Должник

У него долги. Куча долгов. Его почившие, земля им железобетон, предки оставили Диме в наследство лишь множественные задолженности. В сумме, по скромным, в кавычках, подсчётам кредиторов, выходило число с пятью нулями на конце. Дима в дерьме. Полнейшем. Кажется, что он должен денег всем и каждому на дрянных улицах Найт-Сити. Должен денег, которых у него, блять, нет и быть не может. Всё, на что ему хватает своего небольшого дохода от продажи своих синглов плешивым дочерним компаниям сраных корпоратов, так это на гнилую и душную конуру в улье на окраине Уотсона, и то едва ли. Ну и на синто жратву, стараниями которой Диме был нужен новый желудок. Ему нужны деньги. При хорошем раскладе - ровно столько, чтобы откреститься от назойливых кредиторов. В идеале - чтобы хватило на желудок и несколько последующих месяцев жизни. Проще говоря, Диме нужна была неподъемная для него сумма. Он на мушке у таких чумб, которых злить всё равно, что в лицо себе из дробовика стрелять. Только две вещи могли действительно разозлить этих людей: отсутствие обещанных денег со всеми причитающимися процентами и просьба об отсрочке оплаты. И по обоим критериям молодой человек пролетал. Синяки одарили парня фантомной болью, словно напоминанием о прошлой встрече с «подающими руку помощи нуждающимся» - так они себя называли. Бескорыстные добряки, ага, как же… Дима помнит всё, каждую ссадину, рану. Помнит сломанный нос и пару треснувших рёбер. Помнит в том числе и потому, что больничные счета он до сих пор не оплатил, и те висят на его тушке балластом. Через пару дней в его конуре отключат электричество и прочие примитивные услуги, необходимые для существования. И всё потому, что на счёту ноль эдди, парень опять не внёс плату в срок. Блядство, деньги за пару жалких песенок, давно были перечислены музыканту. Они же давно утекли в руки к тем самым благородным помощникам его родителей. Со дня на день, вместе с отключением Димы от системы обеспечения квартиры, нагрянут коллекторы, всё от тех же чумб, благодаря которым на счёту ноль, а в желудке пусто. Ему нужна работа. Хоть какая-нибудь. Отдавать себя в руки банды не кажется молодому парню хорошей идеей. То, что он делает сейчас, сидя за компьютером тоже не кажется ему хорошей затеей. Страница хедхантера, открытая в браузере, анкета, которую заполняет каждый начинающий соло призывно подчёркивает одну единственную незаполненную графу. «Имя». «Никто из соло, нормальных соло, это важно, чумба, не палит своего имени. Псевдонимы наше всё.» - всплывают в голове Дмитрия слова его знакомого, мозги которого, давно размазаны по какой-то подворотне. Одной из многочисленных в этом никогда не спящем городе. Недолго думая парень забивает строку одним единственным словом. «Варлок». Один клик мыши и незамысловатая анкета отправляется сёрфить бесконечные просторы сети. Дима откатывается от стола на скрипучем кресле, откидывая голову на спинку. Теперь, отныне и навеки он - Варлок. Монитор гаснет. Пути назад нет.

