Экзорцист и Химера

Вскоре наступила весна. Пейсли прямо кайфовала, рисуя вечерние цветы и пейзажи. Единственный минус — Айдену пришлось улететь в командировку. Его вызвали где то в середине марта, надо было помочь какому то сфинксу в Египте. Пейсли сначала подумала, что тот шутит. — И.... Как надолго ты? — спросила она, наблюдая за короткими сборами — десяток копий, другие виды оружия, какие то травки, зелья, сменная одежда. — Хм... — Айден призадумался, почесав бровь — Думаю, не больше месяца. Я вообще часто раньше так катался — пожал он плечами. Пей подала ему сумку с мелкими вещами, он поблагодарил, поцеловал Пей на прощанье, пообещал, что иногда будет с ней связываться и что нибудь привезёт ей интересное из Египта. — Да ты себя лучше привези. — вздохнула та в ответ. Айден хмыкнул и пошёл к машине. Пей помахала лапкой на прощанье и со вздохом приготовилась скучать. Для Чейза весна началась довольно весело. Хотя бы с того, что в соседней комнате жил Лесото, у которого весной начиналась жуткая аллергия, а из-за того что Чейз спит очень чутко, он просыпался от каждого ежеминутного чиха за стеной. С этим он обратился к Северу. Тот дал ему снотворное. Чейз выпил. И как ни странно, его вырубило не по детски. Настолько, что ни Север, ни даже Гордон не могли разбудить его на утро, когда надо было идти на работу. — Ах ты ж... — вздохнул Гордон встряхнув парня пару раз. Ничего, хоть бы хны. Лежит спит себе мирно. — Ты сколько вообще ему дал этих таблеток? Север призадумался — Две — наконец вспомнил он — Две, говоришь.... На его рост и вес — вполне нормальная доза. Чего ж его так вырубило? — Может разбудить его магией? Гордон вздохнул. — Буди уж, нечего пролеживать. Глаза Севера ярко свернули алым. Рука Чейза дрогнула, а через секунду он аж подскочил, бешеными глазами оглядываясь по сторонам. — А? Чего? — перепугался тот — С добрым утром, соня — усмехнулся Гордон — Ай-яй-яй, работу проспал. На целых полчаса уже. — Ой, а я… Это… — Чейз потёр глаза, невнятно посмотрел на свои часы на столе, перевернул их, затем обратно. Наконец сообразил и пулей помчался одеваться, раскидываясь извинениями и обещаниями отработать. Гордон лишь усмехнулся. Север потёр переносицу и взяв своего ученика за шкирку потащил на маршрут. Через неделю Чейз начал чувствовать себя странно. Все как будто стало для него… Ярче. Выразительнее. Прикосновения к чему либо, и к себе в том числе, он чувствовал сильнее, нос улавливал ранее невиданные ему запахи. Особенно ярко что то щекотало ему нос возле старших вампиров. Да так, что голова кругом шла. Что то сжималось в животе, хотелось выть. Чем сильнее себя сдерживал Чейз, тем сильнее начинала болеть голова. Порой он чуть ли не мертвый падал мордой в подушку надеясь, что с утра станет легче. Он обращался с такой жалобой к Северу. Тот смотрел, говорил, что не видит ничего, что вызывает боль. Однако видя несчастное лицо вздыхал, обезбаливал. — Лучше? — спросил он придерживая парня одной рукой за плечо возле себя, а вторую положив на лоб — Если честно, то по-моему только хуже. — вздохнул парень. Как же ныла рука от его прикосновения… Нет, ныла не от боли. Север держал аккуратно. Ныла от какого то... Тепла? Руку даже немного трясло. Брр. Странные ощущения. — Оу... — удивился Север убрав руку. Он опустился на уровень Чейза, присев на одно колено — Сильно болит? — Угу. — Сходи тогда к серу Гордону. Я не понимаю, что не так — Угу — Чейз вздохнул, потёр руками лицо и ослабил галстук. Дышать было и так тяжело. — Дойдёшь сам? — Да, наверное. — Точно? — Д-да, все хорошо — Чейз кивнул, извинился, оставив Севера одного на маршруте. До Гордона он тогда так и не дошёл — на автомате дошёл до его с Севером комнаты, открыл