Всегда, но не навечно

Серебристые лучики солнца пробивались сквозь полупрозрачные занавеси, заливая помещение теплым светом. Кэролайн стояла перед античным зеркалом и все не могла налюбоваться отражением, оттуда на нее смотрела красивая и уверенная девушка, готовая свернуть горы. На ней было платье лазурного цвета, драгоценное и воздушное, словно сплетенное из облаков. Каждое движение вызывало игру ткани и отражения света на изысканных кристаллах, украшающих корсет. Золотистые локоны девушки, словно лучики солнца, мягко спадали на плечи, добавляя образу нежности. — Это платье было просто создано для тебя, — восторженно сказала Ребекка, любуясь подругой. Неожиданно Майклсон оживилась от посетившей ее мысли. Через секунду она уже спрыгнула с кровати и направилась на выход из комнаты, сказав по пути: — Тебе не хватает подходящих туфель, у меня есть одни на примете, жди здесь, а я пойду поищу их, они должны быть где-то в шкафу. Позволить ей уйти было роковой ошибкой, Форбс и не подозревала, что шкаф с обувью первородной был размером с половину ее дома, и пытаться найти там что-то определенное — это все равно что искать иголку в стоге сена. Но выбора не было, ей пришлось остаться в комнате наедине со своими мыслями. Школьница думала о том, как ей повезло познакомиться с первородной, она благодарила судьбу за такой подарок. Кэролайн была уверена, что без помощи подруги она бы искала идеальное платье целую вечность, конечно, если бы вообще нашла его. Сейчас, смотря на себя в зеркало, она понимала, что есть большие шансы сразить всех наповал не только своей грацией, но и изысканным платьем, оставалось лишь не завалить оставшиеся этапы состязания. Казалось, что все складывается как нельзя лучше, у нее было почти все готово: платье, кавалер, да и танец она знала, как свои пять пальцев. Единственное, что вгоняло в тоску — была невозможность матери присутствовать на выступлении. Отчасти, все что делала блондинка, было чтобы показать всем окружающим, что она чего-то да стоит, матери в том числе. Желание доказать всем тем, кто ее недооценивал, что они были не правы, было настолько велико, что этот незначительный конкурс стал играть большую роль в жизни Кэролайн. Глубокий вдох выдох помог очистить голову нашей героини от печальных мыслей. Она даже не подозревала, что судьба была вовсе не при чем в их встрече с Ребеккой, все это было частью пазла, который искусно собирал Клаус Майклсон и Форбс было суждено стать ключевой деталью. Однако, вампир не знал насколько хрупким и ненадежным мог оказаться сей пазл, ему еще только предстояло узнать, что не он один играет в эту игру. Блондинке было свойственно уходить в себя и не замечать происходящего вокруг, за что друзья часто называли ее рассеянной. Этот день не стал исключением, мысли о скорой встрече с подругами и список насущных дел полностью заполонил разум девушки. Обдумывая это, она даже не заметила, что уже больше пяти минут за ней наблюдают внимательные глаза. Глаза, которые никак не могли оторваться от девушки. Их хозяин думал о том, как обыкновенная девушка может быть столь красива, при этом даже не подозревать о своей привлекательности. До этого момента Клаус так же подмечал, что девушка отличалась приятной внешностью, не зря ведь он ее выбрал, но сейчас она выглядела совсем иначе. Майклсон поймал себя на мысли, что не может отвести взгляда с золотистой макушки, утонченных плеч и аристократической осанки. За свою долгую жизнь он повидал множество разных женщин, отличавшихся разными качествами. Чьи-то волосы сияли, как звезды на ночном небе, у кого-то были изящные плечи и осанка, а чьи-то глаза были глубже океана, но именно Кэролайн Форбс, обычная школьница из маленького городка, соединила в себе все эти черты, тем самым приковав внимание первородного к своей персоне. Само платье когда-то принадлежало герцогине, у которой Майклсоны гостили первое время после обращения. Женщина, не больше тридцати лет, была в нем в тот день, когда познакомилась с большим семейством и пригласила их к себе на ужин, а впоследствии и погостить. Перед отъездом первородных герцогиня подарила платье