Я покину тебя!.. Даже ценой собственной жизни..

— У госпожи мы заметили ярко-алые пятна почти по всему телу, она очень горячая, но мы не можем понять что с ней, однако мы считаем что это может быть отравлением.. Обычным или даже намеренным. Нужны другие лекари. — Пятна? Не было никаких пятен, отравление? Её отравили?! Чем? — султан был в ярости и готов был убить, ни в чём неповинного лекаря. Падишах сорвался с места и побежал к Хасеки, отдав приказ о приходе Яхье-Эфенди. Сулейман подошёл к жене. К этому времени она была вся красная. В этих алых, как огонь пятнах. У него лицо побелело от увиденного. Пятна не дошли лишь до лика госпожи, при этом сильно опухли. Мужчина сел рядом на постели и взял девушку за руку. — Хюррем моя, как могло такое произойти? Я не могу поверить.. Но я уверяю тебя, что если это действительно покушение на твою жизнь, то виновный понесёт суровое наказание за свои действия. Если я не сдержу своё слово не быть мне больше султаном! — начал он, — Очнись пожалуйста, мне больно видеть тебя такой.. Хюррем прошу тебя! У него даже скатилась слеза. Маленькая капля упала на руку девушки, от чего Сулейман почувствовал её шевеление. — Хюррем? Как ты? Наконец ты очнулась! Девушка смотрела вверх, будто не слышала падишаха. Позже медленно перевела взгляд и на мужа. — Сулейман.. Мне очень плохо.. Что со мной? — тихо прошептала она с перерывами. Хасеки начала сильно кашлять и задыхаться. Султан очень испугался и единственное, что пришло ему в голову это лишь дать ей воды. — Всё-всё, нормально, я успокоилась, воды не надо. — Как ты? — испуганно спросил повелитель. — Лёгкие разрываются, всё чешется и живот режет сильно.. Почему?.. — Сейчас придет Яхья-эфенди и поможет тебе, но воды выпей, хотя-бы пару глотков пожалуйста, тебе это нужно Хюррем. Он помог ей выпить воды и в скором времени пришёл лекарь и начал осмотр, начал также попутно задавать вопросы, долго он осматривал госпожу и вскоре было понятно, что это не совсем яд, а аллергия, но на что? — Вы наверное что-то съели, то, на что у вас явно аллергия госпожа. — Хюррем? Что ты ела вчера перед сном? — Я не помню, но у меня уже было такое раньше. Хотя нет, помню, мне вчера принесли фруктовый салат. Но что такое может быть? — тихо проговорила султанша. — А кто принёс Хюррем? — Моя служанка Назлы. Но Сулейман, знай она не могла сделать ничего дурного. Не трогайте её, врядли это от фруктов.. — Ты уверена, что ей можно доверять? Мало ли что бывает в жизни и ты это знаешь. — Да, я в ней абсолютно уверена, она мне очень верна Сулейман, даже под угрозой смерти она меня не предаст. — Я прикажу Ибрагиму заняться этим, и мы вскоре поймём в чём дело. Узнаем, что соучилось в действительности. Назлы-хатун будет допрошена. Хюррем безнадежно посмотрела на мужа, прекрасно зная то, что Ибрагим ничего не сделает чтобы докопаться до истины, ведь ему это далеко было не нужно. — Повелитель смотрите.. Такое появляется при аллергии на цитрусы! Госпожа вы употребляли цитрусы в последние дни? — девушка лишь помотала головой, — значит кто-то все-таки этому поспособствовал.. — Я вообще не ем цитрусы, никогда не хотелось.. В детстве был подобный случай, что мне было плохо, но не до такой степени. Но обсыпало меня примерно также.. — Кто-то влил сок по-видимому.. Больше я ничего сказать не могу госпожа, а точнее больше и нечего говорить. Сулейман вышел из покоев и с яростью направился к Ибрагиму. Но кто и откуда знал что у Хюррем аллергия? Хюррем знала, что ей плохо из-за цитрусовых, но не знала, что это аллергия, а кто-то видимо это пометил, что госпожа не ест эти фрукты и влил сок. Ибрагим допросил Назлы, та рассказала то, что ей эту тарелку передала одна девушка из гарема. Позже её привели и начали жёстко допрашивать и выяснилось, что на днях эту девушку осадила Хюррем при всех и тогда та и решила отомстить, подлив ей лимонным сок. Как просто, даже яд не понадобился и решили бы, что это случайность, просто аллергия.. Не более.. Девушку бросили в темницу. Паша доложил обо всём повелителю. — То есть она призналась? Где она сейчас? — Она в темнице повелитель, что прикажете с ней делать? — А что именно сказала Хюррем ей? Что девушку вынудило убить мою жену? — Она сказала, что госпожа оскорбила её словами. А если быть точнее, то она сказала: «я бы тебя обидела, но лучше природы у меня явно не выйдет». Рабыня в действительности не привлекает к себе внимания, темная и невзрачная. Она вовсе не приятная особа, грубая, агрессивная. Даже рабыни с ней не