Сон

Гон уехал 3 года назад к отцу в другой город. Начну с того, что у меня было заведено три будильника, последний из которых должен был прозвенеть в 5:15. Я не помню, чтобы я слышал хоть один из них или их отключал. Возможно, я просто сделал это во сне. Проснулся я в 5:35 сам, абсолютно выспавшись. И выглядела вся эта ситуация, будто сама судьба хотела, чтобы я досмотрел сегодняшний сон. Урок биологии. Жалюзи задвинуты, не давая свету из окон пролиться через плотную ткань. За счёт тёплого света от ламп (хотя, на деле он там абсолютно не такой), в кабинете мрачно, но в то же время так уютно и спокойно. В отличие от обычных уроков биологии, этот и впрямь можно было назвать уроком. Мы сидели под монотонный голос учителя. Кто-то что-то записывал, а я, как обычно, зная тему наперед, сидел и ничего не делал. Со мной за партой сидел практически незнакомый мне однокласснник, что довольно странно. Ни Курапики, ни Леорио не было, и, если для последнего, это норма, то отсутствию блондина я был весьма удивлён. Я сидел и то-ли от нервов, то-ли от скуки, ковырял шрам от давно зажившей раны на руке. Однако в какой-то момент мне удалось оторвать от своей кожи довольно широкий кусок. Под ним оказалась идеально круглая дыра, из которой стекла капля прозрачной жидкости. Мне показалось, что это была лимфа или что-то вроде того. И только я потянулась к рюкзаку, чтобы протереть рану и заклеить пластырем, как резко из раны хлынула сильная струя, чей ток продолжался секунд 15. Как мне показалось, это была просто вода. Без запаха и цвета. Затем, всего через несколько мгновений, из каждого шрама, из каждой когда-либо сделанной на мне раны потекла кровь. Я чувствовал, как красные капли ручьями стекали по мне и вся одежда намокла. Я быстро выбежал из класса. Быстрым шагом я шёл по северо-западному коридору школы, весь в алой жидкости, всё ещё пульсирующей в местах ранений. Сам коридор был пуст, но каждая дверь открыта. Никто не обратил на меня внимания. Сам не знаю почему, я убежал в кабинет математики. Я, сам не зная зачем, пытался найти помощь, но все, словно меня не видели. Так же как и из-за открытых дверей коридора. Будто я стал призраком. Люди словно проходили сквозь меня. Я понял, что помощи здесь нет и что нужно бежать отсюда до уборной, чтобы отмыться. Но как только я вышел из класса, в мои глаза ударил чистейший белый свет, сочившийся то-ли от окон, то-ли от стоявшего в коридоре парня. Там стоял Гон. Словами не передать насколько я был удивлён тому, что он здесь. В этом городе. В школе. Дома. Рядом. Прямо передо мной. Он стоял в коридоре, смотрясь в откуда ни возьмись стоящее там зеркало. Как только я посмотрел на него, он тут же обернулся и посмотрел на меня. Он сказал: - Привет. Я не мог не улыбнуться. И я смотрю на него, стоя возле этого чёртового кабинета математики, в черной, как ночь свободной футболке, и такого же цвета брюках, и весь, с ног до головы, в крови! А он в белом костюме, с таким же белым галстуком. А на голове у него ободок с цветами, которые он так любил. Я подошёл к нему. - У меня скоро конкурс. Как я выгляжу? - Прелестно. Он посмотрел на меня и слишком спокойно (для данной ситуации) сказала: - А ты опять расковырял рану? Я же говорил тебе этого не делать - сказал он, мягко меня обнимая. И объятия эти были такими теплыми и нежными. Такими, которые никто не сможет больше повторить. В них было столько заботы, сколько я никогда и нигде не чувствовал. И мне было стыдно. Стыдно за то, что я весь забрызгнанный своей же кровью взял и запачкал его, такого чистого, как белый лист, да ещё и перед каким-то там конкурсом! Но я мог лишь остаться в этих прекрасных объятиях и проснулся, увидев на часах то самое время - 5:35.