Ребекке в качестве прощального подарка, но, к сожалению, оно совсем не подошло вампирше. Тогда то Клаус и решил, что наряд, будет смотреться только на своей хозяйке, поскольку он идеально подчеркивал строгий стан и нежную натуру герцогини, и в целом оно было сделано именно для нее. Но, видя сейчас Кэролайн, мужчина осознавал насколько сильно ошибся в тот день. Светлые кудри спадали на острые ключицы, а пышность платье не мешала ему идеально подчеркивать хрупкую фигуру. Клаус всю жизнь твердил, что ничего идеального не может существовать, что во всем, что бы то ни было, найдутся изъяны, однако, если бы сейчас его спросили как выглядит девушка напротив, он с уверенностью ответил бы «идеально». На этом моменте Кэролайн подняла взгляд и в отражении зеркала заметила человека, встречи с которым ей так хотелось избежать. Ее глаза широко распахнулись от неожиданности. Тем не менее, растерянность моментально сменилась холодом и безразличием, будто образ мужчины не был каждую секунду в голове школьницы с того самого свидания. Спокойно пригладив шлейф платья, блондинка спросила: — Как долго ты там стоишь? — Достаточно, чтобы суметь вдоволь налюбоваться тобой. Это платье было красиво, но теперь, когда оно на тебе, то стало просто превосходным. Губы девушки уже хотели было сложиться в скромную улыбку, но она вовремя одернула себя и сухо ответила: — Спасибо, но в следующий раз стучись. — Дорогуша, ты верно забыла, что находишься в моем доме, и тут я могу заходить куда и когда захочу, — вместо ответа первородный получил лишь закатанные глаза. — Ты наверное задаешься вопросом куда я пропал и почему не отвечал на твои сообщения. — Нет, ты совершенно неправ. Этим вопросом я задавалась на следующий день после нашего свидания, а сейчас меня интересует совсем другое. — И что же, позволь поинтересоваться. — Меня интересуют когда ты наконец уйдешь из этой комнаты, — медленной походкой, как хищник при виде своей жертвы, Майклсон подошел к собеседнице так, что их разделяло ничтожное расстояние. Он не привык, что кто-то разговаривает с ним, сильнейшим существом на планете, в таком тоне. Однако, ни один мускул на лице Кэролайн не дрогнул, она лишь скрестила руки на груди, продолжая стоять спиной к вампиру, так как не была уверена сможет ли удерживать свою маску непоколебимости, глядя в те самые глаза. — В свое оправдание скажу, что я был очень занят эти дни и все же ответил в конце концов, — попытка сказать что-то в свою защиту была провалена, он разозлил ее еще больше. — Шесть слов, на то количество сообщений и звонков, что я сделала, не считается за ответ. Тем более, чтобы написать сообщение хотя бы в два предложения нужно не больше полуминуты. Ну знаешь, так обычно делают воспитанные люди после первого свидания, показывают, что человек им не безразличен, — блондинка уже не пыталась скрыть яда в своем голосе. — Мне очень стыдно за столь недостойное поведение. И раз уж мы заговорили о воспитании, то разговаривать, стоя спиной к собеседнику, тоже не верх этикета. Кэролайн собрала всю волю в кулак и развернулась. Вот то, чего она так долго ждала, они сново встретились. Она смело посмотрела на «хищника», показывая, что ему ее не задеть. — Доволен? — дерзко, но ей было плевать. — Вполне, — и снова эта его самодовольная ухмылка. — Кстати, не нужно переживать о том, что ты не отвечал. Я напрочь забыла о тебе и твоей наглой физиономии, появилось много других дел, — наглая ложь слетала с ее уст, оба понимали, что она лжет, но гордость не позволяла признать обратное. — И какие же дела навалились на столь хрупкие плечи? — Клаусу хотелось вывести ее на чистую воду, или же просто хотелось как можно дольше любоваться школьницей пока та его не выгнала, он пока не решил чего хочет больше. — Это не твое дело, Никлаус. Мужчина удивленно поднял брови, ему было непривычно слышать свое полное имя из уст блондинки. Так что если она и пыталась сделать вид, что его отсутствие никак не повлияло на нее, то после полного обращения стало предельно ясно — девушка зла. Первородный решил, что самое время действовать и идти напролом, он сократил расстояние между ними