среди нас

      — Итак, коллеги, у нас внештатная ситуация: на станции произошло убийство, — все присутствующие испуганно переглянулись, а после синхронно посмотрели на Обси. Бледный, глаза и нос краснющие, а сам сидит трясётся. За руку его держит Душенька. — Был убит Хайди, наш лаборант. По кафетерию пошли перешёптывания. Кто-то выражал соболезнования Обсидиану, кто-то пытался понять, кто вообще способен на такое, а кто-то просто молча охреневал. Их осталось двенадцать. Один из них — убийца. Но кто? Подозрения пока ни на кого не падали. Даже на Тайма, которого нашли на месте преступления рядом с трупом. По его состоянию и так было понятно, что лаборант к инциденту никак не причастен. Осталось одиннадцать подозреваемых. — Я прошу вас не поддаваться панике! — Не поддаваться панике?! — возмутился Пугод. — У нас человека убили, а ты говоришь нам быть спокойными? — Я понимаю, мы все сейчас напуганы, но нам нельзя поддаваться панике. Старайтесь свести к минимуму все конфликты, не выходите из комнат после отбоя, не заходите в тёмные углы и не ходите по одному. Держитесь хотя бы по два-три человека. Это базовые правила безопасности, старайтесь их соблюдать.

***

      В комнате лаборантов царила напряжённая атмосфера. Парни сидели на своих кроватях, смотря на пустую койку друга. Каждый был в своих мыслях. — Да... Теперь как-то пусто сразу стало... — тихо произнёс Душенька. — Хайди все грустные моменты скрашивал. — Ну Душенька... Зачем? Я только недавно успокоился. — Прости, не подумал... — Душа виновато опустил голову. — Мне теперь это ещё долго сниться будет. Я так испугался. — Я представляю... — Теперь мне страшно. Мне страшно, что убьют ещё и тебя... — Э-эй, Обси... — Я не хочу потерять ещё и тебя. Я не хочу остаться один. — Обси, Обси, — парнишка в розовом костюме пересел к нему на кровать, кладя руки другу на плечи и ощутимо сжимая, — ты чего? Всё будет хорошо, не переживай. Мы будем ходить вместе, как и сказал Альцест. Не бойся, я с тобой. — Мы даже не знаем, кто убийца. А главное — у кого рука поднялась на собственного коллегу? Он ведь ни с кем не ругался, со всеми был добрым. За что его? — Обси, пожалуйста, успокойся. Тебе нужно перестать об этом думать, ты делаешь себе хуже. — Я понимаю, но я не могу с этим ничего поделать. У меня до сих пор перед глазами его тело... Душенька, я не могу... — парень обнял друга, пряча лицо в его груди и давая волю слезам. — Я уже ничего не понимаю. Я боюсь каждого человека на этой треклятой станции! Я понимаю, что в любой момент какой-то псих может прийти и убить меня, или тебя, или кого-то ещё. Я спать не смогу после этого. Если ещё и с тобой что-то случится, то я просто не переживу. — Обси, — Душа кладёт одну руку ему на голову, плавно поглаживая волосы и пропуская их сквозь пальцы, — всё будет хорошо, я обещаю. Я не дам тебя в обиду, и себя не дам. Держись за меня, я всё ещё с тобой. — Спасибо... — Всё хорошо, родной, всё будет хорошо.

***

      — Кавкин, сходи к Заку, попроси его фильтры на воде поменять, — обратился Модди, стоящий в дверях комнаты, к академовцу, лежащему на кровати и читающему какую-то книгу из ряда фантастики. — А чего сразу я? Пускай вон, Змец сходит, он же так рвался сходить прогуляться. — А чего я? — Сразу возмутился Змец. — Я тогда хотел, сейчас уже не хочу. — Ссыкло. — Нет! — Тогда докажи! — Ребят, вы чего? — вмешался Севетян. — Нам же сказали не ходить по одному. — Я не ссыкло, в отличие от некоторых. Я сам схожу. — Змец, не надо, — начал отговаривать парня лаборант. — Тут два шага пройти до генераторной. Туда и обратно, я быстро. Академовец вышел, закрывая дверь в комнату и направляясь в генераторную с целью оставить там записку для Зака, ибо тот почти не пользуется коммуникатором. Заходя в помещение, парнишка почувствовал чьё-то присутствие. Не обратив на это внимания и списав всё на паранойю, он подошёл к маленькой полочке, на которой хранятся клейкие листочки и ручка для записок. Взяв один листочек, академовец принялся писать технику "послание". Сзади послышались чьи-то тихие шаги. В следующую секунду Змеца уже затаскивают за один из генераторов, зажимая рот рукой и держа нож у горла. Парень в панике начал вырываться, но тот, кто стоял сзади, явно превосходил его по силе. — Будешь дёргаться — прирежу сразу, — послышался из-за спины голос. Змец замер, часто и поверхностно дыша. Паника нарастала от осознания того, кто стоит за его спиной. — Такой красивый парень... А ведь тебе говорили, что ходить по одному опасно, ты не послушал. Настало время расплаты за свои проступки. Змец начал шевелиться, пытаясь выбраться, но уже в следующую секунду почувствовал резкую, пронзающую боль, волной расходящуюся по всему телу. Мир перед глазами потемнел. Парнишка ничком упал в руки стоящего позади человека. Тот оттащил уже не дышащее тело подальше за генератор, а после скрылся в подсобном помещении этой же комнаты, блокируя дверь.