контактируют от слова совсем. Девушка довела госпожу тем, что та разозлилась на шехзаде Баязида, он врезался в неё. Рабыня начала кричать, вот и госпожа сильно разругалась с ней. Удивляюсь как после этого Хюррем Султан не приказала её как-то наказать. Всё это было при всех, вот поэтому так получилось повелитель. — Нелепо. - сделал он паузу. - Ты спросил, что делать.. Девушку за покушение нужно казнить! — зло сказал Сулейман, посмотрев на друга. — Этой ночью! — Как прикажите повелитель, — Ибрагим удалился, а повелитель вернулся в свои покои к жене. Сулейман подошёл к ложу рыжеволосой и поцеловал в лоб. Девушка приоткрыла глаза и слегка улыбнулась ему. — Мой Сулейман, Султан моего сердца, любовь моя.. Приблизься ко мне милый.. - полусонно проговорила девушка, падишах приблизился и девушка поцеловала его в губы. — Хюррем моя, я рад, что тебе легче.. Мазь лекаря явно помогает, пятна исчезли почти, сейчас тебе надо выпить этот отвар и всё, — мужчина погладил жену по щеке, после встал за отваром и помог Хасеки его выпить. — Спасибо Сулейман.. Я рада, что ты рядом. Кстати ты мне ничего не рассказал, что случилось со мной?.. Ты собирался допросить мою служанку.. — Рабыня Эленика, ну та, в которую врезался Баязид устроила всё это и продлила тебе сок, но как она могла узнать, если даже ты толком об этом не знала? В общем это уже не важно, она своё получит Хюррем. Вообще я отдал приказ следить за рабынями и таких агрессивных сразу пресекать. Махидевран вообще должна следить за этим всем, однако я не понимаю о чём она думает Хюррем. — Эленика?.. Как я сразу не поняла Сулейман.. Она всегда как-то косо смотрела на всех. Насчёт Махидевран я и говоритъ ничего не хочу, ты выбрал её управляющей гаремом и считаешь, что она справится. Раз ты так сделал, то ты в ней уверен Сулейман. Иншалла она справится.. Я не буду больше обсуждать всё это. Хюррем переключилась с более нормального настроения на ужасное, ведь мать главного наследника она не переносила, потому что мало того, что она есть, так ещё и гарем перешёл в её руки после того, как слегка Валиде. Хюррем не хотела ругаться с мужем из-за этого, ведь это его слово и выбор, однако убрать или очернить Махидевран в глазах султана Хасеки намеревалась и очень скоро, потому что мать главного наследника не хотела отдавать гарем «по-доброму», всего лишь отказавшись. Точнее не подставить, а всего-то вскрыть все карты и найти проколы черкешки хотела Хасеки, для того, чтобы султан сам лишил Махидевран нового статуса. Хюррем действительно не желала ругаться с мужем, она хотела показать, что действительно Махидевран это не тот человек, которому стоило доверить гарем. Не долгим будет её правление и однажды брюнетка допустит ошибку. Всему хорошему всегда приходит конец. — Ты снова из-за гарема так себя ведешь, ведь так? — Прости Сулейман, но а что ты хочешь услышать? Ты говоришь, что это прокол Махидевран, я пытаюсь перевести тему. Как я себя веду? Да, я действительно считаю, что она ничего не может и на этом можно остановиться. Я просто не хочу обсуждать это больше, ты сам жаловался только что и винишь меня. Я ничего не сделала.. Я вообще молчу уже сколько. Махидевран пол года тут свои порядки наводит, думаешь мне легко? Нет Сулейман, ещё немного осталось моего терпения. Она всюду суёт свой нос. Я спокойно дышать не могу. Это ненормально. Я не могу больше молчать. Пожалуйста сделай что-нибудь.. — Прекрати Хюррем! Пока Валиде не придёт в себя Махидевран её заменяет, ты как и все другие должна молчать, однако твоих рабынь оставили, лишь на это она прав не имеет, остальное в полном её подчинении. Она тебя не трогает, живи спокойно. Я понимаю, тебе не приятно, однако обычаи гласят так поступать. Шехзаде Мустафа старший наследник и сын Махидевран, поэтому она сейчас за место Валиде и тебе придётся смириться с этим. Тебе всё ясно? Султан понимает реакцию Хюррем и давить сильнее ему не хотелось, хотя того, что он говорил и так было достаточно сильно. Падишах знает, что у Хюррем больше прав, чем у матери главного наследника, но гарем в руках Махидевран всё равно, хоть Хюррем его законная жена. Махидевран лишь сын дал ей какую-то власть получается. Хюррем стояла третья по иерархии и могла делать, что ей угодно, а мать старшего наследника была примерно на ровне с рабынями. — Я не смирюсь Сулейман. А знаешь, я лучше вернусь к себе. Не это я хотела услышать... У Хюррем ужасно рассказывалась голова, однако говорить об этом мужу она сейчас не желала, показаться вновь слабой