Молекулярная физика

Джефф ещё раз внимательно посмотрел на макет вывески на экране планшета, потом переключил вкладку и перечитал техническое задание в почте. Не отрываясь от письма, он пошарил рукой по столу в поисках резинки для волос, но так и замер, вчитываясь в последнюю фразу. — Что же ему тогда надо? — пробормотал Джефф себе под нос и нахмурился. Ничего не выходило, с какой стороны не подступись. С утра была съёмка, где всё пошло не по плану. Фотограф был не очень, так ещё и опоздал. Несколько раз неприятно и чувствительно ткнули булавками, пока подгоняли одежду. Джефф обычно принимал такое, как часть рабочего процесса, но сегодня не выдержал и напомнил, что он, может, и подушка для иголок, но всё-таки живая. Ему пообещали быть аккуратнее, но ничего не изменилось. Кофе перепутали, он едва не выпил тот, что с молоком. Умереть от приступа аллергии не дал менеджер, который вовремя заметил, отнял и отчитал за невнимательность в первую очередь самого Джеффа. Пришлось признать вину, потому что думал он совсем не о кофе. Кое-как закончив съёмку, потащился домой, где чего только не перепробовал, чтобы отвлечься. Стоило подумать об учёбе или университете, как внутри начинало ныть от того, как он сильно скучал, однако на одном упрямстве Джефф переписал любезно отправленный конспект. Если он бросит ещё один университет из-за любви, будет совершенно не смешно. Как закончил с конспектом, пробовал читать что-то к тестам, но в голову ничего не лезло. В сторону матанализа даже не смотрел: это прямой путь к вечеру угрызений совести. Поэтому бесцельно пялился в книгу, которую читал, пробовал писать, листал свой дневник, несколько раз напечатал и стёр пост в твиттере, потому что «нельзя так очевидно ныть и страдать, придумай что-нибудь поинтереснее». В конце концов Джефф занялся макетом заказа, с которым тоже провозился непростительно долго, но хотя бы немного отвлёкся. Теперь, когда не осталось настроения работать, стоило бы бросить всё это и лечь спать, потому что он устал так, что голова шумела, за окном давно стемнело, и было уже поздно. Но уснуть всё равно не вышло бы. Стоило лечь и закрыть глаза, как карусель мыслей запускалась с новой силой. Чего он так взвился тогда? Почему нормально ничего не объяснил, а просто встал и ушёл? Байбл продолжал писать и иногда звонить, но ответить ему не хватало духу. Очень хотелось верить, что Вичапас вовсе не такой, что ему, Джеффу, просто показалось, но страх, липкий и отвратительный, уже опутал все внутренности. Этот страх заставлял оглядываться по сторонам, пропускать учёбу, лишь бы не встречаться, не видеть его. В первый вечер Джефф едва не заблокировал номер Байбла, боясь постоянных сообщений и звонков с угрозами и оскорблениями, но сдержался. Конечно, он был напуган и злился, но изо всех сил постарался не принимать эмоциональных решений. Им надо было спокойно поговорить, но вот как заставить себя не бояться? Джефф откинулся на спинку кресла и закрыл лицо руками. Внутри было так много всего, это разрывало. Разумнее было бы поплакать, чтобы хоть ненадолго стало легче, но слёз не было. В мозгу снова застучала навязчивая перекрывающая кислород мысль, что он достоин только таких отношений. Когда следят, требуют и не доверяют. Он шумно выдохнул и почувствовал, как начали слезиться глаза. Не стоило им так сближаться. Всё было хорошо, пока они не стали парой. Наверное, предложи он Байблу переспать, ничего такого бы не произошло. Сейчас смогли бы просто остаться друзьями. Всё-таки люди в чём-то были правы, когда называли его шлюхой… Неожиданный резкий звук на балконе заставил подпрыгнуть на месте. Джефф вытянул шею, попытавшись что-нибудь разглядеть, но в тёмном окне было только отражение лампы и он сам. Когда на его запертом балконе кто-то опрокинул стул с металлическими ножками, Джефф вскочил с кресла и медленно попятился к двери. Незнакомец снова постучал, а Джефф добрался до стены с выключателем, нашарил