***

      — Нет... Пожалуйста, нет, это не мог быть я... Но... Как я там вообще оказался? Это не я его убил, не-ет... Но у меня был нож, у меня руки и одежда в крови. Я не понимаю, что происходит! Почему я это делаю? Я не хочу! Убийца сидел в подсобке около стены. Тело трясло, из глаз безостановочно катились слёзы, а к горлу подступала паника. Он правда не понимал, что происходит. Зачем он это делает? Или это и не он вовсе? Как он оказывается на месте преступлений? Он не понимал этого. Он уже ничего не понимал. Он помнил, как выходил из комнаты управления после разговора с Неадаптером, а в следующую секунду он уже в генераторной. Перед ним — мёртвое тело академовца, а в руках нож. Он в крови. Это не я...

***

      — Что-то его долго нет, — произносит Кавкин, смотря на время. — Я пойду проверю. — Стоять, — его тут же останавливает Модди, — я иду с тобой. А ты, — он переводит взгляд на Севетяна, — блокируешь дверь и сидишь тут. Понял? Лаборант кивнул. Двое исследователей же вышли из комнаты, направляясь в сторону генераторной.       — Почему тут так сильно пахнет железом? — спросил Кавкин, прикрывая нос рукой. — Не знаю, так не должно быть. Стой около входа, никуда не отходи, я пойду проверю. Модди вошёл в помещение и принялся искать источник запаха, в то время как Кавкин сторожил вход. — Твою мать... — послышалось от старшего наблюдателя. — Что там такое? — Кавкин подошёл к нему и взглянул на объект удивления. — Какого?.. К горлу подступил тошнотворный ком с примесью слёз. Вот он, его друг. Лежит в луже собственной крови с перерезанной глоткой. В глазах — застывший ужас. Академовец хотел было подойти к нему, но был тут же остановлен крепкой хваткой Модди на своём плече. — Стоять! Тут могут быть улики. — Но он... Может он ещё жив! — Ему горло вскрыли, посмотри сколько крови вокруг. У него не было шансов. — Нет... Нет, нет, пожалуйста... Этого не должно было произойти, на его месте должен был оказаться я! Модди, держа одной рукой истерящего юношу, набрал на коммуникаторе код Альцеста. — Модди? Что-то случилось? — Сгребай Клайда в охапку и в генераторную. У нас второе убийство.

