Игра в имитацию

Драко глазам своим не верил, глядя на территории особняка, сам особняк и то, что было внутри. Рон понимал его восторг, особенно помня, каким был Блэк-хаус и каким унылым стал Малфой-мэнор. — Поттер, это потрясающее место. — Рад, что нравится, — хмыкнул Гарри. — Кстати, Снейп отныне в моей команде. — Крёстный обрадуется. — Я так и не понял, почему он согласился? — насторожился Гарри, и Драко сразу уловил прищуренный взгляд. — Он же мечтал о свободе. — Мечтал, но поработать с Аркой смерти отказаться не смог. Сколько той жизни. — Верно. Драко снова отметил изменение поведения Поттера. Взглянув на Рона, увидел, что и тот пристально смотрит на друга. Двум сразу казаться не могло. Войдя в библиотеку, Малфой ахнул. Он поднял глаза ввысь и понял, что она занимает этажей пять. Видимо, левое крыло поместья отныне поглотило вместилище знаний. — Приступим? На изучение библиотеки уйдёт много месяцев. При этом будем и над Аркой работать. Я составлю график. — Хорошо, — Малфой снял пиджак и принялся первым проверять книги. Гарри и Рон тоже подошли к стеллажам. Поттер проскользнул сразу на второй этаж, чтобы Драко и Рон не увидели помощника. Как только Поттер оказался на втором этаже, явился Том. В две пары рук они быстрее смогут найти что-то об Арке. Им нужна её сила. Кто-то её создал. Кто-то дал название. Кто-то уже исследовал. Их в мире много. Та, что в Британии, появилась не так давно, но в мире их было много. Это общеизвестный факт. Драко и Рон даже не смотрели вверх, так поглощены были поисками. Драко вообще очень усердно просматривал фолианты, ведь он искал ещё и информацию о крестражах. В один момент Рон заметил, что Малфой застыл над книгой. Он осторожно переворачивал страницы, подолгу их читая. — Нашёл что-то? — Нет! — Драко захлопнул книгу, но Рон уже заметил картинки. — Открой. Я никогда не видел такие совокупления. Драко тяжело вздохнул и открыл книгу, просматривая живые картинки дальше. — Она не гетеро? — воодушевился Рон. — Вначале гетеро. Первые триста страниц, затем я увидел позы с геями. С 701 страницы идут лесбиянки, а с 1000 групповухи. Рон и Драко переглянулись, немного смутились, но продолжили смотреть именно на живые картинки с геями. — Тебе парни нравятся? — ухмыльнулся Рон. — Я не знаю. Я любопытный. — Я тоже. — Обед! — Гарри ухмылялся, стоя за спинами ребят, которые уже и так поняли, что Поттер всё видел. — Давно стоишь? — спросил покрасневший Рон. — Последние минут пять. Интересная книжонка. Не прячьте далеко. Не только вы тут девственники. Точнее, не только ты, Малфой, Рон с Лавандой неплохо веселились полгода. — У нас дальше поцелуев ничего не заходило, — смущаясь, признался гриффиндорец. «Том, а у тебя был с кем-то секс?» «Из-за Амортенции в крови я не умел желать. У меня никогда не стояло и не было мокрых снов. Так что — нет, Гарри, у меня никогда ни с кем не было половых отношений». «Кошмар». «Я ничего не потерял». Рон и Драко переглянулись, ведь Гарри завис, а глаза смотрели в одну точку. Малфой понимал, что Поттер говорит с крестражем, а вот Рон только догадывался. Когда все сели обедать, Уизли кусок в горло не лез. Ему буквально хотелось задать вопрос другу, но он не знал, как начать. — Уизли сейчас умрёт от подозрений, что с тобой что-то не так, — смеялся Том, сидя возле Гарри. Гарри ухмыльнулся и демонстративно повернул голову вправо, у Малфоя глаза расширились. — А наш блондинчик — засланный козачок. Гарри, Северус не дурак, он понял, что раз Нагини была живым крестражем, то и ты можешь им быть. Малфой прячет мысли, но он против меня ребёнок, чьи