его и щёлкнул. Прищурившись, он одновременно пытался понять, не собирался ли незваный гость разбить стекло, и осторожно повернуть замок, мысленно сетуя, что именно сегодня решил запереться от Джесси и его девушки. «Чтобы не мешали работать!». Отлично, возможно, ему уже больше никто и никогда не сможет помешать… — Открой же! — Джефф узнал голос даже искажённым и не сдержал поражённого вскрика, который тут же заглушил, зажав ладонями рот. — Давай! В два прыжка оказавшись у балкона, он спешно раскрыл дверь, поймал в объятия ввалившегося Байбла и охнул, когда тот прижал его к себе. Его сильно обняли, прижав к спине что-то большое и шуршащее, что пришлось опустить руки, замереть и слушать сбивчивые извинения, которые шептали куда-то в ключицу. — Прости, прости, я не знал, я совсем ничего не знал, — повторял Байбл, качая головой и щекоча Джеффа волосами. — Это не оправдание, совсем нет, просто… — Пи Джефф, что у тебя случилось? Почему кричал? — громкий голос Джесси вырвал из оцепенения. Байбл замер, но бормотаний не прекратил. Джефф быстро освободился, схватил его за плечи и несильно тряхнул, принуждая замолчать. Меж тем брат подёргал ручку, которая не поддалась, и энергично постучал. Он уже и забыл, что испугался, что дверь заперта, забыл даже, почему кричал. Кровь громко стучала в висках, пока Джефф судорожно пытался придумать оправдание. — Всё нормально, — вышло ломко и так не естественно, что пришлось прокашляться. — Я просто работаю… — Что это за работа такая, где нужно орать? Вебкам решил освоить? — Эй! Не охерел часом? — возмутился Джефф и ударил по плечу оценившего шутку Байбла: Суметтикул беззвучно смеялся ему в шею. — Извини-извини! Но закрылся зачем? — не унимался Джесси. Вот почему именно сегодня он решил быть таким дотошным? Брат навалился на дверь с другой стороны, подёргал ручку и никуда не собирался уходить. — Пи, открой, хочу знать, что ты цел и невредим! Джефф оглядел комнату, развернул Байбла спиной и подтолкнул к кровати. Громко оттолкнул стул, удачно стоявший рядом. Чтобы успокоить сильно бьющееся сердце, сделал глубокий вдох и осторожными шагами пошёл открывать. Поворачивая замок, он посмотрел в глаза Байблу и приложил палец к губам, тот понимающе кивнул. Джефф состроил недовольную гримасу, упёр левую руку в бок и открыл дверь. — Ну, хотел посмотреть на недовольного меня, смотри. Говорю же, работаю, ничего страшного не произошло, — пробурчал Джефф и сощурился. Он вытянул левую руку вперёд, показывая большой палец. –Порезался о бумагу, не ожидал, что будет так больно. — Окей, вижу. Пластырь? — на это Джефф быстро покачал головой и убрал руку, а Джесси почесал в затылке и стушевался. — Я всё понимаю, муки творчества и все дела, но Тиана услышала и… — Что-то я забыл, что она у нас сегодня ночует, — Джефф старался звучать устало и безразлично. — Извинись там перед ней, я не хотел никого пугать. — Да, конечно, — Джесси оглядел его с ног до головы, замолк, но не ушёл. Он покачался с пятки на носок, а Джефф повис на двери, стараясь скрыть нетерпение. Когда он уже готов был сорваться, Джесси всё-таки выдал: — Может, хочешь к нам? Мы не спим, смотрим сериал, разговариваем… обещаю тебя не смущать. Ты который день торчишь тут совсем один, я начинаю переживать. Джефф повернул голову туда, где стоял Байбл, и задержал взгляд. Не хотелось, чтобы узнали о его страданиях, но теперь было поздно. — Спасибо за приглашение, но нет. Вечер с парочкой не входил в мои планы. Да и Тиана тоже не рассчитывает, что я приду к вам ночью. Она точно не ради моей компании здесь. — Глупости, Пи, ты ей нравишься, она не будет против… — Слушай, хочу верить, что нравлюсь ей совсем не так, как я подумал. Ладно, не злись, не только тебе шутить дурацкие шутки! Джесси, всё со мной окей. Я не умираю от одиночества и тоски, честное слово. Завтра проведу целый день с тобой, если захочешь, а теперь иди и развлекай свою любовь, хорошо? — Хорошо, — Джефф видел, как