Академия «Боевого пути»

Резкая мелодия чёрной флейты «ди» выражала максимум надменности и дерзости исполнителя. Вэй Усянь хотел, чтобы до каждого из забывчивых щенят кровососов дошла такая простая мысль, что они забыли нечто важное и его певчая трель это напоминание о том, о чём те забыли. Играя, Вэй Юэ вкладывал в музыку мысли своей души, передавая «слово в слово» по нотам волю Истока. Отец недоволен ими. Щенята забыли своё место. Время для старших напомнить младшим их место! «В конце концов, лишь первенцы и некоторые их сыновья непорочны изначально, а остальные с рождения поддались пороку» - с грустью в сердце подумал Вэй Ин и эта нотка грусти отразилась в самом конце его музыкального выступления в форме длинной завывающей нотки, которая от низкого тона перешла в резкий оглушающий писк от гнева. И в этот писк Вэй Усянь вложил через свою душу ЕГО гнев, что привело к тому, что у него самого и у слушателей кровь потекла из ушей, глаз и носа. Но этот мимолётный сильный гнев просто ничто в сравнении с тем, если бы подобная лютая ненависть продлилась хотя бы ещё на пару секунд дольше или вовсе вечно. Чтобы усмирить гнев Истока, нужно хорошо постараться не одному лишь посланцу, но и щенкам, которых посланец должен собрать вместе, заново воспитать, пробудить то, что они всеми силами усмирялись все эти годы… Сделав успокаивающий вдох-выдох, Вэй Усянь лениво убрал флейту за пояс ханьфу в специальную кобуру из шёлковой чёрной ткани, а затем резко спрыгнул вниз, оставляя в месте приземления небольшую вмятину и внушительную длину трещин в земле из-за того, что по земле от него прошлась волна тёмной ци, раскинувшись по округе подобное сети паука. И, вампиры, и заклинатели похоже поняли, что это далеко не фигуральное, а буквальное создание паучьей сети. И правда, он может теперь с любой точки «поля боя» атаковать кого угодно. Тот факт, что никто ничего не предпринимал в ответ, ясно давал понять, что «они боятся», не зная точных пределов силы «гостя-чужака». Горе им, если узнают, что пришёл внук Истока, чтобы покарать их, а это значит, что они все не более чем муравьи перед ним, глупые щенки перед матёрым волком, который является правой лапой вожака! -На колени, - прошептал Вэй Усянь, указывая пальцем правой руки на землю. -Кем ты себя возомнил! – яростно выплюнул Цзян Фэнмянь. -Рабы должны молчать, - недовольным тоном прошипел Вэй Ин щёлкая пальцами той же руки. Сие же мгновение после щелка на горле заклинателя достигшего божественности, появилась алая нить и болезненно сдавила до ясного ощущения, что если давление продолжится, то вполне не иллюзорно можно лишится головы. -Хотелось бы знать ваше имя, - задал вопрос Лань Цзяолю. -Имя этого скромного слуги не важно. Главное, чтобы заблудшие щенки вспомнили волю Истока и для начала выразите своё почтение Его воле! – уклонился от ответа Вэй Ин. -Это невозможно. У нас была веская причина отказаться от планов по господству на земле, - возразил Не Минцзюэ. -Ах, полагаю «причиной» вы называете непростительный грех перед Отцом? – с ноткой огорчения спросил Вэй Усянь. -Мы не… Все эти разговоры были отвлекающим манёвром, пока чистокровные заговаривали зубы, Цзинь Гуаньшань незаметно подобрался и при помощи божественного веера перерубил одну из нитей, ослабив действие остальных, что помогло Фэнмяню полностью высвободиться из смертельной ловушки. -Вы продолжаете делать вид, что оглохли. Что ж, тогда мне придётся вас наказать, - угрюмо констатировал факт Вэй Ин. Казалось ослабшие нити «паучьей сети» резко начали движение, словно бы по собственной воле. Мгновение спустя, которое даже ночные заклинатели проглядели и вот уже абсолютно все члены сегодняшнего собрания оказались скованны чёрными нитями, не в силах не только пошевелиться, но даже воззвать к своей ци. -Воля Истока: право сильного и бесправие слабого. По воле Его, он ставит «старших» сильнее всего «младшего» поколения. Как я подчиняюсь своему отцу, а мой отец