Представь Меня и Мяукни

Нил опустился в кресло и вздохнул, глядя на огромную очередь материалов для перевода, которая появилась в его почтовом ящике за выходные. Жан с беспокойством посмотрел на него, но ничего не прокомментировал. Нил вздохнул ещё раз, уже громче, когда Сара появилась из-за угла. — Как поживают мои любимые лингвисты? — практически прокричала она. И Нил, и Жан вздрогнули. — Отлично, — хором ответили они. Сара прислонилась к столу Нила. — Как прошли выходные? Делали что-нибудь интересное? Нил пожал плечами. — Король подхватила инфекцию мочевыводящих путей, поэтому я провёл утро у ветеринара. Потом я выпил с кем-то кофе, а потом пошёл на вечер тривиальных игр. — Чёрт возьми, Нил, ты ужасно разбираешься в мелочах, — сказал Джереми, появляясь по другую сторону от Жана. Он всегда так делал, появляясь из воздуха; Нил подумал, не заложены ли у него в полу люки или что-то в этом роде. Или плащ-невидимка, как у того паренька из странного фильма про волшебников, который Ники издевательски заставил его посмотреть. — Нихрена себе. Я тебе это говорил. Я всё время тебе это говорю. — Подожди, вернись назад, ты с кем-то пил кофе? — Сара практически завизжала. — С кем-то, кого мы знаем? Своевременное появление мистера Ремана дало Нилу отсрочку до обеда, но он знал, что вся команда набросится на него за подробностями. Они делали это каждый раз, когда он говорил с кем-то два слова, даже с половиной людей, для которых он переводил. Он не понимал, почему их волнует каждое простое взаимодействие. Единственным спасением от утомительной работы — мандарин всё ещё был его самым слабым письменным языком, и, конечно, Жан был бесполезен с ним — было сообщение, полученное от Эндрю. Свободен сегодня в 9 или завтра в 6 Он ответил, что всё, супер, и засунул телефон обратно в куртку. В половине случаев он всё равно забывал поужинать до десяти-одиннадцати вечера и вспоминал об этом только тогда, когда Король начинала кричать на него, требуя своей еды. Казалось, что он едва успел занять очередь, когда Жан постучал его по плечу, приглашая на обед. Он смахнул с глаз помутнение от четырех часов, проведенных за экраном компьютера, и проверил телефон. Эндрю прислал ему название ресторана, в котором они должны были встретиться вечером. По крайней мере, у него будет немного времени, чтобы поискать другие адвокатские шутки. Он почти забыл об интересе Сары, как акулы, пока не подошёл к столу в обеденном зале и не увидел, что она смотрит на него широко раскрытыми, острыми глазами. Подавив желание выбрать другой столик, он опустился на стул напротив неё. Жан и Джереми сели по обе стороны от него. Окружение. — Итак, расскажи нам о вчерашнем дне, — сказала Сара, вертя вилкой в лапше. — Я уже говорил, что отвёз Король к ветеринару. Выпил кофе. Ну, вообще-то, я выпил коктейль, а потом пошёл на вечер тривиальных игр. — Ты сказал, что познакомился с кем-то за кофе. — Да? — Нил не понял, как она сделала акцент на «познакомился». — С кем? Нил все еще не понимал, почему ее это волнует, и почему Джереми и даже Жан были так внимательны. Он откусил кусочек от своего сэндвича, чтобы выиграть время для разгадки, но безуспешно. — Никто, кого ты знаешь, я встретил его у ветеринара, и мы решили выпить кофе. — Ах! — сказала Сара, прижав руку к сердцу. — Ты слышал это, Джереми? Наш малыш растёт. Джереми усмехнулся. — Рад за тебя, Нил. — Я всё ещё не понимаю этого прозвища, — сказал Нил, глядя между ними. — Я пью кофе каждый день, не понимаю, почему в этом такая большая проблема. Господи, это был даже не кофе. Жан хмыкнул, и Нил перевёл на него взгляд. Обычно Жан был единственным, на кого он мог положиться, чтобы отмахнуться от идиотизма двух других, но даже он выглядел забавным. — Дело не в кофе, дурак, — сказал он по-французски, чем ещё больше озадачил Нила. — Мы просто рады, что ты