***

      Кавкин, всё ещё в состоянии шока и под дозой успокоительного, вернулся в комнату. Там его уже встречал встревоженный Севетян. — Кавкин? Ты почему один? И что вообще происходит? Я какую-то беготню слышал. Эй?.. Ты чего такой бледный? Кавкин, ничего не ответив, уселся на свою кровать и уставился в стену пустым взглядом. Лаборант присел около него на корточки. — Кавкин, где Модди и Змец? Что происходит? — Змец, он... Его убили, — тихим голосом произнёс парень. — Чего?.. К-как убили? Кто? — Я не знаю! — сорвался академовец. — Подожди-подожди, успокойся и расскажи, что произошло. — Успокоиться? Я только что своими глазами видел труп своего лучшего друга, а ты предлагаешь мне успокоиться?! — Кавкин, — Севетян положил руки на колени друга и заглянул ему в глаза, — посмотри на меня. Я понимаю, ты напуган, тебе плохо, но если ты расскажешь, что случилось, станет легче. — Что я тебе расскажу? Мы с Модди подошли к генераторной, оттуда железом несёт. Он пошёл проверить, а я на входе остался. Модди потом сказал что-то, я подхожу и... Там он лежит, за генератором. Крови много, горло перерезано... А дальше я не помню. Там Альцест с Клайдом пришли. Они что-то говорили, я не слышал, мне плохо стало. Клайд ещё потом мне что-то вколол. — Господи... — Я просто не понимаю, что происходит. Я уже ничего не понимаю... Кто это всё делает, зачем? Что ему сделал Змец? А Хайди? В чём они виноваты были? — к горлу снова подступил жгучий ком из обиды и боли. Глаза начали слезиться и Кавкин быстро протёр их рукавом костюма. Но это не помогло. Опустив голову на колени и спрятав лицо в сгибе локтя, исследователь прерывисто выдохнул, сжимая руки. Севетян пересел на кровать, обнимая друга. Не выдержав напряжения, Кавкин всё же дал волю эмоциям, заполнившим его полностью. Слёзы стекали по бледным щекам и, срываясь, падали на пол, разбиваясь, пока перед глазами стояла картина умершего Змеца. — Ведь это я изначально должен был быть на его месте... Модди ведь меня отправлял, — надрывистым голосом произнёс парень. — Не говори так. Он принял на себя удар, чтобы ты остался жив. — Он не хотел этого! И я не хотел! — А он не хотел бы, чтобы ты винил себя. Давай, Кавкин, успокаивайся. Помнишь, что он говорил тебе в академии? — "Твои эмоции — мои эмоции", — процитировал Кавкин. — Во-о-от. И он явно бы расстроился, увидев тебя в таком состоянии. — Ладно, всё, я спокоен, — парень поднял голову, вытирая остатки слёз рукой. — Нам нужно держаться вместе. — Вот, это правильное решение. — Я найду того, кто это сделал, и лично его пришью. — Тихо-тихо, не надо так резко. Ты всё ещё в состоянии шока, тебе отдохнуть можно, — попытался осадить друга Севетян. — Со мной всё в порядке. — Нет, не в порядке. У тебя слишком много эмоций за сегодняшний день. Тебе нужно поспать, давай. Кавкин, хоть и нехотя, но всё же согласился. Он лёг на кровати, поджав ноги к груди и отвернувшись к стене. Лаборант заботливо прикрыл его одеялом и сел на свою кровать, отписывая Модди сообщение, что с его подопечным всё более-менее хорошо.       По Земному время уже давно перевалило за полночь. Все на станции спали, включая и оставшихся двух академовцев. Вот только если Севетяну уже давно ничего не снилось, то Кавкину наоборот, всегда снились довольно реалистичные сны. Так же произошло и сейчас... Севетян проснулся от того, что его друг слишком активно начал ворочаться. Сев в кровати, лаборант посмотрел на товарища. В комнате было довольно темно, но свет от квазара позволял увидеть спящего парнишку. Он метался по кровати, сжимая простынь в руках и что-то бессвязно бормотал. Встав со своей кровати и подойдя к соседней, Севетян увидел, что тот пытался ухватиться за кого-то во сне. Присев на край кровати, парень взял друга за руку. Тот сначала успокоился, а потом резко подорвался, принимая сидячее положение и судорожно осматриваясь. Исследователь тяжело дышал, смотря то на сидящего рядом друга, то на пустующую кровать Змеца. — Тише, тише, ты чего? — спросил Севетян, смотря на испуганного Кавкина. — Где Змец?! — тот всё ещё осматривался, пытаясь взглядом выцепить знакомый силуэт своего товарища. Его не было. — Кавкин, успокойся, ляг обратно, — попытался успокоить его парень. — Севетян, где он? — взгляд лихорадочно бегал по комнате, руки тряслись. У него в чистом виде паника. — Кавкин, послушай меня, — лаборант смотрел на его лицо и крепко сжимал руку в своей, — Змеца убили. Его больше нет. Я не знаю, что тебе приснилось, но тебе придётся смириться. Взгляд парнишки наконец остановился на лице друга. Севетян сдавленно выдохнул, обнимая Кавкина и прижимая к себе. Тот едва сдерживался, чтобы не разрыдаться ему в плечо. Тело лихорадочно трясло, а рука сжимала одежду на плече лаборанта. — Чш-ш, тише, всё хорошо... Дверь в комнату открылась и в неё заглянул сонный и растрёпанный Клайд с вопросом: "у вас всё хорошо?". Увидев плачевное состояние Кавкина и пытающегося его успокоить Севетяна рядом, парень вошёл в комнату, закрывая дверь и присаживаясь на край кровати. — Что с ним? — тихо спросил медик. — Змец приснился походу, — так же тихо ответил ему лаборант. — Бедный парень... — Клайд положил руку Кавкину на спину, плавно поглаживая. — Как давно они дружили? — С детства. Вместе закончили школу, вместе поступили в академию и закончили её. Они всегда друг рядом с другом были, практически не ссорились. Змец вообще хорошим челом был. Добрый, поможет всегда. Классный друг в общем... — Жалко парня, совсем ещё молодой был... — совсем тихо, почти шёпотом произнёс Клайд, глядя на уже более-менее спокойного Кавкина. — Ладно, давай не будем о нём. А то Кавкин сейчас наслушается и опять расплачется. У него и так нервы уже ни к чёрту. — Надо будет ему с утра ещё один укол сделать, — медик потрепал академовца по плечу и встал с кровати. — Ладно, пойду я дальше спать. И вы ложитесь, рано ещё, четыре утра только. — Да, да, сейчас ляжем, — ответил Севетян, укладывая уже задремавшего Кавкина на подушку и укрывая одеялом. — Бывайте, ребят, — Клайд покинул комнату.