неохотно соглашался младший брат и как недоверчиво смотрел исподлобья. — Но если не уснёшь, приходи! — Обязательно! И перед тем как войти постучусь не меньше трёх раз! — Джесси закатил глаза и махнул на него рукой. — Давай уже, пожелай мне спокойной ночи, а я тебе пожелаю весёлой, и расходимся! — Всё-всё, завали! Желаю самых противных снов, Пи, я ушёл! На это Джефф ответил закрытой дверью. Стоило это сделать, как Байбл обхватил его со спины, и он смог разглядеть, что мешало им нормально обниматься раньше. Букет. Джефф осторожно гладил бутоны. — Пионы? — даже шёпот показался громким. Стоять рядом было так хорошо, что стало неловко. Вместо ответа объятия стали крепче, Байбл поцелуями поднялся от плеча к шее, а потом прикусил мочку уха. — Они были самые красивые, — от чужого дыхания пробежали мурашки. — А ещё где-то читал, что пионы значат удачу, подумал, что она мне сегодня нужна. — Как ты додумался залезть по балкону? — вздрагивая, выдохнул Джефф. Он не шевелился, боясь спугнуть свою такую неожиданную удачу. Только собирался плакать от накатившей печали и жалости к себе, и вот всё так круто изменилось. — Пересматривал вчера «Красотку», решил, хочу извиняться, как в кино, — голос к концу фразы становился тише, Байбл стеснялся, и до смерти хотелось это увидеть, поэтому Джефф осторожно развернулся в чужих руках. Теперь они стояли лицом к лицу, едва не касаясь друг друга носами. Байбл нервно облизал губы и поспешил добавить. — Ты не подумай, что я на что-то намекаю, правда, кино смотрел и всё! — Не подумал, — Джефф не удержался и по-детски поцеловал его в щёку. — А дальше? — А дальше, — Байбл удобнее перехватил букет и прижался ещё поближе, хотя казалось, что ближе некуда. Надо бы забрать у него цветы и сделать вылазку за вазой и водой, но как же было замечательно просто стоять и обниматься! — Вычислил твой балкон, напросился к соседке и перелез. Не спрашивай, как именно перелез: тебе подробности не понравятся. Хорошо ещё, что соседка у тебя молодая, согласилась мне помочь и даже передала букет. Как я боялся, что он свалится вниз! — А сам, значит, свалиться не боялся? — для порядка Джефф нахмурился. — Стоило так рисковать, можно было через дверь зайти! — Можно, — согласился Байбл. — Но тогда ты бы меня так сразу не обнимал. Объяснения прервал жадный и кусачий поцелуй, но никто не был против. Букет, шурша обёрткой, упал на пол, и Сатор всё-таки мягко высвободился из объятий, чтобы уделить цветам положенное внимание. Пока он растеряно осматривал комнату, соображая, куда лучше поставить вазу, усаженный на кровать Байбл нервно дёргал ногой и не знал, куда деться от накатившего волнения. Никого мучить не хотелось, поэтому Джефф всё-таки пристроил многострадальный букет у стеллажа и поспешил сесть рядом с Вичапасом. Он осторожно сжал чужие холодные пальцы и, наклонив голову, заглянул в глаза: — Что-то снова не так, да? — встревожено спросил Сатор. Теперь чувства радости и необъяснимого страха так сильно сжимали грудь, что не получалось глубоко вздохнуть. Байбл в ответ покачал головой: — Надо всё-таки нормально поговорить, — уверенно произнёс он. — Пойми, я очень не хочу делать это сейчас, но мне страшно, что… мы снова можем…не понять друг друга, случится какая-то глупая ситуация, а этого я хочу ещё меньше, чем портить момент сейчас. Если не захочешь мне рассказывать, я пойму, но, пожалуйста, хотя бы объясни, что мне нельзя, запрещено делать! Приму всё как факт, не буду лезть с расспросами, правда! Такая готовность сделать для него всё, что угодно, ужасно умилила Джеффа. Байбл смотрел на него таким искренним взглядом, что казалось, нужно срочно придумать себе десяток грустный историй, чтобы быть достойным такого рвения. Сатор улыбнулся своим мыслям и сильнее сжал пальцы. — Лучше я расскажу, — спокойно ответил он. — Надо было сразу рассказать, но, признаюсь, не думал, что у нас всё будет серьёзно. Мне всё казалось, что что-нибудь пойдёт не так, и