окно пошире, чтобы выветрить сильный сладкий запах, и упал мордой в подушку. Будить его Север не стал. Как-то Чейз сидел с Лесото. Тот что то все выспрашивал у Чейза, тот же, если честно, и двух слов связать не мог, потому просто угукал или кивал. Затем Чейз опустил голову, уткнувшись глазами в пол и руки упер в колени. — Чейз? Ей, ты чего? Парень, ты живой, нет? — тыкал его Лесото в руку. Чейз не отзывался. Лесото глянул на укус на шее парня, который стало видно из-под воротника. Удивительно, что до сих пор шрам довольно свежий, хоть прошёл почти год. Лесото коснулся двух точек пальцами Чейз моментально покраснел даже на кончиках ушей, вздрогнул и даже чуть подпрыгнул, круглыми глазами смотря на Лесото и зажав укус рукой. Понял как это выглядело со стороны и неловко почесал шею. — Ой, я это...Э...Задумался, вот. Что ты говорил…? Лесото поднял бровь. Однако продолжил. Стыдно признать, но такое прикосновение парня сильно возбудило. Настолько, что пришлось решать проблему уединившись. «Нет, ну это ни в какие рамки не лезет...» — подумал Чейз, собирая растрепаные волосы. Стоило пройти кому то мимо него, как в голову снова ударило то чувство. Чейз чуть на стену не полез. Он упёрся в нее спиной, зажал морду себе руками. Пару раз вдохнул и выдохнул прикрыв глаза. Не помогало. Это было последней каплей. Чейз направился к Гордону. Однако, в кабинете его не было, как и в комнате. Чейз тяжело вздохнул, начал искать магией где сейчас Гордон. Однако он почувствовал парня раньше, чем тот его «Чего ты меня тут щюпаешь магией?» — мысленно связался с ним Гордон. Чейз аж подпрыгнул, напрочь забыв о таком явлении как телепатия. «Я...Э....» «Ну? Что то случилось?» «Мне...Мне в общем.... Нехорошо как-то.» Гордон вздохнул даже в мыслях «Это я уже понял по твоему голосу. Сейчас буду» Гордон и правда явился почти в этот же момент, переместившись рядом с Чейзом. Убедившись что парень хотя бы стоит на ногах, а не валяется бревном, Гордон выдохнул. Уже неплохо. — Ну пошли, посмотрим что с тобой — кивнул он головой в открытый в дверной проем кабинета. Чейз вздохнул и зашёл. Гордон усадил его на кушетку, а сам пошёл менять тканевые перчатки на латексные — Сер Гордон....? А… Я все давно спросить хотел. М-может будет не очень тактично... — Ну? — Гордон обернулся через плечо. — А откуда у вас эти шрамы на руках? Гордон немного помолчал, перевёл взгляд с пацана на шкаф напротив себя. — Долгая история. Я их получил ещё до становления вампиром из-за пожара, в котором погиб мой младший брат. — Оу. И-извините.... — Ничего. Ты лучше скажи что не так. — Я... Сам, если честно, не понимаю. Трудно объяснить. — А Север знает? — Он смотрел, пытался помочь, но ничего не вышло, он сказал, что не видит причину. — Чейз опустил глаза в пол и скрестил руки в замок — Понятно — протянул Гордон — Ну посмотрим. На симулянта ты не слишком похож. Гордон осмотрел его вдоль и поперек. Зрение нормальное, обоняние в норме, хотя парень и жалуется на то, что многие запахи стали более резкими, новые клыки не режутся, ран нет, головой не бился. Словом, Гордон не мог понять откуда у парня такая головная боль. В отличии от Севера он чувствовал её — ему покалывало пальцы. — Что ж такое. — Гордон нахмурился не понимая что не так. Он хотел повернуть парня спиной к себе, взял рукой за область плеча возле шеи и чуть потянул. Парень внезапно издал громкий стон, покраснел и зажал себе рот обоими лапами. Гордон сам испугался. Думал, что недоглядел синяк или рану. Глянул — нет, все нормально. Поднял глаза на парня — Это что было? — поднял он бровь. Чейз смущённо отвернулся, все так же зажимая рот уже одной рукой — Чейз? — ....