мысли я читаю по глазам. Гарри всё это время смотрел на Тома, а после принялся есть, прожигая взглядом парней. Драко подавился куском ветчины и быстро осушил стакан с яблочным соком. Рон же сидел невозмутимо. — Вопросы? — С кем ты общаешься? — в упор спросил Рон. — У тебя от одиночества крыша поехала? — Я никогда не был один, — заявил Гарри, говоря и о прошлом, и о настоящем времени. — Ещё вопросы? — Боюсь его задавать, — сглотнув, прошептал Рон. — Твоё поведение, манера речи, жесты — всё иногда резко меняется. — У меня раздвоение личности, — засмеялся Гарри, делая глоток сока. — Не смешно… — Рон, я в порядке. Если что-то случится, ты узнаешь об этом первым, — обещал Гарри. — Если вы наелись, вернёмся в библиотеку. Гарри специально оставил друга и сокурсника вместе, чтобы те могли поделиться своими переживаниями и домыслами. «Ты уверен, что Драко поделится с Роном?» «Уверен. И когда я прочту мысли Уизли, услышу их разговор, поведаю тебе всё». «Хорошо». Гарри вернулся на второй этаж, а Рон и Драко всё ещё сидели вместе на кухне. — Мой крёстный, я и Тео считаем, что Поттер — крестраж, — признался Драко, а Рон тяжело вздохнул. — Я об этом догадывался с тех пор, как мы узнали о крестражах. А змея дала конкретную подсказку. Ну не мог младенец после Авады легко отделаться, пусть мать и пожертвовала собой… — Рон тяжело вздохнул. — Что предлагает Снейп? — Найти больше информации о крестражах и уничтожить паразита, не убивая Поттера. И всё это нужно провернуть так, чтобы Дамблдор не узнал, а то он быстро вонзит клинок Гриффиндора в сердце Поттера. — Согласен. Я в деле. И сообщу об этом Гермионе. Мы не оставим Гарри. Но нам нужно узнать что-то об Арке. Кто-то о ней точно писал. Пошли. Драко стало даже легче дышать, ведь теперь он в мэноре не один шпион. Гарри же, выслушав Тома, прыснул. «Они собираются убить тебя». «Слышу в голосе радость. Я тебе так ненавистен?» «А я слышу в голосе обиду. Ты убил моих родителей. Именно ты! Ты пытался убить меня. Мы вынужденные заключённые». «Гарри, нет. Пожалуйста. Не делай этого…» Гарри посмотрел вниз на Драко и Рона, которые усердно искали нужную информацию. «Ты сам хотел нас разделить». «Разделить, а не убить». «Как будто ты не попытаешься убить меня. Ты знаешь, как звучит пророчество». Том не ответил, его переполняли эмоции, которых раньше он не испытывал. И Гарри почувствовал смесь страха, обиды и понимания. Том осел на пол, глядя в одну точку, боясь пошевелиться. Его грудь быстро вздымалась, а головой он вертел в разные стороны. Гарри никогда не видел таким Волдеморта. Протеже слизеринца обычно переполняла ярость и он пытал или убивал, а этот Том был другим. — Амортенция, с которой ты родился, — Гарри присел перед Томом, — уничтожена Дарами, — догадался парень. — Ты теперь чувствуешь. Ты об этом знал? — Нет. Что мне делать? Я не контролирую себя, — его руки начали дрожать, а красные глаза наполнились слезами. — Успокойся. Вдох и выдох… — Смысл успокаиваться, если ты меня убьёшь. Гарри, разве я виноват, что родился без эмоций? Разве я заслужил издевательства в приюте? Я рос озлобленным на весь мир, и поняв, что я наследник Слизерина, я захотел самой огромной власти. Министерство просто бросило меня в приют. Хотя Поттеры — наследники Певереллов — могли меня воспитывать. Я не обвиняю именно Карлуса Поттера в том, что он не знал обо мне, но… твой прадед уничтожил мэнор, а вместе с ним и семейное древо, оттого никто обо мне не знал… Гарри поймал пальцем первую слезинку в жизни Тома. — Крестражи и страх смерти сделали меня безумным психопатом, но