Законы притяжения

На самом деле, прощаться не хотелось: они оттягивали этот миг до последнего и даже одновременно развернулись, чтобы еще раз взглянуть друг на друга и помахать. Тин действительно собирался уйти, а Чан – окончательно закрыть двери, пока в последний момент в тонкую прорезь не протиснулась ладонь Тина. Казалось, что он принял это решение совершенно спонтанно, и Чан приподнял одну бровь. - Ты что-то забыл? – предположил адвокат. Снова в нем взыграла тонкая гамма эмоций: он старался казаться невинным и будто бы удивленным, при этом в интонации сразу же почувствовалась заинтересованность и даже прикрытое лукавство. - Я подумал, что выпил в клубе лишнего… – сумбурно начал объясняться тренер, – и что не стоит в таком состоянии садиться на мотоцикл. Чан чуть сощурился, так, как он это умел – взгляд стал лисий. - Мудрое решение. Ты же знаешь, если тебя внезапно остановят полицейские, что будет за езду в нетрезвом виде? Тин смотрел прямо на него, не разрывая зрительного контакта, понимая, что Чан принял правила его игры и охотно решил подыграть. Вот же котяра! Все-таки… понял, что победил. - Знаю. На самом деле, Тин практически ничего не выпил, малость что пригубил, но это всё равно можно было использовать как идеальное оправдание остаться у адвоката на ночь. Когда еще подвернется подходящий случай? Казалось даже странным, что Чан не был первым, кто на этом настоял! Двери окончательно закрылись за Тином. Какое-то мгновение они просто стояли лицом к лицу и пожирали друг друга глазами, атмосфера вокруг накаливалась всё сильнее, но пока что ни один не осмеливался потушить ее первым. - Может быть, есть еще что-то, что ты хочешь сделать? – обронил Чан; уголки его губ приподнялись в кривой ухмылке. – По правде говоря, я уже протрезвел и нахожусь в адекватной кондиции, да и ты вполне в сознании, так что потом нельзя будет никого обвинить… Тин даже не стал отвечать, он наконец-то сделал то, что уже давно хотел в своих мыслях: заткнул рот болтливого адвоката поцелуем, и почувствовал, как ему охотно отвечают – будто этого и ожидали. - Ох, Тин… – выдохнул в губы Чан, крепче вжимаясь пальцами в затылок тренера и взглядом с поволокой посмотрев ему прямо в глаза. – Как же долго я ждал, когда ты наконец-то сделаешь первый шаг. Он снова закрыл глаза и с наслаждением продолжил изучать рот тренера. Поцелуи становились настолько жадными, что перестало хватать воздуха: оба так сильно изголодались по ласке, будто пытались поглотить друг друга целиком. Как Чан и предполагал: Тин по натуре был очень страстным, когда на него накатывала волна неистового желания. Глотая воздух в перерывах между поцелуями, которые были больше похожи на какую-то борьбу, где каждый пытался закусить губы партнера сильнее и проникнуть языком глубже, словно в намерении показать, кто тут будет доминантом, Чан прерывисто прошептал: - Прямо здесь… в коридоре? Я… конечно… не против… любой поверхности… но… может… переместимся туда… где более комфортно?.. Тину не нужно было повторять дважды или что-то отвечать. Чану нравилась эта черта в строгом тренере: ему не требовалось говорить что-то словами, достаточно было показать действиями. Тин подхватил Чана за бедра, и адвокат ловко обхватил его за талию, жестами указывая путь до спальни, при этом умудряясь не отрываться от чужих губ. Наконец-то повалив адвоката на кровать, Тин мог избавиться от рубашки с бантом, которая уже давно мозолила ему глаза и ее хотелось содрать еще в гардеробной, и первым безжалостно полетел именно бант. - А ты, оказывается, очень дерзок в постели… – резюмировал Чан, его глаза горели от предвкушения. – Мне нравится. Он очень легко уступил Тину инициативу, ему хотелось узнать, что сотворит с ним тренер, насколько далеко зайдет, это заводило еще сильнее, вызывая ноющее напряжение в паху. Горящий взгляд Чана словно говорил: ты можешь сделать со мной, что захочешь, ведь я так давно этого ждал. Тин наконец-то помог Чану избавиться и от его рубашки, и от своей. Адвокат пребывал в экстазе: наконец-то тело тренера в его руках! Можно было пройтись пальчиками по его обнаженным мускулам, почувствовать, насколько они напряжены – тверды почти как камень! А еще ощутить, как задрожало