Ш-шея… — тихонько выговорил он, покраснев ещё больше Гордон наклонил голову. Не понял реакции. Чуть отошёл, чтобы увидеть картину целиком и глянуть на поток крови. Опа… Невольно на морде появилась ухмылка. Вот оно что… — Знаешь, что с тобой, Чейз? — усмехнулся Гордон, скрестив руки на груди и чуть насмешливо смотря на парня. Тот отвлёкся от своего занятия воротником — Что...? — Хех...Друг мой... Видишь ли… Знаешь почему молодняку дают 10 лет неприкосновенности? — Ну...Догадываюсь...? — Не совсем догадываешься. Не только для того что бы они всему научились и стали независимыми. А потому что первые 10 лет молодняк, особенно укушеный, имеет больше животных повадков. Например острая реакция на кровь. — И поэтому…? — И поэтому считай, что на тебя так действует весна. Период размножения и все такое. Ну, в твоём случае это немного другое… Хех, судя по твоему лицу, ты понял к чему я. Парень был красный как помидор. — Д-да, понял. — он стыдливо прятал глаза — Чего ты так засмущался? — Гордон с усмешкой заглянул в глаза Чейза — Это естественный процесс. Но, увы, помочь я тебе не смогу. Головную боль убрать — проще некуда. Не сдерживай себя — Н-н-но!.. — Тут все старше тебя и все с таким явлением знакомы, поэтому претензий к тебе никаких не будет. — Н-нет, я же… Гордон показал жестом замолчать. Чейз прикрыл хлеборезку. — Не волнуйся, насиловать кого то из окружающих тебя не потянет — усмехнулся Гордон, оперевшись на свой стол пятой точкой — Тебе просто нужен...М… Физический контакт. А после минутка.... Уединения. Чейз захлопал глазками — Чего ты так на меня смотришь? Это продлится месяц, не больше — пожал вампир плечами — Через это многие проходили, стесняться этого не стоит. — Н-но… Гордон вздохнул — Дай угадаю, чем ближе ты к какому то вампиру тем сильнее в голову бьёт сладкий запах, так? Чейз кивнул — Ну так дай себе волю. Можешь прижаться, обнять того на кого тебя тянет. Пара минут и тебя отпустит, а дальше разберёшься руками. Чейз опустил глаза вновь в пол тяжело вздохнул. Гордон хмыкнул. — Значит, я тебе даю отпуск на месяц. В таком состоянии толка от тебя будет не много. Чейз хотел было тут же возразить. Гордон прошёл как бы нивзначай мимо него. Сильный запах Гордона отбил парню все мысли напрочь. Да и не только мысли. Он провыл не своим голосом и уткнулся носом себе в ладони. — Хмп, ну вот видишь — усмехнулся Гордон — А теперь представь если тебе крышу понесёт когда надо будет что то срочно сделать. Так что, будь добр, посиди месяцок без дела. Чейз тяжело вздохнул, мысленно проклиная свою беспомощность — Ладно уж, иди сюда — Гордон присел рядом с парнем, прижав к себе одной рукой. Сил сопротивляться у Чейза не было. Он прижался к Гордону, уткнувшись носом в его рубашку и глубоко вдохнул сладкий запах. С головы словно гирю весом в тонну сбросили, сразу стало легче. А запах… Ох боже… Чейз даже не мог описать его, но он был такой сладкий, такой сильный… При том не приторный, сладость была такая, что невольно текли слюни. Благо хотя бы это Чейз контролировал. — Нравится? — усмехнулся Гордон, глядя в преданные алые глазки Чейза, полные любви и благодарности. — Мхм… — отозвался тот, потираясь носом об его грудь — Ну и то хорошо — Гордон погладил одной рукой Чейза по голове. Тот чуть ли не мурча потерся щекой. — А что это… За запах?.. — в перерывах между вдохами спросил Чейз Гордон хмыкнул — Феромоны. Просто твой нос теперь улавливает их сильнее чем обычно. Ну, ну, стыдиться здесь нечего. — чуть похлопал Гордон засмущавшегося мальчика по плечу Такое странное решение проблемы однако хорошо работало. Если Чейз чувствовал, что его снова накрывает, он подходил к ближайшему вампиру, едва открыл рот спросить разрешения, как его понимали с полу слова и даже сами прижимали к себе. Удивительно, но