сейчас я не безумен. Давай найдём способ разделить нас тайно. Никто не знает, как я выгляжу. Даже Джинни. Дневник ей только писал. Я это знаю точно. Читал её мысли, — ответил Том, видя изогнутую бровь Поттера. — Набрался у Снейпа привычек? — Наверное. А дальше что? Ты наследник Слизерина. Наследник Гонтов. Полукровка. Палочка Волдеморта тебя слушается. Как объяснить обществу, кто ты и откуда взялся? — Я могу быть… — Том сглотнул, — сыном Волдеморта. Он ненавидел имя Том, но уважал деда Марволо за ненависть к магглорождённым и полукровкам, а магглов вообще не переваривал. — Ты говоришь о себе в третьем лице? — Я другой. — Дамблдор знает, как ты выглядишь. Допустим, ты албанец, тебе нужны документы о рождении. Кто-то должен о тебе знать из магов, ведь ты где-то учился. Это не сработает, Том. — Я придумаю план, только не уничтожай меня, Гарри. Том ухватил Поттера за руку, в надежде, что его услышат. Гарри отрицательно покачал головой. — Наслаждайся временем, отведённым тебе, пока Снейп не нашёл способ тебя уничтожить. Ты мой враг. Всегда им будешь. Гарри поднялся и повернулся к Рону и Драко, которые стояли на первом этаже, слушая речь Гарри, но не слыша Реддла. — Малфой, приведи сюда Снейпа. Ты всё слышал. Я хочу избавиться от Волдеморта. — Гарри, — рыкнул Рон. — Знаю, я должен был сказать сразу. Но я сам узнал после битвы. Рон, расскажешь всё Гермионе. — Поттер, когда меняется твоё поведение, тебя подавляет крестраж? — спросил Малфой то, что его беспокоило. — Нет, я позволяю ему управлять мной, чтобы не ляпнуть что-то не то. Я его полностью контролирую. — Это я и хотел услышать, — заявил Драко, закрывая очередной фолиант. — Тогда я к крёстному. — А я к Гермионе. Тебя можно оставлять одного? — Рон, не беспокойся. Это моя крепость. Я здесь власть. Рон и Драко немного успокоились, всё-таки время с тайнами прошло, и пока оно было, в мире правил капитальный хаос. Гарри не было жаль Волдеморта. Пока он к нему чувствовал только ненависть. Хотелось избавиться от того, кто уничтожил его жизнь в Годриковой впадине. Том принял выбор Гарри. Возможно, он слишком давил, как считал Реддл, но с другой стороны, за что Гарри уважать Тома, желать ему жизни? Именно из-за него парень имел связь с психом. Из-за него их часто находили. Из-за него он стал сиротой. Том залез в винный погреб Блэков, нашёл там бутылку вина и засел в гостиной с книгой о камасутре после полуночи. Гарри проснулся от боли в груди. Душевной. Связь с Томом была проклятием и даром. Он теперь понимал Реддла, но не желал этого. Не желал привязаться и помочь. Спустившись вниз, удивился, что Том пьёт с бутылки, рассматривая пошлые картинки. — Я тебя разбудил? — спросил Том. — Даже напиться не могу из-за того, что являюсь частью тебя, а вино вкусное. — Смысл просматривать эту книгу тебе? — уколол Гарри Тома, который только улыбнулся. — Я многое упустил в погоне за бессмертием и властью. Я не умел чувствовать, хотя Альфард меня любил. Сильно любил. Поэтому я этого Блэка и не вербовал. — Какое благородство, — Гарри закатил глаза, скрестив руки на груди. — Ты имеешь право злиться, ненавидеть и желать мне смерти. Я рад, что ты не ищешь способ меня убить, а передал эту миссию. Однако, я не перестану тебе помогать с Аркой, ведь ненавижу Дамблдора. — Я должен проникнуться уважением к тебе? — Нет. Я рад, что хоть что-то правильное сделаю перед смертью. — Реддл, я тебя знаю, — Гарри потёр переносицу, и Том напомнил себе приготовить парню зелье для глаз, — ты всё говоришь ради выгоды. Ты хочешь жить. Я ради других готов был умереть, но ты думаешь