Запах сирени

— От тебя пахнет сиренью, — полушепотом сказал юноша, проводя носом по нежной шее парня напротив, — и голубикой. Сонный парень разлепил свои глаза и шокировано отодвинулся на другой конец кровати. — Ты кто вообще такой и что тут делаешь?! «Сосед» парня мило улыбнулся и тихо посмеялся, переворачиваясь на спину. — Я Каэдэхара Кадзуха. — Да плевать мне как тебя зовут, что ты тут забыл и с какого хера лезешь ко мне?! — Но ты ведь сам просил меня представиться. — Боже, забей уже на это, ответь на другие мои вопросы, идиот. — Я странствую по миру вместе со своей знакомой и вот мы попали сюда. Видимо, мы задержались здесь надолго, потому что Бэй Доу познакомилась с какой-то Назирой.. Я не помню как её зовут, но она попросила тебя позвать. — Нахида, её зовут Нахида. — Хорошо, Нахида тебя звала. — Допустим, ты рассказал мне всю свою подноготную, но схерали ты ко мне лезешь, мальчик? — Я к тебе не лезу.. Я даже не притронулся к тебе, разве что носом. — Вот именно, как тебя там, Кадзухира, дотронулся. Тебе не говорили, что есть такое понятие, как «личное пространство», и оно есть у каждого человека, а вот ты, гондон белобрысый, его нарушил, и помимо этого еще и потревожил мой драгоценный сон. Кадзуха тихо посмеялся на слова парня, особенно на его оскорбления. Сонный юноша выглядел сейчас совсем не грозно, а мило, поэтому все его причитания вовсе не воспринимались всерьез. — Меня зовут Кадзуха, а ты красивый. — Хуядзуха, стоп, что ты сказал? — Парень бросил на юношу удивленный и одновременно раздраженный взгляд. С одной стороны, было слегка смущающе слышать такое от незнакомого человека, а с другой стороны, парню хотелось прописать знатную пощечину за все его выходки. — Я сказал, что ты красивый. — Я уже понял это, придурок, и вообще, почему ты еще здесь? Выметайся отсюда немедленно. — У тебя глаза светятся на солнце, словно самые редкие сапфиры, который каждый торговец Ли Юэ жадно ищет, чтобы любой другой человек душу продал, чтобы иметь эти драгоценные камни. — Прекрати сейчас же и сваливай отсюда по-хорошему. — Сказал парень, осознавая, что сейчас и вправду раскраснеется от слов юноши. «Какая же абсурдная ситуация» — эти слова крутились в голове все еще сонного, но явно недовольного и «слегка» смущенного парня. — Как тебя зовут? — Кадзуха, так ведь тебя зовут? Впрочем, это неважно. Тебя ебёт? — Я хочу знать твое имя, чтобы рассказать каждому человеку, которого я встречу, что в мире существует невероятной красоты юноша. — Боже, я скоро блевать начну от твоих сладких речей. Скарамучча я. — Скарамучча.., — словно смакуя чужое имя на губах, произнес Кадзуха. Алые глаза парня загорелись странной идеей и он тут же прикусил губу, начиная о чем-то усердно рассуждать у себя в голове. — Че ты завис, придурок, сваливай отсюда и как можно быстрее. — Скарамучча нервно выдохнул, кое-как успокаивая свои гормоны, которые окрашивали молочные щеки в багровый румянец. Все таки, что бы тот сам себе не говорил, парень напротив был неплох внешне и, возможно, при других обстоятельствах, он бы попробовал сам как-то с ним познакомиться, но сейчас его гордость не позволяла ему этого сделать и желала только полного уединения. Через минуту после слов синеволосого, Кадзуха резко сел, поворачивая голову в сторону не понимающего парня. — Давай поцелуемся? — Чего?! Ты совсем с катушек слетел со своей поэзией или че ты мне только что тут втирал?! — Пожалуйста, поцелуй меня. — Ну уж нет. Мы знакомы меньше часа, а ты уже целоваться лезешь, тем более, мне за это ничего не будет. — А если будет? — Нет, я все равно говорю нет. — Но почему? — Юноша резко переместился. Перекинув одну ногу через тело парня, он оказался верхом на его бедрах. Наклонившись вперед, он завороженно смотрел в глаза Скарамуччи, который был то ли напуган, то ли смущен, а