Укротительница дьявола и коварный Герцог

      Виолетта. Очень красивое и изящное имя. Но сама девушка была полной противоположностью своего имени...       Жак и Мара долгое время не могли иметь детей. Родители Виолетты. Они уже и не ждали милости с небес. И было совсем не важно, наследник или наследница, главное, лишь бы была надежда, что ребенок вообще появится.       Фиалка. Так они её и называли.       Спустя десятилетия, они решились обратиться к ведьме за помощью. Женщина отказывалась долгое время помогать из личной неприязни. И это значило предать весь свой ковен. Ведь Жак и Мара были той самой королевской семьёй, которая истребляла ведьм и колдунов, а сейчас сами пришли к ней и просят помощи. ***

Весна. Несколькими годами раннее.       Девушка с иссиня-черным отливом в волосах сидела напротив женщины с не менее красивыми волосами, как и полагалось истинной ведьме, с рыжей копной волос.       Жак крепко сжимал руку своей королевы, сдерживая её пыл. – Нам нужна твоя помощь, ты же видишь в каком мы отчаянии, раз пришли к тебе.       Женщина ехидно улыбалась и встав со своего стола, на котором находились жуткие магические атрибуты, прошлась вдоль своей деревушки. – Мы заплатим любые суммы.       Тогда ведьма сверкнула своими изумрудными глазами в полутьме и сильнее улыбнулась. – Я помогу вам.       Больше не проронив ни слова, женщина схватила чашку и начала что-то агрессивно дробить в ней скалкой. Ни Жак, ни Мара не смогли увидеть что конкретно она добавляла в свой отвар, кроме одного ингредиента.       Ведьма подошла к окну, из которого торчали цветы. Фиалки. Они проникали в деревушку и уже распространяли свои лозы по комнате. Это выглядело одновременно и пугающе, и волшебно.       Ведьма схватила один из бутонов, швырнув его также в миску, продолжая всё это дробить.       Наконец, закончив свой ритуал, женщина поднесла миску к своим губам и что-то еле слышимо шепнула.       Король и королева нервно переглянулись. Ощущение страха прошлось по ним и каждый смог это заметить в друг друге. Но у них больше не было выбора.       Ведьма бережно подала миску в руки королевы. – Пейте. По половине каждый из вас.       Король осушает всё до последней капли, чувствуя отвратный вкус листвы и чего-то солоновато-горького. Но не морщится, ведь теперь в сердце есть надежда.       Жак и Мара благодарно одаривают женщину золотом и дорогими камнями, готовясь уже покинуть ведьму, но она их останавливает. – Но за всё приходится платить. И это не всегда ваше сокровище.       Жак и Мара непонимающе смотрят на женщину. – Вы сказали, что готовы отдать любые суммы. Жизнь подарит вам ребенка, но ваш род исчезнет. – Что?!       Мара в отчаянии падает на пол, хватаясь за волосы, Жак же пытается поднять свою королеву. – Что ты несёшь, ведьма?! – Король в ярости. – Чтобы у вас появился ребенок, жизни придется разделить одну душу на двоих. А одна душа, как правило, имеет одно тело, но ему придется тоже разделиться на два. Ребёнок полюбит кого-то с таким же телом. У вас не будет продолжения рода, мой Король.       Жак гневно осматривает ведьму, но он не верит в судьбу. Не верит в то, что жизнь нельзя обмануть.       Тогда Мара и Жак решили действовать по своей схеме. Оставалось дождаться своего часа и попытаться пойти против судьбы... ***

Настоящее время.