еще больше, теперь они стояли в паре сантиметрах друг от друга, так что горячее дыхание Майклсона обжигало кожу девушки, отчего ее дыхание участилось. Теперь вся уверенность куда-то исчезла, она старательно отводила взгляд куда-то позади мужчины, а в голове была только одна мысль: «не смотри на него». Клаусу понравилась такая реакция и он решил зайти дальше. Двумя пальцами он обхватил подбородок девушки и заставил посмотреть на себя. — Ты очень красивая, синеглазка, — британский акцент, голос с хрипотцой, обжигающее дыхание — что может быть сексуальнее? Школьница почувствовала как на оголенную часть спины мягко легла теплая рука, этого хватило чтобы табун мурашек пробежал по коже. Эти самые руки вырывали сердца врагов, сворачивали шеи, одной рукой вампир мог бы расправиться с десятком людей, но сейчас эти руки держали девушку с такой осторожностью и нежностью, будто та была из фарфора и малейшее дуновение ветра сломало бы ее. Ноги подкосились, а живот заполнили бабочки, в этот момент она готова была упасть, если бы не сильные руки первородного. Вот он, тот самый момент, Клаус склонился к ней и уже было хотел потянуться за поцелуем, но его остановила звонкая пощечина и толчок в грудь, которые вмиг отрезвили его. Возможно, эта атмосфера и близость мужчины слегка вскружили голову школьницы, но перекрыть злость не смогли. — Ты что совсем сдурел?! То есть ты думаешь, что после твоего поведения ты можешь просто прийти целоваться?! Я по-твоему шлюха какая-то или может золотая рыбка с пяти секундной памятью?! — до этого, дорогой читатель, Кэролайн была просто зла, но теперь она была в бешенстве. Вампир уже было хотел раскрыть рот и что-то сказать, но в следующую секунду дверь комнаты открылась и зашла Ребекка, держа в руках коробку с обувью. — Кэр, я наконец нашла… — оторвав взгляд от обуви и обратив его на парочку девушка поняла, что по крупному влипла. Теперь ее ожидала взбучка: сначала от Кэролайн, которой она обещала, что этой встречи не будет, а потом наказание от Клауса, который строго-настрого запретил ей приближаться к его потенциальной жертве. — …туфли. В этот момент, Клаусу хотелось достать свой излюбленный клинок и всадить его в сердце сестры, ведь помимо нарушения запрета она пришла отнюдь не вовремя. Щеки Кэролайн вмиг стали красными, будто ее застали за чем-то ужасно постыдным. — Нам с тобой нужно будет поговорить, сестра, — строго обратился он к Ребекке, а после одарил школьницу прощальным взглядом. — Рад был встрече, Кэролайн, — и вот сново тот холодный безразличный голос, будто это не он сделал комплимент Кэролайн и лез целоваться еще минуту назад. — Как же я его ненавижу, — последовали слова сразу после того, как дверь комнаты закрылась. Ребекка не смогла сдержать усмешки, за что получила злобный взгляд подруги, — ты обещала, что его не будет дома. — Ну откуда же я знала, что он вернется так рано. За этим последовал злобный полувздох полустон школьницы. — Ладно, давай забудем о моем придурковатом братце и посмотрим что же я принесла. … Девушки провели вместе около двух часов, поначалу обсуждали образ, которых у них вышел, а затем плавно перешли к историям из жизни. Кэролайн узнала, что Ребекка с братьями сменили несчетное количество городов, но именно Мистик Фоллс имел для их семьи особое значение, как-никак город детства. Когда солнце за окном стало заходить, Кэролайн решила, что она засиделась в гостях и ей пора идти. Несколько раз отблагодарив Ребекку, Кэролайн ушла. За тем, как фигура девушки удалялась все дальше, наблюдал Клаус из своего окна. Он стоял явно в ожидании чего-то, точно зная, что сейчас что-то должно было произойти и он намеревался стать свидетелем этого момента. Стук каблуков гулко отзывался в ушах, в этой местности было безлюдно и достаточно тихо, чтобы было слышно пение птиц из прилегающего леса. Тут из сумочки девушки раздался телефонный звонок, она удивилась, поскольку мать еще была на работе, а с подругами она говорила совсем недавно. Достав мобильник из сумочки, на экране высветилось имя «Стефан». Девушка остановилась и ответила. — Привет, Стеф! — Привет, Кэр, — в отличие от