ты передумаешь. Наверное, мне даже хотелось, чтобы ты передумал, а мне не пришлось бы всё снова пересказывать. Но теперь ты здесь, залез в мой дом через балкон и сидишь такой… принимающий меня всего. Предупреждаю, я могу заплакать. Уже не больно, но за себя почему-то горько. — Плачь, — легко согласился Байбл. — Если захочешь, постараюсь заплакать вместе с тобой, но не обещаю. У меня редко получается… — Тебе и не нужно, — Джефф отрицательно покачал головой. — Вот этого мне меньше всего хотелось бы… Всё началось, когда Джефф поступил в университет. Не в этот, а в тот первый, где решил изучать музыку. Наверное, это был едва ли не первый раз в его жизни, когда он так сильно ждал начало учёбы. Вот теперь должно было быть всё по-другому, он же собирался заниматься вокалом, а не какой-то скучной ерундой! И в такое отличное время влюбиться было очень легко. Школьный друг отмечал день рождения с невероятным размахом и пригласил половину города. Так они с Сентом и познакомились. Пару месяцев общения, разговоры обо всё на свете и такая лёгкость, что иногда становилось страшно. А потом… — Я люблю тебя. Давай встречаться? — Сент не смотрел на него тогда, опустил низко голову и неловко переминался с ноги на ногу. Совершенно был на себя не похож. Джефф только собирался сдавать на права тогда, у него своей машины не было, и Сент его подвозил. Как потом выяснилось, даже врал, что живёт близко, чтобы Джефф не смог отказаться. Сатору нравились их поездки. Каждый раз это время было каким-то особенным, только их временем. Иногда они о чём-то спорили, иногда просто пересказывали, как прошёл день. Если сил на разговоры не было, тогда Сент ставил какую-нибудь музыку. Так совпало, что они оба любили джаз. Сегодня же всё пошло не по плану. Джефф опоздал с репетиции. — Надо было тебе именно сегодня всё испортить? — ворчал Пи, заводя машину. — Я готовился, хотел кое-что рассказать, вернее даже предложить, но теперь никакого настроя нет! — Ну, прости меня, прости, — Джефф сложил руки в умоляющем жесте. — Я и время, мы не дружим, ты же знаешь! Но сегодня это была совсем-совсем не моя вина! Преподаватель так сердился, что обвинительная речь затянулась. Не мог же я просто встать и уйти в середине?! — Конечно, не мог, ты никогда не можешь, — парень полностью сосредоточился на дороге, игнорируя Джеффа. — Написать мне ты тоже не мог, правда? — Телефон в сумке, его нельзя брать в руки до конца репетиции, — грустно пожал плечами Сатор. — Я сто раз пожалел, что не попросил тебя ехать домой, честно! Ты сидел тут в машине и даже не знал, когда меня ждать. Извини ещё раз, я не должен был… — Да, не должен был, — перебил Сент, заворачивая. — А теперь молча подумай над своим поведением и над тем, что у желания тысяча возможностей, а у нежелания тысяча причин! Хочу ехать в тишине! Всю оставшуюся дорогу атмосфера была нервная и напряжённая. Ещё несколько раз попытавшись извиниться, Сатор сдался и уставился в телефон. Он не был виноват, что их всех задержали, да и ждать себя не просил. В конце концов, Сент сам вызвался, так почему теперь злился… И стоило им доехать и почти распрощаться, как прозвучало такое неожиданное предложение! В любой другой день Джефф умер бы от счастья и немедленно бы согласился. Но сегодня, сейчас он оказался ни к чему такому не готов. Болела голова и почему-то ныла рука, настроение было испорчено, и хотелось скорее спрятаться от такого недружелюбного мира, сбежать в сон из плохого дня. Сент снова помялся: — Я, наверное, не вовремя с этим, у тебя скоро отчётное выступление, ты занят, но Джефф, я не могу больше терпеть, — он выдохнул это так отчаянно и разбито, что Сатор невольно потянулся вперёд и взял его за предплечье, чтобы как-то поддержать. — Извини, что вспылил, но я так готовился к этому вечеру, думал, что тебе скажу, и как всё должно быть, что совсем растерялся, когда ты опоздал. Можешь не отвечать сегодня, хорошо? Скажи потом, завтра, или не