Восход

            — Время всегда будет бежать вперёд, и как бы ты не хотела, вернёт все решения в виде последствий, — мягкие слова Фло произносятся на тихом выдохе.        Я с недопониманием поднимаю глаза на сидящую в кресле женщину, что умело вертит на ладони шпильку от волос. И как бы мне не хотелось, понять эту дьяволицу не удаётся. И эта странная просьба, что, подобно старой заевшей пластинке, крутится в голове: " Ты же не натворишь глупостей, Виктория? «. Слова, которые гложут душу, заставляя едва дрожать от проникновенного тона и сверкавших глаз в причудливом красно-малиновом отсвете. Она выглядит слишком неприступной, хитрой, но весьма справедливой.       Эта тёмная комната, где почти нет света, исключая лёгкое пламя свечи, которое играючи отбрасывает пляшущие на стене тени. Закрыто даже окно, не позволяя проникнуть лунному свету в прохладное помещение. И всё же у бессмертных много привилегий, например, контролировать температуру тела и комнат, но помимо Фло так никто не делает. Потому что не хотят или… Не могут?       — Ты ведь думаешь о нём? — она специально выделяет последнее слово, слегка прищурившись с дрогнувшей на губах улыбкой. В этих лисьих глазах слишком много замысла, и я боюсь, что в попытках познать его, мой конец — сгореть заживо.       Я выдыхаю сквозь плотно сомкнутые зубы, сжав в кулаках края лёгкого одеяла. Сердце делает очередной кульбит, отдавая дискомфортом в рёбра. Я стараюсь держаться ровно, но всё равно, невольно склоняю вниз голову с шумным писком. Брови медленно сползают к переносице. Лишь на секунду зажмуриваюсь, но сразу открываю глаза с недовольством глядя на Флориссцеллу.       — Почему вы спрашиваете? — стараюсь говорить уверенно, но даже так в голосе проскальзывает кряхтение и смятение.       Так как она права. Права в том, что мысли захватил сам дьявол, чью сгнившую душу боится каждая верующая семья. И сколько не убегай — итог один.       — Потому что ты знаешь, что с каждой твоей минутой, эти узы становятся неразрывными. Нитью, что рассекут твою плоть, выдавят глаза и отрежут конечности, стягиваются удавкой на ваших шеях, — кошачьим шагом она подходит ко мне. Тянет свою руку к моим волосам, пока я безвольно смотрю себе под ноги.       — Я не хочу… — слёзы медленно стекают по щеке, капая вниз, — не хочу! — эта дрожь пробивает каждую клетку тела, достигая самой души. Той самой части: чувственной и сентиментальной, которую постоянно скрываешь.       — Научишься ли жить с этим или сама затянешь удавку? — хмыкает, гладя по голове.       Я поднимаю с трудом голову, вглядываясь в тёмный угол. Туда, где совсем нет света, от которого хочется бежать. Пытаюсь отвернуться, но сильные руки Фло удерживают меня в одном положении, заставляя трястись ещё сильнее и покрыться ладони холодным потом.       — Всмотрись в эту тьму, Вики, что ты ней видишь? — шепчет Фло на ухо, — посмотри и ты поймёшь, что видела она, — цепляюсь за голову, тяжело дыша.       — Этого не должно было произойти! — в бреду шепчу, — не я. Не я. Не я! — оборачиваюсь и поворачиваюсь к зеркалу. Вижу напуганное и местами обезумевшее отражение. Той самой Вики, которая связана и не может идти вперёд. Той Вики, что предназначена самому наследнику Преисподней — Люциферу.

