепелявыйи то же по своему родной голос донёсся с динамиков. Бяша характером не изменился, все такой же добрый и отзывчивый, приятно было иметь таких друзей как он. — просто, как дела у тебя? — Антон решил придти к теме постепенно и все же первым делом узнать как у друга дела, все ли хорошо. Петров всегда был готов приехать им на помощь, но раньше он не понимал насколько ему дорога их команда, команда Вольтрон. Когда он разговаривал по телефону, всегда что то чиркал на любом листочке, то дерево, то цветок, то вообще волка. Сейчас он вырисовывал чей то профиль, даже не подозревая кто получится. — да нормально всё, на. Потихоньку, а чё такое? — Бяша был рад таким неожиданным звонкам, но сейчас он чувствовал что что то не так. — да так, спросить решил кое что, когда Ромка в фотографы успел пойти? — сам не заметив Антон нарисовал Пятифана, получился портрет прям точь-в-точь. Восхищение рисунком прервал голос. — ааа, ну тогда ясен хуй зачем позвонил, на. Да он еще когда у мелкого Полароид спиздил в шестом классе сказал, что мол, фотографом станет, Полинку фоткать будет, хаха — кратко расказал Бяша. С Морозовой кстати у них ничего не сложилось, так сказать, не склеилось. Романтик из него, как из Бяши балерина. Отшила она его полностью в классе так девятом. Он тогда после этого целую неделю в школе не появлялся и на звонки не отвечал, а когда они ходили его проведать дверь открывала мама и говорила что дома Ромы нет. — а ты че встретил его где то с фотиком, или как? — да корпоратив был у меня вчера, а Рому как фотографа позвали. Увидел я его, обсудить хотел все, а он в толпу удрал. — Антон говорил уже лежа на кровати, втыкая в потолок. Делать было особо нечего во время разговора с другом. — а ты с ним по телефону поговори, я тебе номер его дам, на. Ответ ввел в ступор. — Бяш, да он со мной в жизни не заговорит, хоть убей! — факт был фактом. Он бы и вправду с ним ни за что не поговорит, только если насильно привязать его к стулу и забрать все колющие и режущие предметы. Только тогда будет безопасно с ним говорить, да и выбора у него откровенно говоря не будет. — да если и ответит, то сразу сбросит. — лучше попробовать, чем ждать пока за тебя это кто то решит, Тошик. — хотя и Бяша был прав. Антон не знал что делать и какое решение выбрать. — короче, жди смску, чуть позже скину номер, надеюсь что вы помиритесь, а то заебало с каждым по отдельности общаться, на! — спасибо Бяша, выручил как всегда. — Петров был рад такому другу как Игорь. — да не за что. Отложив телефон, Антон встал с кровати поправляя свои окуляры. Вроде как жизнь начала налаживаться, вдруг повезет и все будет в порядке как и было раньше. Надежда веяла в воздухе.