***

Он даже не надеялся, что на него выйдут быстро. Звонок с неопознанного номера на его старый, потрепанный жизнью и вереницей владельцев, агент. Парень принимает входящий вызов, куда ему деваться, надо хвататься за любую возможность. Голос по ту сторону видоизменён программами, не мудрено - это, кажется, было частью негласных правил фиксеров вне зависимости от их статуса. Хотя, что он, неоперившийся юнец, знал о негласных правилах, а тем более, о фиксерах. Металлический, неживой голос, от этого не менее явно принадлежащий мужчине, проскрежетал: — Варлок…— предполагалось, что это должен быть вопрос, уточняющий лишь правильность контакта которому был адресован звонок. Однако интонация была утвердительной - звонящий точно знал, кто по эту сторону агента. — Я Хекс, есть работа, которую ты сможешь для меня сделать. — это «ты» звучало явно как «тёмная лошадка, на которую никто не обратит внимание», парень сразу просёк это. Вероятно, стоило чаще слушать интуицию. Может быть она была в силах спасти его семью от долгов. Может быть она, его внутренняя чуйка, могла бы подсказать соглашаться ли или бежать со всех ног куда подальше из Найт Сити, попутно сменив имя, личный код, затеряться в бескрайних мёртвых пустынях, что раскинулись вокруг вечно бурлящего котла. Интуиция на сей раз молчала, явно затравленная голодом. Всё на что хватило Диму, так это на единственный вопрос, который в данный ситуации казался самым уместным: — Сколько? По ту сторону послышался гулкий смешок. Дима, явно был не оригинален, задавая этот вопрос. Голос, видимо, посчитав это за согласие на участие вновь противно проскрежетал рядом с ухом: — Детали при встрече. Адрес и время скину сообщением. И отключился, оставляя недоумевающего юношу стоять в подозрительной тишине посреди комнаты, что и была его квартирой. Звуки за окном жилища разом стихли на секунду, а затем сжалось до атома, будто лопнув, здесь, посреди коробок самой дешёвой пиццы и банок какой-то химозной, синтетической дряни, которая продлевала бодрствование юноши на несколько часов. Через несколько минут агент пиликнул, высветилось сообщение: «Бар Chlorine. В 2:00.» Лаконично. Впрочем, другого не ожидалось. За закрытой плотной шторой шумел Найт-Сити, живший вечной канонадой выстрелов, неоновыми вывесками и непроглядным смогом. Город никогда не замолкал, даже не думал, та тишина была мнимой, нереальной. У молодого человека просто, на миг, заложило уши. Дима угрюмо глянул в сторону компьютера, словно упрекая его в чём-то. До встречи с фиксером, что назвал себя Хексом, оставалось пару часов.