только о себе. — Это не так: я думаю о твоём будущем. — И что ты там надумал? — тяжело вздыхая, спросил Гарри. Том не ответил, только улыбнулся и перевёл взгляд на картинку, где двое мужчин целовались, при этом поглаживая друг другу члены. Один был высоким, второй пониже. И Тому понравилась эта картинка, Гарри это чувствовал. Подойдя поближе к дивану, Поттер и сам взглянул на картинку, которая до невозможности возбуждала. — Я не буду подсматривать, — поведал Том, расплывшись в улыбке. — Нельзя игнорировать естественные потребности. Подрочи себе. — Не могу, — честно признался Гарри. — Я пытался, но не выходит кончить. Член падает на самом пике. Я не знаю, на кого возбуждаться, а без объекта желаний не получается мастурбировать, — покраснев, признался Гарри, но кому ещё признаться, как не тому, кто живёт в тебе. Том хищно улыбнулся, поднялся и встал напротив парня, чьи изумрудного цвета глаза вызывали восторг и страх. Гарри был его судьбой, тем, кто может убить, а может и помиловать. — Учитывая, что я всё равно умру, я могу сделать это с тобой. Гарри не сразу понял, что предлагает Том. Когда он толкнул Гарри спиной на диван и навис сверху, то почувствовал холод возле шеи, будто рука костлявой госпожи прикоснулась к нему. Гарри не боялся Тома, но чего-то боялся. — Я знаю твой главный страх, Гарри, — Том буквально вошёл в сознание парня и разрушил ту стену, которую воздвиг двенадцатилетний мальчик. — Пусти. Мне больно, — из глаз Гарри хлынули слёзы, и он почувствовал ладонь на груди. — У тебя не получались отношения с девушками, потому что ты уже влюблён. Красивый, решительный слизеринец из дневника покорил твоё сердце. Но ты так в нём разочаровался, что пытался начать отношения с Чанг и Уизли, а твоё сердце у меня. Всегда было моим. Раньше я этого не замечал, ведь не мог чувствовать. — Хватит… — Гарри вроде и пытался столкнуть с себя тело, а вроде и нет. — Ты… Я не позволю воспользоваться моей слабостью к тебе, Реддл, слышишь?! — закричал парень. — Я ненавижу тебя! — Да. Ненавидишь. И любуешься, — понял Том. — Ты уже провёл параллели с тем Томом и мной, ты уже понял, что мы разные, и ты понял, что я тебе нравлюсь. Нравлюсь, Гарри. — Я тебя уничтожу всё равно, — Гарри боялся открыть глаза, чтобы не увидеть прекрасное лицо змея. — Я не люблю тебя. — Не любишь. Я это чувствую. Ты боишься снова поверить тому, кто нравится, и разочароваться. Я нравлюсь тебе, Гарри. И я не разочарую. — Тебя переполняют эмоции, но ты не любишь меня, Том! — закричал от боли Гарри, магией сбрасывая с себя Реддла, а сам быстро вскочил на ноги. — Ты любишь только себя! Новый Том, конечно, мне импонирует. Да на тебя встаёт по утрам, паразит ты драклов! Встаёт, потому что ты невероятный! И ты мой враг. Мой убийца. — Твой создатель. — Нет. Конечно, я различаю тебя и тех Томов. Конечно, ты нравишься. Но я тебе нужен для достижения твоих целей. Ты не можешь ко мне что-то чувствовать. Гарри захватил недопитую бутылку вина и направился с ней в спальню, оставляя Тома одного, но с улыбкой на лице. «Ты прав, Гарри, я люблю себя, но я — это ты, а ты — это я». «Успокойся уже. Ты узнал, что хотел. На большее не рассчитывай». Том появился в спальне Гарри тихо. Тот сидел на кровати, потягивая вино и сжимая член до боли. Том очень сильно нравился Гарри, но стоило вспомнить, кто он такой, то Поттер злился на себя, заставляя вспоминать, как верил уже младшей копии мага, восхищался им, а тот попытался убить. — Я спасал тебя много лет! — Нет! Оставь меня в покое! Поттер злился, о чём свидетельствовал загробный холод в мэноре. — Мы