━─┉┈┈◈❖◈┈┈┉─━

      — И не думай, что я это надену, — с раздражением откидываю от себя чёрную тряпку, что Мими трепетно называет платьем.       — Вики! — возмущённо восклицает Демоница, сверля меня яростным взглядом с знаменитым ярким свечением, — рядом со мной должны блистать и порхать, а не ходить в твоих монашеские панталонах! — пытается впихнуть мне уже другое красное, как алая луна, платье.       Неверующе расправляю его и начинаю заливисто смеяться, когда под мой взор утопает глубокое декольте и сетчатая ткань, что едва прикрывает грудь и живот. Красиво на высокой и длинноногой женщине.       — Оставь себе это подобие платья! — постоянно задумываюсь, когда Мими научит уважать чужие границы и принимать мое мнение таким какое оно есть.       — Я не позволю надеть то, что ты называешь платьем, сладкая! — а возмущение все льется по комнате, распространяясь малиновой кислой энергией. Ещё чуть-чуть и каждых прохожий будет знать, что я соседка Мими.       Когда Мими увидела выбранное мной платье цвета слоновой кости с совсем лёгким вырезом и не пышной юбкой, она сначала удивлённо застонала, а потом недовольно запищала о его чрезмерном приличии и официозе.       — А я не хочу, чтобы мне под юбку заглядывали! — моментально парирую, беря в руки свое платье, которое я решаюсь надеть чисто из-за того, чтобы побесить настойчивую демоницу и дать показать ей, что не все в этом мире может идти по её хотению.       Моментом радуюсь за Мими, что у неё было всё: хороший статус, любящие родители и обеспеченность. Она заслуживает этого, но иногда в меру своего воспитания Мими может зайти слишком далеко, становясь раздражающей и невыносимой. Мы не сходимся мыслями, характером и убеждениями, что распаляет пламя всё сильнее, особенно когда дело касается принципов       — Тогда надень это! — вытягивает ещё какое-то ярко красное платье с длинной юбкой, но я только тихо смеюсь. И по издевательски отрицательно качаю головой, заставляя Мими вспыхнуть подобно спичке.       Дверь со скрипом открывается, и в проёме показывается Энди с лёгкой улыбкой и сером простом костюме. Пока что мне не понять эту разбивку по цветам, и, признаться, не хочется понимать. Никогда не считала нужным подбиваться под рамки, завися от конкретного статуса, пола или положения.       — Ты сегодня прекрасна, — говорит Энди, вглядываясь в мои зрачки.       Чувствую, как он скользит взглядом по лицу. Ощущаю себя неуютно и натягиваю благодарную улыбку. Хочется скрыться за массивной стеной, чтобы быть в безопасности. Алые радужки моментально всплывают в голове, заставляя щеки зарумянится. Отгоняю навязчивые мысли, чуть ли не пискнув на всю комнату. Это невыносимо. Эти образы, стоило увидеть накачанное тело, сильный стан и уверенный взгляд, так я начинаю моментально плавится. Хочу убежать от этого чувства, отогнать и навсегда забыть, но не могу.       — Как дела Энди? — невзначай спрашиваю, сглатывая ком в горле и унимая поднявшийся в теле жар.       — А… — Энди топчется на месте, словно не решаясь, — хотел бы пригласить тебя на бал… Ты бы, — снова заминка, вижу, как он пытается натянуть уверенность, — не составила бы прекрасная леди мне компанию? — набравшись смелости, выпаливает парень.       Ухожу в мысли, едва успев смутиться. Энди прекрасный друг, хороший напарник и вообще человек, но только думаю не о нём. Не о каштановых кудряшках, ласковом и нежном нраве, не о сером пальто и худощавом теле… И от этого хочу кричать. Но прийти на бал с ним — дать понять, что закон неприкосновения не нарушается.       Я не люблю Люцифера, но меня настойчиво пытаются заставить сблизится с ним. Но мне придётся сражаться за своё право выбора!       — Как друг схожу, — улыбаюсь и Энди делает то же в ответ, но только губы дёргаются в разочаровании. Он понимает…       — Может однажды мне предоставится шанс… — вздыхает, махнув рукой, — но я понимаю, Вики.       — Ну, Вики, ты даёшь! — отшучивается Мими и кидает в меня моё платье.