***

Такси было непозволительной роскошью для молодого человека. Даже самая ущербная подписка на Деламейна была Диме не по карману. Что уж говорить о собственной тачке или байке. Даже самое гнилое ведро с болтами для него обойдётся в звенящую монету. Собственные ноги пока что не подводили. Пока что. Пройти пару кварталов не составляет никакого труда, даже наоборот - это шикарная возможность проветрить голову и впустить туда токсичный туман, что оседает тяжелым слоем на всех рецепторах сразу, неприятно прилипая ко всеу "мясному" естеству. Вместо колких мыслей о неизвестности, начинающему наёмнику подойдёт что угодно. Мимо него по загаженным тротуарам широких улиц шли, волочились и бежали. Столько разных жизней проносилось мимо него пока он умеренным темпом шёл в сторону назначенного места встречи не всилах оттянуть грядущее, но и не летя к нему со всех ног. Дима всё ещё не был уверен, что он готов стать Варлоком. Будто его становление не было уже предрешённым событием. Парень стоял на полупустой парковке бара Chlorine, ощущая, как последние минуты перед встречей ускользают сквозь тонкие пальцы, как помехи паршиво сделанной голограммы. Фоновый шум города заглушался басами, что были слышны здесь слишком хорошо, будто никакие стены не были для них помехой. Неоновая вывеска цвета индиго с названием бара моргала в конвульсиях, будто пыталась подстроиться под бешеный бит музыки. Выходило паршиво. Дима невольно сравнил себя с этой судорожно мигающей вывеской. Он такой же отрешённый от тусовки настоящих наёмников, и вероятно, никогда и не станет с ними резонировать, двигаться в такт. Дима сделал шаг, затем ещё один и вот он внутри - в клоаке, среди отвратно громкой музыки, давящей на ушные раковины, среди жарких пьяных тел, что заполняли собой всё помещение, корчась в судорожных танцах под столь же хаотичный аккомпанемент гомона, стонов, смеха и в конце концов музыки, к громкости которой Дима привык за краткий срок. Глаза привыкали к ярким вспышкам неона дольше, но, когда и этот этап был пройден, парень заметил лестницу на второй ярус сего "восхитительного", по мнению Димы, заведения. Стальная, она сливалась с серыми бетонными стенами. На нижних ступенях вразвалку сидело пару человек, распивая что-то из мутного, сотнями раз переработанного, стекла. Однако выше по лестнице не было никого. Дима осмотрелся вокруг ещё раз, убеждаясь, что вокруг не было ни единого свободного фута - люди были везде, обжимались, бухали и танцевали. Везде, кроме крутой лестницы. Второй этаж был открыт, но пустовал. Агент, молчаливо лежащий, до этого момента, завибрировал, призывая хозяина обратить на себя внимание. Короткое сообщение, в стиле его нового работодателя гласило: «Наверх. Быстро.» Дима, слегка смущённый тем, что момент его замешательства узрели быстрым шагом взлетел по лестнице вверх под пьяные возгласы растолканных и оказался на втором этаже, который до нынешнего момента был признан им, как пустующий. Здесь всё же был один человек. Сокрытый в тени перегоревшей диодной ленты, он сидел за столом в самом углу. Юноша подошёл к пустующему столу с пластиковым