Море.. Чеджу.. И Ты.

      — Приступай уже, инициативный ты наш, — обозначил начало игры Хван, разливая напиток по рюмкам.       — Я никогда не падал с дерева, — решил начать с простого Феликс.       Как и ожидалось, все опустошили свои рюмки, а Хан сделал глоток пива.       — Все падали с деревьев в детстве, — сказал Сынмин.       — Видимо, эта история будет моей, — проговорил Минхо, ловя на себе три пары заинтересованных глаз младших. — Это было в выпускном классе. В один из солнечных дней, возвращаясь со школы, мне захотелось прогуляться в парке, который находился в паре кварталов от моего дома. И вот иду я по аллее, как вдруг вижу, щенок бегает вокруг дерева и лает. Я подумал, что может он увидел птицу или белку, и решил не предавать этому значения, но не успел я сделать и пяти шагов, как ко мне подбегает маленькая девочка лет семи, плачет и сквозь слëзы говорит, что она решила взять с собой на прогулку своего котëнка. Он спокойно сидел у неë на руках, но как только увидел щенка, тут же испугался, вырвался, поцарапав девчушку, и взобрался на дерево. Естественно, я стал успокаивать малышку, сказал, что достану с дерева и верну ей питомца, если она перестанет плакать. Вначале мы нашли хозяев щенка и попросили его увести от дерева, объяснив ситуацию. Затем мы пытались уговорить малыша самого спуститься вниз, зовя по кличке, но видимо от страха он забрался слишком высоко и боялся спуститься вниз. В итоге я решил сам залезть на дерево и забрать малыша. Всë было хорошо, пока мы не стали спускаться, девочка, завидев котëнка, тут же стала его звать. А тот, видимо обрадовавшись хозяйке, стал вырываться у меня из рук, царапая и кусая. И в одну из таких попыток он довольно сильно вцепился в меня когтями. От боли я потерял концентрацию и мы рухнули с ним на землю. Благо мы успели почти спуститься и было не высоко, но все равно приятного мало. Конец.       — Так наш хëн не только любитель, но и спасатель усатых мурчащих, — восторженно захлопал Феликс, и все остальные к нему присоединились. — Следующий круг твой, Минхо-хëн.       — Я никогда не носил брекеты, — Минхо с интересом наблюдал, признается ли тот, о ком он знал наверняка.       Все так же с интересом смотрели, чья же рюмка опустеет. Ведь не мог же старший допустить, чтобы раунд прошёл на сухую, но никто не торопился пить.       — Говнюк же ты, Хо, — проговорил Со, опустошая свою рюмку. Все дружно загудели, подбадривая Чанбина, — Только здесь нечего особо рассказывать, моя мама решила, что мои верхние зубы не идеально ровные и заставила носить брекеты. И только на первом курсе мне наконец-то разрешили с ними попрощаться.       — Я бы хотел это увидеть, мне кажется, ты был довольно милый с ними, — подбодрил старшего Феликс.       — О нет, Феликс, ты очень ошибаешься. Он был ужасен в них. Почему, ты думаешь, он стал активно ходить в спортзал? Это из-за того, что в школе над ним все смеялись и ему постоянно приходилось ввязываться в драки, — ответил вместо Со Хëнджин.       — В любом случае, я никогда не фотографировался, пока носил брекеты, — хотел уже перейти к следующему кругу Чанбин.       — Жаль, я бы тоже хотел посмотреть, — вздохнул Сынмин.       — Думаю, у меня есть одно фото в телефоне, — подумав, сказал старший Ли, уворачиваясь от летящего в него кеда.        — Ты же обещал удалить его, — запаниковал Чанбин.       — Упс, кажется, я забыл, — пожал плечами Минхо.       — Чанбин-хëн, разреши нам посмотреть. Мы всë равно будем тебя уважать, — жалобно просил Феликс.       — Так вы меня уважаете? , — вопросительно изогнул бровь Со.       — А как же? Ты ведь наш хëн, тем более такой классный. Правда, парни? — смотрел Феликс на друзей, ища поддержки.        — Да, — хором ответили Хан и Ким.       — Чёрт с вами, показывай, — сдался Чанбин. Минхо быстро нашëл в телефоне нужную фотографию и развернув экран, показал младшим.       