знаю, когда захочешь, только обещай подумать обо этом, хорошо? Джефф оглянулся на дом, надеясь, что никто не выйдет посмотреть, что за машина подъехала. К счастью, все домашние были заняты своими вечерними делами, и никого не было. Сент снова шумно вздохнул. Джефф повернул голову и выдержал внимательный взгляд, не мигая. Это был отчаянный, но решительный взгляд, что заставило улыбнуться. Сатору нравились глаза Сента: только одно двойное веко, что совсем не портило, а наоборот привлекало внимание. — Я могу сейчас, — Джефф говорил спокойно и уверенно. — Пи Сент мне нравится. Ты мне нравишься. Спасибо, что предложил мне первым. Я согласен. Наверное, так сильно, долго и крепко они не обнимали друг друга никогда больше. — Почему тебе так сложно признать очевидное, Джефф? — Сент лежал, заложив руку за голову, и разглядывал потолок. Сатор сидел в другом углу кровати, поджимал ноги под себя и старался отодвинуться подальше, хотя край спинки неприятно давил на лопатку. — Если ничего не выходит, не пора бы уже сдаться? — О чём ты? — голос подводил: хрипел и срывался. Джефф прокашлялся и машинально погладил горло. После занятий ему бы помолчать, а не душевные разговоры разговаривать. — О твоей учёбе на факультете искусств, — Сент перевёл на него взгляд, и Сатор поёжился. — Ты жалуешься, что у тебя ничего не получается, что преподаватель только и делает, что кричит, но зачем-то продолжаешь. Может, это совсем не твоё? Я всё думаю о том, что это совсем не походит к твоему характеру. Ты такой… трогательный, а сцена, любая, ломает людей. Не хочу, чтобы тебе больно падать. А так или иначе, но ты всё равно упадёшь, шансов почти нет. Джефф сильнее прижался к спинке кровати, физической болью стараясь заглушить душевную. Почему они начали сегодня об этом говорить? Он иногда жаловался на учёбу, но разве не все это делали? Последний месяц был адским, но не могло же вечно так продолжаться, должно же было стать легче! По сравнению с одногруппниками ему не хватало музыкального образования, он это понимал, надо было больше стараться, вот и всё… — Эй, мышонок, куда ты так смотришь? — Джефф вздрогнул, когда почувствовал поглаживание по коленке. Как рядом с ним оказался Сент, он совсем не помнил. — Чего ты забился в угол? — Иногда честность Пи бывает… не к месту, — пробурчал Сатор в ответ, но, когда его парень раскрыл объятия, спорить не стал, подполз ближе и позволил обхватить себя за плечи. Джефф вдохнул знакомый запах и почувствовал, как тугой узел внутри исчез. Как было странно, совсем чужой человек мог так быстро стать таким родным, таким знакомым, что один его запах прогонял все страхи. — Пи хочет, чтобы ты перестал переживать из-за того, что делаешь, — Сент так ласково перебирал его волосы на затылке, что захотелось урчать. — Я не говорю тебе бросить петь, вовсе нет. Но, может, необязательно страдать в этом своём универе. — То есть ты думаешь, нет ничего плохого в том, чтобы бросить учёбу? — уточнил Джефф. — Я думаю, что раз ты так часто заводишь об этом речь, то пора действовать, — Сент чуть потрепал его за плечо, словно призывал начинать незамедлительно. — Спасибо, что сказал мне это, — Джефф закрыл глаза и прислушался к чужому ровному дыханию. — Так и быть, Пи может оставаться таким же честным, как был. Это лучше, чем просто поддержка. Весь телефонный разговор Сент морщился, громко стучал по столу, вздыхал, а к концу сложил руки на груди и прожигал его взглядом. Джефф нервно смеялся над шутками собеседника, то и дело облизывал губы, поводил плечами, стараясь скинуть наваливающееся напряжение. — Да, я понимаю, Пи, хорошо, — бесконечно повторял он, проклиная менеджера за то, что решил поболтать именно сегодня и именно сейчас. — Конечно, здорово, что всё так складывается. Я буду стараться во время обучения, спасибо за твою заботу. Конечно, увидимся завтра! Под аккомпанемент тяжелейшего вздоха Сента Джефф сжался и поспешил отложить телефон. Он знал, как его