покрытием, которое упорно косила под гранитную крошку, сел на скрипящий барный табурет, сидушка которго была покрыта потрескавшимся, и облезшим в некоторых местах, кожзамом. Отряхнув потёртую джинсу на коленях, в надежде привести себя в видимый порядок, Дима выпрямил спину и уставился на собеседника. Пришло осознание, что потирание коленей скорее было способом справиться с нахлынувшим нервами, которые в отместку намочили ладони. — Моё время стоит денег, Варлок. — перед новичком сидел высокий худощавй мужчина, лица не разглядеть за маской с голографическим экраном. По чёрной панели, что была вместо лица, бегали бледные цветные нити, которые колебались вниз и вверх, когда фиксер говорил. Голос Хекса, не выражающий ни радости, ни злости на юношу, раздавался из селектора и был такой же безжизненный, как и несколько часов назад, по телефону, во время звонка. В ответ на приветственный упрёк парень лишь кивнул, тихо «угукнув». Расценив этот едва слышимый сквозь рёв толпы и вопли музыки, звук, как вполне релевантный ответ, фиксер продолжил говорить, быстро и по делу: — Что ты умеешь, Варлок? — вопрос странный, учитывая, что о своих немногих способностях он написал. Парень одарил фиксера взглядом полным растерянности, но всё же ответил. Вопросом на вопрос: — А что от меня требуется? — Дима выгнул бровь и гаденькая, насмешливая хмылка всё же прокралась на его лицо. За "забралом" мужчины, чьё время было ценно настолько, что он ждал начинающего соло в каком-то захолустном баре посреди Уотсона, раздалось цыканье. Варлок был уверен, что не будь экрана, то он бы увидел циничное выражение лица, взгляд которого без всяких сомнений говорил бы «неопытный сопляк с раздутым эго». Впрочем, фиксер и не подумал сбивать спесь с начинающего наёмника, продолжая после краткого молчания: — Нужно доставить носитель информации. Вот этот. — на столе перед Димой оказался небольшой планшет. Хекс чуть сильнее надавил пальцами на ребро устройства и, то проехавшись по глади стола оказалось перед лицом юноши. В отражении тёмного экрана были видны отсветы прожекторов, блики неоновой подсветки и Димино лицо с тёмными глазами-бусинками, растрёпанными русыми волосами и сжатыми в линию губами. Наёмник оторвал взгляд от стеклянной поверхности и перенаправил его на Хекса: — А ку... — договорить он не успел, фиксер обходя ненужные условности просто вёл монолог. Диме подумалось, что он делал это в отместку за неотвеченный вопрос. — Координаты сообщением. Аванс - одна тратья от всей суммы. — на агент парня тутже пришло сообщением с указанием координат и запрос на перевод суммы. Дим принял запрос и с удивлением обнаружил, что на виртуальном счету вместо нуля красовалось пятьсот эдди. — Моноговато для обычной доставки...— удивлённо пролепетал Дима, смотря как Хекс безмолвно поднимается из-за стола. Он направился в сторону выхода, однако остановился возле до сих пор сидящего Димы. Тяжёлая хромированная рука легла на плечо юному наёмнику: — У тебя три часа на выполнение. До скорого. Когда Дима отошёл от замешательства и повернулся, чтобы посмотреть вслед уходящему Хексу, тот уже скрылся среди толпы.