над парнем даже никто не подшутил и никто не хихикал над такой проблемой. Чейз поинтересовался почему так у Севера, совмещая приятное обнимание наставника с полезным. — Ну как почему… — даже немного растерялся было тот такому вопросу — Через это проходили многие. При том дело это такое, от которого совсем не до смеха. Чейз был даже немного удивлён. Ему было трудно представить Гордона или того же Севера в таком состоянии. Наставнику пришлось пояснить — у Севера этот период был когда вампир был ещё ребёнком, а Гордон в свое время перепутал такое влечение с жаждой крови. К середине весны это желание стало сильнее, что так же не стало удивительным для старших вампиров. Один раз Чейз прилипился так к Лесото. Его так раздраконил запах вампирчика, что Чейз аж начал порыкивать, прижимая Лесото сильнее и утыкаясь мордой в его шею, норовя не то укусить, не то лизнуть. Тот пискнул по мышиному. Физически Чейз был сильнее него, и к тому же за счёт своего роста оторвал его от земли. — Малыш, будь добр.... — намекнул Лесото. Чейз дёрнул ухом, однако сцепил лапы сильнее. Счастье Лесото, что мимо проходил Гордон. Дернув носом на более сильный запах, Чейз тут же переметнулся к нему, оставив несчастную полторашку в покое. — Сер Гордон, меня чуть мелочь не съела! — в шутку пожаловался тот, выправляя вставшие дыбом волосы — Да-а…? — протянул Гордон, с усмешкой поглядывая на Чейза. Какая прелесть. Вцепился в его рубашку и уткнулся лбом в грудь, дыша ртом. Чейза даже немного трясло — это он старался хоть как-то держать себя в человеческом виде, хотя животная часть давала о себе знать. Например, руки стали более когтистыми, а нос чуть встопырился наверх, напоминая нос летучей мыши. Зрачки были узкими. Однако пара глубоких вдохов возле Гордона и парень чуть пришёл в себя. Ну, насколько это возможно в середине весны. Помогало также и то, что аура более старшего вампира подавляла слабую Чейза. Ночью Чейз чаще всего спал с Севером. Тот боялся, что ночью Чейз может пойти буянить, а потому следил, либо прижимал его одной рукой, от чего парень подняться не мог. И к слову попытки лунатизма-нимфоманства у Чейза были. Правда очень короткие. Опять же помогало подавление. Ближе к маю Чейза отпустило. Сладкий запах всё ещё преследовал его, однако теперь Чейз мог позволить себе его игнорировать без последствий. Стоит упомянуть тех двух вампиров-головорезов, что помогли Чейзу в самый трагичный для него период. Братья Уоренс. Слава была у них дурная — два напрочь отбитых мафиозника. Ну, по крайней мере как гласили легенды. На деле братья были вполне гуманны. Ну, насколько это возможно в их положении. В частности, старший брат, Гаспар, вовсе не отличался жестокостью — он лишь планировал и был головой их мафиозного устройства. Младший, Сэм, был руками. Вот кто-кто, а этот рыжий клыкастый субъект мог вполне сделать так, что смерть покажется раем. Внешне братья напоминали немного кавказских овчарок или шакалов. Оба носили курчавые чёрные бакенбарды, а старший ещё и щетину на подбородке. Волосы были у них курчавые. У Гаспара чёрные по лопатки, у Сэма рыжие. Вернее, не совсем. Когда Чейз навещал могилу своей ненаглядной, братья заявились туда же на кладбище. Тоже принесли цветы. Тогда Чейз присмотрелся к Сэму — были немного заметны отросшие чёрные корни волос. Тогда он и понял, что Сэм — сучка крашеная. При том в рыжий. Интересно было и то, что Сэм носил на левом ухе серёжку, а дырка правого уха была немного кривовата, из-за чего серьга на нем выглядела не очень. А на носу было два шрама крестом. Одно же ухо Гаспара было порвано с края. К тому же, Гаспар мог позволить себе помодничать и носил обувь с железным каблуком. Сэм же шлепал голыми лапами. Глядя