парень ненавидел телефонные разговоры на свиданиях. Исключением были звонки родителей, но и в этом случае не следовало разговаривать слишком долго. Хоть это и раздражало, приходилось уступать, потому что сам Сент вообще выключал мобильный, когда они оказывались рядом. — Пожалуйста, не надо так злиться, — Джефф заискивающе улыбнулся. — Пи так много болтал, но всё было по делу, так что я даже не знал, как его перебить… — Когда я соглашался на твою работу, я не думал, что она займёт всё твоё свободное время, — недовольно пробурчал Сент, не меняя закрытой позы. — Прости, это получается не специально. Сейчас такое время, ты же знаешь. Легче станет, когда я закончу дизайнерские курсы, там осталось только проект сдать. Обещаю, что тогда… — Да ты уже сказал, что через неделю идёшь в эту свою модельную хрень! А что будет дальше? — Но почему хрень? — поморщился Джефф. — Агентство готово продвигать меня как фотомодель, и я считаю, что мне повезло! Я от тебя никогда не скрывал, что хотел бы работать в индустрии развлечений, так чем ты не доволен? — Ты сейчас серьёзно? — Сент резко наклонился вперёд и навалился на стол локтями. Захотелось отпрянуть, но Джефф себя переборол. — Серьёзно спросил меня, что мне не нравится? Когда я поддержал твоё желание заняться чем-то другим кроме университета, не думал, что это будет означать «больше, Сент, ты его не увидишь!»! Джефф зажал ладони между коленями и опустил глаза. Началось. Недели не проходило, чтобы его не отчитали бы за нехватку свободного времени. Удавалось им увидеться или нет, значения не имело. Сколько бы Джефф не старался, сколько времени бы не выделял, он всё равно оставался виноватым и невнимательным. — Ты теперь свободен только, когда спишь! И, заметь, спишь не со мной! — Пи! — А что? Мы взрослые люди, Джефф, у меня тоже есть потребности, — конец фразы был совсем тихим, но Сатор всё равно обернулся по сторонам. — Но ладно, я не настаиваю на близости, пусть это будет ерунда! Когда ты учился в университете, мы могли встречаться в перерывах или вечерами, а сейчас у тебя вообще никаких перерывов нет. То ты подрабатываешь, то учишься, то на каких-то сомнительных мероприятиях, но а… как же мы? Почему наши отношения для тебя не приоритет? — Нет, всё не так! — вскинулся Сатор, отбрасывая покорность. — Зачем ты такое говоришь? Конечно, мне важно, я же… так люблю тебя! Только… сейчас такое время, кажется, у меня начинается получаться то, чего хотелось в университете. Пожалуйста, Сент, ещё немного меня подожди, хорошо? Совсем немного! Умолять не нравилось, но ещё меньше нравилось ссориться. Джефф сглотнул вязкую, горькую слюну, заранее принимая своё поражение. Сенту нельзя было что-то доказать, он ничего не хотел слушать. Оставалось только просить и уговаривать, ведь если никто не уступит, то скандала не избежать. — Молчишь? Ладно, ничего не отвечай, это даже лучше, — Джефф торопливо вылез из-за стола и, чуть не запнувшись о собственную ногу, поспешил сесть рядом с Сентом. Тот продолжал хмуриться и выглядел ужасно недовольным. Джефф переплёл их пальцы, устроил подбородок на плече так, чтобы удобнее было прошептать Сенту на ухо. — Я понимаю, что это мало что исправит, но с этого момента объявляю сегодняшний день выходным. Если ты к этому готов. Поехали ко мне… или к тебе, потому что это ближе. Сделаю всё, что ты скажешь. Абсолютно всё. Он старался, чтобы его шёпот звучал как можно более эротично, а договорив, несильно зажал мочку Сента губами. Высвободив руку, Сатор погладил чужое бедро, поднимаясь всё выше и выше, пока его руку не перехватили. — Ко мне, — прохрипел Сент, сильнее сжимая его запястье. — Я всё ещё злюсь, но почти готов тебя простить. А ещё не против сам извиниться… Джефф прикусил щёку и мягко улыбнулся. Всё происходящее ощущалось неправильным, внутренний голос отчаянно протестовал. Нельзя, не нужно было предлагать ему секс в качестве извинений, когда он совсем не виноват… но как теперь быть?