***

Ему пришло сообщение по внутреннему зашифрованному каналу связи, в то время, как он вскрывал грудную клетку очередному неудачнику. Неудачником, лежащий на кушетке в луже собственной крови, был исключительно потому, что его настигла пара шальных пуль прямо на пороге его, Ампа, "клиники". Увидев небольшое всплывшее окно во внутреннем интерфейсе мужчина отошёл от корчившегося в агонии пациента. Сообщение с прикреплённым файлом интересовало больше, нежели непутёвый соло. «Этого салагу всё равно не спасти, да и не похоже, что он в состоянии потянуть свою реабилитацию...» - флегматично рассудил Амп, снимая с рук силиконовые перчатки и достаточно брезгливо откидывая те в сторону. Высокий мужчина, слегка ссутулясь от усталости и низких потолков в подвальных помещениях, сел на вторую, пустующую кушетку. Устало оглаживая щёки, поросшие щетиной, зажмурился, пряча чувствительную оптику от холодного света потолочных ламп, пока открывался файл во внутреннем интерфейсе. Амп не сомневался в безопасности файла, ведь единственная, кто отправлял ему сообщения напрямую "в голову" - Многоликая. Она привычно шифровалась - скрыто всё, что можно скрыть. Даже файл был защищён, несмотря на то, что отправлен по безопасному каналу. Женщина всегда осторожничала, Амп усмехнулся, зарываясь, перепачканной в чужой крови, рукой в слегка отросшие и оттого спутавшиеся волосы. «Фиксеры, они такие фиксеры...» Под хрипы и бульканье крови в чужой глотке док пробежался глазами по списку, который содержался в файле. Список имплантов и аугментаций был внушительный, крайне внушительный, но всего пары пунктов хватило, чтобы морщинка, давно залегшая меж бровями усилилась. В пункте, подтверждавшим все его самые неприятные опасения, числилась кибердека «Тинкерер Фуюцуки Мк.3». Постскриптум был последним гвоздём в крышку гроба спокойной жизни Ампа. «Милый, пора устроить встречу выпускников. У тебя несколько часов прежде чем к тебе придёт особый клиент, подготовь всё по списку. В планшете, который он принесёт - щепка с оплатой всех аугментаций из списка. Пора отдавать старые долги, друг мой.» «Особый», значит... Так он и понял. Как она смогла найти подходящее тело так быстро, буквально спустя месяц после последней провальной попытки? Как смогла подбить кого-то лечь под скальпель без обратной дороги назад? Мужчна горько усмехнулся - ответ был прост и он, один из лучших подпольных риперов, его прекрасно знал. Никого она не подталкивала и не заставляла. Амп знал насколько эта женщина влиятельна. Ей просто достаточно показать неокрепшим соло деньги и им голову напрочь отшибает. Для таких, как всё пердыдущее "сырьё" Ампа, которое он использовал в попытке расквитаться с долгом, быть под крылом у такого фиксера, как Многоликая - самая большая мечта, для рипера же это - простое и не очень приятное стечение обстоятельств. Но насколько бы эта "старая ведьма" не была влиятельна, она выглядела очень даже молодой и была до скрежета зубов ленива. Амп прекрасно это знал, не первый год работал с этой женщиной, также он прекрасно знал, что ему вновь придётся обкалывать жертву транквилизаторами до состояния овоща и затем проводить оперцию. Хотелось стереть что-нибудь с лица Земли. Или кого-нибудь. Напряжённая струна спокойствия порвалась в гулкой внутренней тишине мужчины именно в тот момент, когда полутруп молил о собственном спасении и тянул кровавые руки в сторону рипера. Когда окровавленные пальцы провели по его чистой синей рубашке, что-то внутри пропало и эмоции вышли из под контроля. В следующий момент полумертвый наёмник, лежавший на кушетке, был прижат к бетонной стене. Словно из-под толщи воды послышался болезненный полухрип-полустон и хруст костей несчастного. Под напором аугментированных рук в труху переломались рёбра и все звенья позвоночника встали ровно в один ряд. Соло, переживший за этот час адские муки, обмяк в сильных руках взбешённого рипера. Недолгий приступ медленно сходил на нет, алая пелена помех перед глазами и мерцающих оповещений о перезагрузке системы становилось всё меньше. Измятый труп, рухнувший на пол грузным мешком был бесполезен. Мясо смешалось с хромом, и теперь, проще было выбросить всё тело, чем отделять одно от другого. Амп хмуро зашагал в сторону склада - предстояло подготовиться к ещё одной бессонной ночи и такому же дню, что будет лениво тянуться следом за этой беспокойной ночкой. Тяжёлая железная дверь отъехала в сторону, впуская в комнату, где было на пару градусов холоднее. Три часа на складе, двойная доза анальгетиков и Стим, который Амп клятвенно обещал себе не использовать чаще, чем раз в месяц, всё же немного расслабили и успокоили рипера. Второй приступ психоза за последние три недели, эффекты от принятых лекарств хоть и действовали безотказно, но крыло от них не так мощно, как раньше. Мужчина выкатил из хранилища тележку со всеми необходимыми имплантами, и всё также хмурясь осмотрел их все. Тяжелый выдох сорвался с сухих губ - ему предстояло выполнить свой долг перед Многоликой. Амп ненавидел быть кому-то должным. Особенно он ненавидел быть обязанным Многоликой. Иронично было то, что должен Амп только ей. И, хоть, перспектива расквитаться со всем маячила на горизонте, проблема была в том что это была уже не первая и не вторая возможность "воздать за всё" Страх за то, что опять ничего не получится сжал в тиски и без того нестабильную нервную систему. Былая бессильная злоба всколыхнулась где-то внизу живота и сразу потухла, придавленная ударной дозой анальгетика и "шлефовкой" из Стима. Послышавшийся гулкий стук во входную дверь отвлёк мужчину от угрюмых размышлений. — Надеюсь, ты ошибся дверью, чумба…— буркнул рипердок, выхдя из своего кабинета в коридор, уловив прощальные отблески стекла бакта-камеры от светодиодной ленты.

