Ракушка — 4 (бонусный эпилог)

— Может всё же выберешь романтическое свидание со мной? — Спросил Леви у Арлерта. — У нас какраз есть нужное настроение противостояния, чтоб сидеть за столом и живо дискутировать. Попробуешь меня переубедить в чём-то, — игривое предложение Леви, было наполнено предвкушением и вдохновением. — Я же самка? Или мне пора уши чистить, неправильно расслышал? Или просто слишком хорошо трахаюсь и даю в рот? — Непонятная обида Армин расплёскивалась негодованием. — Твоя смена настроения и отношения мне категорически непонятны. Тяни-толкай какое-то. У меня настроение просто тебя убить за всё, что ты мне тут наговорил. — Действительно убьёшь ? — Искренне удивился Леви. — Терпение у меня тоже может кончиться, — Какая-то, неясная обида Армина, явно не давала ему покоя. — Нож? — Сразу догадался Аккерман. — Нож. — Утвердительно согласился Арлерт. — Тоесть, это такой вид мести? — Констатировал Леви. — Позволяешь делать с собой что хочешь, зато потом, есть за что убить? Типо, он долго терпел, над ним издевались и вот жертва не выдержала и порезав на куски, поглотила своего мучителя? — Комичность мотива окончательно развеселили Аккермана. Всего лишь кайф и наручники, жопку блондинчику потрепал, но там и до Леви бывало народу явно, какая-то пустая обида на ровном месте. — А тебе нравится я смотрю, — начал язвить Арлерт. — Всем нравится власть. — Безапелляционно изложил Леви. — Не всем нравится власть, — зачем-то начал спорить Армин. — Быть сильнее кого-то, повелевать - это опьяняет, — Аккерман это точно знал. — Меня опьяняет быть умнее и рассудительнее, — не унимался Арлерт. — Сожрать мучителя, ибо есть за что. Это? — Решил уточнить Леви. — В конечном итоге просто зарезать остро заточенным ножом, — признался Армин. — Это в самом крайнем случае. — А ещё какие варианты? — Аккерману было немного любопытно. — На этом пожалуй остановимся. Я же дурачок, в конце концов и самка, что с меня дебила взять. — Какая-то едкая досада сквозила в голосе Арлерта. — Я бы не стал пить приготовленный тобой чай, — уже в открытую улыбаясь, признался Леви. — Разумеется. — Согласился Армин. — Но может сегодня ты меня не убьёшь? — Всё с их романтическими отношениями стало ясно, Леви оказался прав, «корпусовский потрошитель» найден. — Разве есть повод этого не делать? — Серьёзным голосом спрашивает Арлерт. — Хочу потрогать тебя за задницу, — резко меняет тему Леви. — Позволь мне? — Нет уж. — Арлерту вынесло остатки разума, каким-то лишь ему одному понятным фанатизмом. — У меня спрятан нож и я знаю как им пользоваться. Леви подошел к Армину вплотную, обняв того крепко за плечи, шепнул в ухо: — Объятие сердце к сердцу моё любимое, — и так и застыл, обнимая блондина, шумно выдохнув. — Отойди от меня. — Сквозь плотно сжатые зубы цедит Арлерт. — Тебя нож не пугает? Леви нежно взял руку Армина с зажатым ножом в ней и приставил ту к своему горлу лезвием: — Реж. — Глаза Аккермана были открыты, устало смотрели в лицо блондина, чуть погодя, Леви начал сам медленно надавливать своей шеей на нож, так, чтоб начала появляться алая полоска. — Вот так просто? Тебе не дорога твоя жизнь? Если я, задену сонную артерию, крови будет много. Так много, что ты не выживешь, — сказал Арлерт не убирая руки и смотря, как на шее появилась первая капля. — Малейшее движение и сильнейшему воину человечества придет конец от Армина Арлерта. Тебя это устраивает? — А тебя? — Леви говорил спокойно и очень устало. — Ведь месть так сладка. — Меня полностью устраивает. Убить такого сильного воина, да ещё так просто. Не слишком ли глупая смерть? — Армин убрал от шеи нож, не забыв слегка полоснуть по коже, оставляя длинный след и тут же обхватил рукой шею, но пальцы мгновенно пропитались кровью Леви. — Или лучше задушить тебя? Чтобы в глазах искры? Из шеи текла кровь, Леви молча смотрел на блондина. Через некоторое мгновение, Аккерман легко убрал ненапряжённые пальцы Арлерта со своей шеи, с хрипом набрал полный рот слюны и со звуком, смачно харкнул тому в лицо. Слюна вперемешку с кровью. Армин ошеломленно отскочил в сторону, вытирая лицо рукавом рубашки, морщась от неприязни: — И это всё? Тебе не стыдно? Ещё вчера ты вставил мне в рот член, а сегодня плюëшь в лицо? — Арлерт переместил нож в другую руку, лезвие в одно мгновение сверкнуло, оставляя на боку Леви порез. — Мне кажется с тебя достаточно. Шрамы несомненно тебя украшают, но за глупость людей не убивают. Конечно Аккерман с лёгкостью парировал бы этот предсказуемый выпад, но он позволил, даже не чувствуя боли, уж сколько брюнет этих порезов пережил, даже пальцев лишился. Определённо смерть от ножа была не его. В одно движение оказавшись рядом с Арлертом и вывернув тому руку с ножом так, чтоб затрещали кости в сломанных пальцах блондина, мелодичный лязг метала об пол, после чего привычным пинком ноги Леви отшвырнул лезвие ножа подальше и ещё более заламывая сломанные пальцы Армину заставил того, немного согнуться, нависая над ним и заливая тому лицо кровью из шеи и одновременно хватая светлые патлы свободной рукой, сжимая в свой кулак: — Я мог бы тебе отрезать нос, который более никогда не отрастёт, ведь ты теперь просто человек, но я тебе его откушу. — После этих негромких слов Аккерман схватился зубами за нос Арлерта и сильно сжав челюсти откусил тот с хрустом и выплюнул на пол. Армин взревел от боли, с силой стискивая зубы: — Умри, Леви! — Бешено заорал блондин, вынимая здоровой рукой из-за пояса второй нож с более коротким лезвием, всаживая его по самую рукоять в спину капитана, вспарывая вдоль всего позвоночника. — Как же ты смешон, — сказал Аккерман Арлерту уже более чётче, не нашёптывая. — Так много практик с упм, а позвоночники пополам рубить не научился. Я хочу чтоб ты жил и любовался каждый день своим новым носиком. Упс. Безносиком. — Пошутил Леви и захуярил Арлерту ногой в живот, всё так же придерживая за белокурые патлы. Коленом, затем кулаком Армин получал до тех пор пока не обвис, удерживаемый одной рукой лишь за волосы на голове. Второе, короткое лезвие застряло в спине у Аккермана, но брюнет не обращал на это внимания. Ещё раз харкнув жирным плевком на Арлерта, Аккерман наконец отшвырнул его тело и не особенно обильно истекая кровью ушёл. На столе, специально для свидания, стояли так и не зажженные, длинные свечи и чашки для интересного, авторского чая. Последней мыслью Армина, перед тем как, было лишь слабое: «Тебя даже убить невозможно. Так не бывает». Конец.