подчиняется Всеотцу, так и вы стоите ниже меня, ибо такова Его воля, - с каждым словом, Вэй Усянь говорил всё громче и громче, а в такт усилению его голоса, тёмные оковы на добыче резко начали светлеть, и под конец напоминали раскалённые багровые прутья. И они не только так выглядели, к ужасу всех именно эти «оковы» вытягивали из их души все силы, давая ощутить, что такое медленное приближение к смерти. -ИСТОК НЕНАСЫТЕН! ОТДАЙТЕ ЕМУ СЕБЯ – громогласно взревел Вэй Ин. К ошеломлению многих, самого чужака Вэй Усяня тоже со всех сторон оплели эти нити, а тот истерично смеялся и усмехался от чувства превосходства. -Голод Всеотца неутолим. Этот покорный раб Вэй Юэ принесёт всех нечестивых потомков и станет тем, кто сгладит вкус их нечистой крови… Вмиг мир переменился, погружаясь в кроваво-тёмный мрак. Не было слышно ничего, кроме биения чьего-то сердца и не ощущалось ничего, кроме первобытного ужаса и понимания, если они не сделают этого, то прекратят своё существование навсегда… -Я признаю свою вину, но молю, дайте шанс моему брату. Он юн и у него есть шансы, молю о милости… - промолвил шепотом Не Минцзюэ. -Мои племянники тоже могут вернутся на правильный путь. Молю вас, Всеотец, - вторил ему Лань Цижэнь. -Наверное у меня нет права о чём-то просить, моё сердце слишком грешное, - одновременно подали голос Цзян Фэнмянь и Вэнь Жохань. -Слабые следуют лишь за сильными. Мы колебались и сожалеем… - в один голос заговорили представители крупных кланов ночных заклинателей. Однако, сколько бы их мольба не длилась, вечность пожирала само их существование, медленное угасание было ответом разгневанного творца. «Как жаль, мои планы, чтобы сын встал во главе всех и однажды мы бы исполнили Его волю, но терпение Его закончилось раньше…Академия Боевого пути оказалась медленным и не эффективным методом воплощения плана в жизнь. Слишком самонадеянно было с моей стороны, но тогда я хотел спасти общее тяжёлое положение, поставив личные интересы выше Его воли…» - на самом краю своих крох самосознания, признал Лань Цзяолю суть своей ошибки и тяжелейшего греха. -Наконец-то, хоть чья-то душа призналась в тяжком грехе перед Отцом, - с усмешкой подал голос вампир по имени Вэй Усянь. «Но ведь мы были на грани истребления» - запротестовал Вэнь Жохань. «В этом и смысл. Что страшнее для тебя, смерть или Его гнев?» - с осуждением промолвил Нэ Минцзюэ. «Между прочим, людям тогда тоже сильно досталось. Война закончилась бы максимум ничьей, а в лучшем случае кто-то из чистокровных пережил бы всё дерьмо оставшись в живых единственным» - яростно выпалил Цанье Байлин. «Ты же не будешь отрицать, что тоже не хотел видеть гибель близких? Или ты настолько фанатично близок к Нему?» - с усмешкой спросил Хэ Лян у Цанье. Никто больше не проронил ни слова в мыслях, они просто признали свою вину, но были благодарны Ему за терпение, ведь им удалось прожить так долго по своему усмотрению и в окружении близких. И сейчас их сердце билось со свирепой учащённостью лишь от одного чувства – сожаления, что у них не будет шанса искупить свою вину, или хотя бы показать что-то интересное в своей задумке. «Взгляни на их творение изнутри и разбавь болото скуки, Вэй Юэ» - проникновенно низкий голос услышала лишь одна душа. -Будет исполнено Повелитель, - благоговейно покорно отозвался Вэй Усянь. И в следующее мгновение устрашающий тёмно-багровый мир рассеялся, нити медленно отпускали обессиленных заклинателей, и все ниже божественного уровня были без сознания, а те, кто достигли божественности с трудом поддерживали его на плаву, чтобы узреть невообразимую картину. Ночных заклинателей нити тоже отпустили, но те явно были в отличной форме, однако, вопреки этому все до единого преклонили колени перед чистокровным чужаком. -Покажите мне вашу игрушку, а я смогу с её помощью развлечь Всеотца, - прошептал приказ Вэй Усянь. -Повинуемся, почтенный Ушансе-цзюн, - хором промолвили вампиры. На этом заклинателей накрыла тьма.