***

Пятьсот эдди хоть и не было достаточно, чтобы оплатить счета за квартиру, всё равно грели душу юному соло. Он усмехнулся - первый неплохой заработок на чём-то кроме музыки, былые сомнения поутихли, скрылись из виду довольного парня. Варлок сверился с агентом - до указанных координат пешком - больше часа, а в такое суетное время - все два. Такой расклад парня в корне не устраивал - всё же свой косарь хотелось получить как можно быстрее. В квартале отсюда, примерно, была станция монорельса, соло направился туда, предварительно спрятав планшет во внутренний отсек куртки. Спешным шагом по закоулкам минут десять - и вот она, станция монорельса. И как бы величественно не звучало слово «станция» на деле же - загаженная платформа с парой изрисованных лавок, кучами мусора по всему периметру и кучей пассажиров, что своим гомоном заглушали скрип тельферов, которым явно был необходим ремонт, ну или хотя бы смазка. Спешно поднимаясь по лестнице на плотформу, Дима скользнул внутрь кабины, растолкав несколько особо неповоротливых. Заняв место, соло откинул голову на исцарапанное стекло и прищурив глаза осмотрелся вокруг: весь вагон рассмотреть не получилось - толпа народу. Где-то по левую руку орёт музыка, недалеко справа кто-то громко угарает. Гомон, мерное покачивание и шум, шум, шум. Варлок, разморенный, почти засыпает. Ненадолго. На очередном повороте кабину ощутимо подбрасывает и парень ошарашено открывает глаза, осматривая неизменившуюся никак картину. Вагон несётся достаточно быстро и соло поднимается - следующая остановка его. Сойдя на бетон платформы, которая ничем в особенности не отличалась от всех других, Варлок чувствует небольшое головокружение и внезапную усталость. Хотя внезапной усталость казалась недолго - всё было вполне очевидно. В последний раз Дима ел вчера утром?..Или же позавчера? Нужно было восполнить силы, но, спускаясь по лестнице соло решил, что сначала он выполнит задание, а затем набьёт брюхо. Ладно, «набьёт брюхо», может, сильно сказано, но поест - это точно. До пункта назначения оставалось всего пару улиц. Наёмник преодолел минут за десять и теперь в замешательстве стоял перед спуском в к стальной двери, за которой, скорее всего были подвальные помещения. По координатам Варлоку надо туда, но он колебался - весёлая радость и гордость куда-то улетучивалась, а по шее скребла полудохлая интуиция. Нет, сейчас он её не чувствует, сейчас надо отдать планшет и получить свои деньги, а потом всё что угодно. Варлок пару раз стучит и делает шаг назад в ожидании. По ту сторону слышится некоторый скрежет и копошение, а после дверь открывает взгляду соло мужчину. Высокий - парню приходится задрать голову, чтобы увидеть его лицо. Короткая стрижка. Строгие черты смурого и плотного лица, которое укрывает густая щетина, сдвинутые к переносице густые тёмные брови в цвет волос, одежды, перепачканные в крови и взгляд оптики, прошивающий насквозь. Затем в нос ударяет аромат этого человека - терпкость чего-то древесного, едва слышимые нотки сладости и резкий металлический, буквально перекрывающий всё остальное, запах свежей крови. Всё это время они стоят в напряжённом молчании и Варлок решает прервать его первым: —Я… я должен был доставить планшет. По координатам - я на месте. - Варлок неловко протягивает электронный носитель риперу, но этот жест игнорируют. Соло кажется, что мужчина напротив тяжело вздыхает, но в ответ слышит лишь тихое с отзвуком хрипоты: — Внутрь. Варлок застывает на пороге, смотря на удаляющуюся массивную фигуру. Что-то внутри молит его не входить следом, в тёмный и узкий бетонный коридор с низкими потолками, но соло делает шаг, аргументируя это тем, что говорить о делах вне помещения небезопасно. Это место кажется наёмнику бесконечным, складывается пароноидальное ощущение, что коридор постепенно сужается и совсем скоро зажмет юношу меж своими шершавыми стенами. Абсолютная тишина, словно они находятся в вакууме, угнетает невооружённого юношу, мурашки разбегаются по всей спине. Яркий холодный свет бьет прямо в глаза из прохода справа, напряжение и испуг сразу испаряются или же, пока, в свете ярких ламп, затихают; впереди идущий силуэт скрывается в лучах света, до того сокрытый в полутенях корридора. Варлок замечает невыраительное лицо мучины, эмоции на котором разглядеть трудно - оно слегка изменилось в выражении, но соло, видимо недостаточно проницателен, чтобы разгадать этого рипера. То, что перед ним был рипердок - соло не сомневался, рубашка синего цвета, застёгнутая на все пуговицы была чистой, по краней мере, некоторое время назад, до того, как на ней оказались разводы вполне свежей крови. А то, что он видит в следующие моменты не оставляет никаких сомнений. Просторное помещение заставленное мониторами, заваленное различными оборудованием, которое соло не совсем различает между собой. В центре комнаты, на невысоком помосте стоит кресло, чистое, совсем как новое, так и не скажешь, что на нём проводят какие-либо операции. Почти весь свет ламп направлен на кресло, делая его главным акцентом в комнате. Привлекает внимание настолько, что Варлок несколько позже замечает две кушетки, одна из которых… Где-то в животе просыпается рвотный рефлекс, который неумолимо стремится к горлу, исцарапывая гортань лишь желудочным соком - хорошо, что Варлок решил не есть до того, как не выполнит задание. Парень сжимает губы в линию, стараясь не смотреть в сторону зверски распотрошённого тела, но также стараясь не подавать виду, что его мутит. Под тяжёлым, изучающим взглядом безмолвного спутника - удаётся едва ли. — Амп. — внезапно подаёт голос рипер и протягивает руку, вгоняя соло в ступор. Тот дезориентирован от происходящего, оттого он просто кладёт в протянутую руку планшет, поздновато соображая, что рипердок вообще-то представился и стоило бы представиться в ответ. Но время, увы, так и не научились повторачивать вспять. — Варлок… - бурчит соло в ответ, исподлобья поглядывая за новообретённым знакомым и за тем, что тот собирается делать с доставленной вещью.