      Малышенко всматривалась в вид окна, проводя по стенам пальцами, рисуя невидимые узоры.       Её так тщательно оберегают. Слишком тщательно. Девушка не раз замечала, как родители даже запрещают иной раз ей дружить с другими девочками.       Виолетта так сильно бесилась из-за подобных запретов, сама не заметила того, как стала не просто дружить с принцессами других королевств или даже просто со служанками.       Они были такие разные, такие красивые. Каждая по своему уникальна. В каждой что-то привлекало. И не было понятно почему именно женщины вызывали так много восхищения в ней. В то время, как мужчины её совсем не интересовали.       Виолетте уже исполнилось 18 зим в этом году. Это значило лишь одно. Скоро родители найдут ей претендента в мужья. И казалось бы, всё не так уж плохо, больше свободы и никакой беготни прислуги за ней. Так думалось самой Малышенко, пока все ещё шли поиски кандидата.       Двери в её покои резко распахнулись. К ней заходят без стука. Очередные проверки от родителей и самовольность прислуги, которая была разрешена королевой. – Доброе утро, принцесса.       Её фрейлина Елизавета мило улыбалась в дверях, запуская табун других девушек для того, чтобы Виолетту привели в порядок. – Оно было бы добрым, если бы не ваши попытки его мне отравлять.       Малышенко встаёт с места, позволяя девушкам её раздеть и приготовить к завтраку.       Виолетту напрягло, как прислуги тщательно выбирали цвета для платья и пытались нарядить её как можно красочнее. – Зачем мне весь этот шухер?       Несмотря на то, что девушка была под строгим контролем, в детстве ей удавалось сбегать и попадать в интересные компании бродяг их королевства. Собственно, поэтому её жаргон немного отличался от того, каким должна была обладать девушка из высшего рода. – Как? Вас ещё не предупредили?       Вопросов больше задавать не хотелось. Виолетта поняла, что и кто будет ждать её на завтраке. – Чёрт. – выругалась принцесса и получила в ответ от своей фрейлины неодобрительный знак, но её это мало волновало, она даже показала язык, ещё больше очерняя свои манеры. ***

