Любовь по соседству

На следующее утро, Сережа и Кир, проснулись от того, что им в дверь очень настойчиво кто-то стучится, парни переглянулись между собой и Серёжа кинул свой взгляд на шкаф, сплитовый сразу же понимает, к чему ведет Акума и, еле как встав с кровати, пиздует к шкафу, прямо так, в трусах. Он чуть раздвигает висевшие там вещи и залазит туда, отправляя воздушный поцелуй сожителю,—Пиздец, как любовники себя ведем.—Подметил, закрывая шкаф. В следующие секунды Сережа открывает дверь, а за ней стоит Дима, на его лице недобрая ухмылка, которая сразу не понравилась старшему. —Приветики.— шепотом говорит Дима —Я не ясно сказал? Тогда повторю по слогам, о-ть-еб-ись, так понятней?—Отвечает тоже шепотом, ведь в шкафу Курс, который, если услышит, выпадет оттуда с кулаками наготове. —Да.—говорит Дима. —Ну и прекрасно, можешь уебывать.—лепечет Акума разворачиваясь к нему спиной, идя к кровати, но, не тут то было, парень подходит сзади, вынуждая развернуться и, грудью, толкает его на кровать. —А я, все таки, не пальцем деланый,—смотря на испуганого старшего, нависает сверху, ставя колено между его ног, чтобы точно не вырвался, улыбается, пытаясь целовать. Акума бьет его по груди, пытаясь оттолкнуть, и после того, как Дима отстраняется чуть дальше , Акума выкрикивает,— Кир! Тот вываливается из шкафа, а Дима смеется, расстроено, наигранно, как будто психбольной. Но, как говорится, хорошо смеется тот ,кто смеется последний. Курсед встает с пола, на который выкатился из гардероба, запутавшись в паре вещей, он оттаскивает недруга за шиворот от возлюбленного и бьет его кулаком по щеке, Дима чуть вываливается из реальности, но быстро приходит в себя, и дает сдачи, куда то в плечо. —Петух, блять, это все? Сын шлюхи со спидом.—Говорит Курсед и бьет в живот с размаху, тот скрючивается от боли, чуть подкашиваются колени. Кир, думая, что тот, скорее всего, упадет, делает ошибку, разворачиваясь к нему спиной, но, Дима встает, дает ему в голову, теперь, колени подкашиваются уже у Кира, но тот уверенно устоял на ногах, медленно разворачиваясь. —И кто теперь из нас жалкий?—Спрашивает Дима. —Все еще ты.—Выравниваясь и давая с ноги в колено говорит сплитовый, тот падает, а Кир, садится на него и лупит по лицу двумя руками, не разбирая своих движений. Парень снизу успевает дать сдачи по губе и в щеку перед тем, как вырубиться вовсе, а Курседов, откашливаясь, наконец чувствует победу, вставая с бессознанного тела, Кир поворачивается и видит запуганного Сережу, который сжался в углу комнаты, закрылся руками и только поглядывает на подходящего возлюбленного. —Сереж, ты чего?—Спрашивает Курсед, садясь рядом —Не надо было..—отвечает Акума. —Ладно тебе, очнётся попозже, не сдохнет же он.— Въерошивая макушку темноволосого и параллельно убирая кровь с губы. —А если? На это курсед ничего не отвечает, встает и берет тело недруга на руки, —А если, то закопаем, он же беспризорник, кто за него хватится?—Говорит сплитовый и выносит Диму в ванную комнату, чуть прихрамывая. Сережа, встав с пола и подойдя к тумбочке, ищет там аптечку, чтобы, по приходу Курседова, помочь ему с раной на лице и губе. —Садись на кровать,— вскакивает, как только младший переступает порог комнаты. —Ты чего? —Ранки обработаю. —Какой ты заботливый, не могу. —Садись, бесштанная команда. Кир приземлился на кровать, подпирая спину руками и прожигая взглядом старшего, который, старательно пропитывал ватку перекисью, после чего, усаживаясь почти на пах сплита.