━─┉┈┈◈❖◈┈┈┉─━

      — Это ведь твое первое очищение, — тихо произносит Энди, когда мы идём по тёмным коридорам. Мими ушла раньше, отмахнувшись тем, что некогда ей наблюдать за делами любовными. Я едко хмыкнула, но возмущаться не стала: в такой вечер нельзя портить себе настроение.       — Очищение… Это обряд в честь крылоборства? — уточняю, разглядывая старинные фрески с историей ангелов и демонов.       — Да, я всегда думал, почему именно очищение, — Энди поднимает голову, — крылоборство изначально ведь борьба между ангелами и демонами, конкурс, — отмечает, а я задумываюсь.       Люцифер бы поиздевался, но потом объяснил … О чём ты думаешь, Вики?! Шепфа, избавь меня от него, молю!       — Потому что крылья оружие, что применяли во время войны, — из тени выходит Эн в белом платье с золотыми вставками, а за ней Флорисс в элегантном платье с глубоким вырезом на бедре и груди.       — Милашка, воины отмывались от той крови и стресса, что принесла война. А слезы дракона оплакивают погибших в ту эпоху, — смеётся Флорисс.       — Крылоборство дань памяти и символ сильнейшего, — продолжает Анелес, пихая Флорисс в бок.       — Сколько не читала, но про это впервые слышу, — шепчу, опустив взгляд.       — Об этом не любят говорить. Эта война принесла больше бед, от которых ангелы и демоны отмываются до сих пор, а её причины по сравнению с последствиями незначительны, — объясняет Флориссцелла, и мы двигаемся в сторону зала.       — Причины? — мой вопрос опережает Энди, удивившись таким познаниям, — разве Серафимы не понимали на что идут?       — Для тех кто хочет махнуть мечом, — Фло вытаскивает из моего крыла опавшее перо и крутит в ладони, перекидывая его между пальцами, — даже соринка станет причиной, а на словах это станет великой миссией, — она кладет перо на центр ладони, и то распадается на черные частицы, которые Флорис сразу схватывает в кулак.       — Она к тому, что подлинных причин нет. По истории это восставший против своего Господа Серафим, и демоны его поддержали. Ангелы пытались отстоять равновесие, и все вышло в кровопролитие, — поясняет Анелес, поправив белую маску, — эта история покрылась пылью на столько, что больше нельзя счесть истину.       Мы молчим, обдумывая слова друг друга. И доходим до массивных дверей, которое в три раза выше меня. Замираю, рассматривая причудливую резьбу в виде ангела и демона, что приглашают в зал, откинув руку.       — Никогда не перестану восхищаться школой, то кто ее строил однозначно знал толк в искусстве, — шепчу себе под, и двери открываются, выливая на нас свет многочисленных ламп и аромат цветов.       — Свет привлекает мотыльков, — усмехается Флорисс совсем тихо, но достаточно, чтобы я услышала. Зная Фло, она может бросить фразу невзначай, но сейчас эта интонация… словно ожидающая.       Быстро нахожу в толпе Мими и Ади, которые весело о чем-то гогочат, обсуждая последние новости. Быстро подхожу к ним, появляясь за Ади.       — Меня обсуждаете? — шутливо шепчу Ади на ухо, от чего тот вскрикивает, дёргаясь и отскакивая от Сэми. Весело хмыкаю, а Мими ехидно улыбается, давая прочувствовать на себе весь спектр эмоций.       Свечение фонарей, аромат трав, влажный от миниатюрных декоративных водопадов воздух. Все звуки уходят на второй план, стоит мне почувствовать огненный взгляд, прожигающий насквозь, словно хочет достичь самого сердца, которое пропускает несколько ударов. Словно все мурашки мира собираются на спине, расползаясь по плечам, шее, ушам.       Когда картина перед глазами замыливается, оставляя перед собой только накатывающее яростной волной чувство огненного жара. Тогда я моментально замираю, твердя только одно:       «Не оборачивайся, ты знаешь кто там!» — приходится держаться и на секунду зажмуриться, стараясь сделать глубокий вдох. Но по телу бежит пламя, впитываясь в кожу. Оно течёт по венам, заливается в лёгкие и расслабляет напряжённые мышцы. То что в романах могут называть чувствами, для меня превращается в ядовитую цепь, впиваясь шипами безвыходности и отчаяния в нежную кожу. Все звуки теперь звучат как под водой; оглушённые и непонятные.       — Вики? — рука Анелес мягким касанием ложится на плечо. Энергия покоя проходит сквозь меня, позволяя сделать нужный вдох.       — Анелес, я думала ты с Флорисс, — откидываю ее любопытным взглядом, наблюдая за бесчувственной маской. Но знаю, ее трогает улыбка.       — Решила, здесь будет повеселей, — отвечает, — тревожит? — спрашивает, зная, что происходит. Я киваю и позволяю себе немного обернуться, чтобы найти причину своего состояния.       Люцифер расслабленно сидит на одном из диванов кофейного цвета. Думала, что он держит бокал с глифтом, но, на удивление, его рука покоится на спинке, а другая на подлокотнике. Его вид и лицо значительно разнятся: официальный костюм с белыми перчатками и скучающее выражение лица, словно он считает этот бал фарсом. Не знаю, что чувствую: больше раздражение, тоску или облегчение. Заглядывая в карминовые радужки, я хмурюсь.       Заметив мой взгляд, Люцифер ухмыляется и почти не видно наклоняет голову. Будто он выжидает или наблюдает за моими действиями. Становится окончательно неуютно, ведь жар начинает вновь нарастать, и под алым взглядом ощущаю себя обнаженной и слишком уязвимой.       «Вглядись во тьму» — слова Фло выплывают наружу сознания, проносясь мелодичным голосом в голове.       — Неужели у Люцифера закончились пассии? — смеётся Ади, искоса смотря на наследника Преисподней.       — Ой, да замолчи ты. Его присутствие всего формальность, он мог вовсе не приходить, — отдёргивает его Сэми, закатывая глаза.       — Не приходить? — неверующе спрашиваю.       — Он свободен от балов в отличии от нас, лучший ученик всё-таки: весь в тренировках и подготовке занять трон, — поясняет Мими, — а приходит сюда, чтобы развлечься в компании своей свиты или Ости.       — Обычно бал очищения он посещает под конец, когда настаёт время самой церемонии, но, когда мы пришли, Люцифер был уже тут.       Не хочу оправдываться догадками, но этот взгляд говорит об обратном.

Он хотел найти меня здесь?