на них, Чейз понимал, что они явно не местные. Да и не французы. Манеры не те. А вот откуда они родом понять не мог. К тому же был у них весьма интересный акцент. Такого Чейз не слышал ни разу. Однако отсутствие национальной идентичности этих ребят не помешало Чейзу с ними сдружиться, что стало шоком для Гордона и Севера. Что бы эти двое?? Да с каким-то первогодкой??? Нет, ну, хорошо, не каким-то, а с их Чейзом... А ведь от этого только хуже. Чейз пообщался с ними ещё там, на кладбище. Однако вёл себя осторожно, в конце концов он был на их территории. Однако парни вели себя вполне дружелюбно. Подбадривали, успокаивали Чейза. Сэм а то и вовсе смешил. Хотя насколько Чейза могло что то рассмешить в той ситуации.. Однако, как факт, парень им понравился, они пригласили его к себе. Чейз охотно согласился. Он до сих пор помнил тот культурный шок, когда оказался в их «логове». В частности это была квартирка с выходом на крышу в одной из высоток в том районе, что принадлежал им. Первое, что поразило Чейза - обилие ковров. Ковры повсюду. На стенах, на полу, на кроватях.. Кроватях?? Братья пригласили Чейза на чай. Чейз растерялся - толком ни дивана, ни чего то ещё тут не было, не говоря уже о совсем низком столике, а отказаться было уж совсем невежеством.. Сэм спохватился, видя непонимание первогодки и сам устроился по турецки на ковре возле столика. Чейз последовал его примеру. Гаспар разлил чай, уселся рядом и начал курить кальян. Ох е... — Что? Необычно, да? — усмехнулся Сэм, видя как парень глазеет абсолютно на все. В том числе и на кружки. — Да... Я такого раньше не видел... — рассеяно ответил тот — Ну ещё бы — хмыкнул Сэм, почесав за ухом — А я все понять не могу! Как ты понял, что я крашеный? — Ну... Это довольно заметно. — пожал плечами Чейз, прервавшись на чай, чем вызвал кипичение шила в жопе у Сэма — Ну как, как?! Скажи! Чейз даже удивился такой реакции. Гаспар наблюдал молча и с лёгкой ухмылкой. Трудно было понять, кем именно вызвана эта ухмылка — братом или гостем. — Ну.... Чёрные бакенбарды, например. Думаю, их стоило бы тоже покрасить в рыжий, разве что более тёмного оттенка. И я тогда на кладбище заметил чёрные корни волос — пожал плечами Чейз. От досады с такого недочёта Сэм аж ударил себя по коленке. Ещё что не знал о них Чейз, так это то, что они вовсе не Гаспар и Сэм Уоренс, а Амиран и Бадри Кавтарадзе. Оба они были родом из Грузии. Да и в целом их историю знает толком никто. Амиран гулял поздно ночью в хеллоуинскую ночь. Всё время, что он шёл домой, он чувствовал, что за ним кто то идёт, однако не видел никого оборачиваясь. Все произошло так быстро, что он и понять ничего не успел. Чувствовал лишь боль в шее. Его прижали к земле, не давая дёргаться, больно вгрызались в мягкую кожу и очень быстро Амиран обмяк, смирился, закрыл глаза. Однако горло сдавило словно железным обручем. Он распахнул глаза. Вокруг все ещё ночь, одних сверчков слышно. Перед глазами мелькнуло красное пятно. Он не успел понять ни что это, ни кто это. Очнулся он лишь сидя поверх чьего то трупа. Этого человека Амиран раньше не видел в деревне. Должно быть турист. Он видел то, в какое мясо превращена шея несчастного, как застыли его глаза в немом ужасе и боли, чувствовал вкус крови во рту. Он все понял. Он взвыл, схватившись за голову. Это он. Он убил человека, а потом ещё и съел… Даже не съел, а… Выпил всю кровь. Аж до сих пор с губ текло. От такого горя он не нашёл ничего лучше, как пойти утопиться. Он сам не понял как моментально оказался возле реки, прыгнул в воду не набирая воздуха. Минута прошла. Две. Десять. Нет, хоть бы хны. Амиран вылез на сушу, нашёл острую палку и грубо, скрежетнув зубами, резанул ею по венам. Кровь потекла