девушка тоже не хотела. Решила терпеть дальше, — Ты вновь меня отсчитал, а за что? Ты сам завёл разговор о ней и сейчас злишься.. Мне обидно вдвойне от всего происходящего Сулейман. Ты поставь себя на моё место.. Я ничего такого не сказала, а лишь пожелала справиться Махидевран с её обязанностями, но ты меня не так понял. Я действительно пойду в свои покои. — Хюррем успокойся. Ты никуда не пойдёшь и останешься здесь! Это не обсуждается. Ты даже встать не можешь. Ты слаба. - твердо произнёс он. — Ничего, думаю сил хватит повелитель. Позовите лучше Махидевран, она-то поднимет вам настроение. - также твердо ответила Хасеки. — Немедленно замолчи Хюррем, как ты смеешь так со мной говорить! — громко проговорил султан. — Я ухожу, я не могу так больше. — проговорила шёпотом султанша и скинула одеяло с себя. — Хюррем, ляжь, тебе нельзя вставать! — Вас это совсем не волнует, если бы вы действительно так боялись, не пытались меня заставить думать об этом всём и нервничать тоже, — встав с кровати проговорила рыжеволосая. С султаном она говорила на «вы» лишь когда злилась, а раньше когда перегибала палку и понимала, что сейчас влетит, пыталась сгладить острые углы немного. Но и когда что-то просила, либо при ком-нибудь она говорила с ним официально. У Хюррем кружилась голова тоже из-за этой боли. Она прикрыла глаза. Султан аккуратно взял её за руку и медленно отвёл к постели, сев с женой на кровати. — Меня ужасно беспокоит твоё состояние, ты останешься здесь. Я вообще не хотел заставлять тебя нервничать, давай забудем то, что сейчас было. Прости меня, я виноват. Но ты же понимаешь, что Махидевран я не могу просто так убрать с этой должности? Так гласят правила. Пока никаких серьёзных повинностей за ней не было. Дальше посмотрим. Это последний шанс для неё исправить свои прошлые глупости и ошибки, пусть она попробует. Я думаю мы договоримся Хюррем? Оставь её, если что-то случится говори мне, поняла? Я сделаю так, чтобы её права не выходили за рамки, тем самым не нарушая твои границы. Ведь я понимаю, тебе не приятно, но ещё немного потерпи. Хюррем была рада, что султан понял свою ошибку и исправил, однако из-за боли в голове ей было так плевать. Она сидела оперевшись об мужа закрытыми глазами, который её обнимал, одна его руку лежала у неё на голове и перебирала её кудрявые и огненные пряди волос, иногда поглаживая рыжую макушку. Они просидели молча так не долго, Хюррем чувствовала ужасный дискомфорт из-за этих повязок по всему телу и слегка отдалилась от мужа. — Сулейман? — Я тебя слушаю Хюррем, что случилось, ты почему отдалилась? Что-то не так? — Дело не в тебе Сулейман и вообще, давай потом поговорим об этом всём?..Я хочу в хаммам. — Пока нельзя. Жар ещё не до конца спал, как спадёт пойдём вместе. У тебя голова кружится. — Я не могу уже, мне неприятно, и эта мазь надоела, хочу смыть всё с себя. — Хюррем, нет, вечером пойдём, это моё последнее слово, а пока ложишь тебе должно стать легче, прошу тебя! В ответ лишь стояла тишина. Хасеки была недовольна или даже растроена. — Меня правда беспокоит твоё состояние, я боюсь за тебя, ты говорила, что всё хорошо, но тебе стало плохо! Посмотри на меня милая, — сказал он поцеловав её в руку. — Мне холодно очень, в хаммаме я бы согрелась, и ты там будешь, что может случиться когда ты рядом? — проговорила госпожа глядя султану в глаза. — Позвольте пожалуйста. — жена падишаха решила всё-таки уговорить его. Ей баня сейчас была жизненно необходима. — Ладно, только обещай мне, если тебе станет плохо мы уйдём. Пообещай мне! — Разумеется Сулейман, я обещаю тебе. *** Девушка села на плиту у неё по-прежнему сильно кружилась голова, та прикрыла глаза и уперлась руками о плиту. Сулейман это заметил и одернул её. — Хюррем? Что случилось? — Нормально всё, прошло, давай я тебе помогу помыться? — девушка хотела привстать, но он ей не позволил. — В этот раз я тебе помогу. Не следует тебе так напрягаться, и ещё несколько дней ты и шагу не ступишь с моих покоев, будешь жить со мной пока не поправишься. — Ладно.. — безучастно проговорила девушка. — Ты что не рада? — удивленно посмотрел он на Хасеки. — Что ты, что ты! Конечно же я рада, но в этом нет необходимости.. — Вопрос закрыт Хюррем. Девушка кивнула и Сулейман начал ей помогать мыться. Сегодня они пошли в общий хаммам, ведь личный хаммам повелителя не подготовили после уборки в нем. Сулейман начал мылить жену, аккуратно без резких движений, ведь у той очень сильно ломило тело. И тут в хаммам пришла Махидевран..