оба упрямые. Мы привыкли получать желаемое. И моё желание — жизнь, Гарри. — Моим родителям было по 21-у году! Всего двадцать один, когда ты их убил! Мой крестный в 21 попал в Азкабан и умер, находясь в розыске. За что? Я рос в чулане. Меня били. Морили голодом. — А кто тебя спасал?! — Но это ты повинен в этом! Я мог расти в любящей семье! У меня мог быть брат или сестра! Ты уничтожил моё будущее и думаешь, я подарю своё сердце тебе? Да я лучше сдохну! Как я могу быть с тем, кто меня может уничтожить? Том молчал. Он чувствовал симпатию Гарри к себе, теперь тот не скрывал её, но Гарри и гневался. На обоих. На себя за слабость, за любовь к убийце, а на Тома за то, что он начинает нравиться. Чисто внешне. И характером. Но Гарри знал, что Том просто играет. Ему нужен гарант неуничтожения в этом мире, и этот гарант может дать только Гарри, а влюблённый парень самая лучшая защита. Том и сам так думал, но не до конца. Что-то в нём пугало самого себя. Что-то тёплое. То, чего он раньше не чувствовал. И единственное, что понял о себе новом Реддл, так это то, что он переживает за Гарри. По-настоящему заботится о гриффиндорце.

***

Гарри не сомкнул и глаза до утра, допивая бутылку вина, пока Том всю ночь искал информацию об Арке. Рон прислал Патронус, что Снейп, Нотт и Грейнджер ждут приглашение в поместье, которое полупьяный Поттер сразу же предоставил. Том вошёл на кухню невидимым, пока Гарри пил кофе, пытаясь проснуться, а остальные сочувствующе на него смотрели. Все, кроме Снейпа. — Ломаетесь, Поттер? — Не дождётесь, мистер Снейп, — хмыкнул парень. — Я удерживаю крестраж, ведь обладаю всеми Дарами Госпожи. — Он же всё слышит, верно? — спросила обеспокоенная Гермиона. — Я с удовольствием послушаю, — Том улыбнулся, когда все начали его искать глазами, а после стал видимым, заставляя Малфоя и Нотта сглотнуть от страха, — план моего уничтожения. — Забейте на него, — закатил глаза Гарри. — Ты собирался заняться чем-то в лаборатории, вот и катись туда. — Обязательно, но я хочу послушать лично план моего уничтожения, — рыкнул Том, пронзая алым взглядом каждого в комнате, и только Гарри было не страшно, скорее, он злился, а Тома его злость забавляла. — Итак, Поттер, мы обыскиваем библиотеки, и если они не принесут результата, то воспользуемся капитальным методом: вы, как обладатель Даров, не сразу умрёте от яда василиска, а вот крестраж внутри Вас не защищён. — А слёзы Феникса у Вас есть? — спросил Гарри. — Да. — Но это план на крайний случай, — рыкнула Гермиона, глядя на Северуса убойным, бесстрашным взглядом, отчего мужчина вздохнул. — А пока мы будем искать информацию. — Я согласен на библиотеку. Я связан с Волдемортом так, что у меня есть даже парселтанг. Я не думаю, что клык василиска сработает. — Заавадить бы вас всех, — произнёс Том, играя своей палочкой. — Палочка? Поттер! — рыкнул Северус, на что Гарри засмеялся. — Никогда не видел страха на Вашем лице, за это Тома можно и потерпеть подольше, — Гарри пытался перестать смеяться. — Том, покажи им. — Круцио! — он бросил заклинание в Драко, но оно прошло мимо парня, а после вернулось в палочку. — Я могу использовать магию только на тех, на ком позволено. Да, Гарри крестраж, вместилище, но он Повелитель Смерти, мне с ним не сравниться. Гермиона выдохнула, она безоговорочно верила Гарри, как и Рон, но верил рыжий не словам друга, а Тому. Его взгляду. Он видел, как преданно Реддл смотрит на Гарри, наверное, даже сам не понимая, почему. И Рон видел, что Гарри украдкой тоже смотрит на Тома, но с болью и грустью. Рон всё понял и ухмыльнулся, ведь