— Ты истинный хоббихорсес.—Произнес тот, в следующее мгновение рыкая от щиплющей жидкости, которая почти стекала по подбородку. После всех процедур, Акума помазал губы гигиенической помадой и поцеловал рядом с ранкой.— Чтоб быстрее заживало? —Чтоб не выебывался. —Я понял. И, все-таки, долго делать вид, что испуган или обижен, Сережа не мог, потому что, буквально понимал, что все ссадины, которые он только что обработал, появились из-за него же. Он снова взглянул на Кира, который яростно пытался слизать ягодную помадку с губ, пока Акума, все еще, сидел верхом. Темноволосый наклонился к парню, положив руки на плечи и приложив голову на грудь. —Прости. —Ты о чем? —Я, наверное, со своего переезда тебе проблем подкидываю, еще и это... —Не смей думать даже об этом, ну подрались, с кем не бывает. —Из-за меня. —Из-за тебя дрался я, а он дрался, чтоб показать свою ничтожность еще больше, ведь, находиться в чужом доме без приглашения, еще и лезть к чужому будущему мужу-некрасиво. Сережа криво улыбнулся, устало закрывая глаза и снова падая лбом в грудь к Киру. Так и уснул на руках, пока его макушку перебирали татуированные пальцы, обладатель которых, вскоре, вырубился тоже. И снова проснулись из-за стука в дверь, более тихого, но не менее настойчивого. Сережа лениво приоткрыл глаза, чуть повел носом в сторону двери и растряс парня под собой за плечо. —Опять в шкаф? —Да. —Зачем? Если то мама, она же уже видела что мы вместе спим, ну и не только.—Шепотом спрашивал младший. —Перестрахуемся, пожалуйста.—Вставай с ног сплита, пролепетал Акума, убрав упавшие волосы с лица. Кир, лениво, но, все же, встал с кровати и опять поперся к шкафу, в этот раз не заморачивался, просто завалился туда, потирая глаза. Через секунд пять Акума открывает двери, и видит перед собой маму —Сынок, идём вниз, поговорим.—говорит та. —Хорошо.—говорит, и закрывает двери за собой . Они спускаются по лестнице, идут на кухню —Только будь тише, все ещё спят.—говорит женщина, закрывая двери и вставая рядом с плитой, включая газ. —Ага, Дима, наверное, десятый сон уже видит.—говорит Акума садясь на чёрный диван, а за ним мама —Ты о чем? —Ну, как проснется, увидишь. О чем будем говорить?—Говорит темноволосый, явно зная, какой будет первый вопрос. —Ты гей?—Спрашивает мать, смотря в глаза Серёже. Хоть он и был готов к этому, вопрос, все ровно, был как выстрел куда то в колено, после которого хотелось упасть и умереть от боли. —Да.—Резкий вопрос-резкий ответ. А чего уже бояться? —Ты встречаешься с Киром?—Спрашивает мама. —Да. —Ну, вроде он не плохой парень, ладно, не буду тебя мучать. —И ты даже ничего не скажешь? Там, что это ужасно, или что-то в этом роде?—Говорит Серёжа, тоже заглядывая в янтарные напротив —Нет, ты что, ничего плохого ты не делал, да и мы не в зале суда, встречайтесь на здоровье. —Люблю тебя, ма. Кстати, что насчет Димы, ты отвезешь его? —Сына, мне не удобно его отвозить обратно в город. —Мам, ну пожалуйста, он ко мне пристает, а если не перестанет, его Кир просто убьет, тогда и в зал суда сходим. —В смысле пристает?—Спрашивает мама, удивленно вскидывая брови. —В прямом. Вчера, когда вы с Киром были на кухне, мы пересеклись на лестнице,  он меня прижал к стене и, если в кратце, зажал рот рукой, чтоб я не кричал. Может быть, если бы Кир не прибежал, было бы что то хуже, чем прижимания к стене. —Божечки, хорошо, я скажу, что мне надо в город и его заберу. Кир сможет меня, как-нибудь, еще раз привезти? —Спасибо, мам. Сможет, где-то через недельку, я его в город за продуктами отправлю как раз.