По пляжу пронеслась волна дикого смеха, а уши Чанбина приобрели малиновый оттенок.       — Всë, поржали и хватит. Хо, теперь ты можешь удалить это фото? — с надеждой спросил Чанбин.        — Ни за что, я хочу навсегда сохранить тот твой образ в своей памяти, — дразнил друга Минхо.       — Не ругайся, хён, Ликси оказался прав. Тебе действительно шли брекеты, и ты был с ними очень милым, — тоже решил поддержать Чанбина Хан. Но его губы всë равно растягивались в улыбке, стоило только вспомнить фото.        — Всё, забыли. Моя очередь. Я никогда не влюблялся в своего друга, — решил положить начало более интересным вопросам Со.       — Вот чтоб прям влюбиться или нравился тоже подойдëт? — уточнил Хан, ловя на себе сразу все взгляды.       — Подойдëт, — в нетерпение сказал Чанбин.       Он ожидал, что после уточнения выпьют Джисон и Феликс, но увиденное его сильно удивило. В этом круге пьющими оказались Джисон, Сынмин и… Минхо.       — Хо? — испуганно смотрел на друга Со.              — Нет, Бинни, это был не ты, — покачал головой старший Ли.       — Что? Я? — воскликнул Хван.        — Не верещи, это длилось ровно пять минут, в день когда ты перевёлся в наш класс, и закончилось там же, когда тебя посадили со мной и ты начал болтать без умолку. К тому же, я никогда не отрицал тот факт, что ты красавчик, — смеясь, закончил свою историю Минхо.       — Давайте, тогда я следующий, — перенял эстафету Хан, — Ликси.       — Дорогой, подожди, я не готов к признаниям, — начал переводить в шутку Феликс.       — Ой, лучше молчи, кому ты уже нужен, — щëлкнул друга по носу Хан. — Моя история чем-то схожа с историей Минхо-хëном. Разница в том, что мы с Ликсом познакомились, когда оба только пошли в школу. Так вот, когда я увидел его в первый раз, то просто впал в ступор и не знал, как подойти и познакомится. Вроде детям это должно быть не так сложно, но незадолго до школы, как раз, произошел тот случай с зоопарком. Поэтому заговорить с незнакомцем, пусть он и такой же ребенок, было для меня затруднительно. Единственный человеком, с которым я мог свободно общаться в тот момент, была моя мама. Тогда вечером перед сном я ей рассказал, что у нас в классе есть мальчик — принц, у него чëрные волосы и много-много веснушек. Что он такой красивый и когда я вырасту, то обязательно попрошу стать его моим мужем. За что мать дала мне по губам и сказала напрочь забыть о таких вещах. И строго на строго запретила подходить к тому мальчику. А на следующий день Феликс сам подошёл ко мне и предложил дружить.       — Почему ты никогда мне этого не рассказывал? — удивился услышанному блондин.       — Я сам вспомнил об этом только после вопроса Чанбин-хëна.       — Значит, твоя мама не любит меня самого детства, а не только из-за того случая, — разочарованно вздохнул Феликс.       — Прекрати, ты же знаешь, что это не правда. Моя мама тебя обожает. Ты единственный, кто дарит ей на день рождения любимые цветы. Ты тот, кого она всегда рада видеть у нас дома. Иногда мне кажется, что это ты еë сын, а не я, — успокоил друга Хан.       — Я тоже люблю твою маму. Минни, давай-ка теперь поговорим с тобой. Признавайся, кто? — выглядывая из-за спины Джисона, в упор смотрел на Кима, Феликс.       — Ни один из вас, так что успокойтесь, — остудил друзей Сынмин.       — Но ты дружишь только с нами и Чонином. Если это не я и не Ликс… Тебе нравился наш мелкий? Как? Когда? А он в курсе? — стал засыпать вопросами Хан.       — Когда ты привёл его в нашу компанию. Из-за него я понял, что мне нравятся парни. Он был таким милым тогда, как можно было на него не запасть. И да, мелкий в курсе, потому что я признался ему где-то через месяц. Мы поговорили, он сказал что видит во мне только друга. Я его понял и стал для него этим другом, а через пару месяцев меня отпустило. Так что я рад, что всë случилось именно так. Вот и вся история, — закончил рассказ Ким.       — Вот мелкий тихоня, ни разу об этом не упомянул, — огорчился Джисон.       — Мы условились, что это останется между нами двумя, — встал на защиту младшего, Ким.       — И как мы определим, чья теперь очередь? — спросил Хван.       — Предлагаю выбирать между Джи и Минни. Прости, хëн, но твоя история самая скучная. Можем снова проголосовать, — проявил инициативу Феликс.       — Я и не претендовал. Кто за то, чтобы Джисон провёл следующий раунд? — поднимая руку, открыл голосование старший Ли.       Все, кроме Джисона, так же подняли руку, тем самым делая голосование бессмысленным. Хан задумался, насколько далеко они все хотят сегодня зайти. И, не найдя ответа, решил не трогать опасных тем.       — Я никогда не совершал безумных поступков, — решил зайти с этой стороны Джисон, первым делая глоток из своей бутылки.       — Хани, это не честно. Ты то пьëшь пиво, а я уже чувствую, как макколи начинает давать мне в голову, — жалуясь, выпил свою стопку Феликс.       — Согласен, — был солидарен с блондином Ким.       — Судя по тому, как вы синхронизировались, можно подумать, что поступок у вас один на троих, — предположил Хëнджин.       — Было бы странно, если бы это было не так, хëн, — подтвердил мысли старшего Феликс, — Все же подумали о нашем совершеннолетии?       Хан и Ким одновременно закивали головами, соглашаясь.       — Ээх, я думал там будет что-то более интересное. Каждый напивался на своë совершеннолетие и творил всякую дичь. Напиться в хлам, целоваться с лучшим другом и купаться голым в реке Ханган нельзя считать безумными поступками, — с угасающим интересом для себя, под переглядывания младших, сказал Чанбин.       Сынмин, взявший перед этим пачку сухариков и усердно старающийся еë открыть, от неожиданности резко потянул за края. Упаковка разорвалась, а содержимое разлетелось по всему пледу.       — Кажется, это разлетелись надежды Чанбин-хëна на то, что наш Минни станет к нему более снисходительным, — под громкий смех парней прокомментировал Джисон.       — Согласен с тобой, Чанбин-хëн, если бы мы придерживались этого плана, нам бы не пришлось сейчас пить. Но в какой-то момент, видимо, что-то пошло не так, — начал рассказ Феликс. — Начну тогда с небольшого пояснения. У нас с Хани дни рождения с разницей в один день, а у Минни на неделю позже. Чонин тогда уехал в Пусан по семейным делам и его с нами не было, поэтому мы решили, что начнëм отмечать День рождения Хани в клубе., потом поедем ко мне и продолжим праздновать дальше, но надёжный, как швейцарские часы, план перестал работать сразу же после первого пункта. Хани, дойдя до нужной кондиции, решил, что отмечать день рождения без мелкого полный отстой. Поэтому уже через три часа, еле успев на последний поезд, мы ехали в Пусан.       — На самолëте вышло бы быстрее, — перебил рассказ друга Хан.       — Разумеется, вышло бы быстрее, если бы кто-то подождал до утра, а не вëл себя как белка под дюраселом. Носясь без остановки вокруг нас с Минни, говоря что тебе очень надо в Пусан, а потом доставая таксиста и заставляя его ехать быстрее, иначе ты опоздаешь на поезд. Так что молчи, пожалуйста. Я не говорю, что мы были лучше тебя, иначе бы Сынмин никогда не согласился на все это, но до него мы ещё дойдëм. В Пусан мы приехали ранним утром. Вызвонили Чонина и после отборной брани, шока и в конце, конечно же, восторга от нашего приезда, мы получили адрес, куда ехать. Оказалось, что Чонина попросили присмотреть за домом родственники, пока будут в отъезде, поэтому нас согласились любезно приютить. Остаток моего дня рождения прошёл в целом спокойно. Мы провели хорошую неделю, пока не пришло время праздновать совершеннолетие Минни. Пили, целовались, купались. Основные правила празднования совершеннолетия мы в тот раз выполнили.       — Вот на этом моменте можно поподробнее? — перебил Чанбин Феликса. Двое старших так же с интересом глядели на ребят. — Кто с кем целовался?       — Да не важно, эта часть не должна была произойти, просто кто-то умеет задавать неправильные вопросы, — пытался уйти от ответа блондин.       — Нет уж, начал, так говори, — настаивал Со, — взамен могу рассказать, с кем из этих двоих был мой.       — Придурок, — Минхо кинул салфетку в Чанбина, — мы же договорились не вспоминать об этом.       — Вот видишь, Чанбин-хëн, я не успел ещё согласиться, а уже всë знаю, — сказал довольный Феликс.       — Мы просто играли в правду или действие. Кто же знал, что у Джинни есть такие тайные фантазии, — передернул плечами Минхо от накативших воспоминаний.       — И не надейся, у меня нет фантазий на твой счëт, но я бы хотел ещё раз увидеть то твоë выражение лица и как ты залпом осушил бокал с виски. А вы ведь всего-то едва прикоснулись губами на пять секунд, — уже во всю хохотал Хван.       — Всего-то на пять секунд, — передразнил Минхо, — Вот сам бы его и целовал.       — Нахрена он мне сдался. Брось ты, уже прошло столько лет, относись к этому проще. Теперь ты знаешь, что все так делают в девятнадцать, — пытался успокоить друга Хëнджин.       — Да что ж вы такие порядочные и откровенные. Хëн, прости, это не то, чем покажется на самом деле, — Феликс специально не стал обращаться к кому-то конкретному, что бы не создавать ещё более неловкую ситуацию. — На дне рождение Сынмина мы тоже играли в «Я никогда не», и всë было прекрасно, пока наш младший на одном из кругов не произнёс: Я никогда не целовался со своим другом. И сам не зная, попал этим прямо в цель.       — Всë, Ликс давай короче, ты не Агата Кристи, плести интриги не умеешь. Уверен, что все уже догадались, что одним из участников был ты. А ещё все знают, если замешан ты, то скорей всего там был и я, — сократил историю Джисон.       — Тогда может ты ещё скажешь, как это вышло с игрой, в которой не надо выполнять действий? А то пока одно с другим не вяжется. И почему в первый раз это случилось, тоже рассказываешь ты, — снял с себя ответственность Феликс.       — С игрой это никак не связано. Во всëм виноват младший, но тут объяснять бесполезно. Когда они с ним познакомятся, тогда поймут, что ему невозможно отказать, если он о чëм-то сильно просит. Да было бы что рассказывать. До дня рождения Минни мы с Ликсом целовались один раз, и то не уверен даже, можно ли этот так называть. Нам было по тринадцать, в то время я начал гулять с одной девочкой. Для меня эти были первые отношения, и я не хотел в них выглядеть полным профаном. Поэтому я спросил у Ликса, умеет ли он целоваться, на что он сказал, что только в теории. Вот я и предложил ему помочь мне, заодно и самому научиться. Эксперимент тогда вышел провальным. Во-первых, мы оба не знали, как правильно это делать, во-вторых, оказывается, целовать человека, пускай и твоего друга, не испытывая к нему романтических чувств, такое себе удовольствие, а в-третьих, нас застукала моя мама, — в отличие от старших, Джисон не испытывал дискомфорта от этих историй.       — Всë потому, что вы неудачники, — фыркнул Сынмин.       — Ой, от такого же неудачника и слышу. Давайте угадаем, кто решил пойти ночью купаться в чëм мать родила на один из известных пляжей Пусана. И кого родители в итоге забирали из участка и посадили на три месяца под домашний арест? Даю подсказку, имя начинается на Сын…а заканчивается на…Мин, — показал язык другу Феликс.       — Если ты всë сказал, то я так понимаю, следующий круг за мной? — напряженно спросил Ким.       — Пожалуйста, пожалуйста, позволь только наполнить всем рюмки, — весело отозвался блондин.       Пока Феликс разливал напиток, старшие были в большом предвкушении. С каждым кругом они всё больше узнавали о младших и их жизнях. И удивлялись, насколько неверное впечатление у них сложилось в университете.       — Давай, Минни, жги, я в тебя верю, — не унимался Феликс.       — Тогда я не в праве тебя разочаровать. Я никогда не скрывал свои отношения от друзей. — проговорил Сынмин, смотря прямо на одного из пяти парней.