сборник

— помню как в детстве, я впервые приехал в дом к моим бабушке и дедушке. это был старый двухэтажный дом, там было не много комнат, но я пару раз заблудился. мне было тогда лет пять-шесть, точно не помню. в доме были расписные двери, бабушка сама на них рисовала. лестница там была очень старая и ужасно скрипела, так что если кто то спускался по ней ночью я вздрагивал и накрывал голову одеялом… — шинсо перебили, не дав рассказать про главный страх детства. — я боялся темноты в детстве. родители сначала не воспринимали это всерьёз и говорили фразы по типу: «борись со своими страхами денки, ты же будущий герой! ты мальчик, мальчики ничего не боятся!». а вот бабушка всегда меня жалела, поставила на каждом шагу светильники, чтобы я мог ночью ходить в туалет, и никогда не ругалась, говорила, что «страхи это нормально, все боятся, даже герои». представляешь, она даже уговорила родителей не гасить уличный фонарь до поздней ночи, так что мне в окно падал яркий свет от него, и освещал комнату, я был ей очень благодарен тогда. — каминари улыбнулся сам себе и поëжился на кровати. они встречвлись уже пол года, и часто ночевали друг у друга. так что одноклассники денки шутили, что шинсо было бы проще уже прописаться у него и ходить на занятия из их общаги. на этих ночовках каминари начал маленькими шажками налаживать режим шинсо, но когда сон не шёл совсем, они просто лежали на кровати смотрели в потолок и разговаривали обо всем что придет в голову, или просто молчали. — а сколько тебе тогда было? — шинсо предполагал какой будет ответ, но решил перепроверить, спросил он это с лёгкой ухмылкой. — десять. и только попробуй заржать — каминари пихнул его в бок -а вы что-то делали с бабушкой вместе? — да, я уже говорил что она сама расписывала двери, мы иногда рисовали на внешних стенах дома или заборе, в основном кошек. у них их было кстати две, обе старше меня, так что некогда не царапались и были спокойными. часто могли уйти на улицу и пропасть на несколько дней, а я не мог понять почему бабушка такая спокойная, видимо это обычное дело для уличных кошек. они немного помолчали и каминари заговорил первым. — у моей бабушки было два попугая, ты никогда не угадаешь как я их назвал! — каминари восторженно произнес это на одном дыхании, оставляя после себя паузу в речи ожидая ответа. — да, ты прав, не угадаю, поэтому даже пытаться не буду. ну так как назвал? — Чип и Дейл мать вашу, это самое гениальное, что могло прийти мне в голову в шесть лет. они типо оба были такие коричневые, так что я сложил это и свой любимый на тот момент мультик, и получил супер крутейшии клички для попугаев. — каминари был очень доволен маленьким собой, и ждал похвалы от шинсо. — окей, да, это не плохо, но по сравнению с кличкой которую я дал двум бабушкиным котятам это, ничто. — ох неужели? ты завышаешь мои ожиданиея, удмви меня, ничто не может быть круче Чипа и Дейла. — посмотрев на шинсо каминари ждал ответа. — Бутч и том. — давольный собой шинсо закрыл глаза ожидая реакции. -… — каминари нахмурился пытаясь понять в чем такая ирония этих имëн для кошек. — ну с Томом понятно, а кто такой Бутч? — второстепенный кот из «Тома и джерри». я так назвал чëрного котëнка с белой мордой, а дымчато серого окрестил Томом. — да, в этом правда есть смысл, но Чип и Дейл всë равно круче, не спорь. — каминари ухмыльнулся и с самодавольной улыбкой повернул голову к шинсо, закрывшему глаза. — да иди ты. — с улыбкой но слегка нахмуревшись, хитоши открыл глаза и взглянул на денаи, но быстро отвëл взгляд, встретившись с янтарными глазами. — ты не говорил про своего дедушку, вы общались? — ну не совсем, он умер когда мне не было и двух лет, так что я его не помню. но бабушка про него много рассказывала, в доме было куча его фотографий. она часто показывала