Ошибка выжившего

      Армин, сколько ты помнишь, всегда спал беспокойно. Ворочался. Говорил. Но не так, срываясь на крик и начиная задыхаться от собственного голоса.       Очередное ухудшение подкралось незаметно. И вот опять. Ночь. Хлещущий, как из ведра, ливень. Кровать. И воспоминания. Картинки прошлого, которые, к твоему сожалению, слишком яркие. Слишком болезненные, рвущие не успевшие зажить душевные раны в клочья. Армин не выдерживает их напора. Никто не интересуется. Никто, кроме вас, не знает.       Как бы хотелось, чтобы всполохи пережитого покрылись такими же рубцами, как на теле. Успокоились. Зафиксировались. Забыть о том, что было — невозможно, но переживать каждый приступ снова и снова… Слишком больно. Невыносимо.       Армин знает. И хотя в таком состоянии он не замечает ничего вокруг, кроме своей агонии, его это тяготит. Столько попыток расстаться, уйти, перестать причинять беспокойство, дать шанс жить нормальной гражданской жизнью без навязчивых напоминаний…       Ты помнишь, как однажды в приступе эмоций ты даже оттолкнула его. Была так зла. Как мог он спокойно рассуждать о том, чтобы ты ушла? Это слишком. Ладонь до сих пор горит, как от огня. Армин был не в себе, как сейчас. Он не мог расстроиться. Не мог обидеться. Но ты не простила себе. Не забыла. И стыд за минутную слабость выворачивал наизнанку.       Возможно, когда-то, в самые сложные минуты тебе и хотелось освободиться. Быть вне этого. Вне войны. Титаны, как отдалённый кошмар, такие далёкие и устрашающие. Годы лишений. Смерти. Ты хотела бы оставить это позади. Но Армин… Жизнь без него не формировалась в голове даже в виде простой идеи. А сами мысли казались кощунственными. Вне приступов всё было хорошо. Идеально. Больше, чем вы даже осмеливались мечтать раньше. Издательство. Книги. Безопасный — и столь долгожданный — дом. Даже забота об Армине в каком-то смысле давала силы. Отвлекала от собственных терзаний.       — Уже… Лучше, — выдыхает он не вполне осознанно, смотря в одну точку.       Ты оборачиваешься. И видишь. Эрен. Микаса. Леви. Саша. Другие, многие другие. Просто стоят. И наблюдают…       И наблюдают. Осуждают. Смотрят.       Как всегда, ты сделаешь вид, что ничего нет. Армин к утру забудет. А ночь не может длиться вечно, ведь так?       Ведь так? Призраки прошлого не могут ответить.       А что, если ты — одна из них?