кипящим вулканом. И, о боже.... Заросла с шипением на глазах. Даже шрама не осталось. Амиран взвыл и плюхнулся на илистый берег, уткнув голову в локоть Вернулся домой он где то в два часа ночи. С его волос рекой текла вода, мокрый плащ он кинул на сушилку. Ткань соскользнула и осталась на полу. Отражение в зеркале начало исчезать. Однако в размытом силуете Амиран успел разглядеть смертельно бедное лицо и грубый укус на шее, с которого рекой текла кровь под воротник. Если порез зажил, то почему эта рана не заживает…? Вопросов было больше чем ответов. Он быстро умылся, смыл кровь, обработал йодом и поплелся ни живой, ни мертвый к себе наверх. На утро постучалась мать, спросила, что случилось. Амир уткнулся мордой в подушку, попросил не заходить, соврал, что приболел. Мать разумеется зашла, увидела бледное лицо сына и натаскала ему кучу таблеток и чай. Он даже покашлил для правдоподобности, пряча укус. Когда мать попыталась накормить его, Амира чуть не стошнило прямо там. Еда вызывала дикий дискомфорт в животе. Пихать в него она больше не стала. Проплевавшись в своей комнате, Амир решил проверить теорию. Ночью вышел на охоту за кровью. То, что раньше ему казалось немыслимым — убивать ради забавы — теперь стало его реальностью. Он отведал не мало крови, а способности продолжал изучать на живых. Так он увлёкся своей ночной жизнью. Настолько, что выкосил почти всю деревню. Ему стало нечего есть. А молодому, только только вылупившемуся вампиру, есть хотелось и ещё как. Так дело дошло до животных. За поеданием несчастной птицы голодного до ужаса брата застукал младший. Он окликнул Амира. Тот дёрнул ухом. Не удержался. Сорвался. Укусил брата за шею. Тот взвизгнул, забил руками по плечам Амира. Ноги Бадри подкосились и Амир держал его навесу. Нет, он не убил брата. Однако никак не ожидал того, что обратит его. Он своими глазами наблюдал как начинается и проходит превращение. Выглядело это как ужасная пытка, которая длилась около часа. За это время Амир мысленно уничтожил себя на месте, избил себя в голове до полусмерти. Однако снаружи схватил брата за руку и крепко держал его, пытаясь успокоить и хоть как-то унять сильную боль. Так и вышло, что Амир обратил младшего. Сам Амир был крайне не в восторге своей природы. А вот Бадри кажется даже наоборот… Он почувствовал силу, власть. С братом они поделили деревню и устроили периоды своей охоты так, чтобы не произошло массового вымирания, научились пить по немногу. Время шло, родители старели, а братья не менялись. Оставались все такими же, какими были в момент укуса. Вскоре родители умерли. Братья взяли новые имена, новую фамилию и переехали в Европу, где захватили кусок территории в одном городе, где ныне у них располагается штаб-квартира (если можно её так назвать) Интересно было то, что Амир, он же ныне Гаспар, сохранял свои культурные ценности. А вот младший проникся Европой, вёл себя развязано и не стеснялся ничего и никого. Так он ввязался в драку с экзорцистом. Тот как раз и оставил на его морде два шрама на носу. Отсюда и пошла устрашающая слава братьев Уоренс. Старший её подхватил и статус «бандитов» сменился на «мафию». Сэм же исполнял все поручения и грязную работу. Ему было по кайфу сломать пару-тройку носов и получить шрам-другой. Кстати о шрамах. Как-то Сэм попросил брата проколоть ему уши. Гаспар вздохнул. — Зачем? — спросил он — Ну мне хочется — пожал тот плечами — Тебе жалко чтоль? — Цыганенком решил стать? — фыркнул Гаспар, все же найдя серебряный гвоздь в ящике с хламом. На тот момент, братья жили на крыше в импровизированом шалаше. Сэм разулыбался во весь свой клыкастый рот. Гаспар со вздохом указал ему на стопку подушек. Сэм улегся, сложив руки на