может, всё сразу. Алые глаза приняли щенячий вид, а губы по-детски задрожали. — Ну давай, тебе ведь наверняка совсем несложно. — Кадзуха, ты с ума сошел?! Слезь с меня немедленно! — Зачем? — Тебе не кажется, что ты слишком близко? — Нет. Ответ шокировал Скарамуччу: «Нет», когда он буквально оседлал его и сейчас находится в нескольких сантиметрах от его лица, требуя поцелуя. — Ты идиот. — Пусть будет так, поцелуй меня. — Я не твой парень, чтобы тебя целовать. И с чего ты вообще взял, что я буду целоваться с человеком своего же пола? Скарамучча сдавал позиции. Его голос предательски дрогнул в самом конце предложения, выдавая его смущение. Парень не выдержал и закрыл глаза, отворачивая лицо. — Скарамучча.. — Что Скарамучча? Что ты от меня хочешь? — Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. — Почему я вообще должен это делать? Кадзуха молчал и пристально всматривался в белоснежную, но сейчас заметно румяную, щеку юноши. Потянувшись пальцами к подбородку синеволосого, парень получил по руке, тихо шипя от боли, хоть и слабой. — Не прикасайся ко мне. Тебе мало того, что ты прямо сейчас сидишь на моих бедрах? — У тебя красивые бёдра. — Боже, закрой рот, кретин. — А ты попробуй меня заткни. Скарамучча возмущенно вспыхнул, но тут же успокоился и прикрыл глаза. Только Кадзуха приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, как на его губы резко легла чужая прохладная ладонь. — Вот и славно, а сейчас съебывай отсюда. Каэдэхара молчал. Молчал недолго. Игриво сверкнув глазами, он провел кончиком языка по тонким пальцам парня, который тут же отдернул руку от лица блондина. — Ты.. ты.., — юноша приподнялся, садясь на кровати, заставляя тем самым тело Кадзухи съехать чуть ниже, ближе к животу синеволосого. Скарамучча недовольно вытирал свои пальцы, параллельно хмуря брови от происходящего. — Поцелуй меня. — Я повторю свой вопрос, почему я вообще должен это делать? — Я никогда не целовался и мне интересно, какого это, да и ты очень красивый, так что я был бы рад отдать свой первый поцелуй тебе. — Ну уж нет, твой первый поцелуй я забирать тем более не буду. Слезь с меня. — Зачем? — Раз уж ты не хочешь уходить, то это сделаю я. Парень уже было хотел столкнуть с себя нелегкое тело, как вдруг почувствовал прикосновение к своему. Чужая теплая рука легла на оголенную кожу бедра, заставляя пройти волну мурашек по коже. «Прямое попадание в самую чувствительную точку. Да кто он вообще такой..» — Скарамучча пытался отвлечься от ощущений, думая и размышляя. Кадзуха, заприметив любопытную реакцию на такое касание, повел ладонью чуть ниже. Мягкие пальцы осторожно гладили такую же мягкую кожу, которая, казалось, вот-вот треснет, словно фарфор. Желая попробовать еще что-нибудь, юноша слегка сжал чужое бедро и мгновенно получил ответную реакцию. На укрытое темной тканью запястье легла холодная ладонь и, крепко сжав его, попыталась оттянуть от теплой кожи. — Что ты делаешь? Ответа не последовало. — Отпусти. Вновь молчание. Кадзуха внимательно смотрел в темные, казалось, помутненные чем-то глаза и, подхватив свободной рукой подбородок юноши, наклонился практически вплотную к его лицу. — Прекрати трогать мое бедро. Это тебе не антистресс. — Очень даже на него похоже. — Каэдэхара, прекрати. — Голос предательски дрогнул, из-за чего парень шумно выдохнул, прикрывая глаза. — Почему ты так реагируешь? — Как «так»? — Ты еле сдерживаешься. Вопрос только от чего. — Чтобы.., — синеволосый почувствовал, как парень повторно сжал чувствительную кожу и к горлу подступил тихий стон, поэтому вовремя закрыл рот, прикусывая губу, чтобы не издать лишнего звука. — Ну? — Не нукай, придурок. Чтобы не вмазать тебе со всей дури. Парень молчал. Он с любопытством смотрел на лицо юноши, изучая его мимику. Убрав руку с подбородка, Кадзуха прикрыл