тона девушки парень звучал не столь оптимистично и даже как-то виновато. Кэролайн нахмурилась. — Что-то случилось? — вопрос в лоб, она не любила пустой болтовни. — В общем, Кэр, мне очень жаль, но я не смогу пойти с тобой на бал. Такой новости школьница не ожидала и ее накрыла волна паники. — Что? Как? Почему? — Прости, у меня появились важные дела, которые нельзя отложить. — Но, Стефан, ты же обещал! Мне больше не с кем пойти, ты меня очень подводишь. — Знаю, мне правда очень неловко отказываться в последний момент, но так вышло, — по тону его голоса было понятно, что ему действительно жаль. — Ладно, ничего, понимаю. Пока. Блондинка сбросила вызов. Она устало выдохнула, провела рукой по волосам и уже начала перебирать всевозможные варианты решения данной проблемы. Сколько она не думала но в голову все равно приходил один единственный человек. Отсутствие иных вариантов ужасно ее злило. — Только не это… Тем временем, Клаус, все еще стоящий у окна, победно улыбнулся, все шло так, как он спланировал. … *За день до* — Ну ладно, я подслушал кое-что интересное, — признался парень. — Говори уже, — Клаус устал ждать. — что ты там узнал? — Это про твою блондинку, — самодовольно произнес Кол и залпом выпил содержимое своего стакана. — Продолжай. — Я знал, что ты заинтересуешься. Во время поиска обеда я решил заскочить в «Мистик гриль» и там неожиданно обнаружил младшего Сальваторе, сидящего за барной стойкой. Я хотел подойти и поболтать с ним по душам, но он был занят разговором по телефону. Обычно, такое меня бы не остановило, но я услышал имя твоей блонди и любопытство взяло вверх. — Ближе к делу, — терпение никогда не было сильной стороной Клауса. — Девчонка позвала Сальваторе на бал мисс Мистик Фоллс, чтобы он был ее кавалером. — Он согласился? — Конечно, это же благородный Стефан Сальваторе, который готов помочь всем бедным и нуждающимся. «То есть она предпочла Сальваторе мне?» — эта мысль вызвала у Клауса смешанные чувства, еще никогда и никто не выбирал кого-то вместо него, а потом появилась эта девчонка и перевернула все с ног на голову. Он не собирался спускать этого с рук, она пойдет туда только с ним или же вовсе не пойдет. Если так решил Клаус Майклсон, то он обязательно позаботиться, чтобы так оно и было. На следующий же день Клаус пришел к дому Сальваторе. Ему открыл Деймон, который сейчас лишь только мешался бы, поэтому без лишних слов Майклсон легко свернул тому шею. На глухой звук падающего тела мигом пришел Стефан, он то и был нужен первородному. На вампирской скорости мужчины зашел в дом, схватил парня за шею и прижал к ближайшей стене, оторвав его от пола. Поскольку ранее Елена уже приглашала Клауса в дом приглашения больше не требовалось. — К…кла…ус, — кое-как произнес Стефан, хватка на горле которого становилась все сильнее. — Как мило, что ты меня узнал, старый друг. Нет, в этот раз я не за вашей драгоценной Гилберт, можешь разжать булки. Но, если ты не выполнишь мои условия, то я обязательно вернусь и уже не буду церемониться, а просто вырву сердце сначала твоему брату, а потом тебе, понял? — Д…да… — Вот и молодец, — он разжал руку и Стефан с грохотом упал на пол, жадно глотая воздух. — Что…тебе…нужно? — Мне птички напели, что ты собрался сопровождать на бал юную дочку шерифа Форбс, — Стефан удивленно и в то же время непонимающе уставился на своего мучителя. — О, Стефан, не удивляйся, у меня повсюду есть свои уши. Мне нужно, чтобы ты сказал девчонке, что не сможешь с ней пойти. Не бойся, я не собираюсь вредить Кэролайн, пока не собираюсь. И не смей задавать мне вопросы, я все еще могу разозлиться и разобраться с твоим братом. Ты сделаешь то, что мне нужно без лишних вопросов. Конечно, я мог бы внушить тебе это сделать, но тогда было бы не так интересно. Кивни, если до тебя дошла суть поставленной задачи. Стефан, все еще пребывающий в шоке и недоумении, молча кивнул. Этого Клаусу было достаточно, он пошел на выход, но на половине вновь обернулся на старого друга. — И еще, о нашем небольшом договоре никто не должен узнать, ни одна живая душа. Проболтаешься, я узнаю и приведу свои угрозы в исполнение.