на них и говорила что у меня его улыбка и голос. она очень любила моего дедушку, а после его смерти не смогла больше быть одна в доме, так что завела папугаев, они вообще то очень шумные, не понимаю как она не пожеледа об этом. — денки немного помолкал и добавил — а ты? вы с дедушкой хорошо общались? — да, я так думаю. мой дедушка был удивительным человеком. он много читал, и сколько себя помню, пытался привить мне любовь к чтению, не знаю что он хотел от шести летнего ребëнка с шилом в заднице, но думаю у него получилось. я уже говорил что в домне было мало комнать, но тем не менее у него была своя библиотека. совсем маленькая коморка, но все стены с пола до потолка были в полках с безчëтным количеством книг, в детстве я мог часами просто пялится на них. дед спецально ставил книги которые мне могли меня заинтирисовать на нижние полки, умно, не правда ли? — шинсо задумался и через какое-то время заговорил вновь — он каждое утро пил крепкий чëрный кофе, но не такой как в магазинах, а настоящий. он сам перемалывал зëрна и варил кофе, у него был друг детсва, который переехал в другую страну и частенько пресылал посылки с зарубежными сладостями и кофе, но дед мой сладкое не любил совсем, а бабушка наоборот обожала. я никогда не забуду этот запах свежесваренного настоящего кофе, дед вставал рано, часов в семь, так что просыпался я всегда от запаха свежесваренного кофе. помню что у него было много оружия, не знаю зачем, он не охотился, но часто рассказывал мне о нëм, а когда я стал постарше учил стрелять. … ты желеешь что не знал кого-то из своей семьи? — да не сказал бы, я так то почти ни с кем из родственников знаком не был, они не общались с моими родителями, но на праздники присылали мне игрушки, а потом деньги… это правда классно. я всегда смотрел с бабушкой старые фотоальбомы, она очень много говорила о своих детях, а на свадебных фотках рассказывала как мой дед всегда напивался и тварил какую-то дичь… знаешь, я думаю ты бы ей очень понравился, ты чем то похож на него… — она жива? — нет, умерла в прошлом году, я тогда был в больнице и не смог приехать на похороны. я побоялся потом идти на её могилу, хотя знаю где она, они с дедом похоронины под одной табличкой. но так как дед умер раньше, на плите выгравировали и её имя, ну знаешь, чтоб заранее. интересно, какого это жить, зная что тебя уже практически похоронили. – … — эй, шинсо. — что? — парень говорил тише обычного. — ты будешь желеть когда я умру? — хм, не думаю что застану этот момент, я надеялся умереть раньше тебя. мой прах будет стоять в вазе на кухне, а потом ты лет в восемьдесят развеешь меня на заднем дворе нашей виллы. — последнее шинсо ховорил с улыбкой. — очень обтимистично. спорим что я умру раньше? — спорим. ты думаешь мы будем вместе так долго, что я застану твою смерть? — привстав на локти, хитоши смотрел на денки. — а ты так наверно не думаешь. – парень грустно улыбнулся и отвëл глаза от лица шинсо. — денки. — голос хитоши стал более серьëзным. — а? — денки лежал закрыв глаза. — я люлю тебя, ты ведь знаешь? — да, я тоже тебя люблю — … если ты умрëшь, я убью себя. — шинсо лëг на крвать и уставился в потолок. — это глупо, но романтично… спасибо. — ну теперь я обязан это сделать. сколько сейчас времени? — 1:32, думаю мы ещё можем поспать. — да, спокойной ночи, денки — поворачиваясь на бог к каминари, шинсо закрыл глаза. — спокойной ночи, хитоши. *** – вы серьëзно поспорили кто раньше умрëт? — мина сидела в столовой рядом с каминари — знаешь, обычно парочки трахаются на ночовках, но не как не планируют свою смерть. — кх — каминари подавился лапшой и начал кашлять, а через несколько столов на него посмотрел шинсо и улыбнулся. — да, вы и правда друг другу подходите. завещаешь мне ту сиреневую толстовку? — она его. — ну тогда я её забераю.