Несколько минут спустя

      Вся семья уже сидела за столом, как и сама Виолетта. Королева и король судорожно поглядывали на входную дверь, в ожидании главного гостя, который, кстати, не особо то и отличался пунктуальностью от самой Виолетты. Малышенко любила опаздывать, но в этот раз из комнаты её вытолкнула Лиза, дабы не посрамить своё имя перед её родителями. – Может он вовсе решил не приходить, узнал о слухах, которые обо мне ходит. Вот и испугался.       Слова дочери были проигнорированы. Виолетта лишь мечтала быстрее прикоснуться к еде и наконец покинуть своих родителей, занявшись опять чем-то более интересным. Высиживать на одном месте было достаточно сложно для неё. – Милая, он и вправду прилично задерживается...       Жак был более равнодушен к замужеству своей дочери, в отличии от Мары, которая прямо сейчас сверлила дверь своим взглядом и даже не думала отвечать что-то мужу.       Уже десятый день, когда к ним наведывается очередной герцог или принц с какого-то другого королевства. Все они не продерживаются и нескольких минут за беседами с принцессой, убегая так, что пятки сверкают. Оно и понятно, Виолетта умела себя подать во всей красе. – Чтож, может уже начнём трапезничать? Я умираю с голоду, матушка.       Мара и бровью не пошевелила на вопрос дочери. Виолетта пожав плечами, уже без разрешения берёт в руки вилку. Только тогда королева обращает своё внимание на дочь. – Не смей, Виола.       Малышенко поднимает руки вверх над столом в знак повиновения. Но у самой злость закипает. Она пришла раньше, впервые, не опоздала, а из-за какого-то недопринца должна терпеть свой голод и лишь пожирать глазами еду.       Виолетта томно вздыхает, ерзая на стуле и специально опрокидывая вилку на пол. – Ты можешь усидеть на месте хотя бы пару минут?!       Мара в бешенстве. – Я уже просидела так больше, чем даже пару минут! – отвечая матери, она параллельно спускается под стол. Было слышно, как двери распахнулись, видимо, прислуга уже несёт десерт на завтрак, так как они должны были к этому времени доесть всё горячее блюдо. – а ваш недоделанный принц до сих пор не соизволил явиться, хотя знаете, матушка, если вам достаточно глазами есть дверь, я безумно завидую, потому что мне для полного счастья сейчас будет достаточно съесть стейк на моей тарелке, а не ожидать очередного труса, который сбежит от меня спустя пару минут после моих брошенных колкостей в его сторону. – поднимая вилку, она ударяется головой об стол, шипя. Её немного удивило, что мать так и не ответила ничего на её слова. Она ожидала, что словесная баталия между ними продолжится. Поднимаясь на своё место, смотрит на родителей и чуть дальше, где место гостя. А главное из всей информации, оно уже не пустует. – Ну здравствуй, принцесса.       На неё в упор смотрят карие глаза. Виолетта поджимает губы. Ей не страшно, когда она говорит всё прямо в лицо, но сейчас ситуация вышла немного некрасивая. – И тебе не хворать.       Мара бросает ещё один злостный взгляд на свою дочь, в попытке дать ей понять, что лучше постараться себя вести чуть приличнее, чем обычно.       Но какие приличия? Она ожидала принца ради того, чтобы поесть. Терпела же, вот и он потерпит её "хорошие" манеры. – Я смотрю, вы очень эмоциональны. – Да, она бывает черезчур резка, но в остальное время очень прилежная.       Мара улыбается принцу, а под столом немного пинает свою дочь в ногу. Ещё один знак, говорящий о том, что лучше сейчас не открывать рот. Но он мало действует. – А вы принц тщательнее смотрите, тогда обнаружите не эмоциональность, а психованность. Не советую брать себе в жены подобных дам, знаете, голову прокусывают и живого места не остаётся.       Теперь улыбается Виолетта. Жак лишь пытается сдержать себя от приступа смеха. Он обожал свою дочь, какой бы простушкой она не была для своего статуса. – Наоборот, я считаю, такие выворачивают всю душу и въедаются в неё плотно.       Виолетта резко поперхнулась своей же слюной, откашлявшись, бросает осторожный взгляд на принца. Теперь она из интереса всматривается в него.       Острые черты лица. Слишком острые даже. Светлые волосы, собранные аккуратно в хвост. Странные шрамы на лице, возможно, оставшиеся после охоты. Немного плосковатые губы, но выразительные глаза. Он смотрел не так, как остальные. Без желания. Наоборот, с неподдельным интересом. Который, скорее всего, был вызван её высказываниями. – Всё это, конечно, интересно, но мы вас слишком долго ожидали, принц, поэтому прошу меня простить, я слишком сильно хочу есть. Приятного аппетита всем.       И Малышенко наконец-то притрагивается к еде, давая полную свободу руководить этим банкетом родителям. Её мало интересовал разговор с принцем. Может только чуть-чуть. – Можете звать меня Киром, принцесса.       Как благородно. – Да-да, хорошо. – отвечает Виолетта, параллельно прожевывая свою еду. Королева морщится от манер собственной дочери. – Расскажите, принц, какие у вас планы на жизнь и почему решили отозваться на кандидатуру в мужья нашей дочери?       Наконец-то в разговор подключается отец. Малышенко делает вид, что ее мало заботит этот разговор, но на самом деле она прислушивается к ответам принца. – Я хочу соединить наши королевства и захватить соседнее от вас. Не могу пока рассказать свои мотивы. – Только и всего? – спрашивает Мара у принца.       Виолетта уже ликует внутри себя, значит, интереса в её сторону нет. Возможно, она зря беспокоилась. – И ещё я слышал очень много интересных слухов о вашей дочери, – принц подпирает свой подбородок рукой, улыбаясь, смотрит теперь на принцессу. – мне показалось, что я смогу с ней сладить. Выйдет интересный союз.       Малышенко обороняет вилку на стол, смотря на Кира.       Что? – Почему вы уверены в...интересном союзе?       Даже Мара немного напряглась от ответа принца. – Знаете, я умею быть очень убедительным, а главная черта моего характера, это терпеливость.       И его хищная улыбка снова озарила всю комнату. Виолетта резко встаёт со своего места, решаясь покинуть остальных. Дерзость самодовольного принца заставляла закипать полностью, до кончиков ушей. И всё это хотелось быстрее скрыть. – Виола! Виолетта!       Мара также резко встаёт, пытаясь грозным тоном остановить убегающую дочь. – Не сердитесь на неё. Ей в новинку, что кому-то могут понравится её выходки.       Мара и Жак переглядываются между собой. Но похоже это действительно первый раз, когда из комнаты выбежала Виолетта, а не званный гость. – Чтож, принц, тогда нам стоит поговорить о скорой помолвке и переезде нашей дочери к вам. – Безусловно, нам действительно стоит решить это как можно скорее.