***

Щепка плавно выезжает из корпуса изящного устройства почти беззвучно и сразу же отправляется Ампом в один из двух портов под правым ухом. Лёгкий щелчок сопровождается быстро бегущей полоской загрузки на внутреннем дисплее. Мужчина выдыхает через рот с неким подобием смирения, стоит ему услышать погруженный голосовой файл. До раздражения знакомый голос напоминает рипердоку - как бы ни был он отстранён от хитросплетений, пару нитей липкой паутины, всегда будут закреплены за его спиной. От голоса, сочившегося фальшивой лаской, Амп ощутил, как вновь и вновь те самые тонкие ниточки подёргиваются, вовлекая обратно. Женский голос менял тона каждые две с половиной секунды. Многоликая была многолика во всём, истинный её голос никто и никогда не слышал, а если и слышал, то теперь покоился в железобетоне. На первых секундах голос скрежетал: — Добрый вечер, милый. Надеюсь ты оценил мальчишку, которого я тебе нашла. — гнусавый смешок на половине зазвучал высоко, пискляво — Ты уж постарайся, примени максимум своего обаяния и убеди мальчонку лечь под скальпель. Времечко-то тикает… — послышался хлопок, видимо, фиксер хлопнула ладонью об ладонь. — Ну, не стану отвлекать от работы, поторопись, милый. Пока Амп наблюдал, как эдди за все импланты и расходные материалы, по-типу транквилизаторов, которыми риперу предстояло обколоть «особого» гостя, капают на счёт, руки его быстро и умело протирали проспиртованной салфеткой инструменты, в числе которых был и скальпель. Мужчина стоял спиной к соло, но даже так ощущал замешательство последнего. «Совсем ещё зелёный.» — пронеслось в голове прежде, чем мужчина развернулся обратно к Варлоку и заявил: — Можешь идти, отчитайся о выполнении задачи. — парень как-то неловко кивнул и поспешил к выходу.

***

Мужчина, назвавший себя Ампом, какое-то время усиленно хмурясь, перебирал блестящие ножи и какие-то другие инструменты, усиленно и вместе с тем очень агрессивно их протирая. Варлок застыл, словно испуганная лань, завороженно и с толикой восхищения наблюдая, как перемещаются мышцы под кожей. Неуместное наваждение прогнал тихий, несколько настороженный голос. Рипер заставлял уйти и соло не нужно было повторять дважды - последнее, что Варлок хотел бы в своей жизни - это оставаться в этом странно гнетущем месте ещё хоть на сколько-нибудь. Не стоило сделать пару шагов к выходу, как послышалось ничего не значащее, для Варлока, шуршание. В ту же секунду шею пронзила острая боль, на смену которой пришло помутнение рассудка. Пелена перед глазами усиливалась с каждым рваным вдохом, искажая пространство вокруг соло всё больше. Судорожно вдохнув, будто в последний раз, парень ощутил как подгибаются ноги. Упав на колени, Варлок ощутил, как проваливается в тьму, в которой заполошно бьётся сердце, разгоняя адреналин.