пошёл на свидание, — сказал Джереми, сжалившись над ним. — Это было не свидание, — сказал Нил, — это был кофе. Сара и Джереми обменялись взглядами. — А он знал, что это было не свидание? — спросил Джереми. — Конечно! С какой стати ему думать, что это было свидание? Мы просто сидели, пили и издевались друг над другом в течение часа. — О, Боже, — сказала Сара, положив голову на руки. — О, Боже, о, Боже, этот бедный парень. Нил просто смотрел между ними с замиранием в сердце. Он не знал, почему Эндрю решил, что это свидание; почему его вообще заинтересовало такое с человеком с таким поганым лицом, как у Нила, но… Вряд ли они смотрят на твои шрамы. — Сука, — Дерьмо. Джереми сразу же уловил его беспокойство. — Может, и нет. Расскажи нам, как это произошло? Ты сказал, что вы встретились в ветеринарной клинике? — Да, — сказал Нил, растягивая слог. — Возникло недоразумение, и этот засранец, ассистент ветеринара, затащил нас обоих в комнату, и пока мы ждали, немного поговорили. Потом ассистент сделал язвительный комментарий по поводу имени Король, и я… — Ты сделал то, что делаешь всегда, — добавила Сара. — Точно. В общем, он присоединился к моим словам. И тогда мы решили выпить кофе. — Как именно? — Нил смотрел на Джереми безучастно. — Типо, пока вы ждали, ты сказал, что вам нужен кофе, а он сказал: "Да, мне тоже"? — Я дал ему свой номер, — сказал Нил, чувствуя, как его лицо пылает. — После этого он написал мне сообщение, приглашая выпить. Я сказал, что не пью, и он предложил кофе. Сара рассмеялась, а Джереми неловко похлопал его по плечу. — Всё будет хорошо, — голос Джереми говорил о том, что ничего страшного не произошло. — Он тебе нравится? — Я не знаю, — сказал Нил, услышав своё собственное волнение и сделав медленный вдох, чтобы успокоить его. — Я имею в виду, он забавный и умный, — он пожал плечами. — Но он сексуальный? — спросила Сара. Нил совершенно не понимал, как вообще можно это определить. Существуют ли какие-то правила, по которым человек попадает в категорию «сексуальных»? Ему стало интересно, существует ли сайт, на котором рассказывается о подобных вещах. Надо будет погуглить, когда вернется домой. — Альварес! Нокс! — рявкнул Реман через дверь обеденного зала, приходя на помощь уже второй раз за день. — Хватит мучить новенького! — Я не такой уж новичок, — сказал Нил, но все его проигнорировали. — Почему вы выделяете нас? — спросила Сара. — Жан тоже здесь! — Потому что Моро — единственный спокойный из вас. Возвращайтесь к работе! — Слышали? — сказал Жан с надменным видом, на который способен только истинный француз. — Я — спокойный человек. — Отвали, — сказала Сара, заставив остальных смеяться, когда они выбросили мусор и вернулись к своим столам. — И ты должна мне десять баксов, француженка! — Жан отмахнулся от неё. Нил поинтересовался, на что было заключено пари. После работы он отправился в спортзал. Ники, конечно же, был там, здоровался со всеми и следил за тем, кому нужны наблюдатели или помощь с оборудованием. Когда он увидел Нила, все его лицо засияло, и он трусцой побежал к нему. — Привет! Как поживает мой любимый кошачий родитель? Нилу удалось удержаться от того, чтобы не закатить глаза. Ники постоянно спрашивал о Король, что, по его мнению, было вполне логично, поскольку именно он был ответственен за то, что она — и её гендерно-изменчивое имя — вообще попала к нему в руки. — Я в порядке. А вот у Король инфекция мочевыводящих путей. — О, бедная кошечка. — Ей уже лучше. Я отвёз её к ветеринару. Ники взъерошил свои волосы. Он всегда так делал, даже когда они были потными и грязными. — Конечно, отвёз, я знал, что ты о ней позаботишься. Нил встал на беговую дорожку и начал бежать, поддерживая лёгкий темп в течение первой мили, затем увеличивая скорость. Это был один из немногих гарантированных способов проветрить голову, но после