***

      На следующем утреннем собрании все были уже в курсе второго убийства. Все с сочувствием смотрели на друга погибшего академовца. Сам же Кавкин сидел тише воды ниже травы. Даже у Пугода, самого весёлого человека на борту, не получалось его разговорить. В итоге он бросил это гиблое дело, лишь похлопал сочувственно по плечу. Парень всё это время смотрел на свои руки, теребя серебряное кольцо со змеёй. Старый подарок друга. — Друзья, доброе утро! — поздоровался вошедший в помещение Альцест. Проходя мимо сидящих исследователей, он потрепал Кавкина по плечу. Тот весь сжался, начиная активнее перебирать между пальцев кольцо. — Несмотря на происходящие на корабле инциденты, мы вынуждены продолжать работу по приказу начальства с Земли. Сегодня наша цель — квазар, — мужчина окинул взглядом присутствующих. Заострив внимание на Заке, он задал ему вопрос: — Зак, ты хорошо себя чувствуешь? — Ну... Да, — Заквиель непонимающе посмотрел на начальника, — А в чём дело? — Ты какой-то слишком бледный. Точно всё хорошо? Весь экипаж разом посмотрел на механика. Тот действительно выглядел бледнее обычного, синяки под глазами стало видно отчётливее, а сам он был крайне немногословен. — Я... не выспался просто, — замялся Зак, стараясь тем не менее выглядеть убедительно. Альцест не выглядел убеждённым, но докапываться до парня не стал. — Ложись сегодня спать пораньше, — ответил Альцест, возвращая взгляд на сидящих за столом людей. — Так вот, наша цель сегодня — квазар. Как вы знаете, это ближайший к нам квазар, который вдобавок ещё и запитывается от двух чёрных дыр сразу. Наша задача — понаблюдать за его поведением. Итак, задания, — начальник перевёл взгляд на парней-лаборантов, — Лаборанты — сегодня для вас работы нет. Вы уже отчитались по прошлым образцам? — Да, все отчёты отправлены, — отозвался Обси. — Отлично, значит сегодня вы отдыхаете. Дальше — исследователи — вы на оборудовании. Наблюдаете, фиксируете, отчитываетесь. Ясно? — Так точно, — ответил за всю группу Модди. — Хорошо. Стёпа — держишь курс, помогаешь исследователям. — Понял, — отозвался Неадаптер. — Замечательно. Собрание окончено, всем спасибо. Далеко не разбегайтесь, скоро завтрак. Альцест покинул кафетерий. Следом за ним оттуда вышли и другие астронавты, расходясь по коридорам.       Кавкин, отбившись от толпы, в гордом одиночестве шёл по какому-то коридору. Голова была абсолютно пуста, ни единой мысли. Клайд перед собранием вколол ему ещё дозу лекарства, и теперь на место бурных эмоций пришла удушающая пустота, пожирающая изнутри и не дающая сделать нормальный вдох. Но парню было уже всё равно. Он был готов на всё, лишь бы не чувствовать больше ту боль. В коридоре его нагнал Обси. — Кавкин, стой! — Тайм подлетел к нему, замедляясь и дыша через раз. Сразу видно — бежал. — Ты чего тут один ходишь? — Да я... не знаю, — ответил Кавкин, смотря в пол. Он не ожидал, что кто-то его тут заметит. — Ты как вообще? — задал вопрос лаборант. — Нормально, — сухо ответил ему тот. — Слушай, я понимаю что ты потерял друга и... — Обси, — перебил его исследователь, — давай не об этом, пожалуйста. Я и так ещё до конца не отошёл. — Ладно, прости, — стушевался Обсидиан. — Я просто хотел сказать, что ты всегда можешь обратиться ко мне, если почувствуешь себя плохо. Кавкин остановился. — Блин, Обси, прости. Я не хотел на тебя срываться. Оно само как-то вырвалось... — Ничего страшного, не переживай на этот счёт. Я понимаю твои эмоции и то, что ты чувствуешь. Мы с тобой оба пережили это, поэтому мы в одной лодке, помни. — А ты... как ты себя чувствуешь? — За меня можешь не переживать, я в порядке. — Обси... — М-м-м? — А тебе после этого снятся кошмары? — Ну... Были пару раз. Потом Клайд начал мне снотворное давать, так что я теперь совсем снов не вижу. — Понятно... — Я могу попросить Клайда давать его и тебе, если хочешь. — Да, было бы неплохо. — Хорошо, я попрошу его. — Спасибо тебе...