груди. Гаспар отметил плюс минус расположение точек, протёр ухо спиртом, а сам гвоздь он брал сквозь тряпку. Мельком почувствовал, что брат дрожит — Не дёргайся — сказал он ему, поднося гвоздь к уху — С-стой! — прервал его Сэм — Ну? Передумал? — Нет, просто… Гаспар снова вздохнул — Ты хочешь уши проколоть? — Хочу. — Ну так не дёргайся — Тебя бы гвоздём серебряным потыкать… — надул губки тот. Гаспар закатил глаза и сразу подставил тряпку со спиртом под ухо. Приставил гвоздь и наконец воткнул. Сэм дернулся и пискнул. Из-за этого дырка оказалась неровной — Кому сказал не дёргаться! — рыкнул Гаспар быстро обрабатывая тлеющие края дырки — Ладно-ладно! Делай второе, быстрее! Уговаривать не пришлось. Уши у Сэма болели ещё неделю. Только спустя множество обработок он наконец смог носить золотую серёжку на левом ухе. То, которое получилось хорошо. А правое, увы, останется неровным. Хотя это, впрочем, не сильно Сэма волновало. Чейз с завидной периодичностью отпрашивался у Гордона к братьям. Это Гордона напрягало и даже немного злило. Однако запрещать он ему не стал. Все равно, мелочь, найдёт способ.. Однако просил отзваниваться чуть ли не каждые полчаса, что все хорошо, его не съели и не надо бежать его спасать. Почему Чейз так любил их копанию? Все просто. Братья учили его законам улицы, тому, чему его не смог бы научить ни Гордон, ни Север — звания, кликухи, обычаи.. Даже особый уличный вампирской сленг. Чейз впитывал это как губка, а потом делился с Гордоном и Севером. Некоторое казалось даже им интересным. На некоторые вещи они воротили нос. Гордон говорил, что эти двое учат Чейза гадостям. Может оно и было так. Однако кроме гадостей братья учили его законам жизни и полезным вещам — например магии нахождения предметов, которыми недавно пользовался человек, научили вампирскому чутью, с помощью которого Чейз мог отлично ориентироваться даже в кромешной темноте. Братья могли подшутить над Чейзом. Например с его весенним обострением. Однако черту не переходили. Это Чейзу нравилось. Как то он у них засиделся допоздна и Сэм предложил парню переночевать у них. Чейз позвонил Гордону, отпросился. Хотя доволен тот одназначно не был. Когда Чейз вернулся домой на следующий день, Гордон оглядел его вдоль и поперек, чуть ли не догола его раздел, однако не нашёл никаких следов истезаний, насилия и укусов. Тоже самое сделал и Север, отметив что пахнет от Чейза очень странными духами. Однажды Чейз заявился к Уоренсам в очередной раз. Его радушно встретил Гаспар, посидел, поболтали. Чейз приметил, что когда братья расслабляются, то у них начинает проскальзывать акцент. Очень тягучий, немного деревенский... Но такой домашний.. — А где Сэм? — спросил Чейз, сидя на ковре рядом с Гаспаром. От него пахло какими то арабскими духами — Хм... Да навэрно носится где-то... Я ему дал указание сделать кое-что. Сейчас явится, не волнуйся. И правда явился. Где то через полчаса Сэм переместился в комнату, пошатнулся, зашипев. Гаспар тут же оказался рядом, аккуратно уложив брата. Чейз подошёл. Гаспар дал указание притащить ему воду и бинты. Чейз принёс. Однако на рану он специально смотреть не стал. Ему уже издалека было ясно что не так. На плече Сэма было две раны — одна полосой, возможно от меча. А другая словно от копья — ему проткнуло мягкую часть, которая возвышается над ключицей возле шеи. Там зияла дыра. Обе раны искрились и тлели. Значит, задели серебром. Сэм не мог связать и двух слов, тяжело дышал, скулил от боли. Чейз глянул на Гаспара — он впервые видел его растеряным. Он конечно обработал как мог, но настолько большую рану от серебра он ещё не видел. Он не знал, что делать. — Я сейчас — кинул Чейз, выскочив в другую комнату и набрав номер Гордона