тело Тина от прикосновений Чана… Они оба до безумия хотели друг друга. - Покажи мне, на что ты способен, – игриво сказал адвокат, проводя кончиками пальцев по торсу тренера и останавливаясь на молнии его брюк. - Не испытывай меня, – коротко ответил Тин, каким-то невообразимым образом оставаясь серьезным, дико сексуальным, нереально горячим – крышу сносило от его палящего взгляда! - Это именно то, что я хочу, – с хитринкой улыбнулся Чан. Он потянул молнию на брюках и, смотря прямо в глаза Тину, потянулся рукой в его трусы, молчаливо ожидая его реакции, а потом, нащупав искомое, сжал в пальцах его член. Тин, хоть и был кремень, но уже не смог сдержать слабый стон. Чан ухмыльнулся. Ему хотелось услышать больше, его пьянило ощущение, что своими действиями он может довести его до пика. - Со мной… ты можешь не сдерживаться. Чан начал гладить член Тина, наблюдая за каждой тончайшей эмоцией на его лице. Тину нравилось, и Чан упивался этим чувством. Он всего лишь ласкал его руками, а ведь это только начало, он еще не такое может... - Я могу быть очень щедр... Чан потянулся, чтобы доказать, что он – человек слова! Он принял кошачью позу и подполз к паху Тина, взглядом исподлобья наблюдая за его реакцией. Затем опустил глаза на его уже эрегированный член, и его губы расплылись в довольной ухмылке, он может завести его еще больше! Чан был не только хорош как элитный адвокат, но также хорош и как элитная шлюха, и то эта привилегия была не для всех, а для Тина особенно хотелось постараться. Он облизнул головку члена в качестве знакомства, поиграл с ней языком, при этом не забывая время от времени поднимать глаза на Тина и смотреть, как его взгляд поплыл, а тело задрожало от действий Чана. Адвокат дьявольски улыбался, наслаждаясь видом тренера и тем, что контролирует его состояние. Чан заглотнул головку, медленно растягивая удовольствие и тем самым продлевая пытку для Тина, он хотел услышать его стоны. Потихоньку он заглотил полностью, а глотка у него была разработана неплохо, он посасывал и скользил языком очень ритмично, пока наконец Тин не смог сдержать протяжный стон. - Ты можешь быть громким... – довольно промурлыкал Чан, – интересно, когда ты войдешь в меня, сможешь быть еще громче? Чан не хотел доводить Тина до пика, он возбудил его, чтобы тот наконец-то дал себе волю и наконец-то вошел в него. Адвокат смочил слюной пальцы, чтобы очень развратно прямо перед тренером быстро растянуть себя и упростить ему задачу. - Ну, давай же, – раззадорил Чан, сверкая своими хитрыми глазками. – Или тебе требуется особое приглашение? Тин действительно не сдерживался, когда они наконец-то дошли до момента соития. Чан обхватил его бедра и впился пальцами в его напряженную спину, охотливо принимая его в себя и совсем не стесняясь издавать звуки полнейшего восторга. Тин кстати тоже рычал, и эти звуки были музыкой для ушей Чана. - Я знал с момента нашей первой встречи, что наши тела идеально друг другу подходят! – комментировал адвокат, пока тренер был очень занят процессом. – Боже, Тин, я предполагал, какой ты мощный...но не ожидал, что настолько! Какой идеальный размер, просто специально под меня... Ты можешь еще немного ускориться? Покажи мне, на что еще ты способен! Чан хоть и прикидывал, что Тин может оказаться необузданным в постели, но даже не представлял, что получит от него настолько крышеносные впечатления – это заставляло его улыбаться в своем фирменном маньяческом стиле. Этот мужчина наконец-то принадлежал ему! Они почти кончили одновременно, пока внезапно... Тин опомнился, когда двери квартиры Чана окончательно закрылись. Он всего лишь на минуту представил, чем всё закончится, если вдруг он останется у него на ночь, и полностью растворился в своих мыслях. Фантазии оказались слишком сладкими… но пока что они оставались всего лишь фантазиями. Было рано заваливать адвоката, хотя, если честно, уже нестерпимо хотелось… Но когда они точно смогут доверять друг другу полностью, то обязательно дойдут до этого момента, и тогда уж Тин сдерживаться не будет. Пока что он чувствовал бабочек в своем животе и с его лица не сходила дурашливая улыбка, он уже впустил Чана в свое сердце и надеялся, что у них есть шанс на общее будущее.