восьми миль в довольно хорошем темпе он всё ещё не знал, что делать с той ночи. И хотя он был уверен, что Ники будет очень рад помочь, он также знал, что абсолютно точно, без всяких сомнений, он скорее доверится незнакомцам в Интернете, чем Ники с подобными вопросами. Выйдя из спортзала без лишних вопросов, он вернулся домой и сел с Король на коленях и открытым ноутбуком на столе. Уставившись на экран браузера, он некоторое время постукивал пальцами по бедру, пока кошка не решила, что хочет поиграть, и не шлёпнула его по руке. Он набрал в поисковой системе «Что делает парня сексуальным». Выдалось более девяноста миллионов результатов. Он щёлкнул по нескольким из них, но только еще больше запутался. Фотографии мужчин без рубашек, держащих котят, комментарии о «спокойной уверенности» и такие странные вещи, как «закатанные рукава» и «умение готовить». А ещё были такие вещи, с которыми Нил даже не знал, что делать, например, «быть нежным в постели» и «получить стояк в Target». Нил не был создан для этого, это было ясно. Он проверил телефон, наполовину надеясь, что Эндрю бросит его, но не тут-то было. Он покормил Король и уехал, оставив себе достаточно времени, чтобы заблудиться, потому что улицы с односторонним движением в этом городе не поддаются никакой логике. В итоге он просидел в машине минут двадцать, слушая тагальские подкасты, прежде чем увидел Эндрю, идущего к зданию. Вдохнув на счёт «четыре» и выдохнув на счёт «пять», он присоединился к нему. — Вижу, сегодня не в спортивках, — поприветствовал его Эндрю. Нил провёл рукой по волосам. Он переоделся в рабочий костюм после душа в спортзале и не подумал переодеться снова, оставив галстук и пиджак на спинке дивана. Он растерянно посмотрел на Эндрю. — Пойдём, — сказал Эндрю со смехом в голосе, протискиваясь в дверь. Это было что-то вроде бургерной, только поприличнее. Они сели за стол в дальнем углу ресторана, Эндрю примостился на скамейке у стены, так что Нил оказался спиной к остальному помещению. По крайней мере, они оказались рядом с запасным выходом, но он едва сдержался, чтобы не скривиться, когда из ниоткуда появилась официантка. Её улыбка на секунду померкла, когда она заметила шрамы Нила, но она быстро вернула её на место. Нил ничуть не удивился, когда Эндрю заказал молочный коктейль. Молочный коктейль с алкоголем, но всё же. Нил бросил быстрый взгляд на Эндрю, всё ещё пытаясь понять, как можно определить «сексуальность». У Эндрю была кошка, правда, не котёнок, но, может быть, это считается? Его рукава не были закатаны, но у официантки они были закатаны, и Нил не считал это чем-то особенным. Это были просто руки. Он не знал, умеет ли Эндрю готовить, и ни за что не стал бы спрашивать о стояке… Лёгкое общение, которое было накануне, исчезло, и Нил не знал, как его найти. Эндрю, похоже, не был заинтересован в том, чтобы завязать разговор ради того, чтобы послушать себя, и Нил не знал, что сказать. Как вы спросили кого-то, не идёте ли вы на свидание? Эндрю наблюдал за ним с беспокойством или раздражением. Нил невольно вздрогнул: он даже не заметил, что его нога снова подпрыгнула, заставив вибрировать весь стол. В результате глаза Эндрю потемнели. — Извини. Я… — он толком не мог объяснить это ни своим нервным состоянием, ни тем, что в детстве его били за эту привычку. — Извини. — Ты не хочешь быть здесь? — спросил Эндрю. Вполне возможно, что за двадцать пять лет жизни на планете Нил никогда не встречал такого прямолинейного человека, как этот, но ему всё равно казалось, что он пропускает страницы подтекста. — Нет, я знаю. Я просто… — он потёр лицо — ещё одна нервная привычка. — Я не знаю, что я делаю. Рот Эндрю дёрнулся, как будто он подавлял улыбку. — Ты меня удивляешь. — Да иди ты к чёрту, — сказал Нил, сам чувствуя нотки улыбки. — Вполне возможно, что я уже там. В чём именно заключается