ею глаза синеволосого. Усмехнувшись, он убрал и вторую руку, которая была на его бедре. Блондин провел языком по кончикам пальцев свободной руки и вернул её обратно, проводя влажные полосы по белоснежной коже. Скарамучча, не ожидавший такого, был конкретно в шоке. С его губ сорвался тихий стон, который больше был похож на всхлип. Кэдэхара, уловив своим острым слухом этот звук, внимательно посмотрел в глаза парня, с любопытством надавливая на кожу с внутренней стороны. — Боже.. если я тебя поцелую, ты уйдешь отсюда? — Возможно. — Что значит возможно, дай мне точный ответ. — А почему ты так хочешь, чтобы я ушел? — Прекрати меня мучать. Я тебя целую и ты выметаешься отсюда пулей. — Я тебя мучаю? Почему же, мне кажется, что тебе, наоборот, очень даже хорошо. Ответа не последовало. Кадзуха успел услышать тяжелый томный вздох, прежде чем его губы накрыли чужие. Блондин убрал руку с чужого бедра, укладывая её на грудную клетку юноши под собой, в то время как вторая рука продолжала держать подбородок синеволосого. Скарамучча, понимая, во что он ввязался, пытался делать все максимально медленно. Во-первых, для своего же удобства парень уложил свои руки на шею блондина, притягивая того ближе к себе. Во-вторых, он не знал, как его целовать, потому что ему еще никогда не приходилось быть учителем для кого-то. Он начал медленно сминать чужие губы в своих, слегка ударяя ладошкой по груди парня, чтобы тот делал то же самое. Кадзуха был совсем не глупым, поэтому он тут же стал отвечать на поцелуй, хоть и неумело. Скарамучча провел ладонью по груди блондина выше, огибая шею и после надавливая на подбородок, заставляя того приоткрыть рот. Каэдэхара тихо хмыкнул в чужие губы, поддаваясь и слегка приоткрывая рот. Рука парня отпустила лицо своего «учителя» и опустилась на его талию, несильно сжимая. Синеволосый заёрзал под Кадзухой, крепче прижимая того к себе за шею. Как только блондин приоткрыл рот, Скарамучча протолкнул в него свой язык, охотно изучая теплую полость. Он водил языком по чужим дёснам и зубам, мягко поглаживая кончиком нёбо и сталкиваясь своим языком с языком блондина. Слегка поумерив свой пыл, Скарамучча вновь вернулся к губам парня, в этот раз слегка прикусывая нежную кожу. Приоткрыв рот, синеволосый надавил на чужую шею, как бы призывая к действию. Каэдэхара слегка испуганно приоткрыл глаза, ведь это, на его взгляд, было очень сложно, но сжав тонкими пальцами чужое тело под собой, он прикрыл глаза и толкнул своим языком чужой, как бы отодвигая, а после стал хозяйничать во рту юноши так же, как он делал до этого в его. Скарамучча постепенно начал отстраняться, напоследок прикусывая и оттягивая чужую губу. Убрав руки с чужой шеи, он отодвинулся от лица блондина, густо краснея. — Теперь уходи. Каэдэхара слегка завис после поцелуя. Руки он не убрал, а, наоборот, стал слегка поглаживать ими бока юноши, пока о чем-то усердно размышлял. — Кадзуха, ты меня вообще слышишь? Уходи. — А все люди так.. ну.. — Говори быстрее. — Я не знаю, как это называется.. — Что «это»? — В общем, все люди так потрясно целуются, что от этого начинает тянуть внизу живота? И нормально ли это вообще? — Сколько тебе лет? — Девятнадцать. — И ты ни разу такого не ощущал? — Совсем нет. — Ладно, это не мои заботы. Поговоришь об этом со своей подружкой, может, она тебе с этим и поможет. А теперь уходи, у нас был договор. — Но.. — Никаких «но», Каэдэхара. Договор есть договор, поэтому не веди себя как конченный идиот и съёбывай отсюда побыстрее. — Хорошо. Кадзуха неторопливо слез с чужих бедер, а после с кровати, медленно развернулся и подошел к двери. — Я напоминаю, что тебя звала Нахида. Блондин надавил на ручку, открывая дверь. — До встречи, Скарамучча. Дверь хлопнула, а странный юноша скрылся за ней, исчезая, как будто ничего не произошло.