—говорит Акума. На это мать просто улыбается и дальше выполняет свои дела у плиты, готовя что то на всех.—Иди буди Кира, уже почти обед, пора вставать. —Хорошо Серёжа идёт на второй этаж, заходит в свою комнату и видит, как Курсед, развалившись в позе звезды, дрыхнет поперек кровати, одна подушка под головой, вторая под жопой. —Э, чел, ты вроде в шкафу должен был сидеть.—хихикает Акума, подпирая рукой дверной проем, смотря на помятую рожу сплитового, который, еле открыл один глаз. —А, что? Да должен, но я услышал, что ты ушел куда-то со своей мамой, и я решил вылезти оттуда, ну и лег на кровать, и как то заснул.—Так глупо оправдывается, что у старшего улыбка с лица не слазит. —Лан, идем хавать, звезда. —Е-е-е, еда.—Говорит Кир, подходя к возлюбленному, чуть похлопывая того по ляжке, но он не отходит.—Ты прям в трусах пойдешь? —А, бля, точно, ща приду тогда.—Развернулся и пошел искать свою одежду, которую, Сережа, успешно раскидал по комнате в порыве страсти, видимо. —Давай, жду—Отвечает, и опять уходит вниз Придя в кухню, он чувствует запах чего-то очень вкусного —Мам, ты что там такое вкусное сделала?—Говорит Акума —Омлет.—Отвечает мама —О, супер. Курседов спустился как раз к тому времени, когда еда была разложена по тарелкам. Он сел рядом с возлюбленным на диван, кладя руки тому на плечи и, подтянув к себе, поцеловав почти за ухом, утыкаясь носом в угольные пушистые волосы. Мама умилилась этой картине, ставя последнюю тарелку на стол. —Кир, ты как раз вовремя.—Говорит с улыбкой мама. —Ничего себе, спасибо. —Где у вас тут вилки?—Спрашивает мама, присаживаясь на стул напротив парней. —Ща дам.—Ответил сплитовый, вставая к ящику со столовыми приборами, доставая четыре штуки. К этому времени на кухню заходит Дима, с салфетками в руках. —Привет?—Говорит он, смотря на всех, продолжая вытирать лицо. —О, соня наша встала, что с лицом, поделись.—Язвит Кир, гладя черный затылок на его плече и криво улыбаясь. —Овцебык разноцветный лягнул во сне.—Демонстративно уводя глаза отвечает блондин, садясь за стол. —У этого овцебыка вилка в руках, не советовал бы так разговаривать.—Влезает Сережа. —Ты молчи, виновник торжества, все ровно со мной в город поедешь. —Успокоились все, во- первых, во-вторых, Дима, в город едем мы с тобой сегодня, тема закрыта. —Хорошо, а когда еще в гости? —Никогда.—В три голоса ответили остальные, продолжая спокойно завтракать. —Я посмотрела дом, как живет мой сын, и как он тут. Мне этого хватило, так что вот так. Хотя, чего я оправдываюсь? Как доешь, собирай вещи. —Ладно—говорит Дима Через минут пять, когда все доели, мама с Димой пошли собирать вещи, через час были собраны и готовы выехать обратно, только вот, мама сказала Диме выйти, а она поговорит с Киром —Кир, мне не удобно просить, но, можно ты меня через день или два заберешь обратно на своей машине? —Без проблем. —Сережу не обижай, я тебе его, считай, на сохранение доверила.—Шепотом добавила женщина, мило улыбнувшись и постучав сплитового по плечу, упархивая из комнаты, пока ее сумку нес Дима. Половину вещей она оставила в доме у парней, чтобы не возить по многу раз, собрала только то, что может понадобиться за два дня в городе. Остановка до города, благо, была рядом с домом, через дорогу, ехать на машине не пришлось. Все вместе постояли в ожидании 47 автобуса и обнялись с мамой на последок, а Дима, успешно получил поджопник от Кира и смешок в след, чтобы жилось слаще.