проблема? Нилу вдруг пришло в голову, что у него нет абсолютно никакого хорошего выхода из этой ситуации. Если Эндрю не был геем, то он мог оказаться за столом с очень низким, но очень мускулистым мужчиной. Если же он был геем, то Нил, скорее всего, собирался ранить его чувства, будучи совершенно не уверенным, встречаются ли они или он хочет, чтобы они встречались. А если бы он убежал, что ж, это было бы просто неловко. К тому же он может никогда не остановиться, и он был уверен, что его кураторам из ФБР будет что сказать по этому поводу. Он решил говорить правду. — Мои коллеги сообщили мне, что наш вчерашний поход в кафе можно считать свиданием. Выражение лица Эндрю не изменилось от легкого веселья. — О? И что же они сказали по этому поводу? — он жестом указал на ресторан. — Я им не говорил. — Почему? — выражение лица не изменилось, но в его тоне появился оттенок яда. — Потому что они и так были слишком взволнованы, и я не хотел слышать это, когда я даже не знаю, гей ли ты. Чёрт, я даже не знаю, гей ли я, — он вдруг вспомнил, как Сара кричала, что Жан должен ей денег. — О, блять. — Что за новые откровения? — спросил Эндрю. — На это они и делали ставку. Их прервало появление молочного коктейля с алкоголем для Эндрю и холодного чая для Нила. Нил проглотил за раз половину. — Кто на что ставил? — спросил Эндрю, когда официантка скрылась из виду. — Сара и Жан. После того как они сообщили мне, что ты, вероятно, считаешь вчерашнюю встречу свиданием, Сара сказала, что Жан должен ей десять баксов. Спорим, они ставили на то, гей я или нет. — Твоим коллегам нужна помощь. Или хобби, не связанное со ставками на человеческие жизни, — Эндрю подождал немного, затем продолжил. — Это свидание только в том случае, если ты хочешь, чтобы оно было таковым. Вчера ты сказал, что пытаешься подружиться, и я подумал, что это достаточно ясно. Но даже если это не так, это не имеет значения. Если это не «да», то это «нет». Нил задумался над этим. Он задался вопросом, было ли это общее правило знакомства или правило Эндрю. — Это делает всё гораздо менее сложным. Эндрю приподнял одну бровь, но ничего не прокомментировал. Нил задумался, каково это — когда брови обучены говорить за тебя. Может быть, это адвокатская фишка. В конце концов, это могло бы поколебать присяжных, но было бы невозможно для судебного репортёра. Обвинитель поднял бровь, показывая глупость защиты. Он отмахнулся от всего этого как от нелепости. Нилу каким-то образом удалось снова включить свой мозг и спросить о семинаре. Достаточно обычный вопрос, но Эндрю всё равно ответил на него, долго рассказывая об ужасах плохих преподавателей и мудаковатых однокурсников. При этом он умудрялся многое рассказать об этих людях, почти не меняя выражения лица, лишь едва уловимо меняя голос и угол рта. Это было удивительно увлекательно. Они не уходили до тех пор, пока ресторан практически не выгнал их, агрессивно моя полы рядом с ними. Он пожалел, что не использовал все свои лучшие адвокатские шутки: когда они прощались, он так и не смог придумать ни одной хорошей. Король восторженно поприветствовала его, захватив его ноги, как будто он не кормил её, и он взял её на руки и уткнулся лицом в её шерсть. Он приготовился ко сну, когда она устроилась у него на плече, и её маленькое тельце вибрировало от мурлыканья. Он поставил будильник на телефоне, затем навис над последним сообщением Эндрю, раздумывая. Наконец, он быстро набрал текст и нажал кнопку «Отправить». Как спят юристы? Прошло несколько минут, прежде чем телефон зазвонил. Сначала я ложусь на один бок, потом на другой. Поговорим завтра, идиот Завтра. Он никогда не ложился спать, предвкушая следующий день; это было просто ещё одно дело, которое нужно было пройти, пережить. Но в тусклом свете улицы, проникающем сквозь жалюзи, он заснул со слабой улыбкой на губах.