два врага нравятся друг другу, но между ними стоит море причин, по которым им не быть вместе. — Гарри, ты как-то рассказал, что Распределяющая Шляпа заявила, что «всё в твоей голове». Гарри, всё в твоей голове. Рон пытался передать этой фразой всё, что видит между крестражем и его вместилищем. Том это понял и даже улыбнулся, удивляясь, каким пронзительным стал Уизли и какими слепыми были те, кто видел в Томе только Волдеморта. Гарри засмеялся, понимая, о чём говорит Рон и, будто отчитывая, поругал пальцем. Рыжик улыбнулся и посмотрел на Тома, который подмигнул ему. — Мистер Уизли, крестраж умеет внедрять свои мысли, как Вы могли забыть? — О, я не забыл, мистер Снейп, но что, если мы лезем не туда? Вы пытайтесь найти способ уничтожить крестраж, я буду заниматься Аркой, но Том и Гарри сами решат, как им быть, вот увидите. — Том? — удивился Тео. — А ты видишь здесь Волдеморта? Волдеморт не способен на эмоции, только на игру. Это Том Реддл, который и сам себя не знает. Может, они научат друг друга жить. — Рон, ему нужен защитник, — заявил Драко, — а Поттер идеальная защита. — Наверное, но я хочу верить в лучшее. Том исчез, ему было тепло на душе от слов Рона, как и Гарри, который молча оставил всех на кухне, уходя в библиотеку. «Гарри, позволь мне доказать, что я не такой плохой, каким был раньше. Я научусь быть понимающим». «Том, ты… моя ахиллесова пята. Из-за тебя я уязвим. И ты можешь этим воспользоваться. Я тебе не верю». Том не сказал ничего. Он оставил библиотеку, уходя в лабораторию, но проходя мимо кухни, услышал странный разговор. — А что если они влюбились друг в друга? — Рон, ты видишь не то, что есть, — хмурилась Гермиона. — А если их любовь… — Какая любовь? — рыкнул Северус. — Тёмный Лорд пойдёт на всё ради достижения цели. Ему нужен статус. Ему нужна защита. Поттер станет его марионеткой. — А если я прав? Гермиона, вспомни Тома из дневника. Гарри им восхищался. Что если влюбился? Тот Реддл попытался убить его, а тут появляется другой Реддл, который умеет слушать, понимать, флиртовать! Гарри мог влюбиться. — Но не Реддл! — шипела подруга. — Он плод Амортенции. — У Гарри исчезли все шрамы, а значит, что и все проклятия в Гарри погибли. Амортенция была проклятием Реддла. Думаю, он теперь умеет чувствовать. — Рон, сними розовые очки, — попросила шатенка. — Это вы снимите, — ему не нравилось, когда Гермиона считала его глупым. — Занимайтесь своими делами, а я хочу кое-что проверить. И проверю. Рон оставил поместье Гарри, никому ничего не говоря, но Том почему-то надеялся на потрясающую идею со стороны парня. Уизли явился к Биллу домой, на берегу моря бродила Флёр вместе с его братом, которые о чем-то шептались. — Привет, ребята. Флёр, у меня вопрос. — Привет, Рон, — засмеялись оба. — Задавай. — Ты, как на четверть вейла, можешь заставить влюблённых признаться друг другу в истинных чувствах? — Да, а что? — А если ты не будешь видеть этих магов? — Да, но, Рон, я не буду никого сводить против воли. — Нет, только заставь сказать об истинных чувствах. Я постараюсь подловить этих двух, когда они будут где-то одни. Поможешь? — Я должна знать, кто это, — настаивала француженка. — Это Гарри и один парень. — Гарри гей? — удивился Билл. — Кажется, да. — Проверим, но помни, если они враги, то могут и поубивать друг друга, — ухмыльнулась Флёр. — Это хоть не Малфой? — беспокоился Билл. — Не Малфой. Спасибо. Рон предчувствовал удачу. Может, Гарри его потом и прибьёт, но не Том. Тому и самому нужно понять, что чувствует, а вейла поможет. Рон считал, что Гарри очень повезло с лучшим другом.